КОМПОЗИТОРАМИ НЕ РОЖДАЮТСЯ

23 августа, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №34, 23 августа-30 августа

«Самый большой экзамен для меня - выход на сцену. Многие слушатели меня не знают, фамилии не помнят. А песни знают...

«Самый большой экзамен для меня - выход на сцену. Многие слушатели меня не знают, фамилии не помнят. А песни знают. И я рад, что частичка моего сердца, моей души есть в душах слушателей», - говорит Александр Злотник, наш замечательный композитор, автор более 700 песен, в том числе ко многим теле- и кинофильмам. Я бы сказал, что Александр Злотник - это целый пласт популярной песни. Как-то я имел удовольствие работать с Александром Иосифовичем над песней к кинофильму «Черная долина». Это было настоящее удовольствие - общение с талантливым, тактичным и добрым человеком.

- Ваши дети пошли по стопам отца?

- Вопрос «на засыпку». «Поступать» сына я никуда не буду. Надеюсь, это понятно. Он прекрасно знает английский... Посмотрим.

Дочь от первого брака Ольга учится на пятом курсе факультета украинской филологии университета.

- Ваши слабости...

- Рыбалка. На другие слабости просто времени нет. Хотя слабости есть, конечно. Раньше я серьезно занимался водным поло. Был даже момент выбора, но консерватория победила.

- Какие ценности, помимо традиционных, вы считаете важными для своей семьи?

- Обязательно следить за здоровьем и заниматься спортом.

- Вы стали настоящим «телевизионщиком», создали свой «Шлягер-96»...

- «Шлягер-96» был задуман как передача наподобие московской «Песни года», в которую вошли бы наиболее популярные песни, исполнители. Мы хотели бы так «объединить» радио и ТВ. На Украинском радио тоже ежедневно выходит «Шлягер-96». Лучшие семь песен месяца попадают в телевизионный вариант, который идет по УТ-1 с повтором.

Первые съемки были в Международном центре искусств (Октябрьский дворец). Пришло тогда человек 300 зрителей. На вторых съемках было уже более тысячи. А потом мы перешли во Дворец спорта, и там был уже полный зал! Деньги, вырученные от продажи билетов, мы передали Украинскому радио на ликвидацию последствий пожара в их помещении.

- Что же поют на «Шлягере-96»?

- Это, в первую очередь, традиционные песни.

- Что значит «традиционные»?

- Это песни, которые своими традициями, интонацией, мелосом опираются на народную песню, на сегодняшнюю жизнь Украины. И они чем-то сродни (по интонации, духу) украинской народной песне, ее самым лучшим достижениям.

В Украине огромное количество народных песен, об этом можно смело сказать (по данным исследователей, записано 300-500 тысяч народных песен). То есть это тот «товар», который люди любили. Накапливали его. Интонационно все украинские песни чем-то похожи. Значит, именно такие песни были нужны людям.

Всегда звучала только народная песня. Она есть и она будет. Нужно, чтобы появились и традиционные песни, такие как «Черемшина», «Марiчка», «Рiдна мати моя», «Два кольори». Они со временем станут, а некоторые уже стали народными. Ведь и народные песни не абстрактный народ сочинял. Не садились все «докупи» и писали музыку, слова... Нет, это какая-то личность придумывала песню. Потом она, полюбившись людям, становилась народной.

- Как вы относитесь к композиторам без специального музыкального образования?

- Плохо, когда люди занимаются не своим делом. Когда человек может просто напеть мелодию (нот он не знает), а кто-то за него запишет, еще кто-то оркеструет (а это огромная работа). Такие «композиторы» самодеятельны в худшем смысле слова. Есть и «поэты» с восемью классами образования... Но ведь никто из здравомыслящих людей не возьмет скальпель в руки и не будет делать даже наипростейшие операции. Ведь такой «хирург» может просто физически уничтожить человека. Но почему такие люди вторгаются в духовность человека, в его мир, убивают его духовность? Я не могу ответить на этот вопрос.

- Чувствуете ли вы себя в чем-то обиженным, вы - известный композитор, не имеющий званий?

- Каждый бывший советский человек, даже самый благополучный, может обижаться на «систему». И это правильно. Да, были худсоветы, некоторые песни не принимали. Но все равно хорошая песня как-то пробивала себе дорогу. Да, мои хорошие песни «рубили», не давали им ходу. Но потом все равно каким-то непонятным образом они попадали в эфир.

- Вы можете рассказать, как становятся композитором?

- Композитором действительно становятся. Есть высшие учебные заведения, класс композиции. И учиться там надо не только ради билета Союза композиторов (что раньше имело колоссальное значение). Кстати, раньше, если человек не был членом Союза композиторов, то, скажем, из каждых десяти произведений, исполнявшихся каким-нибудь ансамблем, оплачивалось только три. И то, на это нужно было специальное решение Министерства культуры - «большая» скидка для меня и еще для Левка Дуткивского (две песни) - «не союзных» композиторов. В 1985 году я, наконец, получил «союзный» билет.

На мой взгляд, композитор - это постоянное желание самовыражаться. Без этого невозможно, это как наркотик. А чистый лист бумаги - раздражитель. Хочется что-то делать. Помимо таланта, данного Богом, работоспособности, есть и что-то другое: то, что ты делаешь, должно быть нужно людям.

Часто так бывает: человек с абсолютным слухом после училища поступает на композиторский, представив необходимые произведения... Его принимают. И потом он выходит из консерватории копией своего педагога. В творчестве такого человека все вторично. Если не сумели раскрыть, воспитать его индивидуальность (если она была, конечно, - это не всегда можно распознать в начале творческого пути). И вот он начинает творить, писать «нетленку», а она никому не нужна. Все сделано как будто правильно, но песни такие абсолютно не волнуют людей. Раньше сборники песен тоннами лежали в музыкальных магазинах...

- «Не продается вдохновенье, но можно рукопись продать...»

- Песня - это специфический товар, который нужен людям. И если создатель-неудачник говорит, что нынешнее поколение его не понимает, поймут в будущем - я в это не очень верю. Даже Моцарт - пьяница, картежник, бабник, хоть и был гениальным композитором, работал только на заказ, в духе того времени. Но делал это так гениально, что музыка его осталась навсегда.

Весь фокус в том, как в моде показать свое «я». Тут существует большая конкуренция - все хотят быть модными. Многие рассуждают так: «Возьму интонацию оттуда и оттуда, стилизую под народную песню...» Да, в таком случае возможен сиюминутный успех. Но не более того, потому что все равно копия хуже оригинала. Зачем она, когда есть оригинал? Оркестровка через несколько лет станет немодной, а затем все обратятся именно к оригиналу.

Человека, построившего хату, сруб, никогда не назовут архитектором. Поэтому иногда обидно объяснять, что такое - профессия композитора. Хотя бывают забавные случаи. Как-то мою машину «арестовали». Я приехал ее забирать, а милиционер спрашивает: «А ты кто вообще?» - «Композитор». - «Это что, кличка такая?» Так что слово «композитор» вызывает разные ассоциации у людей.

А вообще, я счастливый человек. Занимаюсь любимым делом, да еще получаю за это материальное вознаграждение.

- Это редкость...

- Сейчас многие люди вынуждены бросить свою специальность, чтобы заработать деньги, прокормить семью. Страшно смотреть, как разваливаются киностудия, Союз композиторов. Лучшие наши академические композиторы, которых знают за рубежом, вынуждены думать, как прожить... Потом придется десятилетиями все восстанавливать. Это трагедия. Фактически общество останавливается в развитии.

Но при всем том я верю в украинскую интеллигенцию. Это люди, которые, несмотря ни на что, выживают, творят благодаря силе духа. Я верю в украинский народ. Ты - гражданин, если любишь эту землю и делаешь для нее добро независимо от национальности.

- Что для вас песня вообще?

- Каждая песня - это образ. Если у поэтов возникает проблема с образами, то уж изобрести что-то новое из семи нот... композиторам очень сложно. Я бы сравнил их работу с лавированием между деревьями-нотами. Насколько ты требователен к себе, настолько для тебя возможен и успех. Можно написать одну хорошую песню - и она будет твоя. А можно писать десятки, занимаясь плагиатом.

- За рубежом бывали много раз?

- Первые гастроли были в 1989 году с трио Мареничи - я много писал для них. Мы объехали все восточное побережье США и Канаду. Было много концертов, их хорошо принимали - люди подпевали, аплодировали, вставали с мест. И песни знали, несмотря на «железный занавес», океан... Бывал в разных странах.

- А вы работали в академических жанрах?

- Да. Я работал с интересными коллективами, людьми - дирижерами Глущенко, Гнедашем, Турчаком... Я писал симфонические произведения, оркестровые пьесы, фантазии, концерты. Писал для парижских варьете мюзиклы.

- Были ли у вас в жизни потери?

- Самой большой потерей для меня была смерть Назария Яремчука, с которым мы много работали. Это был не только один из основных моих исполнителей, но и друг, который очень рано ушел из жизни. И хоть говорят, что свято место пусто не бывает, это не так. В нашем мире, когда уходит настоящий мастер, это место никто не заполнит. Такого второго голоса, тембра, как у Назария, нет. Да, есть красивые голоса и хорошие исполнители, но такого, как Назарий, не будет. Он выходил на сцену с улыбкой. Это нельзя восполнить, забыть. Похороны Назария Яремчука показали, что такое традиционные песни. Такое впечатление, что вся Украина собралась. Город волной шел, и это не случайно. Все-таки народ любит то, что он любит, что ему нравится. Жизнь таких людей доказывает, что такая песня нужна людям.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно