Политический неонуар от Эдварда Нортона

15 ноября, 17:04 Распечатать Выпуск №43-44, 16 ноября-22 ноября

В украинском прокате — фильм "Сирота Бруклин" по роману Джонатана Летема.

Режиссер ленты — Эдвард Нортон, в ролях — Эдвард Нортон, Брюс Уиллис, Уиллем Дефо, Гугу Мбата-Ро, Алек Болдуин.

Махинации с жилищными кварталами, волюнтаристская застройка, откровенное пренебрежение интересами "плебса", гремучая смесь популизма, властолюбия и беспринципности… Украинские реалии? Нет, Нью-Йорк 1950-х, собственно — экранное его отображение.

Лента "Сирота Бруклин" — очередное доказательство того, что нуар как жанр актуальности не теряет. Он имеет традиционную матрицу: неприкаянный детектив, без идеалов и с весьма избирательными принципами, вступает в борьбу с сильным и влиятельным противником — несмотря на весь свой декларируемый прагматизм. Не обходится здесь и без загадочной красавицы, которая нуждается в помощи и приносит неприятности герою, очарованному ею… несмотря на свой декларируемый цинизм.

Вообще эти черты (хотя и с поправками) есть и в "Сироте Бруклине". Есть здесь также стилистические референсы. У нуара свой узнаваемый стиль, это, прежде всего, искусство черно-белого кино, с его сложной игрой света и тени. В "Сироте Бруклине" соответствие этому угрюмо-драматическому визуальному стилю нашли в цветовом решении. В кадре царят сдержанные тона, преимущественно разные оттенки коричневого и оливкового, в которых время от времени вспыхивают яркие акценты: огненный красный — цветовая тема джазового бара, которым владеет отец героини, и нежный голубой — тема отношений героев. Все должно передавать гнетущую атмосферу города, пропитанного интригами, в котором, однако, есть место и страстям, и настоящим чувствам.

Впрочем, несмотря на игру с традициями, кинолента все же является порождением современной картины мира, и либеральный дискурс в ней проявляется весьма выразительно (хотя, в отличие от многих кинофильмов на материале прошлого, здесь он довольно органичен и ненавязчив). Так, прекрасная и благородная героиня Лора Роуз — афроамериканка (Гугу Эмбата-Ро), и о дискриминации, прежде всего чернокожего населения, в фильме говорится много. Что же касается героя, то "Сироту…" можно рассматривать как историю возмужания. "Эталонного" детектива Фрэнка Минну (в исполнении "крутого парня №1 на экране" Брюса Уиллиса) убивают в начале фильма, и за дело берется некогда вытянутый им из приюта его помощник Лайонел (Эдвард Нортон; он же является автором сценария и постановщиком).

Это парень с психическим расстройством: часть его мозга живет своей жизнью, что время от времени проявляется неконтролируемыми словами — бессодержательными или, наоборот, весьма откровенными — и движениями. Впрочем, в процессе расследования, которое Лайонел берет на себя, симптомы проявляются все меньше — герой становится хозяином своей судьбы в полном значении слова. Проявляется это и внешне: постепенно меняются одежда и манера держаться, и вскоре Лайонел если не начинает отвечать, то, по крайней мере, приближается к уже упомянутому "эталону детектива" (полностью "эталонным" он и не может стать, ибо утратит свою уникальность). Начало этому преобразованию, кстати, кладет шляпа Фрэнка Минны, которой Лайонел "коронует" себя в настоящие детективы.

Интересно, что даже само искусство в "Сироте…" представлено как некое психическое расстройство: по крайней мере, знаменитый джазмен в разговоре с героем рассказывает, что у него те же симптомы: что-то все время кипит в голове, находя выход в музыке, и музыка эта полностью овладевает им...

Фильм становится этакой апологией маргиналов. Впрочем, маргинальность героев в основе своей также близка нуару: в его центре — изгои, которыми пренебрег мир, но которые в конце концов в поединке с ним одерживают победу. Если не фактическую, то по крайней мере моральную.

А воплощением этого мира и сильных его, собственно инфернальной их стороны, становится антагонист Мозес Рендольф, влиятельный городской деятель и делец. Это кумир толпы, владелец зеленых насаждений, автомагистралей и мостов, красивыми лозунгами прикрывающий свои по сути разрушительные для сообщества намерения. Можно сказать, что его своего рода психическое расстройство имеет название "маниакальная жадность власти". И хотя он старательно противопоставляет "идеалистов" вроде Лоры и Лайонела "прагматикам" вроде самого себя, по сути, он также является идеалистом, хотя и со знаком минус.

"Общественное благо" — вот, в конце концов, истинная ценность для нуара, несмотря на весь цинизм, маргинальность героя. Зло наказано, невинные спасены или, по крайней мере, отомщены. В отдельных случаях достигнутая общественная польза даже больше: например, наказан увязший в криминале политик, спасено общественное имущество и т.п.

В неонуаре "Сирота…" мотив общественного блага становится едва ли не ведущим. История, начинавшаяся как история личной мести, в конце концов превратилась в историю за право общины на достойную жизнь. Нельзя сказать, что героя это по-настоящему волнует: просто сложилось так, что его интересы совпали с интересами общества. Сирота в смысле не только частном, но и общественном, он становится главным защитником равнодушного к нему города. "Герой поневоле" — едва ли не роль, которую хоть раз приходилось играть каждому? Как показывает фильм, роль эта по силам каждому. И в этом — едва ли не главное его послание.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 7 декабря-13 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно