ЕВРОПЕЙСКОЕ ТУРНЕ ЛЬВОВСКОГО «НАБУККО»

16 марта, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №11, 16 марта-23 марта

В год памяти Джузеппе Верди спрос на оперные представления по произведениям композитора чрезвычайно возрос...

Сцена из спектакля «Набукко»
Сцена из спектакля «Набукко»

В год памяти Джузеппе Верди спрос на оперные представления по произведениям композитора чрезвычайно возрос. Нет страны, где бы не отмечалось это событие в целой серии разнообразных торжеств. Постановкой «Набукко» Львовский театр оперы и балета одновременно отметил два важных события: почтил память гениального итальянского художника и отпраздновал собственный столетний юбилей. Упомянутый спектакль осенью могли увидеть киевляне. А после этого пришел черед еще одного серьезного испытания — выступления на оперном фестивале в Тироле, в живописной местности Куфштайн. Сюда, в средневековый замок, приезжает многочисленная публика посмотреть оперные представления в непривычной экзотической обстановке, где можно полюбоваться горным пейзажем, подышать свежим воздухом, воспринять театральную иллюзию в тщательно сохраненной исторической среде. Куфштайн лежит между Зальцбургом и Веной — двумя всемирно известными центрами музыкально-театральной культуры. Сюда приглашают лучшие коллективы, известных звезд оперной сцены. Львовская опера дебютировала на этом престижном фестивале еще год назад, показав свою «Аиду». Повторное приглашение стало свидетельством того, что дебют был удачным. Сотрудничество с международным агентством Da Capo позволило подтвердить свое реноме в Куфштайне и получить контракт на четырнадцать гастрольных выступлений в городах Австрии и Германии. Дирижировал всеми спектаклями главный дирижер театра Мирон Юсипович. Мы обратились к нему с просьбой рассказать, как проходили гастроли, как восприняли львовскую версию «Набукко» публика и критика.

 

— Публика действительно имеет возможность высказать свои впечатления от фестивального представления, ибо ее поощряют весьма интересным образом. Каждый зритель — а их в Куфштайне собирается свыше трех тысяч — получает анкету, которая состоит из двух десятков вопросов, касающихся впечатления от постановки, игры оркестра, качества звучания хора, исполнения партий солистами, работы дирижера. Для стимулирования максимально подробных ответов разыгрывается специальная лотерея. Выигравшие ее счастливчики будут иметь возможность бесплатно посетить одно из представлений венской Штатс-оперы. На основе этого опроса, а также оценок газетной критики фирма-организатор фестивального выступления называет имена получивших наивысшие оценки и награжденных специальной премией. Среди участников нашего спектакля премировали Людмилу Савчук, певшую Абигаилу, Александра Громыша, выступившего в партии Захарии, и дирижера-постановщика.

— То есть и вас лично, и двух ведущих солистов театра можно поздравить со значительным успехом. А в составе солистов были только львовяне?

 

— Нет, не только. Особенность таких фестивалей в том, что публика хочет видеть в их программе имена выдающихся звезд мировой оперной сцены. А это певцы, которые выступают в разных странах, в ведущих оперных театрах, имеют признание международной прессы. Певцом именно такого уровня считается венгр Мишель Калманди, исполнявший в нашем спектакле заглавную партию Навуходоносора. А во время дальнейшего турне у нас было два разных исполнителя этой партии — итальянец Франко Джовани и наш украинский певец, солист Варшавской оперы Андрей Шкурган. На небольшую партию Фенены мы пригласили певицу из Москвы Ирину Оганесову, которую заметила и особенно отметила критика. Кроме Александра Громыша, Захария пел также солист Вроцлавской оперы Виктор Гореликов.

— Хорошо известно, сколь напряженно приходится работать нашим оперным коллективам во время заграничных гастролей. Это тяжелые переезды, отсутствие свободных дней между представлениями, выступления в очень больших помещениях на несколько тысяч зрителей, плохо приспособленных для оперных спектаклей. Можно ли сказать, что ваши гастроли в этом плане проходили лучше?

 

— График и впрямь был чрезвычайно напряженным. Однако с этим приходится мириться, поскольку мы пока не достигли такого международного веса, чтобы диктовать свои условия приглашающей стороне. Относительно помещений — они были разными. Выступали мы и в театрах, и в концертных залах с замечательной акустикой, и в спортивных и выставочных залах. Критика непременно подчеркивала в таких случаях, что это не самые лучшие условия для восприятия оперы. К примеру, в пленительном городе Моцарта Зальцбурге мы выступали в огромном спортивном зале. И корреспондент местной газеты Карл Граб полемически назвал свой отзыв о спектакле «Для оперы нужен оперный театр». По его мнению, акустика зала помешала по достоинству оценить качество исполнения, хотя журналист и отметил согласованность между хором, солистами и оркестром.

— В этой лаконичной рецензии обращено внимание на прекрасный вид отреставрированного львовского театра, снимок которого был помещен в программке. Очень хорошо сказано, что даже своей архитектурой такое сооружение подчеркивает важность культуры и роль театра как центра общественной, культурной и политической жизни. Однако как вы лично восприняли вывод о «трогательно старомодной постановке» с накладными бородами, заламыванием рук, трагическими жестами и театральными маршами?

 

— Как ни странно, наша «старомодность» очень нравится зрителям. Мне кажется, это больше отвечает их представлениям об оперном стиле Верди и о самой опере, нежели модернизованные постановки, мода на которые уже проходит. Это наглядно подтвердил выбор именно нашего спектакля. Организаторы нашей поездки просмотрели видеокассеты пяти разных версий «Набукко» довольно известных европейских театров. Наша постановка им понравилась своим приближением к отброшенным западными театрами оперным традициям, для оперного искусства весьма естественным. Их нельзя просто отбрасывать, увлекаясь новациями осовремененных версий. Ведь в исполнении старинной музыки сегодня существует целое направление аутентики, максимального приближения к инструментарию, условиям, стилю исполнения произведения, существовавшим во времена его появления. На мой взгляд, мы не приверженцы устаревших шаблонов, а лишь стремимся к аутентичности, к сохранению в опере театральной иллюзии.

— Любопытно, что в другом газетном отклике подчеркивалась большая эмоциональная отдача, отличавшая ваше исполнение. Это были живые эмоции, настоящий темперамент музыки Верди и интенсивность, соответствующая библейскому сюжету произведения. Полагаю, эти качества вообще присущи выступлениям наших артистов. Они не щадят себя и работают на полную силу, а именно это и вызывает восторг у публики.

 

— Только таким образом мы и можем рассчитывать на победу в жестокой конкуренции, существующей на гастрольном рынке Запада. Здесь не помогут ни звания, на которые можно сослаться у себя дома, ни чья-то поддержка. А доказательство нашей состоятельности — одно. Если после одного выступления приглашают повторно или устраивают многодневные гастроли, это означает, что наши расчеты были правильными, когда мы избирали в качестве юбилейной премьеры оперу Верди.

— А что было после «Набукко» и что планируется на конец сезона?

 

— Театр уже несколько лет сотрудничает с итальянским режиссером Джузеппе Вишилия. Он был постановщиком «Набукко», он же поставил спектакль совсем другого жанра и настроения, оперетту Ф.Легара «Веселая вдова». В нашем театре идут классические оперетты. На них с удовольствием ходит публика, они полезны для актеров, расширяют их репертуарные границы. «Веселую вдову» поставили специально для итальянских гастролей с уменьшенным исполнительским составом, причем представление шло на итальянском языке. Исполнители все молодые, некоторые еще студенты. Очень удачно и в актерском, и в вокальном плане выступила в главной роли Марина Хохлогорская. «Веселой вдовой» дирижирует Андрей Юркевич. После показа в Италии этот спектакль остался в репертуаре театра, его переучили на украинском.

Есть договоренность о продолжении наших контактов с фестивалем в Куфштайне. Мы собираемся показать там «Травиату», постановку которой сейчас начали готовить. А самым важным событием под занавес сезона должна стать премьера оперы Мирослава Скорика «Моисей». Работу над произведением композитор завершил, хор уже приступил к разучиванию партий. Опера потребует напряженной работы всего коллектива, а готовить ее будет сам автор, который является не только известным композитором, но и выступает как дирижер.

— Вы прошли в этом театре все этапы своего становления. Работали суфлером, хормейстером, ассистентом дирижера, исполняли обязанности главного дирижера в течение года, два последних сезона были художественным руководителем. Что для вас театр и профессия дирижера?

 

— Пожалуй, по велению судьбы именно в этой профессии я нашел себя. В школе особенно восхищался пением, а серьезные занятия музыкой прекратил на несколько лет. Сначала была скрипка, потом пауза, потом пошел на хормейстерский факультет в Дрогобычское музыкальное училище, закончив его, поступил во Львовскую консерваторию уже на оперно-симфоническое дирижирование. Наилучшей школой были годы стажировки в Петербурге в Мариинском (тогда еще Кировском) театре. Там не только видел работу выдающихся дирижеров, посещал уроки вокала, но и имел возможность подирижировать несколькими представлениями, первым из которых стала именно «Травиата» Верди. По рекомендации Валерия Гергиева должен был поехать работать в его родной город Орджоникидзе, год работал приглашенным дирижером в Перми. Но все время тянуло во Львов и в свой родной театр. Как и повсюду, есть у нас немало проблем. Не знаю, как сложится моя собственная судьба в следующем сезоне. Однако считаю, что за последние два года нам кое-чего удалось достичь, а в перспективе можем сделать еще больше.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно