Гуманитарная помощь. «Вавилон» как ода глупости

09 февраля, 2007, 00:00 Распечатать Выпуск № 5, 9 февраля-16 февраля 2007г.
Отправить
Отправить

Во всеукраинском прокате — «Вавилон» (режиссер Алехандро Гонсалес Иньярриту). Судя по всему, у этого фильма больше всего шансов на главные победные позиции грядущего «Оскара»...

Во всеукраинском прокате — «Вавилон» (режиссер Алехандро Гонсалес Иньярриту). Судя по всему, у этого фильма больше всего шансов на главные победные позиции грядущего «Оскара». Картину уже облобызали в Канне, уже расцеловали на «Золотом глобусе». Прежде скромный экспериментатор А.Г.Иньярриту («Сука-любовь», «21 грамм») невольно превращается в голливудский аналог Ф.С.Бондарчука. Правда, без его глянцевой лысины, в которой, как в гламурном зеркале, отражается что-то модное и что-то мутное.

Если в начале фильма (спектакля) — ружье (на стене, на потолке, в руке), знамо дело, жди жертв в канве сюжета или заунывного морализаторства в финале: не ходите, дети, в Африку гулять, а то кого-нибудь подстрелят!

В «Вавилоне» сорванцы-пастухи беззаботно забавляются с оружием. И дело происходит именно в Африке — в Марокко. Целят в шакала или в обломок горной породы, а дура-пуля летит туда, куда ее не просят — в автобус с американскими туристами. Пли! Попали. Таким вот трагическим огнестрельным образом межконтинентальные связи и становятся в «Вавилоне» все теснее, все «прочнее». И вот так Иньярриту — певец дружбы народов — выстраивает главные краеугольные камни своей географической квадриги: Марокко, Мексика, США, Япония.

Многофигурная фреска охватывает четыре страны и три континента. Хотя герои не знакомы друг с другом, и ничто не намекает хотя б на нитку, хотя б на волосок, хотя б на узелок, который их может впоследствии как-то связать-спеленать, но...

…Но на то и кинометафора — Вавилон. Как единая мультикультурная киноструктура. Как одно беспорядочное нагромождение различных социополитических и национальных обломков. Как общая и разрозненная «какофония», составляющая диковатый звуковой контраст с некоей не всеми слышимой в этой ленте одной божественной мелодией. Где Бог (в данном случае) — един. И он (представьте себе!) — кинорежиссер. Господин Г.А. Иньярриту. То есть персонаж, занявший изначально самую выигрышную и выгодную позицию — наблюдать (как бы с неба, как бы с самой высшей точки) за всеми копошащимися, стреляющимися, влюбляющимися, обнажающимися, жалующимися — что в Марокко, что в Сан-Диего, что в Токио… «Мне сверху видно все, ты так и знай!»

Ему действительно отчетливо видны симпатичные марокканские мальчуганы, которые совершенно случайно пальнули не в ту цель, а потом явилась местная полиция, обвинила всю семью в терроризме — и снова пуля-дура, и снова — смерть (старшенького брата). «Не стреляйте! Это я виноват…» — кричит младшенький. Но поздно.

Еще Ему — «Богу-режиссеру» — «оттуда» проясняются и какие-то уж чересчур усложнено-туманные взаимоотношения между супругами-американцами (их играют Брэд Питт и Кейт Бланшет): она все время корчит козьи рожицы, постоянно отворачивается от него, низко голову наклоня; а ему, очевидно, трудно высказать иль не высказать — все, что на сердце. Но вот когда ее прошьет «вражья» пуля, распотрошив внутренности, тогда и слова найдутся нужные, и отыщет он для нее даже старую кастрюлю в африканской семье: «Пописай в нее… Только лежи!»

Далее наш «Наблюдатель» зырится уже в иную сторону. Мексика: старая нянька (Адриана Барраза) по пустыне тянет за руки двух деточек (дети, разумеется, Брэда Питта и Кейт Бланшетт), они потерялись, заблудились, возвращаясь с мексиканской свадьбы — пошли не в ту степь. И, наконец, еще один ракурс — Япония: красивая глухонемая школьница (Ринко Кикучи) дефилирует по Токио без трусов, да никто к ней не проявляет признаков домогания; а дома у девушки беда-трагедия — мама то ли застрелилась, то ли с балкона выбросилась. Но разноцветный город-сад — еще та зона отчуждения. Почитай, новейший Вавилон…

Таким образом, на повестке дня у режиссера Иньярриту — целый склад межконтитнентальных сюжетов. Их хватило б на четыре полнометражные картины. А может, еще и на четырнадцать короткометражек осталось бы.

Да и мораль этой мастерски склеенной и символично выстроенной истории вроде бы очевидна. Пуля связала Америку с Африкой. А Япония тоже подсуетилась, поскольку злосчастное ружье раньше было подарено марокканцу интеллигентным «самураем». Взрослые совершают свои опрометчивые поступки, не задумываясь о том, что беда где хочет открывает ворота и в любой миг может эхом отозваться в другой стороне, на другом краю земли. Вот дети и страдают.

Можно бы еще добавить немножко моралите: мечта о мире, господа, слишком хрупка и зыбка, и можно лишь мечтать о том, чтоб дети разных народов понимали друг друга без сурдопереводов.

Но, право, это уж совсем прописные истины. К тому же с трудом верится, что матерый Иньярриту так быстро перепрофилировался в занудного старикана, беззубым ртом шаркающего о нравственности-терпимости в этом безумном-безумном-безумном мире. Ну вот не верится.

Иньярриту не впервой «монтировать» несколько ниток в одно кинокружево. Собственно, на этом деле он натер уж не один мозоль — и «21 грамм», и «Сука-любовь» данному канону соответствовали. Свежести сей прием в контексте выдающихся достижений мирового кинематографа уж давно не предполагает. Если вспомнить иные разнообразные и весьма успешные киноопыты по этой системе («Столкновение», «Криминальное чтиво» и т.д.). Иньярриту, прежде циник и пересмешник, трепанатор и рационализатор, — неужто и этот вдруг решил обмазаться елеем и поднести планете гуманитарную помощь в виде своего новейшего киноопуса — «Миру — мир!», дескать, поскольку киноакадемия тоже за мир во всем мире, хотя в это же время «недалеко от рая» новые батальоны просят огня — в Ираке. И если через три недели А.Г.Иньярриту вдруг получит свои «Оскары» с формулировкой «за гуманитарные киноинициативы» (на примере мастерского, но нудного «Вавилона»), значит, в киноакадемии заседают в основном глупцы. Поскольку «Вавилон» — не песнь песней с призывом к терпимости. Это ода глупости. Крик о межконтинентальном идиотизме, который и приводит к тому, что происходит (см. выше — обрывки сюжетных виньеток).

Почему повздорившие супруги-американцы не находят иного места на разноцветной земле для примирения, нежели грязное, пыльное, нищее Марокко? Потому что странные. Почему жена (Кейт Бланшет) долго не отвечает на ласки секс-символа (Питт), предварительно согласившись на дальнюю дорогу с ним? Идиотка, видимо. Почему марокканские дети целятся не в ту мишень, путая шакала с человеком? Потому что глупенькие. Почему глухонемая школьница предлагает свои «нижние прелести» случайным посетителям кафе, будто в Токио нет спецуслуг по Интернету? Повсеместное безумие. Почему отец-«самурай» глух и нем к проблемам родного ребенка? «Потому что потому». Почему старая мексиканка тянет в другую страну на свадьбу сына двух крохотных воспитанников, подвергая риску их жизни, если за ними и в Америке за сто долларов присмотрит любая «прекрасная няня»? Не все дома. И так далее, и разные другие сюжетные примеры в этом же духе. Как бы ключевые фразы фильма — диалог няньки-мексиканки и ее воспитанников: «Няня, ведь ты не плохая, правда?» — «Я не плохая! Я глупая!».

Иньярриту снял «Вавилон» не о тотальном разрушении (человеческих связей, духовных уз, гуманитарных основ, межнациональных союзов). Он создал кино о тотальном разжижении мозгов (видимо, связанным с «глобальным потеплением»). О глупости. О том, что, собственно, и разрушило Вавилонскую башню (а также другие популярные строения).

Режиссер Иньярриту, уж если он такой всевидящий «бог», мог бы, кстати, захватить своим биноклем и еще один ракурс для «вавилонской» кинофрески — уже наши окраины. Но тут его скрытая концепция явно даст сбой, дойдя до абсолютной буквальности: всех не переснимаешь!

КСТАТИ…

Сам режиссер Алехандро Гонсалес Иньярриту считает «Вавилон» своей несомненной удачей. О чем не устает повторять в разнообразных интервью СМИ.

«На съемочной площадке в Марокко люди говорили на арабском, берберском, французском, английском, итальянском и испанском языках, — рассказывает режиссер. — Многие из людей, которые стали героями фильма, впервые видели камеру, они живут в домах, в которых нет даже электрического света. Один из самых узнаваемых актеров мира был откомандирован на эту киномиссию как воплощение американской мужественности — это Мужчина №1 Соединенных Штатов Америки — Бред Питт. Кстати, в Марокко Питт остался неузнанным: местное население, видимо, не слишком активно смотрит голливудские фильмы».

Напомним, что «Вавилон» позиционируется на будущем «Оскаре» как «лучший фильм года». У него семь основных номинаций.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК