Жадан for the masses

19 ноября, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск № 47, 19 ноября-26 ноября 2004г.
Отправить
Отправить

Чтобы написать роман, надо мыслить романно. Сергей Жадан приблизился к этой цели вплотную. «Депеш ...

Чтобы написать роман, надо мыслить романно.

Сергей Жадан приблизился к этой цели вплотную. «Депеш мод» естественно было бы считать автобиографической повестью, если бы сам автор так часто не подчеркивал: я роман написал. Ну, автору виднее.

Очень хорошо, что «Фолио» избрало для книги формат pocket-book, и стоит она дешево. Ведь «Депеш мод» — первая потенциально удачная попытка Жадана обратиться ко всем. Если вам «не пошла» поэзия и первый сборник рассказов «Біг Мак», стоит попробовать еще раз: уже с первых страниц вам станет понятно, что искренность и прямота изложения, в меру циничный юмор и магнетизм кортасаровских распространенных предложений с диалогами внутри не отпустят вас вплоть до последней, где вас ждет some great reward в виде ошеломляющего послесловия.

По Андруховичу, любая проза автобиографична. Трудно судить о мере документальности, хотя даже выразительные имена персонажей — Собака Павлов, Вася Коммунист, Саша Карбюратор, Вова и Володя, Чапай — свидетельствуют о попытке создать определенные типажи. Но каждый, кто хоть однажды видел этого серо-зеленого астенического юношу (все-таки юношу — к черту 30 лет!) живьем, может засвидетельствовать, что «Депеш мод» написан без фильтров или кодеков — натуральный Жадан в своем соку. Если не обращать внимание на ностальгические «флешбеки», настроение книги удачно передает растерянность и обалдение тех, кто получил в год распада СССР школьный аттестат зрелости. Обращаясь снова к своей знаковой мифологеме Поколения, Сергей все же не поддался соблазну создать Исторический Срез или Социокультурный Портрет эпохи. Шаг вправо, шаг влево — и пафос, пессимистический или жизнеутверждающий, свел бы на нет динамичность этого хронометрированного текста. «Депеш мод» могут спокойно читать те, кто не понимает, зачем ездить за водкой в Россию и что такое «б...ський бакс скаче».

Бытовая чернуха (не для сравнения, конечно, с тем же Ульяненко) в этой, как написано в аннотации к книге, непричесанной и жестокой истории вхождения в серьезную жизнь на поверку оказывается правдивой харьковской действительностью. Кто не поверит в этот black celebration под руинами совдеповского монументализма — площадь Свободы Дзержинского и прочее, — в оголтелый литраж выпитой водяры и километраж выкуренной цыганской (пардон, политкорректность Жадана требует «ромской») «шмалюки», тот просто не в курсе, как на самом деле проводит время молодежь. Наркотики здесь не помогают, как в фантазиях Любка Дереша, познавать собственную сущность в лабиринтах расширенного сознания, а выполняют здоровую функцию переключателя от невыносимой легкости до невыносимой трудности бытия и наоборот. Этот депрессивный круговорот можно было бы назвать безысходностью, если бы из нее не просматривался выход — туннель со светом, в конце которого стоит сегодняшний Сергей Жадан, оглядываясь на себя, и «я навіть думаю, що цієї дороги йому вистачить на все його життя» (это так роман заканчивается).

Отдельного абзаца заслуживает язык «Депеш мод». Вы хотели увидеть, как выглядит украинский молодежный сленг без галицкого привкуса? Пожалуйста. Выглядит вполне жизнеспособным и совсем не перенасыщенным русизмами, как можно было ожидать. Наличие множества матизмов, в чем Сергея начали упрекать еще до того, как он впервые репрезентовал публично новый роман, тоже оказалось мифом. В романе сохранена натуралистическая пропорция: мата ровно столько, сколько его в жизни молодого, немного пьяного пофигиста с темным прошлым и не очень светлым будущим. На фоне обрисованной Жаданом реальности эти слова не выглядят неприличными, даже более того: после «Депеш мод», читая «цензурную» литературу, начинаешь замечать, где следовало бы раздвинуть текст и вставить что-то эмоционально окрашенное.

Только один минус: все герои Жадана говорят на украинском. Игнорируя харьковскую, преимущественно русскоязычную, действительность. И очевидно, правильно автор сделал, оставив за скобками языковой вопрос, всегда отвлекающий внимание части читателей от всего другого; а все-таки жаль, что утрачен правдивый билингвизм восточноукраинского общежития, где автохтонный язык мгновенно замолкает, если в комнату заходит русофон.

Основной сюжет, зажатый между многочисленными прологами и эпилогами и разведенный рецептами приготовления взрывчатки, занимает сравнительно немного места. Но направлений сюжетной метафоризации здесь можно увидеть целое море. Самый очевидный из них — балансирование между вчерашним и завтрашним, между Совком и Западом. Ребята от безделья, обкурившись, решают ограбить завод — последний форпост Совка; но прошлое не может дать им что-нибудь полезнее бюста «любителя коктейлей» Молотова. Обратившись к Западу, они получают не менее символическую бутафорию: псевдобиографию якобы ирландской группы Depeche Mode, пересыпанную отечественно-шароварным галябардой с маленькой буквы. Этот муляж Запада, набитый фальшивым «депешмодом» и гнусавым дубляжом краденых американских фильмов по «Тонис-Центру», не стоит даже двадцати свободноконвертируемых долларов, за которые посчастливилось спихнуть Молотова.

В этот момент исторической невесомости герои Жадана ведут себя по-разному: одного ослепляет губительний блеск золотого «Ролекса» на руке преподобного Джонсон-и-Джонсона, другие ищут рациональное зерно в марксизме (следует сказать, что Вася Коммунист и Чапай Сергею удались, чего не скажешь об их предшественнике, «реввоенхакере» из «Пафоса» Ешкилева). Третьи полностью теряют управление и ныряют в беспамятство вечного алкогольно-наркотически-сексуального кайфа, внешне проявляющегося в вечной, цитирую, «обриганості». Выбор главных персонажей, лирического героя Жадана и объекта поисков Карбюратора, оказывается на удивление простым и банальным: романтическое бегство от действительности в лоно природы. Что, впрочем, совсем не типично для этого едва ли не самого великого урбаниста Сучукрлита; в поэтическом сборнике «УССР», свеженаписанные стихи из которого Сергей читает на презентациях, также ощутимо пахнет соснами. Вершиной же депрессивного лиризма становится трогательное признание в вере в Высшее существо — сатану: «...я знаю про присутність тут, в чорних небесах над нами, нашого чергового сатани, який насправді єдиний, хто існує, чиє існування я ніколи не поставлю під сумнів...» Прямо уши заложило от трагикомического драйва!

И если в начале вы еще сможете противостоять обаянию харьковского exciter’a, дистанцируясь от его Поколения «Депеш Мод», то все равно в процессе наблюдения за алко-, и не только, дайвингом героев почувствуете и faith, i devotion, и тому подобное; когда же текст неожиданно прервется, вам станет интересно: какое же будущее их ожидает?

При том, что будущим этим, собственно, Сергей Жадан и является. «Вы понимаете, о чем я».

P. S. Все непонятные английские слова в этом тексте являются названиями альбомов группы Depeche Mode.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК