«ПОЦЕЛУЙ ФЕИ». ВСЕГДА ЛИ ОН ФАТАЛЕН?

24 февраля, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №8, 24 февраля-4 марта

В поте лица работала в январе балетная труппа Национальной оперы Украины, создавая уникальное для академической сцены детище — «Вечер новых балетов» — первенец хореографа Алексея Ратманского...

В поте лица работала в январе балетная труппа Национальной оперы Украины, создавая уникальное для академической сцены детище — «Вечер новых балетов» — первенец хореографа Алексея Ратманского.

Самым изысканным лакомством на пиршестве новых балетов обещал стать «Поцелуй феи» — грустная аллегория композитора Игоря Стравинского, навеянная музыкой Чайковского.

Первая постановка балета была осуществлена в «Гранд-опере» в 1928 году Брониславой Нижинской (кстати, в 20-х годах она была главным балетмейстером Киевского оперного театра).

Тогда же свою первую редакцию балета предложил Жорж Баланчин, работая с труппой «Русский балет Дягилева». Именно его влияние специалисты отмечают в творчестве Ратманского. И не только.

Работая третий год в Королевском Виннипегском балете в Канаде, молодой исполнитель имеет представление о современном стиле и приносит веяния с Запада на нашу сцену.

«Алексей принадлежит как будто русской традиции, но в то же время тонко чувствует западный стиль», — неоднозначное мнение Юрия Григоровича, главного балетмейстера Большого театра России.

«Поцелуй феи» в редакции А.Ратманского подтвердил легкость, с которой он объединяет классику и модерн танца, бытовую пластику и смелость, с которой воплощает это разноцветье в сюжетных линиях спектакля. Отсюда просто удивительная многоплановость, объем композиции и многих отдельных сцен. Такой полет фантазии подкрепляется воздушной прозрачной сценографией Пола Дегла (Канада).

Очень старалась и произвела положительное впечатление молодежь балетной труппы Оперы, подтвердили свой класс солисты.

«С нашей балетной труппой, — высказал свое мнение о вечере директор Оперы А.Мокренко, — хотели бы поработать Клод Бесси из «Гранд-опера», Юрий Григорович, Алекс Урсуляк — это признанные мастера. Так получилось, что первым свое слово сказал А.Ратманский, и этот риск с его стороны оправдан.

Эти признанные мастера не имеют права на ошибку. А для нашей молодежи это прекрасная школа. Балетная труппа работала с большим энтузиазмом, без которого невозможно рассчитывать на успех в творческой работе.

«Вечер новых балетов», надеюсь, это не последняя такого рода премьера работы молодых мастеров, войдет в репертуар нашего театра».

Юрий Станишевский, президент Ассоциации деятелей хореографического искусства Украины, после премьеры высказал такую точку зрения:

— Ратманскому недостает понимания драматургии, музыкальности, отсутствует изобретательность. Он старается найти свой собственный почерк, но для такой задачи выбран не лучший материал — балет воспринимался очень посредственно».

Надо отметить, что право постановки балета на сцене Национальной оперы Алексей Ратманский получил по условиям Международного конкурса артистов балета и хореографов им. Сержа Лифаря. И хотя первое место не присуждалось, его работы в конкурсе хореографов были признаны лучшими. Тот же Юрий Станишевский отмечал в его работе то, что в этот раз отрицал.

Тогда Ратманский сам исполнял главные партии в номерах, поставленных им в Канаде, — и «Взбитые сливки» (муз. Р.Штрауса) были слаще, и «Романтический дуэт» (муз. Нино Рота) был более ироничным, нежели этим вечером.

Конечно, теперь задача стояла намного сложнее — постановка на сцене законченного музыкального произведения на основе развернутого сюжета, другими словами — балета.

Ощущений исполнителя для этого мало, они не могут стать состоянием хореографа. Перед ним стоит задача раскрыть содержание в танцевально-музыкальных образах. И именно образности недостает балету Алексея Ратманского.

У него интересные идеи — например, миниатюра «Утренняя серенада шута» (на муз. Мориса Равеля), но в их воплощении присутствует недосказанность, просто затруднительно определиться, на каком языке она высказана.

Углубляясь в эксперимент с собственной эстетикой, Ратманский начисто лишен «пиеты» (милосердия) к зрителю.

Зритель воспринимает зрелище (балет) как слияние зрительного и музыкального ряда, где последний как бы наполняет пластическую мелодию смыслом. Именно эту задачу решал Чайковский, создавая свои балеты, именно за ним пришли в этот жанр симфонические композиторы, тот же Стравинский.

И право постановщика решать, какие выразительные средства использовать для этого. Но у Ратманского мелодия движения попросту не звучит. «Мне очень не хватает киевской публики, — сожалеет Алексей Ратманский. — Ведь Киев балетный город, а истинных балетоманов не заменит никто. Они понимают и чувствуют каждое твое движение на сцене».

По-моему, прекрасное пожелание молодого... исполнителя. Хореографу же необходимо быть более демократичным в своих устремлениях, если он рассчитывает на успех.

Ведь не ради кучки пресыщенных «балетоманов» (русская традиция, что буквально заразила Запад) Алексей Ратманский терпел и преодолевал рутину, косность и консерватизм академической Оперы — напряженнейшая работа при полном отсутствии моральной и материальной поддержки. Или нет?

Не хочется, чтобы «Поцелуй феи» на сцене Национальной оперы стал «фатальным» для Алексея Ратманского. И как бы ни были прекрасны ее чары, он попытается сказать собственное слово в современном искусстве, дабы не «метать бисер...»

Пока же экспериментальная работа его остается на уровне студийной и может быть интересна лишь узкому кругу «посвященных» (?!)

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно