«СЛАВЯНСКИЙ СЛЕД» АМЕРИКАНСКОГО ТЕЛЕВИДЕНИЯ

27 июня, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 24, 27 июня-5 июля 2002г.
Отправить
Отправить

Соединенные Штаты Америки по праву гордятся своим телевидением и радиовещанием — самыми мощными в мире электронных СМИ...

Соединенные Штаты Америки по праву гордятся своим телевидением и радиовещанием — самыми мощными в мире электронных СМИ. Еще в начале 20-х годов прошлого века у американского радио вместо «пи-пи, та-та» азбуки Морзе первым в мире «прорезался» человеческий голос, и оно быстро превратилось в широковещание (к чему имел непосредственное отношение Давид Сарнов, о котором «Зеркало недели» рассказывало в №14 от 13 апреля 2002 г.). В конце тех же 20-х годов в США еще один выходец из России Владимир Зворыкин активно экспериментировал с внедрением электронного телевидения (и опять-таки в лаборатории, оборудованной Давидом Сарновым).

Или же возьмем непременную примету современного телевизионного бытия как на обывательском, так и профессиональном уровнях — видеомагнитофон. Самый первый из них появился менее чем полстолетия назад и был создан американской фирмой «Ампэкс» (AMPEX), основанной тоже эмигрантом из России Александром Понятовым.

И впрямь достижения «великого невидимки» — радио и «домашнего экрана» — телевидения в Новом свете впечатляют. Но гордость Америки — ее телевидение — создавали преимущественно выходцы из славянских краев Старого Света (и не только из России, но и с украинских и белорусских просторов). О двоих из них наш рассказ.

«...Скопия» инженера Владимира Зворыкина

Как хорошо,
что Зворыкин уехал

и телевиденье там изобрел!

Если бы он из страны
не уехал,

он бы, как все,
на Голгофу взошел.

Булат Окуджава

Еще в середине прошлого века имена двух самых выдающих личностей из плеяды создателей современного электронного телевидения — россиянина немецкого происхождения Бориса Львовича РОЗИНГА и американца русского происхождения Владимира Козьмовича ЗВОРЫКИНА — были известны разве что довольно узкому кругу специалистов. Еще бы: первого в сталинские зловещие 30-е объявили «врагом народа» и он умер в ссылке в Архангельске. Второй вынужден был «по мандату» адмирала Колчака в 1919 году эмигрировать в США и тем самым не только спас свою жизнь, но и получил возможность подарить человечеству телевидение.

Их жизненные и творческие пути переплелись еще в 1906 году в Петербургском технологическом институте, где Владимир Зворыкин учился. Родом он был из древнего города Мурома, появился на свет 30 июля 1889 года в семье купца, торговавшего хлебом и имевшего пароходы. В общем род Зворыкиных еще в ХІХ столетии славился не только деловыми людьми, но и талантливыми учеными и изобретателями. Любопытно, что один из его дядей — Константин Алексеевич — был профессором Киевского политехнического института, приобрел широкую известность как автор фундаментальных трудов по теории резания металлов и технологии машиностроения. Учась в реальном училище (ныне СШ №16 в г.Муроме), Владимир в летние каникулярные месяцы предпочитал «копошиться» в электропроводке на пароходах отца. В бурном 1905-м поступил в Петербургский университет, где принимал участие в студенческих сходках. Но вскоре разочаровался в политике и по требованию отца перевелся в столичный технологический вуз. Здесь он встречается с профессором Б.Розингом. Это знакомство стало решающим для определения всего дальнейшего жизненного пути юноши. Профессор заметил любознательного студента и пригласил в свою лабораторию, где уже тогда разрабатывалась проблема передачи изображений на расстояние с использованием электронно-лучевой трубки (вопреки «моде» на механический «диск Нипкова»).

Студент Владимир Зворыкин был свидетелем и участником исторического эксперимента 11 мая 1907 года, когда Б.Розинг демонстрировал коллегам-ученым первый сеанс передачи изображения на расстояние с помощью еще совмещенной электронно-механической системы телевидения. С одной комнаты в другую, всего лишь на расстояние нескольких метров, транслировалось изображение пересечения двух горизонтальных и двух вертикальных полос. Эта электронная «решетка» — не была ли она мрачным пророчеством о будущей судьбе самого Б.Розинга?

Тем не менее далеко не все однокурсники Владимира Зворыкина разделяли его энтузиазм относительно исследований в сфере «далековидения»: «Особого интереса электронное телевидение в институте не вызывало, — вспоминал он. — Мне говорили, что я стремлюсь заменить человеческий глаз. Я же спросил, в свою очередь: а вы можете увидеть своими глазами противоположную сторону Луны?» Далеко вперед смотрел студент из древнего российского города Мурома! Со времени провозглашения того пророческого предвидения пройдет ровно полстолетия, и в октябре 1959 года советский космический аппарат «Луна-3» сфотографирует невидимую сторону нашего природного спутника, через систему космического телевидения передаст фотографии на Землю. Так наш земляк С.Королев осуществил студенческую мечту Владимира Козьмовича Зворыкина...

А тогда, в 1911 году, закончив Петербургский технологический институт, юный Зворыкин едет на практику в самые лучшие европейские лаборатории. Но стажировку молодого ученого прервала Первая мировая война. С большими трудностями через Данию и Финляндию Владимир Зворыкин пробирается в Россию. Здесь его немедленно мобилизовали в армию в чине рядового. Но рядовой с инженерным значком сразу привлек внимание командования и в скором времени его назначили руководителем радиостанции, в разобранном виде находящейся на железнодорожных складах в районе города Гродно. Станцию быстро собрали, наладили и начали выходить в эфир с радиограммами. Попутно же ее стали использовать и как «радиоперехватчик» для прослушивания немецких служебных сообщений.

В 1916 году в составе группы специалистов В.Зворыкина командируют в США для закупки радиооборудования. В это время умирает его отец, а немного спустя — и мать. Возвращается он домой уже после Февральской революции и налаживает работу радиостанции Временного правительства.

Февральскую революцию 1917 г. неоднозначно восприняли в Петрограде. Уже в первые месяцы после февральских событий немало бывших царских офицеров взяли «на мушку» революционные трибуналы: любая жалоба солдат могла обернуться для офицера личной драмой даже за бывшие «грехи». Вызывали в такой трибунал и Владимира Зворыкина: один низший чин пожаловался, что Зворыкин «издевался» над ним, заставляя долго повторять цифры в «дырочку» (микрофон), а сам тем временем в соседней комнате копался в каком-то аппарате. К счастью, суд понял всю глупость обвинений и отпустил арестованного. Но молодой ученый почувствовал, что дальше спокойно вести исследовательскую работу в Питере вряд ли возможно, и решил снова возвратиться в регулярную армию. И здесь судьба забрасывает его в городок Бровары под Киевом. Офицером-связистом он служит в той же местности, где через десять лет будет сооружена одна из самых мощных в Украине 500-киловаттная радиостанция РВ-87, работающая до сих пор. Как делегат от военной части, В.Зворыкин принимал участие в общефронтовых митингах. Один раз, возвращаясь с такого мероприятия в Бровары на поезде, он заметил, что в соседних вагонах арестовывают и обезоруживают офицеров. Понимая, чем это угрожает, Владимир Зворыкин выпрыгивает на ходу из окна железнодорожного состава и под выстрелами исчезает в придорожном сосняке. Возвращаться в часть не было смысла, посему, переодевшись в гражданское, он добирается в столицу.

Когда власть в Петрограде захватили большевики, В.Зворыкин едва не становится одной из первых жертв «красного террора». Спас его знакомый еще со времен службы под Гродно шофер Лушин: работая в милиции, он узнал, что Зворыкина внесли в списки белых офицеров, не явившихся на регистрацию, и его ожидает неминуемый расстрел. Перехватив Владимира Козьмовича по дороге с работы на радиозаводе Маркони, Лушин отвозит его на вокзал. В Нижнем Новгороде юношу спасли служащие пароходной компании, прежде принадлежавшей его отцу. Дальше путь его пролег через Пермь в Екатеринбург, где В.Зворыкина арестовали. Военная ситуация в крае была неопределенной. Вот только красные расстреляли здесь царскую семью, а к городу уже приближались чехи. В.Зворыкин и его сокамерники сломали дверь и убежали из тюрьмы (тем более, что дежурные и следователь разбежались еще раньше). С «белочехами» Владимир Козьмович прибывает в Омск. Отсюда антибольшевистское Сибирское правительство командирует его в США для закупки радиоаппаратуры. Это был длинный путь из взбудораженной революцией России в уравновешенные Штаты, для населения которых и Первая мировая война, и революционные вихри лютовали где-то там далеко, за большим океаном. Так стоило ли ему, 28-летнему ученому, возвращаться домой, где не осталось в живых родителей и не ожидало его родительское богатство? Но он, Владимир Козьмович Зворыкин, был воспитан на принципах честного купеческого слова, а также — офицерской чести. И, закупив в Штатах нужную радиоаппаратуру, он не менее сложным маршрутом Сиэтл — Иокогама — Владивосток — Омск возвращается в расположение белогвардейских войск. И попадает в еще больший хаос царящий в России. Именно тогда В.Зворыкин и принимает окончательное решение эмигрировать в США. «Правитель Сибири» адмирал Колчак, надеясь, что Зворыкин наладит регулярное снабжение армии радиоаппаратурой, посылает его своим полномочным представителем в Штаты. Прибытие Владимира Зворыкина в Новый Свет совпало с падением колчаковского правительства...

Впрочем, Америка не ждала эмигрантов из России с распростертыми объятиями. Тем более что, видимо, в начале пребывания в США Зворыкин, как и немало других пришельцев из России, несколько переоценил свой телевизионный «багаж».

Однако в скором времени В.Зворыкин все-таки становится сотрудником исследовательской лаборатории знаменитой фирмы «Вестингауз» в Питтсбурге. Это был один из наиболее хорошо оборудованных по тому времени центров исследования проблем радиоэлектроники.

Условия контракта В.Зворыкина с фирмой «Вестингауз» были далеки от идеальных (это усложнялось еще и тем, что в то время он не имел американского гражданства). В 1921 году он даже переходит на работу в одну канзасскую компанию. Но вскоре возвращается назад, оговорив лучшие условия контракта: теперь за ним сохраняются права на предыдущие открытия, хотя все новые должны принадлежать фирме. В 1923 году В.Зворыкин подает заявку на получение патента на передатчик изображения с электронно-лучевой трубкой (иконоскоп), составным элементом которой была пластина, покрытая слоем фотоэлектрического материала паров аргона. И как он потом сожалел, что поспешил с обнародованием этой идеи! Поскольку это стало предметом продолжительных разбирательств в судах — ведь конкуренты из разных стран не дремали. Бюрократические инстанции Патентного управления США между тем явно не спешили с выводами. Тем более что изобретатели разных стран употребляли различную терминологию, и вдобавок на своих языках. Зворыкин хотел заменить в проекте один фотоэлектрический материал другим, но это сделать не удалось. А здесь еще начались серьезные трения с руководством компании «Вестингауз», все больше склонявшейся к электромеханической системе ТВ («диск Нипкова»), которая в то время внедрялась в практическое вещание в ряде стран мира. Зворыкинский же проект сугубо электронного телевидения казался ей «журавлем в небе». Поэтому тормозилось финансирование разработок В.Зворыкина, даже мешали принятию его проектов. Между тем его разработку системы цветного ТВ признала в 1927 году Великобритания, а в 1928 г. — и США.

В 1929-м Владимир Козьмович, тогда еще работающий в фирме «Вестингауз», продемонстрировал телевизионный приемник с довольно высоким качеством изображения, разработанный на основе созданного им кинескопа. Показ прошел на ура! На демонстрации присутствовал Давид Сарнов — успешный капиталист и предприниматель. Этого еще одного выходца из дореволюционной России (точнее — родом из Белоруссии) американцы нарекли «бароном технологии» и считали, что он дал Соединенным Штатам больше, чем Эдисон. Телевизор Зворыкина восхитил Сарнова. Он сразу понял, какую выгоду сможет получить от изобретений Зворыкина, и тут же пригласил его в свою, тогда уже знаменитую фирму «Радиокорпорэйшн оф Америка» (Ар-Си-Эй). С того времени на протяжении многих лет они трудились рядом. Хотя на начальном этапе подход каждого к предназначению телевидения нередко существенным образом отличался. Так, Давид Сарнов успешно обосновывал мнение об использовании радио (а со временем и телевидения) как средства широковещания для организации массовых передач и трансляций населению и получения коммерческой выгоды от рекламы. Практические же действия В.Зворыкина по созданию телевизионных систем нередко были направлены в далекое от массового вещания русло.

Перейдя в фирму «Радиокорпорэйшн оф Америка», В.Зворыкин стал директором электронной исследовательской лаборатории, где существенным образом усовершенствовал свой иконоскоп. На крыше самого высокого тогда в Нью-Йорке небоскреба «Эмпайр стэйт билдинг» корпорация установила антенну экспериментальной телевизионной электронной системы и с 30 октября 1931 года начала пробные передачи. Любопытно, что в том же году начались экспериментальные телепередачи в Москве, но велись они еще с помощью оптико-механической системы. Однако публикации В.Зворыкина кардинально повлияли на планы развития телевидения в нашей стране.

В 30-х годах начали налаживаться связи В.Зворыкина с учеными Советского Союза. В 1933 году его лабораторию посетили советские специалисты в области радиоэлектроники Сергей Аркадьевич Векшинский (позднее академик) и Александр Федорович Шорин (один из создателей отечественной системы звука в кино). В том же году Зворыкин, хоть и не без колебаний, приехал на свою бывшую родину. Он выступил с обстоятельным докладом о своей работе в области электронного ТВ в московском Доме ученых, побывал в научно-исследовательском институте. Об этом он вспоминал так: «Несколько лабораторий, которые я посетил, не произвели на меня особенного впечатления. Они размещались, как правило, в старых зданиях, были плохо оснащены, резко отличались от новых, хорошо оборудованных лабораторий в США. Однако я увидел немало оригинальных экспериментов с новыми для меня результатами».

А уже во время второго приезда в СССР, в 1934 году, доктора Зворыкина поразило то, что он увидел в лабораториях Ленинградского института телемеханики. «В первый раз я приезжал ознакомить вас с моими достижениями. Во второй — уезжаю коллегой. Боюсь, что в третий раз мне придется у вас многому поучиться», — сказал ученый перед отъездом.

Эти визиты способствовали переводу двух имеющихся тогда в Советском Союзе телецентров (в Ленинграде и Москве) с оптико-механических моделей ТВ на электронные. В ленинградском установили отечественное телевизионное оборудование, и он действовал в стандарте разворота изображения 240 строк. Московский же, основу «теленачинки» которого составляла «зворыкинская» аппаратура (точнее — закупленная в «Радиокорпорэйшн оф Америка»), давал немного больше строк — 343.

Интересные детали о пребывании В.Зворыкина в Советском Союзе в 1933—1934 годах приводит заведующий кафедрой телевидения и радиовещания факультета журналистики Московского государственного университета Г.Кузнецов: «Когда знаменитого американца принимали в СССР, в программе поездки было немало интересного. В Грузии его ласково встречал Л.Берия и даже предоставил ему свой самолет для полета к морю, в Сухуми. А в Москве, на спектакле «Дни Турбиных» в Художественном театре, в человеке, который сидел рядом с ним в первом ряду партера, Зворыкин с ужасом узнал... следователя, когда-то допрашивавшего его в екатеринбургской тюрьме. «Вождь всех времен и народов» был мастаком на такие «шутки». Возможно, и сам он смотрел то представление. Из архивов МХАТа известно, что спектакль «Дни Турбиных» по М.Булгакову Сталин смотрел много раз. Остается только повторить вслед за Булатом Окуджавою: «Как хорошо, что Зворыкин уехал и телевиденье там изобрел!..»

В 1936 году Владимир Козьмович хотел даже остаться на своей родине. Тем не менее, подробнее ознакомившись с обстановкой, складывающейся тогда в СССР вокруг «бывших» и «перебежчиков», он решил все-таки остаться гражданином Соединенных Штатов. Но продолжал всячески помогать своим советским коллегам. В частности, в 1937—1940 годах содействовал организации их стажировки в исследовательских лабораториях Ар-Си-Эй. Специалисты, прошедшие эту школу, в дальнейшем сыграли заметную роль в становлении советского телевидения и радиоэлектроники.

В годы Второй мировой войны В.Зворыкин активно помогал своей бывшей родине в ее отчаянной борьбе против фашизма. В рамках «ленд-лиза» он курировал поставки в СССР радиотехники, а его жена Екатерина Андреевна — медикаментов, в частности нового в то время препарата пенициллина, спасшего жизни тысячам раненых.

Он заботился и о послевоенном переоборудовании двух советских телецентров, возобновивших работу в 1945 году, американской телетехникой уже нового стандарта. В частности, аппаратура для Шаболовки была заказана в Америке на той же фирме Ар-Си-Эй, вице-президентом которой В.Зворыкин стал в 1947 году. Заказ уже частично изготовили и партиями отправляли в СССР. Так, в Москву поступила «начинка» для передвижной телевизионной станции (ПТС) и даже запасные колеса для автобуса, в котором она должна была монтироваться. Но именно тогда правительство США наложило эмбарго на продажу электронной техники Советскому Союзу. Рассказывают, что Давид Сарнов в форме бригадного генерала появился в Филадельфийском порту для ускорения отгрузки оборудования (ястреб «холодной войны» защищал свои экономические интересы). Но было уже поздно: «железный занавес» опустился...

Прошли годы, но желание побывать на родине не оставляло Владимира Козьмовича. В 1959 году, уже во времена хрущевской «оттепели», как почетный гость В.Зворыкин принимал участие в открытии американской выставки в Москве. Среди других экспонатов там демонстрировалась и аппаратура цветного телевидения (которое в СССР еще только разрабатывалось). Наблюдать за ней хозяева фирмы поручили уполномоченному по Европе В.Зворыкину. Незадолго до открытия выставки профессор Зворыкин приехал в город своей юности. В Ленинграде по просьбе ученых он выступил с докладом о применении электроники в медицине (после выхода в отставку Зворыкин занялся медицинской электроникой, стал основателем-президентом Международной федерации медицинской и биологической техники). В.Зворыкину очень хотелось тогда побывать в родном Муроме. Свой отказ «органы» объясняли тем, что в этом старинном городе нет гостиницы, отвечающей международным стандартам.

В 1963 году ученый демонстрировал свои радиопилюли во Всесоюзном онкологическом центре в Москве. Для гостей были организованы экскурсии во Владимир и Суздаль. И здесь произошла почти детективная история. Оказавшись во Владимире, В.Зворыкин взял такси и помчался на свою «малую родину». И был очень взволнован тем, что в его семейном гнезде оборудован Муромский историко-художественный музей. Работники музея дружелюбно встретили своего знаменитого земляка, помогли ему заглянуть во все памятные с детства уголки. Постоял он на берегу Оки, поклонился могилам предков. И успел своевременно возвратиться на такси во Владимир и незаметно пристроиться к группе. А уже, так сказать, легально он вместе с женой Екатериной Андреевной побывал в Муроме лишь в 1967 году. Ныне на семейном доме установлена мемориальная доска, где увековечена память о выдающемся муромце Владимире Козьмовиче Зворыкине.

… «Профессор телевидения», Герой Социалистического Труда П.Шмаков и «отец американского телевидения» В.Зворыкин — оба внесли весомый вклад в развитие «электронной музы». Но сталинская пропаганда всячески их противопоставляла. Первого преподносила как «настоящего патриота», преданного советской власти. Сквозь зубы признавая заслуги второго перед мировой наукой, тайком именовала В.Зворыкина чуть ли не «предателем». Но Бог обоих принял на небеса в один и тот же год — 1982-й. Первый не дожил всего три года до своего столетия, второй ушел из жизни в 93-летнем возрасте. И обоих до глубокой старости не покидал всепоглощающий интерес к телевидению, которому они отдали всю жизнь и которое так бурно развивается ныне.

«Экселленц Понятов» — первый в мире видеомаг

К началу 60-х годов прошлого века почти все программы на советском телевидении шли в «прямом эфире». Исключением был разве что показ художественных и документальных фильмов на 35-мм кинопленке, попадавших на «домашние экраны» со специальных телекиноустановок — массивных агрегатов, которые, например, на старом Киевском телецентре (Крещатик, 26) занимали площадь, равнозначную почти половине самого большого (270 м2) студийного павильона.

Правда, определенное время (в конце 50-х — начале 60-х годов) на некоторых крупнейших телецентрах (в частности Киевском) применялся модернизированный кинематографический способ фиксации изображения с экрана кинескопа. На первых порах на кинопленку с монитора переснималось телевизионное изображение, дальше происходил так называемый мокрый процесс (проявление и сушение 35-мм целлулоидной ленты), при необходимости — незначительный монтаж. И произведение было готово к показу. Процесс длительный и дорогой. Вместе с тем некачественный, поскольку изображение выходило сереньким, размытым. Хотя все же таким образом было отснято немало театральных спектаклей и концертов, в которых зафиксированы образы корифеев украинской сцены середины ХХ столетия. Но эти ленты сейчас можно увидеть разве что в просмотровых комнатах Государственного архива кинофотофонодокументов Украины, ибо для показа в современном телеэфире они технически не приспособлены.

Настоящую же технологическую революцию на телецентрах произвели видеомагнитофоны (ВМ), первое воспоминание о которых в прессе появилось в 1956 году. Их создателем стала американская фирма «Ампэкс» (AMPEX). История появления этой организации окутана слухами. Ее отцом-основателем, давшим своему детищу собственное кодифицированное имя, считается Александр Михайлович ПОНЯТОВ. Первые буквы имени, отчества и фамилии в русском написании дают «АМП», в английском — «АМР». Говорят, что Понятов до революции был полковником царской армии, поэтому имел право на обращение «Ваше Превосходительство», или по-английски Exellence. Так вот к трем первым именным буквам «АМР» добавилось сокращенное «ЕХ» — и вышло в итоге «AMPEX» — наименование всемирно известной фирмы США, родоначальницы видеомагнитофонов.

Инженер-связист Александр Понятов в 1917 году эмигрирует из России, попав сперва во Францию, а потом — в Соединенные Штаты Америки (повторив этим в деталях биографию Владимира Зворыкина). Начал свое дело в гараже на окраине Сан-Франциско, где возился с электроникой. В годы Второй мировой войны мастерская, по соглашению с военно-морским ведомством США, поставляет на флот комплектующие для радарных установок. На завершающем этапе боевых действий на европейском театре, захватывая фашистскую территорию, американцы как военные трофеи вывозили в Штаты прежде всего передовые научные разработки немцев вместе с их специалистами. Широко известен факт, когда взяли в плен конструктора ракет ФАУ Вернера фон Брауна, роботы которого позднее легли в основу ракетно-космического потенциала США.

И меньше известно, что среди остальных трофеев победителям достался и «регистратор звуков на магнитную ленту» — магнитофон, разработанный еще в 30-х годах немецкой фирмой «AEG». Аппарат широко использовался, в частности, спецслужбами Третьего рейха (вспомним эпизоды фильма «Семнадцать мгновений весны»). Так вот, один из образцов немецкого звукового магнитофона попал в руки Александра Понятова. И через три года, 25 апреля 1948 г., фирма «Ампэкс» выпускает свою первую модель «регистратора звукосигналов» — «Ampex-200». Первый агрегат стоил значительно дороже автомобиля — свыше 4 тысяч долларов — и начал применяться в радиовещании. Потом было еще несколько модификаций аудиомагнитофонов (в частности, в 1954 году выпущено первое многодорожковое устройство). И все чаще А.Понятов задумывался: если можно фиксировать на магнитную ленту звук, то почему бы таким же образом не записывать и изображение?

Однако первой на старт видеомагнитофонных «гонок» вышла корпорация Д.Сарнова и В.Зворыкина Ар-Си-Эй, сразу по окончании Второй мировой войны начавшая эксперименты с видеопленкой. Корпорация продемонстрировала свою видеокамеру в 1953 году, но еще почти полтора десятилетия пошло на ее доработку. И именно тогда мощную «Радиокорпорэйшн оф Америка» обогнала молодая напористая фирма «Ампэкс», созданная А.Понятовым в 1944 году. Ему удалось собрать очень сильный коллектив, куда, например, входил и знаменитый ныне Р.Долби (автор уникальной звуковой системы кинопоказа, которой оснащены ведущие кинотеатры мира, в том числе и киевский «Кінопалац»). В составе первой группы из шести человек работал создатель видеомагнитофона Чарльз Гинзбург (1921—1992 гг.). Его конструкторская бригада смонтировала первый в мире пленочный (катушечный) ВМ, пригодный для использования только в студии (это был довольно громоздкий агрегат).

14 марта 1956 года в Национальной ассоциации радиотелевизионных журналистов в Чикаго фирма А.Понятова впервые продемонстрировала свое творение — видеомагнитофон VRX-1000 (со временем переименованный в «Модель–IV»). А через полгода — 30 ноября 1956 года — Си-Би-Эс впервые использовала «Ампэкс» для отсроченного выпуска в эфир программы «Вечерних новостей» с ведущим Дугласом Эдвардсом. С того времени фирма «Ампэкс» стала ведущим разработчиком видеомагнитофонной техники.

В 1958 г. американское космическое агентство NASA избирает видеомагнитофоны «Ампэкс» для обслуживания космических полетов и до сих пор не изменяет этому принципу. Через два года Американская киноакадемия присуждает понятовской фирме «Оскар» за технические достижения. С помощью разработок «Ампэкса» процесс видеозаписи с механической фиксацией и воспроизведением изображения и звука уже в 1963 г. становится управляемым, то есть появляется электронный монтаж. Пройдя этап освоения записи цветных изображений (1964 г.), фирма в 1967 г. создает аппарат замедленного воспроизведения сигналов «Ampex HS-100», который завершает революцию прежде всего в освещении спортивных соревнований, а дальше широко «раскручивается» при создании музыкальных видеоклипов и рекламы. Трудно перечислить все сделанное фирмой «Экселленца Понятова» в области ВидеоМага. Назовем еще два новшества «Ампэкса»: в 1978 г. он разрабатывает систему видеографики, а через три года овладевает цифровыми спецэффектами. Эту творческую неугомонность «Ампэкс» демонстрирует и по сей день (хотя были у нее в последние годы и серьезные финансовые трудности).

Создание «Ампэксом» видеозаписи произвело очень сильное впечатление на создателей телепрограмм. На протяжении многих лет в аппаратных ВМЗ всего мира висели фотографии А.Понятова, а сам процесс записи продолжительное время называли «ампэксированием» (как по названию фирмы «Ксерокс», ставшей разработчиком метода и аппаратуры фотографического копирования экземпляров текста на бумажных носителях, этот процесс называют «ксерокопированием»).

Во многих странах стремились повторить успех «ампэксовцев», разрабатывая свои модели видеомагнитофонов.

Настоящий скандал разразился в 1959 году, когда в московских «Сокольниках» проходила выставка США, радиотелевизионным отделом которой ведал легендарный «отец американского телевидения» Владимир Зворыкин. На выставке состоялась встреча американского посла с тогдашним советским лидером Никитой Хрущевым, которую записали на видеомагнитофон. Видеопленку с записью подарили Никите Сергеевичу. Он отослал ее на просмотр во Всесоюзный научно-исследовательский институт звукозаписи (ВНИИЗ). Наши специалисты впервые имели дело с лентой шириной 2 дюйма с поперечно-строчной записью видеосигнала (формат «Ампэкса») и... не смогли ее «прочитать». В условиях «холодной войны» обе стороны работали над видеомагнитной записью в секретном режиме, обмена технической информацией между странами практически не было.

Так что ЦК КПСС принял срочное решение о расширении исследований в сфере создания аппаратуры видеозаписи. Они осуществлялись параллельно в двух научно-исследовательских институтах: московском ВНИИЗ и ленинградском (на базе коллективов Ленкинапа и Всесоюзного научно-исследовательского института телевидения — ВНИИТ). И хотя в основу тех проектных разработок закладывался уже апробированный «ампэксовский» способ поперечно-строчной записи вращающимися головками, однако обе группы пошли разными путями. Создатели «Кадра» (так москвичи назвали свою модель), возглавляемые кандидатом технических наук В.Пархоменко, с самого начала поставили задачу обеспечить взаимозаменяемость видеофонограмм, созданных не только на ВМ одной студии, но и других в пределах СССР, а также телекомпаниями стран «социалистического лагеря» (ведь обмен телепрограммами должен был осуществляться прежде всего именно с ними). А вот ленинградские разработчики, руководимые М.Шульманом, решили ввести в своем видеомагнитофоне «КМЗІ» ленту шириной 70 мм. И это оказалось тупиковым решением — ведь такая видеопленка не использовалась нигде в мире. Кстати, один из экспериментальных аппаратов «КМЗІ» проходил промышленные испытания на Киевской студии телевидения в начале 60-х. Старожилы вспоминают: ох, и намучились же с ним...

Эфирная премьера первого советского видеомагнитофона «Кадр» состоялась 20 февраля 1960 года.

Для технологически простеньких записей «Кадр» еще кое-как годился. А вот когда из записи нужно было «что-то» изъять — все сразу усложнялось. Ведь сперва аппараты выпускались безмонтажными. И чтобы осуществить перекомпоновку видеозаписи, нужно было делать монтаж, как на кинопленке: то есть разрезали видеоленту вдоль вертикальной строки и склеивали липкой лентой.

Киевский телецентр, как один из крупнейших в СССР, а главное — с высоким потенциалом технических кадров, часто становился полигоном для испытания новой телевизионной техники (обычно же, экспериментальные образцы ее были очень «сырыми»). Так что не избежал теледома на Крещатике и «Кадр-1». Вместе с инженерами и техниками мучились над его «доведением» в процессе эксплуатации и творческие работники — режиссеры, редакторы, операторы. А частенько в «ручном монтаже» особенно ответственных записей участвовали председатель Гостелерадио М.Скачко, его первый заместитель А.Яровенко и директор Республиканской студии телевидения (в 70—80-х годах) — автор этих строк). Припоминаю, как один раз записали на партхозактиве выступление первого партийного руководителя республики. И, как на грех, посреди речи оратор допустил досадную оговорку. Вот и пришлось, так сказать, резать «по живому»...

Правда, «Ампэкс» еще в 1958 году выпустил устройство для механического монтажа, что, собственно, было микроскопом с ножницами, установленными на монтажном столе перпендикулярно направлению движения магнитной ленты.

Как известно, в связи с событиями в Афганистане западные государства (прежде всего США) объявили бойкот относительно участия своих спортсменов в Московской олимпиаде и отказались, в частности, продавать новейшую видеотехнику для переоснащения советских телецентров, прежде всего новопостроенного «Останкино-Олимпийского». Чтобы как-то обеспечить освещение Игр-80, руководство Гостелерадио СССР начало собирать в Москву «с миру по нитке». Так, из Киева в «главную столицу» отправили 5 ПТС и ПВС с техническими экипажами, операторами и режиссерами, а также единственный имеющийся тогда на главном украинском телецентре аппарат повтора видеосюжетов (АПС) производства именно фирмы «Ампэкс». Его за валюту купили по специальному указанию Владимира Щербицкого, искреннего футбольного болельщика, который хотел, чтобы футбол показывали квалифицированно, особенно «смакуя» в повторе голевые моменты с участием нападающих киевского «Динамо». С «первопрестольной» после олимпиады наш АПС возвратился в Киев в плачевном состоянии, так что техникам пришлось повозиться с ним, дабы продлить срок эксплуатации.

Но вернемся к «Экселленцу Понятову». Сохранились воспоминания о нем Гарри Орбеляна — сына репрессированного сталинским режимом в 1936 году советского партийного деятеля. Эмигрировав в Штаты, где он прошел дорогу от грузчика до главы департамента по международной торговле, Г.Орбелян сблизился с А.Понятовым. «Припоминаю, незадолго до его смерти сидели мы, разговаривали, и он вдруг говорит: «Гарри, я всего достиг, у меня замечательная фирма. Но у меня нет детей, продолжить мое дело некому... Все бы передал своей стране, весь свой опыт! Но, ты же знаешь, это невозможно. Даже филиал моей фирмы в России не разрешают создать. И я страдаю...» В этом он, Александр Михайлович Понятов, был близок по духу к «отцу американского телевидения» Владимиру Козьмовичу Зворыкину.

…Говорят, в отделениях «Ампэкса» во всем мире глава фирмы А.Понятов велел садить по две березки у входа. Но в Африке березки не растут. Так что пришлось делать специальные стеклянные колпаки с микроклиматом. Возможно, и это легенда? Как и многое из того, что окутывает историю зарождения фирмы «Ампэкс» и создание самого первого в мире аппарата видеозаписи.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК