В фокусе двух десятилетий

19 августа, 2011, 13:26 Распечатать Выпуск №29, 19 августа-26 августа

Размышляя вместе с нашими экспертами об итогах двух десятилетий для Украины, эйнштейновский афоризм приобрел новое звучание.

© ZN.UA

Размышляя вместе с нашими экспертами об итогах двух десятилетий для Украины, популярный в научной среде эйнштейновский афоризм неожиданно приобрел новое звучание — как стремительно мчится жизнь и как медленно мы движемся вперед. И все же на преодоленном за этот период пути есть определенные вехи, которыми можем гордиться и которые вселяют надежду: после того как мы традиционно долго запрягали, и то трогались, то останавливались в раздумьях и нерешительности, дальше все же будем двигаться с ускорением. Уже хотя бы потому, что у нас просто нет альтернативы. И сигналом для такого ускорения в некоторой степени может стать опрос, который мы решили провести накануне Дня независимости.

Обратившись к авторитетным и, на наш взгляд, наиболее информированным в своих сферах специалистам, мы попросили их ответить на три вопроса:

1. Что мы потеряли за годы независимости?

2. Что приобрели (самые значимые достижения) за два десятилетия?

3. Что могли бы сделать, но не смогли?

Калейдоскоп взглядов оказался довольно пестрым. Что радует — в нем не доминируют безнадежно-темные краски.

Максим СТРИХА, доктор физико-математических наук:

1. Самая болезненная потеря последних 20 лет — дальнейшее падение общественного статуса работника образования и ученого, превращение этих важнейших профессий в «непрестижные». Мы потеряли тысячи и тысячи научных работников высшей квалификации, талантливых аспирантов, которые уехали за рубеж или перешли в другие, лучше оплачиваемые сферы деятельности (общее количество людей, проводящих исследования, за годы независимости сократилось более чем вдвое). Мы местами потеряли критерии научной профессиональности и порядочности — «купленные» диссертации стали обычным явлением, и научное сообщество пока не проявляет достаточной сплоченности для борьбы с этой бедой. Но иначе в тотально коррумпированной стране, политические элиты которой (за очень небольшим исключением) вообще не понимают значения науки и образования, и быть не могло.

2. Положительные сдвиги произошли в сфере гуманитарных наук. Лишенные идеологического диктата, наши талантливейшие историки, социологи, лингвисты и др. оказались способными полноценно интегрироваться в мировой научный процесс. Молодежь, которая выходит из лучших университетов Украины, знает новейшие методологии, владеет иностранными языками, лишена старых комплексов. Наши физики-ядерщики, которые работают в ЦЕРНе, наши антарктические исследователи, наши команды в проектах 7-й Рамочной программы Евросоюза (список можно продолжать) не только показывают незаурядные результаты, но и создают положительный имидж Украины в мире (а государство с его сегодняшним весьма специфическим политическим режимом остро нуждается хоть в каком-то позитиве). Безусловным плюсом являются ростки гражданского общества в сфере науки. Такие общественные объединения ученых, как Украинское физическое общество, Украинская астрономическая ассоциация, Академия наук высшей школы Украины, Украинский научный клуб, делают много полезного — и это без какой-либо государственной помощи.

Но самым главным достижением последних 20 лет является то, что украинская наука до сих пор жива и у нее есть шанс на будущее. Ведь очень легко представить ситуацию, в которой еще в 1990-е Национальная академия наук (если бы ее возглавлял кто-нибудь не такой авторитетный и морально целостный, как Борис Патон) была бы разворована так же, как Черноморское пароходство… Впрочем, угроза стремительного коллапса науки все еще существует, и за последний год стала, к сожалению, более реальной. Дельцы, жадные к чужому добру — недвижимости и имуществу НАН, уже «на низком старте».

3. 20 лет назад, когда украинская наука (в ее естественных и технических сегментах) крепко стояла на ногах, реформировать ее было намного легче. Проще было приблизить организационные формы ее построения к западным. Сегодня же наша наука прежде всего нуждается в интенсивной терапии (некоторые ее звенья — в реанимации), и любые непродуманные и резкие реформационные движения могут ее просто добить. После чего восстановить утраченные научные школы будет уже невозможно.

Потеряна и возможность получить статус ассоциированного участника 7-й Рамочной программы — что автоматически сделало бы Украину полноправным членом Европейского исследовательского пространства (ERA) и, если хотите, дало бы ответ на вопрос о нашем цивилизационном выборе. Сегодня же нам в который раз подбрасывают альтернативу научной интеграции с россиянами, которые, конечно, чувствуют себя в сфере науки мощнее (научный бюджет России в 30 раз больше), но в целом переживают далеко не лучшие времена (Гейм и Новоселов никогда не получили бы Нобелевскую премию, если бы остались в России).

Алексей БОЯРСКИЙ (ЦЕРН):

1. Самое главное — мы в значительной степени потеряли связь науки с реальной жизнью общества (экономикой, образованием, даже военно-промышленным комплексом). Потеряли советскую научную систему. А вместе с ней (из-за того, что ее не заменили другой системой, а просто оставили распадаться в новых условиях) — и авторитет науки и ученого, интерес общества к науке и т.д. Это, в свою очередь, привело к потере значительной части «человеческого материала» — от школьников до профессоров. Прежде всего не потому, что часть ученых покинули страну, а потому, что эти люди ушли из науки или не стали учеными.

2. Приобрели только то, что приобрел весь мир: огромные возможности информатизации, большую мобильность и преимущества, которые она дает, и т.д. Конечно, были научные результаты за это время, но вопрос — о системе.

3. Самое главное — возможность интегрировать украинскую науку в мировую, прежде всего европейскую. Не ликвидировать «лишний» научный потенциал, который остался с советских времен и был слишком дорог для современной Украины, а использовать его в евроинтегрированной модели для того, чтобы улучшить имидж страны, сделать ее более интересной для Европы, а науку и образование — одним из локомотивов евроинтеграции. Превратить отток интеллекта (как за рубеж, так и в менее квалифицированные виды деятельности) в экспорт квалифицированных кадров и образовательных услуг (не только для стран третьего мира, но и для Европы). За счет открытой модели сохранить научные и фундаментально-образовательные школы до времени, когда экономика снова станет способной потреблять их продукцию. Сделать то, что делал Китай, который годами растил свою диаспору в развитых странах, пока не появилась возможность и потребность пригласить их на родину (украинская стартовая позиция в этих вопросах была намного лучше, школы надо было не создавать, а сохранять). Утрачены эти возможности были не только потому, что многие из «лиц, принимавших решение» по этим вопросам, были консервативны и не понимали новых подходов. Главную проблему однажды очень хорошо сформулировал один из власть имущих, имевший отношение к государственной политике в области образования и науки: «Ну разве вы не видите, у государства сейчас ДРУГИЕ проблемы...»

Борис ГРИНЕВ, академик НАН Украины:

1. После распада Союза и разрушения хозяйственных связей, складывавшихся в течение многих десятилетий, украинская наука оказалась вырванной из целостной научной среды, во многих случаях потеряла базу для практической проверки и внед­рения результатов исследований. Катастрофическое сокращение бюджетного финансирования научной сферы, резкое падение престижа научного творчества, отсутствие государственной стратегии научно-технического развития страны привели к массовому оттоку ученых продуктивного возраста за рубеж — как на Запад, так и на Восток.

2. Но, как говорится, нет худа без добра. «Шоковая терапия» для научных организаций, которых в одночасье лишили и мало-мальски приличной государственной поддержки, и привычных связей в научной среде, и заказчиков своей продукции, заставила как отдельных ученых, так и целые коллективы искать самостоятельно пути интеграции в мировое научное сообщество. При этом оказалось, что многие результаты исследований, особенно их технологические приложения, ранее из-за информационных барьеров адекватно не оцененные даже самими разработчиками, действительно находятся на уровне ведущих зарубежных фирм. Это позволило научным коллективам, у которых были в запасе современные разработки, сравнительно быстро избавиться от «советского» менталитета и с успехом интегрироваться в международный рынок наукоемкой продукции. В настоящее время многие ученые и институты имеют прочные творческие связи с ведущими зарубежными центрами, проводят с ними совместные исследования в рамках различных научных программ, успешно участвуют в выполнении международных научных проектов. Сдерживающим фактором на пути дальнейшей интеграции украинской науки в мировое сообщество является отсутствие цельной государственной политики в области научно-технического развития, которая позволила бы перейти от стандартных деклараций о важности науки к предметному формированию научных приоритетов и надлежащей поддержке их развития.

3. Несмотря на множество неблагоприятных факторов и ошибок, научная деятельность в Украине продолжает развиваться. Сейчас происходит своеобразная смена поколений в научной среде. Процесс этот идет довольно болезненно из-за того, что в первое десятилетие, по причинам, указанным выше, практически отсутствовал приток творческой молодежи в науку и образовался значительный провал в исследовательских кадрах. В последнее время в науку приходит все больше молодых людей, которые хотят и могут заниматься исследовательской работой. Этому способствуют и новые возможности, которые появляются в науке благодаря стремительно развивающейся глобальной информатизации. Но темпы дальнейшего развития будут зависеть главным образом от реальной государственной поддержки этой важнейшей сферы человеческой деятельности, которая играет ключевую роль в продвижении общества вперед.

Аркадий ШАПАР, директор Института проблем природопользования и экологии НАН Украины, член-корреспондент НАН Украины:

1. Самая большая потеря — отход от общегосударственных приоритетов в отношении предпринимательской деятельности и в использовании природных ресурсов. Кто и у кого просил разрешения на приватизацию предприятий, учреждений, других объектов, природных ресурсов? Для большинства людей эти богатства потеряны навсегда. И отстоять что-либо из этого даже в судебном порядке они не могут: нет денег, да и суд не на их стороне (дело Лозинского и других). То же самое касается и доступа к рекам, водоемам, морским пляжам, которые незаконно находятся в собственности отдельных граждан, чем грубо нарушаются требования законов экологического направления.

2. Огромные возможности для создания независимого государства нового гражданского общества в условиях демократии, свободы творчества, равных прав каждого во всех сферах бытия, включая доступ к природным объектам и их сохранение.

Важный фактор — возможность равноправно общаться с международным сообществом в решении общечеловеческих проблем на принципах устойчивого развития.

За период независимости принято большое количество законодательных документов, регламентирующих основные вопросы развития государства, в том числе относительно природопользования и охраны окружающей среды (включая воздух, водные объекты, землю), повышения роли общественных организаций в развитии государства, решения экологических проблем.

Этот период был знаменательным и для нашего института — ИППЭ стал первым академическим научным учреждением, созданным после провозглашения независимости государства.

3. Учитывая геополитическое значение Украины, наличие огромных запасов природных ресурсов, минерально-сырьевых месторождений (железная и марганцевая руды, редкоземельные элементы, уголь), богатые черноземы, климатические условия, Украина могла бы стать процветающим государством, поставщиком сельскохозяйственных культур на мировой рынок. Но пока этого не произошло. Наоборот, государство вынуждено ввозить из-за рубежа не только промышленные товары, но и продукты питания.

В условиях перехода мирового сообщества на принципы устойчивого развития властные структуры государства до сих пор не определились с принятием законодательного акта по такому переходу. Еще в начале 2007 года Национальная академия наук Украины направила в Верховную Раду и Кабинет министров Украины разработанный ею проект концепции перехода Украины к устойчивому развитию, но до сих пор никаких решений по этому вопросу нет.

И все же стремление государства как можно скорее решить неотложные проблемы общества, огромный природно-ресурсный потенциал, экологичность украинской нации, сотрудничество с международными учреждениями дают надежду на построение гражданского общества, где все и каждый будут небезразличными к большим и малым проблемам, от которых зависит будущее Украины.

Александр ГАБОВИЧ, физик:

1. За эти годы утрачено понимание мировоззренческой и практической роли естественных наук на уровне общеобразовательной школы, высших учебных заведений, МОНМС Украины и государства в целом. Потерян кадровый потенциал учителей, преподавателей и ученых, разворованы и уничтожены материальные базы лабораторий — как учебных, так и исследовательских. Вместо материалистического восприятия мира воцарилась смесь религиозного и магического видения окружающей среды в странном сочетании религиозных догм, магических процедур и языческих предрассудков. Уничтожен целый ряд научных школ в естественных и технических науках.

2. Единственным весомым достижением за годы независимости в сфере науки и образования является распространение украинского языка на разные сегменты общественной жизни. Это произошло при каденции Кравчука и Кучмы. Каденции Ющенко и Януковича характеризуются противоположными процессами в плане украинского языка в образовательной сфере. Достижением является также установление образовательных и научных связей с другими государствами.

3. Могли бы обеспечить полноценное преподавание украинского и английского языков во всех школах Украины. Уменьшить количество государственных вузов с одновременным повышением качества преподавания и увеличением финансирования per capita. Создать собственное производство оснащения для кабинетов физики и химии в школе. Провести аудит НАНУ и по его результатам и на основании независимых объективных исследований закрыть и укрупнить ряд институтов. Закрыть остальные государственные академии. Высвобожденные средства должны были бы пойти на создание грантовой поддержки исследований в НАНУ и университетах. Создать государственное издательство научной и научно-­популярной литературы. Материально поддержать украинскую и переводную научную и научно-популярную книгу. Могли бы…

Вадим ЛОКТЕВ, академик НАНУ:

1. Как ни досадно, но мы потеряли так много, что будущее страны не видится безопасным. Говорю, конечно, исключительно о научной сфере, имея в виду естественные науки. Речь идет о: 1) фактической потере по разным причинам среднего поколения; 2) значительном падении уровня физико-математического образования; 3) резком снижении внимания «верхов» к проблемам научно-образовательного комплекса, когда религия и Бог упоминаются чаще, чем Ее Величество нау­ка и ученые; 4) нежелании молодежи уже со школьных лет посвящать себя науке, потому что сегодняшними героями являются отнюдь не знаменитые ученые, талантливые педагоги, известные специалисты в каком-то деле (если оно не касается финансов, нефти и газа, шоу-бизнеса и иногда спорта). Кажется, что руководители государства (не только нынешние, но и предыдущие) просто не знают, как распорядиться научной отраслью, чтобы она приносила пользу.

Если честно, то проблемы научной сферы — системные и долгосрочные, а потому и подходить к ним нужно как к требующим взвешенных шагов при условии усвоения аксиомы — без науки нет будущего. Чтобы это прочувствовать, советую ознакомиться с известной речью президента США Б.Обамы на ежегодном собрании Национальной академии наук США в 2009 г. Лучше о науке и образовании и их роли для общества в последние годы не сказал никто. Но там не только произносят речи...

2. По большому счету — только право избирать собственные пути движения и тематику, не получая «добро» из Москвы. В этом смысле истинная самостоятельность — благо, значение которого невозможно переоценить. Но вместе с тем в естественной сфере наши достижения были на таком уровне, что любой специалист моего поколения может подтвердить: соответствующее одобрение носило, как правило, формальный характер, и можно привести много примеров, когда задачи так называемого центра не только не мешали, а, наоборот, способствовали развитию отечественной науки, особенно если поставленная задача имела необходимую финансовую поддержку.

Очень важным достижением стала возможность печататься на государственном языке, однако, буду откровенным, для представителя естественных наук престижнее публиковаться в англоязычных изданиях.

3. Этот вопрос самый сложный. Как по мне, научные организации (в частности НАН Украины) не нашли себя в обществе, где большинство производств приватизированы и не имеют легитимных причин выгодно для себя вкладывать деньги в науку. Не создан механизм гармоничного сосуществования государственных органов, которые должны выделять науке надлежащие (а не жалкие) средства, и частного капитала, который, возможно, и хотел бы быть причастным к перспективным научным исследованиям, но — из-за своей выгоды и корысти. Здесь должна была бы сказать свое слово Верховная Рада Украины, однако пока желаемого законодательства нет.

Станислав НИКОЛАЕНКО, экс-министр образования и науки, руководитель ОО «Общес­т­венный совет работников образования и науки Украины» («ГРОНУ»):

1. Исто­рически так сложилось еще с советских времен, что в Украине господствовал индустриально-аграрный тип развития государственной экономики с вкраплениями высокотехнологичного оборонного сектора. Под него выстроили образование, задачей которого было удовлетворить потребности общества в квалифицированных кадрах. Когда же экономика деградировала (произошел переход к аграрно-сырьевому типу развития), вместе с ней начало деградировать и образование. У молодых людей сегодня складывается впечатление, что для того, чтобы быть успешным, владеть крупным бизнесом, не обязательно иметь хорошую профессиональную подготовку, главное — получить диплом, а дальше пробьемся… Как следствие — наблюдаем тотальное одипломливание молодежи. В России недавно проводился социологический опрос: 25% студентов сказали, что хотят и могут учиться, 25% — хотят, но не могут, и 50% (!) заметили, что могут, но не хотят. Думаю, по Украине данные приблизительно такие же.

Основная масса работников образования осталась консервативной. Хотя, конечно, в этой сфере появились островки нового.

2. Образовательная система независимой Украины стартовала с нуля. Национальной средней и высшей школы не существовало. За годы независимости были созданы собственные учебные планы, программы, сформировано содержание образования. Первыми среди стран СНГ (и я к этому причастен) мы создали полный цикл образовательного законодательства: Закон об образовании, Закон о высшем образовании, Закон о профтехобразовании и др. Мы почти ввели в средней школе двенадцатилетку. Правда, споткнулись на ней, но, надеюсь, еще вернемся к этой реформе в течение ближайших трех-пяти лет.

В отличие от России, мы смогли сохранить систему профтехобразования.

Важным достижением является гуманизация образования, присоединение к Болонскому процессу. Мы вышли за пределы украинских стен. У некоторых наших вузов подписаны договоры о сотрудничестве с известными зарубежными вузами. Например, Университет агробиоресурсов стал партнером Йельского университета. Положительным является факт увеличения почти вдвое количества студентов в Украине. У нас функционирует 350 частных университетов. Кстати, меня эта цифра не пугает. В Сеуле, например, 250 университетов! Меня пугает некачественное образование и псевдообразование.

3. Мы сохранили советский уровень финансирования образования. Но в те времена существовали так называемые базовые предприятия, за счет которых обновлялась материальная база образовательных заведений. Сегодня таких предприятий нет. Вместо этого появились частные. И здесь наблюдаем парадокс: среди украинских предприятий — 80% частных, а доля бизнеса в затратах на образование и науку — 0,5%. Мы не нашли законодательных механизмов взаимодействия образования и бизнеса. Необходимо через законодательство стимулировать бизнес, дать ему право направлять 5% фонда зарплаты на подготовку кадров. За счет этих средств можно было бы существенным образом обновить материальную базу образования.

Мы не смогли сохранить систему воспитательных ценностей. Это вовсе не ностальгия. Понятно, что не все было хорошо в советские времена. Но уважение к работе, к старшему поколению — где они? Вместо этого наблюдаем отсутствие каких-либо идеалов. И все это сказывается на образовании. Включите телевизор — и увидите сплошные «быдло-шоу». Почему не показывают хороших учителей, почему не выступает, скажем, Борис Олийнык, почему Лина Костенко появилась и сразу же исчезла после определенных событий? Создаются тысячи новых церковных приходов, а нравственность, духовность приходит в упадок. Мы в определенной степени преодолели барьер несвободы, но соорудили барьер несправедливости. Пойдите в школу, детсад, вуз, суд — везде ударитесь лбом об этот барьер.

Игорь ЮХНОВСКИЙ, физик-теоретик, глава комитета по вопросам науки и образования Верховной Рады Украины в 1999—2002 гг.:

1. Хочу подчерк­нуть два главных момента. Первый: из-за недостаточного финансирования государством высших учебных заведений и академий наук мы потеряли, по сравнению с советскими временами, темп развития образования (особенно это касается точных наук — физики, биологии).

Второй: в образование была введена идеология создания украинской нации, но не полностью, она до сих пор недостаточно выражена.

2. Мы получили свободу в образовании (особенно в ее гуманитарной сфере). Это было коренное изменение содержания. Образование стало выразителем обычаев свободных людей, свободных специалистов, которые могли формулировать ее основы, исходя из общих принципов демократии и гуманизма, исходя из необходимости предоставления образованию национального характера.

3. Это сложный вопрос. Я не могу четко на него ответить. Мы сделали то, что могли сделать. У нас такие руководители, которых мы сами выбрали. Мы могли сделать все для того, чтобы построить сильное национальное консолидированное государство. Но не сделали этого. Нам не хватает сильного национального духа и в образовании, и в искусстве, и в политике. Вместо этого в государстве распространяется нигилизм. Почему? Потому что мы дали возможность старым коммунистическим идеям паразитировать на молодой украинской демократии. Потому что руководство государства допускало те или иные ошибки. Потому что в результате неконтролируемой, проведенной ненадлежащим образом приватизации произошла имущественная дифференциация общества. И носители образования — научные сотрудники, учителя — не смогли стать самостоятельными и самообеспеченными. И все это сказалось на качестве образования.

Василий КРЕМЕНЬ, академик НАН Украины и НАПН Украины, президент НАПН Украины, министр образования и науки независимой Украины (2000—2005 гг.):

1. Отстала от потребностей жизни учебно-материальная база образования. В средней школе, как правило, отсутствуют современные учебные кабинеты физики, химии, биологии и т.д. В профессионально-технических заведениях подготовка ведется часто на устаревшей технике, в результате выпускники не готовы овладевать современными технологиями. Это же касается и многих высших учебных заведений.

Существенным образом сократилась сеть дошкольных учебных заведений, что не удовлетворяет потребности общества.

Неоправданно уменьшилось количество учащихся в профессионально-технических учебных заведениях, которые готовят специалистов для непосредственной работы в сфере материального производства. Это же касается и университетского образования… Утрачена связь профессионального образования с производством.

Произошло дальнейшее снижение престижности педагогической работы, авторитета педагога, чему способствовал, в частности, низкий уровень заработной платы педагога, особенно молодого, ухудшение его социальной защиты, потеря перспективы получения жилья и т.п.

2. На базе сети учебных заведений УССР создана целостная национальная система образования Украины. Разработана законодательная и нормативная база функционирования образования. Введено новое содержание обучения, особенно в социогуманитарных дисциплинах.

В образовательной сфере появились не присущие ей прежде функции: создание государственных стандартов, программ, учебных планов, подготовка и печать учебников по всем предметам и т.п.

Десятилетняя общеобразовательная школа, по программе которой училась значительная часть детей, заменена одиннадцатилетней. Произошел переход на положительную 12-балльную систему оценивания знаний учащихся (оценивается то, что знает ученик, а не то, чего он не знает). Созданы элементы профильного обу­чения, появились учебные заведения нового типа: гимназии, лицеи и т.п. В 2003 году принята и реализуется программа «Школьный автобус». Осуществлен первый этап компьютеризации средней школы, подготовлены и напечатаны несколько поколений альтернативных учебников.

Введено внешнее независимое оценивание.

Высшее образование стало более доступным. В несколько раз увеличилась общая численность студентов в вузах.

Система образования Украины, прежде всего высшего, стала более интегрированной в европейское и мировое образовательное пространство.

3. Не удалось целостно модернизировать образование для подготовки человека и специалиста к жизни и деятельности в ХХІ веке, который предъявляет новые требования, обусловленные глобализацией, инновационным типом прогресса, переходом к научно-информационным технологиям, утверждением общества знаний. Обучение остается слишком академическим, часто схоластическим.

Образование еще не стало максимально приближенным к сущности и способностям каждого ребенка, личность не достаточно уважают в школе, семье и обществе.

Пребывание ребенка в дошкольном учебном заведении недостаточно используется для его всестороннего развития, часто это «камера хранения» ребенка на время работы родителей.

Отказ от 12-летки в 2010 году стал шагом назад: Украина осталась среди стран с наименьшим сроком обучения в общеобразовательной школе, что серьезно затрудняет подготовку человека к жизни в современном мире.

Не удалось широкомасштабно применить профильное обучение в старшей школе.

Не реформировалась целенаправленно сеть учебных заведений — от детских садов и школ до университетов. В результате у нас распорошенная, неэффективная и непомерно затратная образовательная сеть. Не создана мощная подсистема профессионального образования на базе учреждений ПТО и техникумов, которые неоправданно были отнесены к системе высшего образования. У нас слишком много мелких университетов, которые, в сущности, дискредитируют образование Украины.

Подготовка учителя не соответствует современным требованиям.

Отсутствует связь между оплатой труда и результатами работы педагога. Учитель остается урокодателем, потому что получает зарплату практически только за уроки, а не за все виды учебно-воспитательной работы с учеником.

Людмила ПАРАЩЕНКО, директор Киевского лицея бизнеса, ответственный секретарь Ассоциации руководителей школ г. Киева:

1. За годы независимости педагоги выступили со многими инициативами относительно новой школы для нового государства. Появились авторские школы, частные учебные заведения, создавались разные педагогические модели. Государство не поддержало такого многообразия. И мы в определенной степени потеряли педагогический энтузиазм и тягу к инновациям. Сегодня мы снова остро чувствуем тенденции к централизации и унификации.

2. Неоспоримым достижением является понимание роли и места школы в процессе образования государства. Поэтому дискуссии в сфере образования перешли в плоскость политических баталий, чего не было раньше.

Мы добились определенной прозрачности в образовании. Но этот процесс еще очень далек от завершения. Достижением является введение внутреннего независимого оценивания, вывод процедуры поступления в высшие учебные заведения на публичный уровень.

Большое значение имеет приобщение Украины к мировым интеграционным процессам, в частности присоединение к Болонскому процессу. Этот процесс повлиял не только на высшую школу. Он дал определенные сигналы и для общего среднего образования. Сегодня мы говорим о знании не просто как об определенной сумме знаний, которые должен получить каждый ученик в школе. Мы говорим о компетентностном подходе, о том, что каждому выпускнику школы должны быть присущи определенные черты личности и компетентности. Он должен быть активным деятелем, а не просто отличником, хорошо усвоившим определенный объем материала.

3. В национальной программе «Образование Украины ХХІ века» выписаны все стратегические ориентиры развития образования. К сожалению, они до сих пор недосягаемы. Речь идет о государственно-общественном управлении образованием, реальном, а не декларированном привлечении общественности к принятию решений в образовании. Конечно, когда на сайте Минобразования или областного управления образования появляется проект какого-то документа, нам, педагогам, предлагают подавать свои замечания. Но это не государственно-общественное управление образованием. Потому что оно предусматривает привлечение родителей и общественности к управлению учебными заведениями, автономию школы в принятии ключевых решений, определенное доверие ко всем участникам образовательного процесса со стороны государства. Этого нет. Наоборот, в последние годы наблюдается определенная централизация. С одной стороны, это хорошо, когда не хватает финансовых ресурсов для развития образования. А с другой — все же надо осознавать, что в образовании появились конкретные потребители, и это не только государство, это — конкретный ученик, конкретные родители, которые хотят понимать и знать, чему и как учат в школе, хотят быть причастными к содержанию, формам и финансированию образования. Потому что финансирование образования по государственному бюджету — не какие-то абстрактные средства, это средства налогоплательщиков — родителей.

В начале 90-х годов, когда наблюдался определенный расцвет в образовании, частные школы рассматривали как определенную альтернативу для удовлетворения разных образовательных нужд — культурных, религиозных, национальных и т.п. Сегодня количество частных учебных заведений резко уменьшилось, потому что государство не считает их учебными заведениями, которые могут способствовать развитию образования. В сущности, сегодня частные школы рассматривают как коммерческие предприятия и облагают такими налогами, что их существование теряет какой-либо смысл. Многие частные школы закрываются, и это очень обедняет образовательное пространство Украины.

Дмитрий ФЕДОРОВ, эксперт в области порошковой металлургии (Индия):

1. К счастью, мы потеряли старую сов­ковую систему науки и образования. Не то чтобы старая система была совсем плохой, но и безупречной она отнюдь не была и — как результат — проиграла в конкурентной борьбе с другими системами.

2. Мы получили индивидуальную свободу, возможность создать новую систему на национальной основе.

3. Мы должны были создать систему, однако до сих пор топчемся в болоте, в которое превратились остатки старой системы и неуклюжие попытки построить новую. Мы потеряли два десятилетия и целое поколение молодежи, которое родилось и формировалось в этот период.

Алексей ВЕРХРАТСКИЙ, клеточный биолог (Великобритания):

1. За последние 20 лет абсолютное большинство молодых/среднего возраста ученых с международным потенциалом оставили Украину. Эта потеря практически не может быть восстановлена в последующие 10—20 лет.

Качество образования (как среднего, так и высшего) упало катастрофически.

Подготовка докторантов практически исчезла.

С криминальными элементами во главе государства и коррупцией, превышающей все фантазии, мы все еще не можем надеяться на положительное будущее.

Мне кажется, что дискуссии о состоянии фундаментальной науки в Украине безосновательны, поскольку предмет дискуссии отсутствует.

Владимир КУЗНЕЦОВ, философ:

1. Стимулирование талантливой молодежи, особенно выходцев из провинции, получать хорошее образование по естествознанию для занятий научной деятельностью.

2. Агрессивное внедрение в общественное сознание ненаучного мировоззрения (негатив).

Возможность принимать индивидуальное участие (без посредничества отечественных бюрократических структур) в конкурсах на получение международных научных грантов и должностей в западных университетах (позитив).

3. Объективный аудит нынешнего состояния образования и науки.

Разработка и внедрение правовых и организационных механизмов приближения украинского образования и науки, прежде всего гуманитарных и социальных сфер, к мировым образцам.

Распространение научного мировоззрения и разоблачение псевдонаучных и антинаучных представлений. Создание мощной инфраструктуры по подготовке и изданию на украинском языке научной и научно-популярной литературы.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 2
  • Rob Rob 18 вересня, 10:59 Много правильных наблюдений и выводов в этих интервью, но что дальше? Я преподаю и вижу, что почти все способные ребята собираются уезжать из Украины. И наверняка найдут позиции за границей. Кроме всех указанных выше в этих интервью причин, самое существенное остается за кадром. Жить в Украине не просто некомфортно, но и опасно. Могут сбить на дороге, даже на пешеходном переходе, можно попасть в милицию и не выйти оттуда живым, на медицину полагаться рискованно, могут "кинуть" при любых финансовых операциях и т.д. Молодые выпускники, как правило, уже побывали где-то за границей и могут сравнить, а потом сделать выводы. Поэтому, проблемы науки это не только мизерное финансирование, а общая атмосфера в стране. Вот что нужно менять в первую очередь. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №1277, 11 января-17 января Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно