Ахтем Сеитаблаев: "Мы должны воспитывать в себе мышление победителей"

8 октября, 2016, 00:00 Распечатать

 Ахтем Сеитаблаев, в нашем нынешнем гражданском восприятии, намного больше, чем актер и режиссер: всем известна его позиция по Крыму, все знают его как активиста и патриота. В интервью ZN.UA г-н Сеитаблаев рассказал о своих ближайших кинопремьерах, о желании снять сериал о Соломии Крушельницкой, а также, естественно, поведал о Крыме, который давно болит в его сердце.

 Ахтем Сеитаблаев, в нашем нынешнем гражданском восприятии, намного больше, чем актер и режиссер: всем известна его позиция по Крыму, все знают его как активиста и патриота. 

В настоящее время Ахтем вплотную занят одновременно несколькими серьезными кинопроектами: "Ее сердце", "Киборги", "Военный госпиталь". В разработке также фильм "Захар Беркут" по Ивану Франко. В интервью ZN.UA г-н Сеитаблаев рассказал о своих ближайших кинопремьерах, о желании снять сериал о Соломии Крушельницкой, а также, естественно, поведал о Крыме, который давно болит в его сердце. 

— Ахтем, с учетом того, что вы один фильм уже завершаете, а другой начинаете, естественный вопрос: как это все успеваете, как выстраиваете свой график, чтобы ничего не упустить, ведь есть еще и театр?

— На самом деле, я не так сильно занят. Николай Акимов однажды сказал: "У творческого человека есть два состояния — абсолютной ненужности и тотальной занятости". Естественно, лучше второе. Так что с графиком я справляюсь.

— Какие предварительные даты выхода ваших проектов — "Ее сердце", "Киборги", "Военный госпиталь" и других? 

— На этой неделе была премьера сериала "Военный госпиталь". Но под другим названием — "На лінії життя" (1–2-я серии). Посмотрев, я остался доволен. И тем, как снят фильм, и тем, что согласился участвовать в этой работе. Во-первых, хороший сценарий, во-вторых — сама команда и режиссер. В-третьих, сериал снимал FRESH production Group, а это моя альма-матер, я там начинал. 

С этими ребятами — Олегом Щербиной, Юлией Чернявской — снял четыре фильма. Мы сходимся по многим вещам — это взгляды, гражданская позиция. Для меня это немаловажно. 

Если говорить о фильме "Ее сердце", то картина в постпродакшене. Надо доснять еще два съемочных дня в Иерусалиме — начало и финал. Думаю, что осуществим это в ближайшее время. Премьера запланирована на следующий год. Половина финансирования — Госкино Украины, за что я им признателен. Они выполняют все свои обязательства в рамках законодательства, тем самым дают мотивацию и поддерживают меня как режиссера и мою команду в осуществлении замыслов, которые предлагаем на питчингах. 

Знаю, что в следующем году будет много украинских фильмов, сделанных при поддержке Госкино. И не хотелось бы потеряться в этом списке. Что касается "Киборгов", то в ноябре начинаем подготовительный период. И зимой 2017-го планируем войти в активную фазу съемок. Премьера запланирована на ноябрь 2017-го. 

— Говорят, фильм "Ее сердце" вы планируете назвать именем главной героини — "Саиде"? 

— Думаю, фильм так и будет называться — "Саиде". Собственно, как я уже сказал, картина почти снята, и даже можно обойтись без двух дней досъемок в Иерусалиме. Но для меня этот город знаковый. Думаю, не меня одного он ошеломляет. 

Если снимем то, что планируем, это добавит фильму и содержания, и атмосферы. 

— Кто сыграл главную роль? 

— Молодая украинская актриса с крымскотатарскими корнями (ее прадед — крымский татарин) — Лилия Яценко. Верю, что ее ждет большое будущее. Мы долго искали главную героиню. Это ее дебют в прокатном кино. Она трудяжка. Очень ответственно подходит к тому, что делает. 

— "Саиде", как я понимаю, развитие темы "Хайтармы"?

— С одной стороны можно и так сказать. Так сложилось, что немногие режиссеры снимают кино о крымских татарах. Кроме себя знаю еще одного, своего коллегу — Наримана Алиева. Поэтому считаю своим долгом, будучи крымским татарином, рассказывать подобные истории. 

Эта история для меня важна не только потому, что прототип главной героини — крымская татарка. Она меня поразила как история матери с большой буквы. Ведь о Холокосте есть ряд значительных фильмов. А наша история уникальна тем, что Саиде спала еврейских детей дважды. Один раз — от нацистов, сказав, что они крымские татары. Второй раз — от большевиков, когда была депортация. Для меня это история о том, как важно слышать, сочувствовать, любить и сопереживать, как бы банально это ни звучало. 

Хотя, на самом деле, мне давно хотелось бы снять комедию или что-то авантюрное. Может быть, после "Киборгов"?

— Где искали натуру для фильма "Ее сердце", и много ли в картине массовых сцен, ведь действие происходит в 1944-м? 

— Нам нужен был Крым, поэтому съемки проходили в Грузии. Думаю, не нужно объяснять, почему… За это благодарен нашим грузинским партнерам. Это были непростые, но очень теплые и замечательные дни. 

Но, в отличие от "Хайтармы", "Ее сердце" — более камерная история. Здесь фокус, в основном, на главной героине, на ее взаимоотношениях с детьми и их антагонисте — немецком офицере. 

— Как думаете, возможен ли прокат этой картины — в будущем — в Крыму? 

— Пока там оккупация — нет. Но надеюсь, что оккупация завершится. 

— Недавно Никита Михалков заявил, что в РФ есть намерение снять фильм о "русской весне" в Крыму, т.е. о зеленых человечках. Что думаете о позиции Михалкова, который рекламирует подобные идеи?

— Я не интересуюсь Никитой Михалковым и его творчеством. Хотя когда-то он был моим кумиром. 

Естественно, что те, кто кричал во всю глотку "Крым наш!" и "Путин, приди!", поддержат и такой фильм. А те, кому все это чуждо, данную тему никогда не примут. 

— Возможно, у украинских кинематографистов есть свои планы на этот счет, раскрыть данные события с обратной стороны?

— Есть документальный фильм "Крым. Как это было". Сейчас, по-моему, должен выйти фильм о Мустафе Джемилеве, где тоже будет поднята эта тема. 

А в моих планах — снять художественный фильм о событиях 2 мая. Когда Мустафу Джемилева не пустили в Крым. Когда-то мы с моим хорошим товарищем Дмитрием Суржиковым работали над сценарием "Алтын бешик". Легенда Крыма о Золотой колыбели — некий Ковчег Завета. Вот такие аналогии. 

И Дима написал историю о том, как потомок штандартенфюрера СС Отто фон Олендорфа занимался раскопками и поисками артефактов в Крыму. И он (в поисках Золотой колыбели) стравливает между собой жителей Крыма — русских, украинцев, крымских татар. Словом, устраивает межнациональную рознь, чтобы создать некий анклав для сверхлюдей и очистить территорию. 

Представьте, этот сценарий был написан еще в 2010-м! Получается, что творческие люди часто предвосхищают некоторые события. Сценарий хороший, мечтаю снять это  кино.

— Так что авантюрную комедию придется отложить? 

— Мне всегда интересно с точки зрения творчества рассматривать пограничные обстоятельства, в которых оказываются люди. А тут сама жизнь такое преподносит…

— Вы уже более двух лет не были в Крыму. Но этим летом в Киеве гостили ваши дети. Если можно, скажите, что дети рассказывают о ситуации на полуострове?

— Да, я не был в Крыму с тех пор, как произошла аннексия. Дети приезжали, жду не дождусь их снова. Может быть, приедут на осенних каникулах? 

А что дети могут рассказать? Все непросто. Сына перевели в крымскотатарскую школу, потому что он мальчик смелый и отважный. Ему 13 лет. Этот маленький мужчина в предыдущей школе каждый день дрался. Потому что дети приходят из дому и, понимаете, что они говорят. Наподобие того — "когда вас, татар, выгонят отсюда?" и т.д. 

Но теперь я знаю, что там он — среди своих. 

Старшая дочь уже закончила институт. Она актриса. Но пока не работает в профессии. Она болезненно воспринимает то, что происходит в Крыму. Я хочу их забрать сюда. И надеюсь, что заберу. 

— Действительно ли есть прямая опасность, что вас задержат, арестуют, когда решите приехать в Крым к родственникам? 

— Думаю, что моя поездка в Крым ничем хорошим не закончится. И я не хочу, чтобы мои многочисленные родственники потом брали штурмом СИЗО. Я много раз пытался забрать сюда родителей, но они — ни в какую. Говорят: "Не для того мы возвращались…". Мой отец, еще когда мы жили в Средней Азии, почти год сидел в одиночной камере за национальное движение. И его не сломали. 

— В продолжение крымской темы — как часто общаетесь и общаетесь ли с Джамалой? Как восприняли весть о ее победе?

— Когда встречаемся, то очень тепло общаемся. Переживал за нее, болел. Она чрезвычайно талантливый человечек и замечательная певица. 

Ее победа очень важна. С одной стороны, эта победа творческая. Потому что у нее великолепный голос, и она им искусно владеет. Но еще важна информационная составляющая ее победы. И для Украины, и для крымских татар. 

Все хорошо, что прославляет страну. Как бы банально и пафосно это ни звучало. Нам нужно поддерживать людей, которые работают во славу страны и добиваются результатов. Это формирует мышление победителей. 

— И для людей с комплексом "меншовартості" это важно… 

— Это еще одна черта, которая роднит украинцев с крымскими татарами. Ведь долгое время "крымских татар" не было. Вы только представьте: 70 лет нас вообще не было в списках народов, живущих на территории СССР! 

И этот комплекс неполноценности потом стал въедаться в сознание. Формировать мышление жертвы. И мы обязаны на примере наших волонтеров, воинов, параолимпийцев воспитывать в себе мышление победителей.

— А насколько лично вы вовлечены в процессы, которые сегодня проходят на границе с Крымом? 

— Если глобально — да, вовлечен. Поддерживал гражданскую блокаду Крыма. Состою в добровольческом батальоне им. Номана Челебиджихана. Это крымскотатарский батальон, состоящий из крымчан. Думаю, этот батальон когда-нибудь вольется в Вооруженные силы Украины. И вырастит бригаду, которая будет нести службу непосредственно в Крыму. 

— Недавно руководитель Госкино Украины заявил, что из Госбюджета будут выделяться средства — на сериалы. Владеете ли вы информацией, на какие непосредственно сериалы будут пущены государственные деньги, на чистое мыло для домохозяек или, возможно, это проекты исторического, просветительского направления? 

— Этот закон позволит снимать качественные сериалы. С одной стороны здесь — вливания телеканалов, с другой стороны — от государства. Тогда можно было бы продавать наш контент и за рубеж. Заинтересовать Польшу, другие страны. 

Как, например, "Слугу народа", шутка ли — приобрела телекомпания FOX. Это чрезвычайно круто. 

Если говорить лично обо мне, то мечтаю снять многосерийный телефильм о Соломии Крушельницкой. Ее судьба драматичная, яркая, наполнена событиями. И, конечно, было бы интересно снять об этой уникальной личности серьезный фильм. 

— Еще о сериалах. Для многих женщин вы стали воплощением настоящего мужчины после ряда телепремьер, в частности "Центральной больницы", где вы играете хирурга. Хирурга вы также сыграли и в сериале "Военный госпиталь". Чем, на ваш взгляд, отличаются эти роли врачей, к тому же хирургов в обоих сериалах? 

— Отличаются. Если говорить о "Центральной больнице", то там фокус на главных героях. А в "Военном госпитале" важна сама история людей, которые попадают на лечение в госпиталь. В "Центральной больнице", при всех ее достоинствах, такая история могла произойти где угодно. В любом городе, в любой стране, в любом медицинском коллективе, она ни к чему не привязана. 

А вот "Госпиталь" — совершенно украинская и киевская история. Там все предметы, события абсолютно четко сопряжены с местом, временем, данной проблематикой и т.д. 

Да, есть некая схожесть фабулы по линии моего персонажа: там и там — это врач-хирург, там и там есть прошлая любовь, там и там — новая любовь… 

— Возможно, приобрели какие-то медицинские навыки в связи со столь длительным пребыванием в образе хирурга? 

— Естественно, кое-что откладывается. Если говорить о "Военном госпитале", то наш режиссер Антон Олегович Гойда водил съемочную группу на операцию к кардиохирургу Борису Михайловичу Тодурову. И я смотрел от начала до конца две операции на сердце. 

Видел в 20 см от себя живое пульсирующее сердце. Это фантастические ощущения! Представьте, а в детстве я на самом деле мечтал быть хирургом. Видимо мечты все-таки сбываются — хотя бы понарошку. 

— Сценарий для ваших "Киборгов" написала Наталья Ворожбит. Как позиционируете жанр фильма — как документальную драму с элементами художественными или что-то другое? 

— Это военная драма. Фильм художественный, но основан на воспоминаниях реальных людей. Те, кто интересовался событиями, происходящими в нашей стране и, в частности, трагедией Донецкого аэропорта, думаю, узнают в поведении, в словах и характеристиках персонажей совершенно конкретных людей. Наталка Ворожбит — выдающийся драматург. Она элегантно и точно выписала персонажей. 

И для меня важно, что некоторые из воинов, которых сегодня называют киборгами, собственно говоря, были и нашими консультантами. Я познакомил Наталью с этими ребятами. Ведь сценарий написан по их воспоминаниям. Они вычитывали сценарий на предмет — "может быть?" или "не может быть?". Ведь рассказать всю историю защиты Донецкого аэропорта на протяжении двух часов невозможно. Поэтому какие-то события компилировали. А чтобы усилить драматургическую составляющую, придавали дополнительные черты другим персонажам. И события, происходившие с другими, гармонично легли в эту канву.

Всего у нас семь прототипов. При всем уважении к старшему поколению, я убежден в том, что именно за молодыми, образованными, мужественными и знающими цену жизни и смерти — будущее. 

Они понимают, за какую страну сражаются, и где хотят жить. Они готовы участвовать в создании такой страны. Как бы пафосно это ни звучало. И я хочу посвятить это кино им. 

— Много ли было "исправлений" от ваших консультантов, наших героев?

— Нет. Исправления в основном касались боевых и военных сцен. Где-то они смеялись, улыбались, говорили, что мы загнули, такого не было и быть не могло. Но с точки зрения основных месседжей — чем живут наши герои, о чем спорят, все это им понравилось. 

— Когда планируются главные батальные съемки "Киборгов"? И где именно? 

— Это календарно-постановочный план. Словом, детали, которые выяснятся позже. Думаю, снимать будем под Киевом. Разговаривали с Министерством обороны, надеемся, что они будут оказывать помощь. Без их участия просто не снять "Киборгов". Ведь будут нужны танки, БТРы. Чтобы все было по-настоящему, иначе нет смысла. 

— Вы говорили, что планируете свозить актеров на полигон, дабы они на себе ощутили, что такое быть военным? 

— Да не просто свозить, а загнать их минимум на дней десять, недели так на две… Если кто-то не согласен, может даже не приходить на пробы.

— Вы знакомы с реальными ребятами, которых называют киборгами: какие их личные истории вас особо задели, зацепили? 

— Это невозможно определить. Что сильнее — лежащий под завалами аэропорта человек, который звонит своей дочери и одновременно решает задачку по математике, хотя знает, что, скорее всего, умрет? Или история волонтерши, у которой погиб единственный сын, и она взяла шефство над взводом? И они называют ее мамой, а она их — сыновьями. 

Каждая история задевает за живое. 

— В работе над "Киборгами", очевидно, будут применены особые сверхсовременные технологии? Кто из западных партнеров главный помощник в этом вопросе? 

— Конечно, хочется, чтобы способ съемки был современным. Стремимся к максимальной палитре, чтобы по максимуму передать содержание. Что касается помощников, радует то, что достаточно много украинских представителей бизнеса (и не только) заинтересовались проектом. На самом деле мы открыты для сотрудничества. 

— Многие знают, что над разными проектами вы очень тесно работаете с Иванной Дядюрой, которая помогает реализовать вам смелые и амбициозные кинозамыслы. 

— Иванна — чрезвычайно профессиональный человек. Все фильмы мы сняли совместно. Она выполняет огромную часть работы. Ведь задача продюсера — не только качественно организовать съемочный процесс. Продюсер может влиять и на художественную составляющую, ведь кино — коллективный труд. Иногда и артисты, будучи сильно погруженными в материал, предлагают интересные вещи. Я не авторитарен. Да, я достаточно жесток, но и достаточно комфортен в работе. Я за то, что право слова имеет каждый на площадке, но только по делу. У меня в этом плане замечательная команда. 

— Вы не удивитесь, если скажу, что ваш образ — узнаваем и привлекателен для украинцев, для патриотов. В этой связи есть ли предложения от политсил "примкнуть" к ним? Или, возможно, вы сами вскоре подумаете о создании какой-то своей партии, ведь поклонников много? 

— Я думаю, что гораздо больше пользы принесу, будучи режиссером и актером. Может быть, "потом". 

— Как режиссер, какие бы вы дали "режиссерские" наставления нашим главным теперешним политикам, входящим в рейтинговую пятерку? Что нужно хотя бы "сыграть" в первую очередь, хотя бы в рамках внутренней политики, и чего не стоит делать, ведь ошибок и провалов много? 

— В качестве доброго совета ничего нового не скажу: делай так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой. Собственно, все! Украинцы — уникальная нация. Им главное — не мешать, им надо создать условия, при которых человек, живущий в Украине, благодаря своим способностям мог бы вырастать и в материальном, и в жизненном плане. 

— Украинцам даже помогать не надо, главное — не мешать. Потому что они творческие, сильные, креативные. Потому что жизнелюбы, потому что у них очень крепки семейные узы. Потому что есть хорошая традиция жизни на своей земле. 

— При вашем плотном графике в кино на театр остается время?

— Если хочешь полноценно участвовать в творческой, в том числе и театральной жизни — время найдешь. Мне радостно, что я работаю в Театре на Левом берегу, есть ряд спектаклей с Адой Роговцевой. Мы часто бываем и в зоне АТО. Эти спектакли как раз и говорят о свободе человека, о его достоинстве. И о том, как важно не сломаться. 

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно