Неюбилейное

10 июня, 2005, 00:00 Распечатать Выпуск №22, 10 июня-17 июня

Давайте попытаемся отрешиться от навязанных годами штампов и внушенных с детства авторитетов и в...

Давайте попытаемся отрешиться от навязанных годами штампов и внушенных с детства авторитетов и взглянуть на некоторые явления взглядом постороннего наблюдателя, который долгое время имел возможность следить за происходящим в Национальной опере Украины. Мы без труда увидим, что от этого театра скоро не остается почти ничего, что можно было бы с гордостью преподнести как свежий плод творческих исканий отечественной режиссуры. Если новые режиссерские имена и новые постановки (кроме постановок главного режиссера театра господина Гнатюка) и появлялись в афише театра, то в течение всего шестнадцатилетнего периода работы Дмитрия Михайловича «главным» это были исключительно имена зарубежных режиссеров. Их было крайне мало и возникали они не благодаря, а скорее вопреки воле «самого», поскольку театр считал нужным вступать в контрактные отношения с тем или иным режиссером для подготовки спектаклей, которые предназначались для показа на международных оперных фестивалях и гастролях. Эстетическим критериям этих фестивалей вряд ли отвечала бы режиссура Гнатюка. Поэтому, дабы не обрекать театр на окончательную изоляцию и гибель, приходилось прибегать к услугам западных режиссеров. При этом вопрос о возможном дебюте кого-то из украинской творческой молодежи в качестве постановщика одного из новых спектаклей даже не обсуждался. В результате главный театр страны не получил никакого развития, ни одного нового режиссерского имени, никаких новых кадров и идей в режиссуре. Был, правда, случай, когда мнимое творческое лидерство главного режиссера слишком уж явно было подвергнуто сомнению. Очень колоритный и живописный спектакль, который импресарио непременно хотели видеть на подмостках театров Западной Европы, пришлось даже «переставлять». Речь идет о «Сорочинской ярмарке» Мусоргского. Ранее постановка этой оперы была осуществлена именно Гнатюком, но она оказалась абсолютно неконкурентоспособной. Это было немалым ударом для господина Гнатюка. Наверное, чтобы отмстить своему более одаренному зарубежному коллеге, который доводил спектакль до ума, главный режиссер надолго (если не навсегда) изъял «Сорочинскую ярмарку» из афиш театра.

Свои спектакли Дмитрий Михайлович очень любит. Зато работы некоторых своих коллег почитает нужным постепенно вытеснять из репертуара театра. Не знаю, может, это происходит случайно, а может быть — потому что присутствие в репертуаре собственных постановок приносит стабильные постановочные отчисления. Жаль, что из репертуара недавно исчезла очень качественно возобновленная «Катерина Измайлова» Шостаковича. Этому нет объяснения. Впрочем, Дмитрий Михайлович и ранее не жаловал эту работу Ирины Молостовой, которая пользуется таким спросом на Западе. Для примера здесь можно упомянуть еще как минимум два спектакля (кстати, той же Молостовой), которые оказались бы весьма уместными в нашем репертуаре и сегодня, так как были тщательно реконструированы и поистине получили новое дыхание. Это «Дон Жуан» Моцарта и «Тайный брак» Чимарозы. Классических опер такого типа в театре практически нет. А они очень нужны и зрителю, и труппе. Да и вообще, при таком репертуарном голоде и ограниченных возможностях театра пополнять афишу не стоило бы так разбрасываться накопленным багажом. Не говоря уж о подозрительном равнодушии Дмитрия Гнатюка к судьбе украинских опер (в том числе — современных). Сказанное здесь об издержках репертуарной политики Национальной оперы —лишь краткое резюме тех основных претензий, которые в последнее время высказываются обозревателями в адрес театра. При этом мы не каждый раз задумываемся, а какова же в этом доля вины главного режиссера театра? Думаю, эта доля — львиная. Ибо от кого же как не от главного режиссера могут исходить основные идеи, касающиеся самого содержания работы труппы, репертуарных ориентиров и т.д.? Если этих идей нет, то возникает вопрос — а есть ли у театра главный режиссер?

Ратуя за «реализм» (излюбленный термин господина Гнатюка), он даже не подозревает, что своим бессмысленным консерватизмом из года в год отбрасывает театр на несколько десятилетий назад. Посмотрите спектакли Гнатюка – и убедитесь в этом сами. А потом для сравнения сходите на премьеру «Фауста» в постановке Марио Корради. И вы придете к убеждению, что в мире оперная режиссура ушла уже настолько далеко, что привычные нам режиссерские приемы господина Гнатюка западному зрителю должны были бы показаться едва ли не архаичными. При всем этом заметим, что режиссура «Фауста» — это не что-то из ряда вон выходящее, а скорее комплекс постмодернистских режиссерских приемов, которые пробили себе дорогу на западную сцену примерно полтора-два десятилетия назад. И только сегодня, волей случая, мы можем увидеть нечто подобное в Киеве. Но и этот добротно осмысленный «вчерашний день» европейской режиссуры будет нам внове. Спасибо и на том! Потому что усилиями главного режиссера нашей Национальной оперы все эти годы мы были лишены возможности видеть на сцене что-нибудь кроме заскорузлого соцреализма.

Между тем главный режиссер полон энергии и, видимо, рассчитывает с помпой отметить еще не один творческий юбилей. Почему? Ответ прост. Его мнение не принято обсуждать, ибо главный режиссер Национальной оперы обладает всеми возможными средствами для удержания своего реноме. Любой несогласный с его позицией запросто мог бы поплатиться работой в театре или артистической карьерой. Поэтому критика главного режиссера никогда и ни в какой форме не исходила из театрального коллектива. Кое-что могли говорить об этом лишь журналисты, как лица, находящиеся вне непосредственной и фатальной зависимости от руководства театра. Думается, что сейчас снова самое время коснуться этой темы. Ибо в постюбилейной эйфории мы рискуем вовсе утратить чувство реальности. В этом году было сказано немало теплых и искренних слов о былых заслугах господина Гнатюка. Заслуги эти главным образом касаются песенного жанра. Гнатюку было суждено стать фигурой своей эпохи, универсальным «провладним співаком», который свято соблюдал лишь один принцип — быть поближе к любой власти и ценой этого сохранять за собой право влияния на любые жизненные ситуации в свою пользу. Чудовищно название книги о Гнатюке, выпущенной к предыдущему его юбилею, — «Голос і влада». Вот что, оказывается, можно считать главным итогом его творческой деятельности! Близость к власти расценивается как ключевой принцип построения артистической карьеры…

Но эта хроническая влюбленность господина Гнатюка в любую власть без разбора (начиная от Сталина и заканчивая всеми президентами Украины) имеет одно страшное последствие. Он до сих пор думает, что в искусстве главное — это «кадрово-номинальный статус» и «административный ресурс». Сохраняя в неприкосновенности свои регалии и служебное положение, главный режиссер считает вопиющей несправедливостью любую критику в свой адрес. Он не привык к конструктивному анализу своей деятельности со стороны. Зато всегда прибегает к любым мерам и отстаивает свои интересы, пользуясь близостью к власти. Отсюда немного сомнительные этические устои, свойственные господину Гнатюку. Заметьте, насколько часто в последнее время вокруг имени Дмитрия Михайловича возникали малоприятные истории, связанные с его высказываниями о своих коллегах (иногда давно умерших). То одно, то другое интервью Гнатюка пестрит какими-то легкими «уколами», упреками, неточностями, серьезно задевающими честь кого-то из его коллег. Только за самое последнее время так бывало как минимум три раза. В результате каждого такого интервью другим сторонам приходилось прибегать к открытому публичному опровержению через печать, дабы напомнить господину Гнатюку хотя бы элементарные нормы человеческой порядочности, а то и указать на прямую ложь. Один за другим так поступали и вдова Александра Таранца, и наследница Бориса Романовича Гмыри Ганна Принц, и недавно ушедший на пенсию Николай Кондратюк. Видимо, инерция вседозволенности, воспитанная в близости к власти, как-то преображает личность, причем не лучшим образом…

Ну а что же происходит в театре? Скоро выпускают премьеру — «Фауст» Гуно, поставленную, впрочем, не Гнатюком. Это единственное новое название в афише театра в этом сезоне. Постановка будет действительно новой, она не имеет ничего общего с тем «Фаустом», который шел на сцене Киевской оперы в прошлом. А предыдущей премьерой театра была опера Чайковского «Мазепа» — реконструкция старого спектакля Дмитрия Гнатюка, осуществленная им же. О дальнейших планах пока официально не говорят. А это означает только одно — никаких «прорывов» в области режиссуры и репертуара в следующем сезоне тоже не будет. Возможно, господин Гнатюк как всегда обдумывает: что бы такого повторить в ближайшем будущем? Ведь в его привычку входит обращаться только к тем операм, которые уже давно шли на сцене нашего театра и в которых он, как правило, сам принимал участие в качестве солиста. Так проще: не нужно напрягаться, знакомиться с новым музыкальным материалом, разрабатывать новые мизансцены. Авось осталось еще что-то, что «отлежало» в пыли положенный срок и вновь может быть преподнесено как премьера театра и как очередной шедевр его главного режиссера…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 20 октября-26 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно