Скандальные страницы о Рихтере: восторг, сумбур и музыка - Новости кино, театра, искусства , музыки, литературы - zn.ua

Скандальные страницы о Рихтере: восторг, сумбур и музыка

20 июня, 2014, 18:30 Распечатать

Увидела свет новая книга, посвященная жизни выдающегося пианиста Святослава Рихтера.

Увидела свет новая книга, посвященная жизни выдающегося пианиста Святослава Рихтера. Впервые — рассказ о музыканте без привычного до сих пор елейного привкуса. Название — "Чайник, Фира и Андрей". Чайник — это, разумеется, Чайковский (на музыкальном сленге, см. ниже). Фира — "подпольная кличка" великого Рихтера. А Андрей — это и есть автор, всемирно известный пианист Андрей Гаврилов.

Этот обезоруживающе откровенный рассказ стал первой из нескольких книг, которые задумал и отчасти уже написал музыкант. В этом году его книга выйдет и на других европейских языках. 

В 18 лет Андрей Гаврилов стал лауреатом первой премии Пятого международного конкурса имени П.И. Чайковского (1974), на участие в котором его неожиданно "благословила" сама Екатерина Фурцева, тогдашний министр культуры СССР. Конкурс Чайковского в то время считался едва ли не самым убедительным "брендом" во всём музыкальном мире. Ещё одним "трамплином" в его фантастической карьере стала замена Святослава Рихтера на знаменитом Зальцбургском фестивале в Австрии. Тогда Андрей выступил с головоломной сольной программой и пленил не только тамошнюю взыскательную публику, но и нескольких импресарио. Сейчас он живёт в Цюрихе. Этот музыкант является обладателем паспортов нескольких европейских стран. Даже английская королева сочла за честь признать его своим соотечественником.

О чём же пишет Гаврилов в своей книге? Прежде всего, это панорама московской музыкальной жизни второй половины 70-х, сфокусированная на личности величайшего пианиста ХХ века Святослава Рихтера (кстати, уроженца Житомира, проведшего юность в Одессе). А также ряд автобиографических сведений, преломлённых сквозь эту же призму. 

Впрочем, лучше один раз прочитать, чем десять раз услышать…

Пешие прогулки со Святославом Теофиловичем по Москве и Подмосковью, встречи и посиделки в знаменитой "башне" на Большой Бронной, 2, где сейчас находится квартира-музей Рихтера. Да уж, автору есть о чём вспомнить! Ведь он имел счастье часто общаться и даже выступать в одних концертах с живой легендой прошлого века (например, исполняя клавирные сюиты Генделя). 

В книге находим наблюдения и размышления, впервые выявляющие многие черты всем известного "гения рояля" — его честолюбие, капризность, беззащитность и трогательную преданность музыке. В повседневной жизни большинство близких называли Рихтера просто Славой или Светом. Впервые в истории Гаврилов "вербализировал" на бумаге многие сведения, до сих пор остававшиеся в тени. Например, истинную роль в жизни Рихтера его единственной жены, народной артистки СССР, профессора Московской консерватории, певицы Нины Львовны Дорлиак и её семьи. 

Были ли их отношения платоническими? Каждый читатель сам сможет ответить для себя на этот вопрос. Также книга рассказывает о многих других жизненных проявлениях великого музыканта. Таков выбор автора. 

В книге Андрей Гаврилов рассказывает о сокровенных эпизодах, связанных со своей молодостью. Честность и доброта в каждой строчке остаются определяющими чертами этого повествования.

Для примера приведу лишь одну цитату: "Сидим втроем на Бронной — Слава, Нина и я. Обсуждаем недавние смерти. "Вы были на похоронах Высоцкого?" — спрашиваю я Нину Львовну. "Да, у Марины было ужасное лицо, убитое совершенно! Хотя на нем уже не было такого живого страдания, как на похоронах Одиль Версуа на Сент-Женевьев-де-Буа в июне". Как она везде успевает? И туда успела смотаться! Заметила, что по возлюбленному мужу Марина не так сокрушалась, как по сестре. Заметила и злорадствует. Ей и в голову не приходит, что Марина, похоронив за месяц до смерти мужа молодую сестру, так и не смогла перевести дыхание. У Марины душа умерла, она от горя одеревенела. Нине этого не понять, она о настоящей любви знает не больше, чем курочка ряба. Слава молчит. Катает по столу своими огромными пальцами, поросшими рыжими волосками". 

Вот такая мера откровенности, которую позволяет себе автор в книге. А пальцы — именно такие! Не раз сам видел их вблизи… Заметим, что этот разговор состоялся тогда, когда для простых смертных поездки в Париж были не меньшей фантастикой, чем полёты на Луну.

Многое другое тоже станет для поклонников творчества Рихтера неожиданностью. Скажем, своеобразный "роман" великого пианиста с племянником одного из предыдущих президентов Франции… Многих подобные страницы обескуражили. И, не скроем, побудили некоторых россиян к безудержной критике этой книги. 

Судить таких гениев как Рихтер — дело неблагодарное. 

Критиковать откровенную книгу — значит прибавлять ей популярности.

Да, в произведении Гаврилова можно найти немало откровенных воспоминаний о Рихтере. Но определяющим является то, что во всех случаях автор говорит о "Славе" с истинной любовью и почтением. 

Именно такая интонация едва ли не впервые разрывает все шаблоны мышления в новейшей мемуарной литературе. Такую манеру нельзя сравнить ни с чем — ни с жёлто-глянцевой московской прессой, уже уделившей внимание этому изданию, ни со стерильной "совковой" прямолинейностью, характерной для публикаций о Рихтере, выходивших при его жизни. 

Напоследок замечу, что последние гастроли Рихтера в Киеве состоялись 12 апреля 1985 года. В тот "День космонавтики" он дал сразу два концерта в зале нынешней Национальной филармонии. И именно в тот день настойчивые зрители проломили одно из стёкол входной двери, впоследствии заменённое на стекло другого цвета. А милиция целый день стояла в оцеплении Европейской площади… Счастлив тот, кому довелось побывать на обоих концертах. Автор этих строк в их числе. 

Теперь еще одна (последняя) цитата из рецензируемой книги: "Иногда Слава приводил меня в восхищение. Представлялся мне шекспировским героем, Периклом или Платоном. Такого Славу я любил до боли в груди и люблю до сих пор... А перед Ниной и советской властью Рихтер пресмыкался… Отдался им с потрохами за "свободу творчества", а на деле — за чечевичную похлёбку..." Надеюсь, читатель догадался, какова истинная цена этого текста. Как для читателя, так и для автора…

Может, кто-то удивится, однако Андрей Гаврилов, сын известного русского художника Владимира Гаврилова, прежний представитель московской молодёжной "элиты" — большой патриот нашей страны. Он охотно признаёт своё родство с украинским казачеством. Андрей был в рядах самых преданных сторонников Майдана, защищая украинскую государственность всегда и везде — в своих постах в социальных сетях, в интервью и разговорах. 

Сейчас он заканчивает следующую книгу и продолжает напряжённо гастролировать. 

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 2
  • Yuriy Bochonoff Yuriy Bochonoff 14 січня, 20:41 Это Вы сейчас пишете в духе желтой прессы, а не выдуманные Вами издания, ссылки на которые вряд ли сможете привести. Кстати, какая «совковая» пресса подвигла Вас на посещение концертов Рихтера в Страстную пятницу 12/04/1985? Увы, это был последний концерт Маэстро в Киеве. И кто же сагитировал молодежь лезть по пожарной лестнице на крышу (дневной концерт), чтобы по такой же лестнице с противоположной стороны спуститься и над весьма глубоким рвом (тогда всё выглядело не так, как сейчас) проделать непростой трюк и залезть в открытое окно? Всё это видел собственными глазами, да и любительские записи обоих концертов у меня имеются. Не стану анализировать «откровения» одержимой личности (ему давно пора то ли к психиатру, то ли на отчитку, тем более, в других своих писаниях он рассказывает о своих православных устремлениях), но должен проинформировать заходящих на эту страницу людей о естественном желании представителей мирового сообщества выразить свой протест, особенно, после публикации одной главы в действительно желтой газете «Совершенно секретно». Было написано письмо, умно и талантливо, под которым подписались известные и не очень музыканты и представители других профессий. Список получился огромный. Приведу лишь немногие имена (можете со своим «правдолюбом» квалифицировать их как зомбированных – с вас станет): И.А.Антонова, В.И.Прохорова, Н.Гутман, Э.Вирсаладзе, Г.Писаренко, В.Третьяков, М.Аргерих, Е.Леонская, В.Сканави, И.Шостакович, П.Бадура-Шкода, М.Майский, А.Хотеев, В.Сахаров, В.Чемберджи, А.Мельников, М.Мельников, О.Майзенберг, В.Воскобойников, А.Филозоф, Б.Монсенжон и др. Многочисленные подписи были также получены со всего мира от участников международного рихтеровского форума на Yahoo. И там, видать, «совковая» пропаганда порылась. Нравственная, точнее, безнравственная позиция автора очевидны, но, видимо, не для Вас. Есть еще и профессиональная. Сколько он говорит о прямолинейной до тупости манере Рихтера (не стану сейчас рыться в имеющемся у меня опусе в согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться Yuriy Bochonoff Yuriy Bochonoff 14 січня, 20:47 электронном виде). Сам же, видимо, обладает другими достоинствами. По списку Ваших статей я вижу, что Вы музыковед в отличие от меня, поэтому можете помнить его очень давний киевский концерт с прелюдиями Рахманинова во втором отделении. Особенно в двух – B-dur, op.23/2 и g-moll, op.23/5 он просто ломал рояль. Позже концерт с такой же программой состоялся в Москве, и «совковая» пресса писала, что стены БЗК подобного не помнят. Оно и понятно – там выступали музыканты, а тут спортсмен, демонстрирующий отменное здоровье и техническую оснащенность. Около 10 лет тому назад на крупном музыкальном форуме устроил перебранку с грязными оскорблениями в адрес непринявших его исполнение 20-го концерта Моцарта. Потом там же всех заставляли любить у него ноктюрны Шопена. Если Вы честный музыкальный деятель, то должны с закрытыми глазами почувствовать пропасть между его убогим исполнением Ноктюрна F-dur, op.15/1 и великим прочтением Рихтера, которое я сподобился слышать в живом концерте 20/01/72. Можете поверить, что подобные примеры я могу приводить и дальше. И совсем на Вашей совести спокойное отношение к заявлению негодного писаки из его обращения к житомирской интеллигенции, пришедшей на презентацию. Он, видите ли, не удивится, если люди со временем станут сравнивать Рихтера и ему подобных с Гитлером и Сталиным. После этого Ваше перо способно нацарапать текст: «Но определяющим является то, что во всех случаях автор говорит о "Славе" с истинной любовью и почтением»? Выводы каждый читающий может сделать самостоятельно. согласен 1 не согласен 0 Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №6, 17 февраля-23 февраля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно