Скрипка знает...

10 марта, 2006, 00:00 Распечатать

Одна из наших самых известных молодых скрипачек Богдана Пивненко поехала на большие гастроли по Малайзии, Австрии, Германии, Швеции, где играет в составе оркестра «Филармония наций»...

Одна из наших самых известных молодых скрипачек Богдана Пивненко поехала на большие гастроли по Малайзии, Австрии, Германии, Швеции, где играет в составе оркестра «Филармония наций». Недавно она также показала большую сольную концертную программу в Национальной филармонии, выступила и как солистка в составе Национального ансамбля «Киевская камерата». Накануне ответственных зарубежных гастролей скрипачка поделилась с «ЗН» своими мыслями по поводу проблем серьезного музыкального жанра на отечественной гастрольной территории.

— Насколько легко (или трудно) сегодня молодому исполнителю выступать в таких престижных залах, как Национальная филармония?

— Это вообще проблема многих наших артистов. У нас нет структуры, которая бы занималась организацией концертов классической музыки. Тем не менее имеем множество агентств по пропаганде поп-музыки. И потому академконцерты у нас устраиваются спонтанно. Например, мне звонит по телефону дирижер и говорит: «Смогла бы ты выступить такого-то числа?» Но ведь дирижер — не организационная единица, не менеджер, он музыкант и исполнитель. То есть сказать, как именно устроить концерт, я даже не знаю... Раньше были такие организации, как Госконцерт СССР, Госконцерт Украины. В Институте культуры есть факультет менеджеров, но они тоже будущие специалисты по организации поп-концертов. Объясняют это тем, что, дескать, академической музыкой сейчас никто не интересуется, кроме пенсионеров, у которых есть воспитание, и это их культура еще с детства, а новая элита не пойдет на концерт классической музыки. У пожилых людей часто нет финансовых возможностей. Возможно, надо ждать, пока «новая элита» вырастет и поймет, что культура — это не на Майдане Незалежности пританцовывать... Ведь уровень культуры и экономическое положение в стране находятся в прямо пропорциональной зависимости.

— Ощущаете ли вы потребность в своей музыке за пределами столицы? Насколько большой интерес к таким концертам?

— Я знаю, что и в Запорожье, и во Львове, и в Одессе, и в Днепропетровске, и в Харькове люди посещают концерты. Им это интересно. Хотела вот в Полтаве афишу себе на память взять, а их уже разобрали. Мой преподаватель Богодар Которович говорил: «Нужно после концерта выйти с чувством честно выполненной работы». Наверное, нечто подобное испытывает фигуристка, выходя на лед. Если есть ощущение профессионально сделанной работы, это хорошо. Именно это я теперь пытаюсь передать и своим студентам: выходя на сцену, честно сделай то, что ты можешь на данный момент, ведь, возможно, завтра твои способности будут намного большими. И очень хорошо, что в нашей работе есть куда расти...

— Как вы формируете свой репертуар — это субъективный вкус или определенный стереотип всеобщих модных музыкальных тенденций?

— Играю то, к чему лежит сердце. Мне интересны работы украинских композиторов, так как, полагаю, они заслуживают того, чтобы их произведения исполнялись на больших сценах. Ведь лет через пятьдесят этот модерн уже будет классикой... Баха тоже открыл Мендельсон только через много лет после его смерти. Мне импонируют такие украинские композиторы, как Станкович, Скорик, Зубицкий. Когда играла концерт в Одессе, то рядом с произведениями Паганини в репертуаре был наш композитор Станкович. Я и пытаюсь так объединять произведения, например, Чайковского со Станковичем — будто первому отдаю дань, поскольку это традиция, и здесь я могу показать свои способности музыканта, а потом обязательно звучит наш украинский композитор. Я была во многих странах, знаю, какую музыку там пишут. И пришла к убеждению, что нужно жить именно в Украине и иметь столько проблем, чтобы писать музыку, над которой надо задумываться. Например, у Станковича одно произведение называется «Пути-шаги», в котором заложена философская основа, ведь шаги — это путь человека, и здесь имеется огромное поле для выражения своего «я». А если этот саунд играть лишь формально, он не отобразит эмоции композитора, предшествовавшие его написанию...

— Как вы считаете, возможен ли качественный перелом в отношении государства к серьезному искусству и с точки зрения экономической, и нравственной? Если бы сильные мира посещали концертные залы и были просто заинтересованными слушателями?

— В некоторых постсоветских странах сейчас тоже экономический и политический кризис, но там сделали гранты для лучших коллективов, и благодаря им заметно увеличилась зарплата музыкантов. Ведь в какой-то момент все постсоветское пространство столкнулось с тем, что культура осталась позади. И подавляющее большинство лучших ее представителей выехали за рубеж, поскольку они хотят не просто выживать, но и достойно жить. Так, например, Москва всегда удерживала высокий культурный рейтинг, и там действительно есть колоссальный потенциал музыкантов: Ростропович, Башмет, Спиваков, Коган... Вот и нам нужно понять, что классическая музыка — это визитная карточка, престиж страны. Мне всегда хотелось жить и работать именно здесь, в Украине. Но на данный момент я рада, что могу путешествовать, ведь это расширяет кругозор. Сейчас, к сожалению, железный занавес стал финансовым. Ездить можно всюду, но музыкантам говорят: «Ищите спонсоров!» Даже своим студентам я сразу сказала, что буду гастролировать, и не обижусь, если они перейдут в класс другого преподавателя, но никто этого не сделал. Хотя, когда я в Киеве, то занимаюсь с ними почти ежедневно.

— Каков стаж вашей преподавательской деятельности?

— Уже пять лет. Именно на этот год приходится первый выпускной курс. У меня всего пять студентов, и они не намного младше меня. Работу в консерватории воспринимаю как большую ответственность, ведь моя обязанность не просто дать знания, но и научить их практически реализовывать свои способности.

— А как впервые вы открыли для себя именно этот инструмент?

— Моя мама считала, что скрипка стоит дешевле фортепиано... Да, она не знала, что скрипки бывают разные и что качественный инструмент не из дешевых. Вообще, это большая проблема для музыкантов — найти совершенный инструмент. Потом игра на скрипке мне очень понравилась, это стало своеобразным спортивным интересом, когда я открыла, что с помощью «живых» звуков можно заставить людей плакать, смеяться, что-то вспоминать, это одномоментное, что невозможно ощутить в записи. Когда я играла, то по реакции зала поняла, что люди довольны, они не остались равнодушными, хотя подавляющее большинство публики вообще к музыке не имело никакого отношения — врачи, учителя, бизнесмены... Один мой знакомый (физик по специальности) шел на концерт для того, чтобы послушать украинскую современную музыку, именно концерт Станковича в моем исполнении, а о музыке Чайковского говорил: «Это такая попса!» Но после концерта он изменил свое мнение о классике: «А Чайковский — это все же Чайковский, очень интересно, я даже не ожидал!» Просто он думал, что это нечто заезженное и всеми заигранное. Для меня очень важны ощущения людей, не имеющих профессионального отношения к классической музыке, когда они что-то почувствовали во время концерта, и у них много эмоций. Ведь нередко так бывает, что музыкант и технически хорошо подготовлен, и профессионал, но на сцене холодно.

Досье

Богдана Пивненко закончила Киевскую музыкальную школу им. Н.Лысенко (класс профессора Б.Которовича), Национальную музыкальную академию Украины. Лауреат многих международных конкурсов, с 2000-го — концертмейстер Государственного камерного ансамбля «Киевские солисты», с 2001-го — артистка международного оркестра «Филармония наций» и преподаватель Национальной музыкальной академии Украины.

Богдана Пивненко

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №28, 21 июля-10 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно