САНТА КРУС — ОРАНЖЕВАЯ МЕЧТА

21 мая, 1999, 00:00 Распечатать Выпуск №20, 21 мая-28 мая

Драматургия Макса Фриша для театра - материал благодатный. Там есть всевозможные ощущения ассоциаций, полифония звучания событий, возможность многовариантности происходящего...

Драматургия Макса Фриша для театра - материал благодатный. Там есть всевозможные ощущения ассоциаций, полифония звучания событий, возможность многовариантности происходящего. Да, в общем-то, все его творчество основано на принципе «а что, если?», позволяющем высвобождать скрытые возможности человека, давать простор воображению. Каждый раз, предлагая читателю вероятность разного хода жизни, писатель заставляет задуматься в этой связи о ее смысле. Разве не заманчиво для театра продолжить и развить мысли Фриша о «продумывании и проигрывании возможностей человека»? Эти слова швейцарского писателя Ф.Дюрренматта как нельзя лучше определяют суть творчества его современника и соотечественника М.Фриша.

Поддались искушению «материализовать» сценически игру Фриша, заставить звучать ее на свой лад в Киевском театре драмы и комедии на Левом берегу Днепра. И воплотилось это желание в ироническую элегию «Что вы потеряли в чужих снах» по пьесе «Санта Крус». Спектакль для малой сцены, но в Театре драмы и комедии она «малая» условно. Пространство обширного фойе, приспособленного под сцену, как нельзя лучше сыграло на «пространство» спектакля. Оно дало некую широту восприятия, как будто слышался шум моря, в воздухе чувствовался полуденный теплый бриз, разливался аромат тропиков и оранжевого солнца. Санта Крус - чудесное место, куда хочется стремиться, где все беззаботно и привольно, как в мечтах. Но вся эта романтика будет в снах, в видениях, в грезах. А реальность иная - старинный замок, засыпанный снегом, идущим вот уже несколько дней. И люди в нем, оказавшиеся в ситуации - как у исходной точки, с которой можно снова начать свою жизнь, переиграть ее по-новому.

Параметры этой исходной ситуации определили создатели спектакля: сценическая композиция и режиссура А.Липковской, пластическое решение Л.Сомова, музыкальное решение А.Курия, художник О.Лунев, художник по свету Т.Кислицкая. В замок барона (з. а. Украины А.Ященко) попадает бесшабашный моряк-бродяга, пират и романтик Пелегрин (Д. Лукьянов). Его имя, наверно, не случайно перекликается со словом пилигрим, что буквально означает чужеземец. Попадает не случайно. Жена барона, Эльвира (О.Архангельская) - девушка, которую он любил семнадцать лет назад, и чувство это продолжает жить с ним все эти годы. В одну ночь - ночь их встречи они пытаются вернуться в прошлое и сделать его настоящим. Но, к сожалению, Макс Фриш констатирует, и спектакль это подтверждает - никто не может прожить иную жизнь, чем ту, что он живет. И еще один вывод, более оптимистический, - это совсем не плохо, когда каждому - свое.

Атмосферу спектакля можно определить как едва уловимое ощущение счастья, которое вот, кажется, и «примеришь» на себя, ан нет, не удается. Как бы в подтверждение желания побывать в шкуре другого человека, меняются персонажи одеждами. Меняются обликом, образом мыслей, смешивают реальность со сном, меняют и их местами. И на поверку оказывается, что настоящей-то жизнью человек живет во сне, а в настоящей жизни он спит. Разве не близко это многим из нас?

Кроме центра сцены задействовано все пространство фойе, актеры возникают из-за спин зрителей, появляются и исчезают, как бы растворяются в тяжелых бархатных портьерах. Полифония перекрестных диалогов и мизансцен создает объемность картинки. Стиль игры - сдержанная напряженность, чувства на последнем градусе кипения. Пластика поддерживает слово, она его укрупняет, расставляет необходимые акценты. Сцены снова решены изобретательно и выразительно. Их ирреальность передается музыкой и светом. Как при проявке фотографии красный рассеянный свет являет контуры изображения - вот их еще нет, секунды - и все становится реальным. Но горечь реальности не перекрывает сладости мечты. На пустой сцене всего лишь один стул - как сценографический образ, как символ чего-то устойчивого и материального. На нем пытаются «посидеть» все персонажи. Но как часто это оказывается не их место. В каждом образе - весь спектр человеческих чувств - здесь и любовь, и боязнь ее силы, тоска по свободе и желание иной жизни, осознание обреченной необходимости и одновременно возможности невозможного. Все персонажи, и главные, и так называемые второстепенные, хотя здесь можно не говорить об их второстепенности, так как они - частицы целого, играют на общую идею, повествуя эту жизненную историю. И делают это так театрально, зрелищно, проникновенно, что зритель эмоционально остается убежденным в том, что в жизни «есть вещи, которые происходят не для того, чтобы их понимали». А для того, чтобы их чувствовали, сердцем… Только сердцем можно воспринять мечту. Давайте будем сверять собственные поступки со своей мечтой, и не грустите, если жизнь будет упрямо не совпадать с мечтами. Эпиграфом спектакля «Что вы потеряли в чужих снах?» стала фраза Хорхе-Луиса Борхеса «Мы мертвы, если нас ничто не трогает - ни слово, ни желание, ни память». Так давайте же будем живы!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно