Рак: кто поможет справиться?

6 сентября, 18:35 Распечатать Выпуск №33, 7 сентября-13 сентября

Психоонкология в Украине все еще пребывает в зачаточном состоянии.

Лет тридцать назад я зашел в отделение детской онкогематологии Киевской областной клинической больницы. Меня пригласили как практикующего психолога к 15-летнему пациенту, страдающему острым лейкозом. 

Валентин, так звали паренька, тяжело переносил химиотерапию и находился на грани нервного срыва. В угнетенном психологическом состоянии были и его родители, и, собственно говоря, даже медики. Все сводилось к необходимости мультидисциплинарного подхода, который лишь спустя десятки лет объединился в работе специалиста врача-психолога. Однако путь к такому объединению на тот момент казался невозможным. Только сейчас мы можем уверенно говорить об эффективности работы в практике онкологии именно врачей-психологов. 

По истечении месяца регулярных встреч и бесед мне удалось вывести подростка из депрессивного состояния. Вывод, который я тогда сделал, таков: онкобольным обязательно нужна помощь психологов и психотерапевтов. И уже тогда было понятно, что крайне необходимо построить эффективную модель прежде всего общения, а потом уже лечебного процесса с пациентом, с его семьей, и что таких специалистов необходимо специально обучать. Так я впервые на практике столкнулся с психоонкологией (хотя в те годы о такой науке у нас мало кто слышал, даже термин подобный не использовался), заинтересовался этой отраслью медицины и посвятил ей солидный кусок жизни.

…Однако, как я выяснил позже, проблема совсем не нова. Еще в античные времена эскулапы заметили связь между онкологическими заболеваниями и психическим состоянием пациентов. Так, во ІІ веке греческий врач Гален, практикующий в Римской империи, обратил внимание на то, что веселые жизнерадостные оптимисты гораздо реже болеют раком, чем угнетенные меланхолики. Древнеиндийские лекари тоже утверждали, что онкология — следствие расстройства психики человека.

В ХVIII в., когда лечением злокачественных опухолей стали активно заниматься медики самых развитых держав, они подметили взаимосвязь возникновения рака с горем и нервными расстройствами. В одной из диссертаций того периода рак определялся как болезнь нервной системы, связанная с длительным переживанием скорби.

С середины ХIХ ст. в медицине окончательно утвердилось понимание неразрывности онкологических заболеваний с психикой человека. Наглядный пример — исследования в Германии периода Первой мировой войны, когда количество больных со злокачественными новообразованиями значительно увеличилось по сравнению с довоенными годами.

В ХХ ст. Украина (тогда УССР) также подкрепила десятками исследований наличие такой связи. Еще в 1930 г. доктор И.Рудницкий писал, что уже нет сомнений в том, что горе и огорчение — главные причины возникновения рака. Особенно активно изучение роли нервной системы и стресса в развитии злокачественных опухолей развернулось с 1960 г. в созданном Украинском научно-исследовательском институте экспериментальной и клинической онкологии Минздрава УССР. Однако вскоре онкология как наука начала отдаляться от психологии. В СССР при лечении рака стали акцентировать внимание на технике операций, новейших препаратах, технологических новинках, диагностике опухолей на различных стадиях, что, конечно, тоже очень важно. Но перестав заниматься причинами возникновения рака, влиянием психики на протекание заболевания, сегодня мы получили отставание отечественной психоонкологии от развитых государств на несколько десятков лет.

Стоит заметить, что и в странах с самой передовой медициной психоонкология пробивалась к своему признанию тернистыми тропами. Несмотря на то, что большинство врачей-онкологов признают влияние психики на возникновение и протекание заболевания, только в 50-е гг. прошлого века первый психиатр стал работать в онкологической больнице Нью-Йорка. 

Чуть позже, в 1967 г., Сесилия Сандерс организовала в Лондоне первый хоспис современного типа, где, кроме медицинского обслуживания, пациенты получали и психологическую помощь. До этого она полтора десятка лет работала с онкобольными, изучала их поведение и ввела в обиход понятие "общая боль", которая подразделяется на боль физическую, эмоциональную, социальную и духовную. Сандерс считала, что, избавляя человека от духовной боли, врач соответственно уменьшает и общую боль.

В 80-е гг. прошлого века первые успехи молодой медицинской отрасли дали толчок к ее дальнейшему развитию, а с 1990-х в прогрессивных странах психоонкология успешно развивается уже как полноценная отрасль. 

С началом нового века пришло окончательное осознание, что рак таблеткой не вылечить. Общество усиливает борьбу с курением, улучшается работа по диагностике онкозаболеваний на ранних стадиях. Во многих странах психосоциальную помощь начинают предоставлять не только специалисты при онкологических клиниках и хосписах. По инициативе благотворительных и общественных организаций создаются городские (территориальные) центры, оказывающие бесплатную помощь и больным, и членам их семей. 

Таким образом, в начале ХХI в. развитые страны добились существенного прогресса в борьбе с онкозаболеваниями, а психоонкология способствовала улучшению различных количественных и качественных показателей. В то же время в начале 2000-х Украина, как и другие постсоветские страны, оставались в плену стигматизированной психиатрии, когда в общественном сознании рак воспринимался как приговор, а больной становился своего рода прокаженным, изгоем, ему сочувствовали, но сторонились. Вопреки мировым тенденциям онкобольным до последнего старались не сообщать диагноз. Психологов к лечению не привлекали.

В 2011 г. была опубликована статья врача, ученого А.Бабика, который, отмечая уровень развития психоонкологии в мире, с грустью констатирует полное отсутствие в Украине психоонкологии как таковой. Через пять лет появляется еще одна коллективная статья "Психоонкология в Украине — начало новой эры?". Ее авторы — известные онкологи и психологи Е.Колесник, С.Маляров, Э.Стаховский и другие констатируют, что к 2015 г. психоонкология в Украине еще находится в зачаточном состоянии. Единственное достижение — наличие в штате онкологических учреждений психологов и сотрудничество с общественными организациями. Как положительная тенденция отмечается проведение в 2015 г. в Национальном институте рака совета экспертов, посвященного проблемам психоонкологии в Украине. В принятой резолюции указывались конкретные предложения для обеспечения первых шагов по внедрению психоонкологии в Украине. Среди них: разработка системы информационных ресурсов для врачей-онкологов о социально-психологической помощи пациенту; разработка системы психологической помощи больным, получающим химиотерапию, а также членам их семей; обеспечение консультативной помощи психиатра, психолога и социального работника в медучреждениях онкологического профиля; создание горячей линии для онкобольных и членов их семей.

Прошли почти четыре года. Все предложения резолюции совета экспертов так и остались на бумаге. 

Тем не менее определенные достижения есть. В 2017 г. была опубликована первая монография по психоонкологии "Канцерогенный ум", где автор В.Матреницкий, исследуя психосоматические механизмы рака, дает ответ на вопрос, как установить причину и предупредить возникновение онкозаболеваний. Но никаких существенных системных преобразований с позиции психоонкологии в работе большинства клиник и диспансеров в нашей стране пока не произошло, хотя значительно увеличилось количество публикаций на эту тему. Тот же В.Матреницкий в 2018 г. опубликовал несколько работ по проблемам психоонкологии. Этот ученый в своих статьях постоянно акцентирует, что психосоматика — основа психоонкологии. Его позицию разделяет руководитель центра психосоматики и депрессий клиники "Оберіг" С.Маляров.

Примечательно, что ведущие ученые утверждают: развитие психоонкологии активизировалось именно с момента выделения психосоматической дисциплины в отдельную специальность. Коротко объясню: психосоматические заболевания — это недуги, причинами которых являются в большей мере психические процессы больного, чем непосредственно физиологические причины. Если медицинское обследование не может обнаружить физическую или органическую причину заболевания, или если заболевание является результатом таких эмоциональных состояний, как гнев, тревога, депрессия, чувство вины, тогда болезнь может быть классифицирована как психосоматическая. 

Связь онкологии и психосоматики стала очевидной еще в 1970-х, когда научные исследования установили почти у половины онкобольных наличие психических расстройств. Нужно отметить, что стресс, хронический стресс — основные понятия психосоматики. Исследования установили, что стрессовые ситуации постоянны в жизни человека, а сам стресс даже полезен, так как тренирует мозг, активирует иммунную систему. Однако хронический стресс — это патологическое состояние, возникающее из-за того, что кратковременная стрессовая ситуация длится слишком долго или возникает слишком часто. Такое состояние организма приводит к нарушению иммунной, сердечно-сосудистой, гормональной систем, заболеванию мозга, синдрому выгорания. 

В психоонкологии ученые чаще используют термин "дистресс". Это понятие укоренилось еще в 1960-е, когда было предложено разграничивать стресс как положительное явление, ежедневную необходимость разрешать возникшие ситуации и адаптироваться к новым условиям, а дистресс — отрицательная форма стресса, неспособность адаптироваться к новым условиям, тот же хронический стресс. Ученые Института рака США доказали, что дистресс уменьшает выживаемость больных раком, а снижение его уровня существенно улучшает качество жизни. Исходя из этого, новый международный стандарт оказания медицинской помощи обязывает тестирование онкопациентов на наличие дистресса, а в США, Канаде и Австралии это уже давно действующая норма.

Основные задачи психоонкологии — это, во-первых, психологическая помощь пациентам, во-вторых — поддержка врачей и персонала, которые работают с тяжелыми пациентами и сталкиваются с эмоционально тяжелыми ситуациями (профилактика эмоционального выгорания). Третья задача — образовательные программы для работников клиники по коммуникации, общению с пациентами.

Среди важных достижений последних лет есть то, что в Украине при активном содействии клиники ЛИСОД (куда, к слову, меня пригласили в качестве первого практикующего психоонколога) состоялись уже две ежегодные конференции психоонкологов. На вторую конференцию мы пригласили представителей общественных организаций онкобольных. Не могу не рассказать об этих замечательных людях. Нина Резниченко, пройдя через все этапы борьбы с онкозаболеванием, организовала в 2017 г. совместно с Викторией Романюк сообщество взаимопомощи онкопациенток "Афина. Женщины против рака". Сейчас в организации около двух тысяч человек, и это настоящие подвижники. Они организовали борьбу против шарлатанских методов "лечения" онкозаболеваний, сумели выпустить уже второй номер газеты "Голос Афины. Вестник онкопациента", провели кампанию в поддержу закона о легализации медицинского канабиса. Но главная деятельность этой организации — психологическая помощь онкобольным и членам их семей. А что поделаешь, если даже в Национальном институте рака всего один психолог, который приходит дважды в неделю по предварительной записи (а в стране сотни тысяч онкобольных и их близких).

Да, членам семей тяжелобольного тоже нужна психологическая помощь. Мой первый онкопациент, 15-летний Валентин, к счастью, поборол рак. Врачи добились стойкой ремиссии. Но через полгода после его выписки из больницы ко мне обратилась мама паренька с тяжелейшим психическим заболеванием — синдром посттравматического стрессового расстройства (как у ветеранов АТО). Женщина столько времени держалась ради спасения сына, а когда самое страшное осталось позади, нервная система не выдержала… К счастью, ей тоже удалось помочь. 

А вот тысячам других таких матерей помогают только общественные организации и благотворительные фонды. Такие как БФ "Центр помощи "Лаванда" (руководитель Людмила Пухляк), социальный проект Cancel/R (Инесса Матюшенко), общественная организация Soul Sisters (Дарья Брыкайло), БФ "Киян" (Виктория Чередниченко), онкоклуб "Мы". Их организовали люди (в основном женщины), которые сами преодолели рак и поняли важность психологической поддержки онкобольных и их семей. 

В Украине многие врачи и ученые понимают актуальность назревших (и даже перезревших) изменений. Уже упомянутый психоонколог Владислав Матреницкий на волонтерских началах провел групповые и индивидуальные занятия с подопечными фонда "Инна", прочитал пять лекций по психоонкологии в публичной библиотеке "BOtaN". В 2017 г. он основал центр психоонкологии "ЭКСПИО", задекларированный как первое специализированное учреждение психосоциальной онкопомощи, центр разработки новейших методов психосоматической медицины. 

И хотя "лед тронулся", основная масса врачей и пациентов, особенно в глубинке, живут по-старому. Пора расшевелить эти омуты. Врачам-новаторам нужно ездить с лекциями по стране, организовывать конференции. А помощники-общественники там найдутся. Однажды я читал лекцию в родном городе Валентина, и мой бывший пациент на нее пришел. Сейчас ему 42 года, обзавелся семьей, воспитывает двух детей. Валентин пришел на лекцию вместе с мамой и отцом. Да, парню повезло вырасти в полноценной семье, ведь по статистике почти 40% семей, где есть тяжелобольные дети, распадаются. Это тоже важнейшая проблема, которую могут и обязаны решать онкопсихологи...

В то же время в Германии и ряде других передовых государств без наличия психосоциального отделения запрещено открывать онкоцентры. Там поняли, что как бы далеко вперед не ушли технологии ранней диагностики, лучевого и хирургического лечения рака, душевные переживания людей после установления диагноза легче не стали. Причем применяемая психотерапия приобретает все более персонализированный характер, исходя из уникальности каждого человека. Американские ученые на практике доказали, что качественная работа онкопсихолога способствует увеличению количества излечившихся от рака 2-й и 3-й степени до 75 и 45% соответственно, а 4-й степени — до 25%. 

Сегодня в странах с развитой медициной психоонкологическая помощь обеспечена на всех стадиях заболевания не только больным, но и членам их семей. Как следствие, увеличился процент выздоровевших, возросла продолжительность жизни больных раком. В медицинских вузах расширяют курсы обучения психологов и психиатров для онкологии. Кстати, во многих клиниках Европы есть особая должность — специально подготовленный психолог, который сообщает тяжелые диагнозы. 

А возвращаясь к ситуации в Украине, должен сказать, что важные психологические вопросы, касающиеся отношений врача и пациента, больного и его родных, врача и родственников заболевшего, а также подготовки кадров психоонкологов, требуют переосмысления. 

Заметим, что наше общество созрело для изменений. Этой теме и будет посвящена конференция по психоонкологии, которая пройдет в Киеве 20 и 21 сентября с.г. Ее организаторы — кафедра общей и медицинской психологии Национального медуниверситета им. А.Богомольца и Национальный институт рака Национальной академии медицинских наук Украины.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 21 сентября-27 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно