ЧЕЛОВЕК, ПОКОРИВШИЙ БОЛЬ

8 февраля, 2002, 00:00 Распечатать

Общество не исчезнет, пока в нем есть хотя бы один, умеющий лечить, и хотя бы один, желающий выздороветь...

Общество не исчезнет, пока в нем есть хотя бы один, умеющий лечить, и хотя бы один, желающий выздороветь.

Гиппократ

Прежде чем начать рассказ об уникальном враче и ученом, осуществившем прорыв в направлении, ранее считавшемся неперспективным, хотелось бы привести выдержки и из некоторых документов.

«Согласно статистическим данным болями в спине страдают 5 миллионов наших сограждан, причем каждому десятому заболевшему… грозит инвалидность. Тем более что традиционный способ ликвидации источника боли (межпозвонковых грыж) на операционном столе граничит с большим риском усложнить состояние больного.

Между тем научный потенциал нашего государства позволяет не только решить проблему боли в спине, но и оказать не менее эффективную лечебную помощь детям с повреждениями нервной системы. И тут потери общества не измеряются только денежными средствами. Ежегодно количество детей-инвалидов с этими заболеваниями возрастает на 20 тысяч.

В 80— 90-х годах прошлого века в Украине по заданию Военно-промышленной комиссии при правительстве бывшего СССР осуществлены фундаментальные исследования, которые дали возможность по-новому посмотреть на вечную проблему боли. Единственным хранителем информации по этому вопросу, накопившейся за период закрытых исследований на территории бывшего СССР, является Киевский институт проблем боли. Мало того, его сотрудникам за последние десять лет удалось продвинуться дальше. Ими разработана и внедрена гарантированная и эффективная система консервативного — без хирургического вмешательства — лечения многих болевых синдромов.

Считаем целесообразным рассмотрение вопроса о дальнейшем развитии этого научного направления и активного внедрения в практику охраны здоровья детально разработанных безопасных лечебных технологий, которые себя оправдали».

(Из обращения народных
депутатов Украины А. Ермака,
Ю. Спиженко, Г. Омельченко
к премьер-министру Украины.)

«…Позволю себе приподнять завесу тайны, что окружала одно из фундаментальных исследований в медицине. Плоды этих исследований могут принести стране значительные дивиденды.

Более четверти века тому назад мне было поручено возглавить небольшую группу сотрудников в одном из медицинских научно-исследовательских институтов Киева. За сравнительно короткое время число научных работников, занятых исследованиями нового направления в медицине, перевалило за сто человек, а инфраструктурное обеспечение учреждения превысило 800 единиц новейшего оборудования и приборов. Последнее по времени официальное название нашего учреждения — Киевский филиал Украинского НИИ неврологии и психиатрии.

Столь стремительный рост был обусловлен вниманием к нашим разработкам оборонного отдела ЦК КПУ. Эта инстанция заинтересовала нашими исследованиями Военно-промышленную комиссию при Совмине СССР. Отсюда и ассигнования на проведение исследовательских работ, обеспечившие и определившие за короткий срок впечатляющие результаты. Новизна методик была защищена многими патентами, большинство из которых были признаны пионерскими решениями.

Военно-промышленная комиссия включила наши разработки под шифром «Отдел-УМЗ» в группу важнейших фундаментальных и прикладных исследований президиума Академии наук СССР. Гриф «Совершенно секретно» в тех условиях обеспечивал беспрепятственное развитие нового направления, основанного на нейрометамерной иннервации тела человека. Почти 30000 пациентов получили в стенах нашего учреждения адекватную медицинскую помощь, избавились от годами досаждавших им болей. Традиционными методами помочь этим людям было невозможно.

Стали вырисовываться еще более грандиозные перспективы. Наш отдел был назван первым в списке научно-исследовательских центров страны, которым было поручено обеспечить внедрение государственной программы «Клиническая экспериментальная нейровегетология и безмедикаментозные методы лечебного воздействия», утвержденной правительством СССР (постановление № 997 от 12.08.88 г.). Для реализации этой программы предусматривалось выделить 2 млрд.
460 млн. рублей (по ценам 1988 г. — это половина сметной стоимости завода «КамАЗ»).

Берсенев Владимир Андреевич — директор Института проблем боли, кандидат медицинских наук, врач-невропатолог высшей квалификации. Родился в 1945 году в Эстонии, в 1968-м окончил Архангельский медицинский институт, в 1970-м — аспирантуру. С 1978 года живет и работает в Киеве. В. Берсенев — автор монографий и учебных пособий, посвященных болевым синдромам и возрастной невропатологии, сотен научных работ.

Под руководством доктора Берсенева создано новое направление в медицинской науке, основанное на закономерностях нейрометамерной иннервации тела человека. Им разработаны технологии эффективной помощи больным с хроническими болевыми синдромами при заболеваниях опорно-двигательного аппарата, сердечно-сосудистой системы, внутренних органов. Новизна этих лечебных технологий защищена 15 патентами.

Институт проблем боли тесно сотрудничает с ведущими клиниками Швейцарии и других стран. В. Берсенев входит в состав международной медицинской компании Geneva Medical Consultants, возглавляет компанию Sinergiplus Limited Douglas.

…Вскоре не стало ни СССР, ни его правительства. К сожалению, во время коренных преобразований вместе с водой был выплеснут и вполне жизнеспособный ребенок. …Наше учреждение ликвидировали, а его имущество растащили по сусекам разных НИИ. …Никто не вступился за сложившийся коллектив научных работников, не говоря уже о тех 5000 квадратных метров, на которых учреждения размещались. До сих пор эти квадратные метры приносят захватчикам ренту в виде арендной платы с различных офисов, ничего общего с медициной не имеющих.

Но фундаментальные знания — в отличие от материальных ценностей — не поддаются ни «обобществлению», ни «раскулачиванию». Мне не осталось ничего другого, как создать Институт проблем боли: чтобы иметь возможность продолжать и развивать работы по применению во врачебной практике метамерных методик. …Аналогов нашим разработкам в мировой практике нет.

Не подлежит сомнению, что внедрение методов и методик лечения, основанных на закономерностях нейрометамерной иннервации тела человека, уже на начальном этапе позволит решить две важные для государства проблемы.

1. Создание эффективной и гарантированной лечебной помощи людям, страдающим хроническими болевыми синдромами.

2. Новая система знаний — и это доказано многочисленными клиническими наблюдениями — способствует восстановлению нервной системы у детей, получивших травмы в период родов, в частности дает возможность преодолеть устойчивые патологические состояния, обобщенно именуемые детским церебральным параличом. Поддаются метамерному лечению умственно отсталые дети, дети, страдающие генетическими заболеваниями, — болезнью Дауна, миопатией и т. д. То есть найдены решения борьбы с заболеваниями, при которых в мировой практике не существует реальных методов лечебного воздействия».

(Из служебной записки директора Института проблем боли В. Берсенева премьер-министру Украины.)

Содержание еще одной записки, лежащей на моем письменном столе отдельно (ее нельзя читать без содрогания), есть смысл привести позже.

Найдите доктора

Из истории известен весьма любопытный случай. Как-то Клеопатра приехала в гости к Юлию Цезарю, с которым у нее, согласно историческим сведениям, были более чем дружественные отношения. Больше года жила она в Риме. Встречались они редко, но каждый день общались в эпистолярном жанре. Однажды прекрасная египтянка заболела и написала об этом императору. Цезарь дал ей такой совет: «Найди доктора, которого ненавидят другие врачи, и у него лечись».

Двадцать веков кануло в Лету с тех пор. Однако императорским советом, имеющим, впрочем, глубокий смысл, не приходится пренебрегать и сегодня.

…Приемное время истекло, процедуры окончены, уходят последние пациенты. Доктор Берсенев приглашает пройти «туда» (назвать это помещение директорским кабинетом просто язык не поворачивается). В маленькой комнатушке, до самого потолка заставленной полками и стеллажами, тем не менее, царит порядок и уют. Сняв белоснежный халат, Владимир Андреевич устало садится. Знаю — у доктора Берсенева сегодня был очень напряженный день. Вечер у директора Института проблем боли обещает быть тоже не спокойным. На столе его ждет папка документов, факсовых сообщений и историй болезней, которые он всегда тщательно изучает и анализирует. Мы ведем неспешный разговор, который то и дело прерывается телефонными звонками, видимо, от людей, облеченных властью, с просьбой кому-то помочь. С утра до вечера в своей мини-клинике — однокомнатной 20-метровой квартире на Подоле — Владимир Андреевич принимает больных детей и взрослых, которым до этого никто не смог помочь. А когда на землю опускается вечерняя мгла, к подъезду ничем не примечательного жилого дома подкатывают шикарные иномарки. Перед болью все равны — и простые смертные, и «сильные мира сего»…

Сегодня по картотеке Института проблем боли можно изучать географию не только Украины и стран СНГ. Доктор Берсенев лечил граждан из более чем полусотни стран мира. Вот уже несколько лет кряду раз в квартал Владимир Андреевич отправляется в Женеву, куда его постоянно зовут, и в тамошних клиниках ведет прием зарубежных пациентов. Он давно мог бы не изматывать себя поездками и перелетами, а навсегда остаться в благополучной Швейцарии. Но вновь и вновь возвращается в Украину, где в тесном приемном покое его мини-клиники с последней надеждой ожидают несчастные соотечественники, многим из которых не по карману добраться в Киев, не говоря уже о лечении за границей. Командировки в Женеву позволяют приобретать необходимые аппаратуру и лекарства (в Украине их нет и в помине). С тем, чтобы вести прием в Киеве, бесплатно помогать детям-инвалидам из семей, живущих за чертой бедности. А музыкальными игрушками, которые Владимир Андреевич привозит для своих маленьких пациентов из зарубежных поездок, дети настолько увлекаются, что даже забывают о процедурах.

Миопатия —
не приговор

Первый раз на прием к доктору Берсеневу 17-летнюю Таню Полищук принесли на руках. Юная пациентка с детства страдает тяжелым неврологическим заболеванием миопатией — мышечной дистрофией. Во всем мире на сегодняшний день методов его лечения не существует.

Горе матери, узнавшей от врачей, что ее дитя навсегда обречено быть прикованным к инвалидной коляске, по-настоящему смогут понять только те, у кого есть тяжелобольной ребенок. Сколько промаялась с дочкой по больницам, и все безрезультатно.

— До четырех лет Таня была обыкновенным ребенком — бегала, прыгала, — рассказывает мама девочки Галина Александровна, которая приехала с дочкой на очередной курс лечения. — А потом стали замечать, что малышка как-то странно ходить стала, постоянно на руки просится, ножки устают. Ортопед сказал, что это от плоскостопия и выписал супинаторы. Но вскоре она вообще с трудом могла ходить, упираясь на искривленные стопы. В больнице наложили гипс, месяцами ножки ребенка были закованы в гипсовые башмаки. Так в инвалидной коляске и школу окончила. Училась охотно, с интересом. Несколько лет назад Тане сделали операцию, но ничего это не дало – ходить она не могла.

— А как сейчас? — интересуюсь.

— Сюда мы пешком пришли от наших киевских родственников. А если на улице не скользко, она уже и сама ходит.

— И как часто вам приходится приезжать на лечение?

— Раз в квартал. Курс лечения обычно состоит из пяти сеансов.

— Давно лечитесь у доктора Берсенева?

— Больше двух лет. За это время дочка заметно изменилась, чувствует себя намного лучше, бодрая стала, живая, интерес к жизни появился. Заочно окончила бухгалтерские курсы. Увлекается рукоделием, недавно вот свитер себе связала.

В этот момент из-за шторки, за которой принимала процедуры, выглянула кареглазая улыбающаяся девушка, обула модные сапожки и вышла на средину комнаты.

— Какой же ты стала красавицей, Танюша! И какая изящная! А я вот тебе подарок приготовил, — Владимир Андреевич протянул девушке фотографии. И уже обращаясь к нам: — Во время приема фотографирую детей, им это нравится. Лучшие снимки отдаю им, а один оставляю себе для истории болезни.

Поблагодарив доктора, мама с дочкой уходят. «Зачем ей только операцию делали?» — глядя им вслед, качает головой Владимир Андреевич. И вспоминает своего первого пациента с аналогичным диагнозом. Сейчас парень спокойно поднимается на свой пятый этаж, а ведь раньше ноги его совсем не слушались.

Но, пожалуй, самый распространенный диагноз, с которым ежедневно встречается Владимир Андреевич, это ДЦП. Долгие годы детский церебральный паралич считался неизлечимой болезнью, по крайней мере, трудноизлечимой. Метод метамерных инъекций позволяет полностью излечить или значительно улучшить состояние почти 90 процентов пациентов клиники, особенно если лечение начать в самом раннем возрасте. Организм ребенка чрезвычайно пластичен. Многие пациенты доктора Берсенева, которые не могли без посторонней помощи не то что передвигаться, но даже есть, пить, садиться на горшок, со временем почти ничем не отличались от своих сверстников, пошли в обычную школу.

Врач должен лечить головой

Заболевания позвоночника сегодня стали одними из наиболее распространенных. Остеохондроз, который ранее считался болезнью людей пожилого возраста, стремительно молодеет. Все чаще мы встречаемся с диагнозом «грыжа межпозвонковых дисков». Пережимая спинной мозг и кровеносные сосуды, грыжи причиняют человеку адские муки.

В чем причина такого положения? Ведь на боли в спине жалуются не только люди «сидячих» профессий, но и те, кто занимается физическим трудом, и даже у детей младшего школьного возраста сегодня диагностируют грыжу межпозвонкового диска. По мнению доктора Берсенева, причин несколько. Это и условия и образ жизни человека, и его привычки, и окружающая среда. Все чаще, по-видимому, дает знать о себе радиация, разрушая костные структуры. И дело тут не только в Чернобыле — отнюдь не исчез след многолетних испытаний смертоносного оружия на земле, на воде и в воздухе. Существует точка зрения, и ее трудно оспорить, что участившиеся на всех континентах случаи самопроизвольных абортов, врожденных патологий, детской инвалидности и прочих страшных бед связаны с повышением радиационного фона на планете. Как бы там ни было, но количество заболеваний позвоночника неуклонно растет, причем во всем мире. Всемирная организация здравоохранения бьет по этому поводу настоящую тревогу.

— Долгое время считалось, что оперативное вмешательство — единственная возможность избавиться от грыжи в межпозвонковом диске и тем самым от сопровождающего остеохондроз неврологического синдрома. Все ортопедические институты — в Украине их три, а всего в бывшем СССР насчитывалось 23(!) — разрабатывали только хирургические методы лечения. (В то же время на всей территории Союза было лишь два научных центра, занимавшихся изучением патологии нервной системы при заболеваниях позвоночника.) И наоперировали столько, что… впору создавать подразделение, которое занималось бы больными, перенесшими операции на позвоночнике, — доктор Берсенев на миг в задумчивости замолкает, затем продолжает: — В то же время количество таких операций в мировой практике неуклонно падает. Ибо хирургическое вмешательство при остеохондрозе, по образному выражению одного популярного американского научного издания, сродни желанию пытаться убить молотком муху, сидящую на оконном стекле. Даже если прибьешь назойливое насекомое, «осколки» до конца жизни не склеить. Осложнения, новые операции и страдания — печальный удел многих перенесших операцию на позвоночнике. Всецело согласен с ведущим российским вертеброневрологом профессором Я. Попелянским, который пришел к однозначному выводу: оперировать необходимо только 0,03 % больных остеохондрозом, то есть 1 пациента из 300. Остальных следует лечить консервативно.

— Мануальные терапевты у нас и так не сидят без дела…

— Мануальной терапией должен владеть каждый врач, без исключения. Это несложно и в принципе посильно даже самой изящной даме. Главное, чтоб это был грамотный специалист, владеющий специальными укладками и поворотами, без грубых силовых приемов. К сожалению, у нас мануальной терапией нередко занимаются люди с мощными мышцами, не имеющие глубоких познаний в медицине. Давя на позвоночник с усилием, они зачастую рвут связочный аппарат, а это опасно. В результате травмирования связок возникают мелкие кровоизлияния в область диска. А в человеческом организме только хрусталик глаза и межпозвонковый диск не пронизаны кровеносными сосудами. Поэтому они для иммунной системы все равно что чужаки, которых она не трогает, пока не замечает. Но если случится так, что вследствие травмы капелька крови попадет на хрусталик глаза, то иммунная система, встретив чужеродное тело, которое не отвечает всем остальным структурам организма, даст команду на его ликвидацию. Хрусталик помутнеет, и человек ослепнет на этот глаз. Но через какое-то время помутнеет и второй хрусталик, что грозит уже полной потерей зрения. Чтобы сохранить второй глаз, врачи вынуждены удалить травмированное глазное яблоко. То же происходит и с позвоночником. Пришел пациент к мануальщику, тот вправил ему позвонок с разрывом связочного аппарата и кровоизлиянием в область диска. Острая боль утихнет, пациент успокоится, но пройдет какое-то время, и у него появятся проблемы в других отделах позвоночника.

Поэтому я придерживаюсь правила: лечить нужно не руками, а головой.

Игла, способная творить чудеса

— Владимир Андреевич, а теперь могли бы вы популярно объяснить, в чем суть вашего метода лечения больных с поражениями нервной системы — метамерные инъекции?

— Термин «метамерия» восходит к греческому «метос» — часть. При расчленении вдоль продольной оси тела позвоночных животных и человека отчетливо видны повторяющиеся участки — метамеры. Это биологическая закономерность. Особенно ярко она проявляется на ранних этапах роста зародыша. Затем с развитием рук и ног внешняя похожесть пропадает вследствие смещения тканей в процессе роста. Но как бы ни изменилось в дальнейшем положение мышцы, вросший в нее нерв указывает, в каком месте зародыша она возникла. К примеру, диафрагма, удаленная от шеи, продолжает обеспечиваться «нервным питанием» от шейных позвонков — места своей закладки. Вот почему травма шейного отдела позвоночника чаще всего «несовместима с жизнью», так как приводит к остановке дыхания. Внутренние органы также сохраняют спинномозговое обеспечение нервами.

Удивительно, почему столько десятилетий метамерия находилась как бы вне поля зрения медицинской науки. Ближайшая во времени работа, посвященная структуре метамерных клеток, вышла из-под пера А. Догеля в 1908 году. Ганглии, сгустки нервных клеток, столь долгое время не привлекавшие внимания серьезных исследователей, вызывают ассоциацию из классической басни: «слона-то я и не приметил». Невнимание к ним тем более странно, что ганглии, по существу, контролируют три основных процесса, из которых складываются любые болезни: сенсорные расстройства, включая боль; рефлекторные акты в зоне контроля данного ганглия — тонус мышц, сосудов и т. д.; трофические расстройства, нарушения порядка и дисциплины в тканях. Каждый ганглий ответственен за свой участок, за свой метамер. Их у нас 33. Одни похожи между собой (например, ребра), другие в процессе эволюции утратили всяческое сходство, но тем не менее продолжают крепиться каждый к «своему» позвонку и, говоря языком современных политиков, управляться из этого «среднего звена».

Суть моего открытия заключается в возможности нейтрализации заболевания силами «среднего руководящего звена» — периферической нервной системы. Ее составляющие — нейроны, нервные клетки — довольно норовисты, однако каким образом их можно приручить, заставить повиноваться, давно известно. Например, с помощью иглотерапии. Игла, раздражая нервные сплетения, способна творить чудеса. А если это игла шприца, содержащая микродозу лекарства, то эффект от этого многократно увеличивается. Метамерные инъекции без преувеличения можно назвать «лечебным дождем» для нервной системы.

— Интересно, из чего же состоит этот «лечебный дождь»?

— Это биологически активные, не химической природы препараты, способные регенерировать, восстанавливать нервные клетки, прежде всего церебролизин, чудодейственные свойства которого давно доказаны. Ежедневно для восстановления нервной системы у детей и взрослых применяю также препарат с поэтическим названием «ницетил сигма-тау». Это единственный в мире препарат, в инструкции которого записано: «содержит фактор роста нервной ткани». Поэтому он активно используется медучреждениями многих стран мира. Департамент по контролю продуктов питания и медикаментов США назвал его «жизнеспасающим лекарством». В стране-производителе — Италии — он идет в фармацевтике под номером один по объему производства. В Украине, насколько могу судить по общению с врачами, об этом препарате почти никто не знает. Так же, как и о ряде других, не менее знаменитых лекарств.

Сеансы лечения метамерными микроинъекциями длятся не более 20 — 30 секунд. И требуют поистине «снайперской» работы. Об этом подумалось, наблюдая за быстрыми и выверенными движениями доктора. Многолетний опыт позволил отработать стройную систему воздействия на рефлексогенные зоны различных участков тела. Тонкая игла инсулинового шприца активизирует рефлексы в зоне проникновения и точно «по адресу» доставит лекарства. Даже дети обычно спокойно переносят процедуры и плачут во время их проведения крайне редко. Кстати, чтобы иметь полное представление об ощущениях пациента, Владимир Андреевич сначала на себе испытал особенности реакции на иглу и на каждый новый препарат всех тканей организма.

Метамерия — всего лишь инструмент, позволяющий подойти к лечению болезни по непроторенному пути, считает доктор Берсенев. При совмещении ее возможностей с традиционными методиками эффект многократно увеличивается.

Один человек — целый институт

Может ли один человек заменить целый институт? Этот давний научный спор В. Берсенев разрешил в пользу личности в науке. По его мнению, наука науке рознь. Существуют просто научные знания. Они далеко не всегда новые, и только подтверждают либо отрицают чьи-то наработки. Новые же знания — это то, что еще вчера никому не было известно. И тот, кто их продуцирует, действительно способен заменить целый институт научных борзописцев.

Более двадцати лет назад в издательстве «Медицина» вышла монография 35-летнего кандидата медицинских наук из Киева Владимира Берсенева «Шейные спинномозговые узлы», посвященная особой роли ганглиев в метамерной иннервации тела человека . (Ганглий — скопление чувствительных нервных клеток. Их по 33 в каждой половине тела. В каждом ганглии до 50 тысяч болевых нервных клеток. Проведя небольшой подсчет, узнаем, что более трех миллионов нервных клеток в организме работает на «боль».) Книга сразу же привлекла к себе внимание в научном мире. До сих пор эта монография остается единственным в мире изданием подобного рода и является уже библиографической редкостью. (Сейчас готовится к печати большой теоретический труд «Метамерия».)

Изучая и анализируя мировую медицинскую литературу, В. Берсенев пришел к обескураживающему выводу: к началу ХХI века человек, совершив колоссальный научно-технический рывок, проникнув в глубины атома и Вселенной, так и не удосужился досконально изучить свое тело, особенно его неврологию. Кому-кому, а практикующему врачу глубокое знание особенностей тела человека так же необходимо, как музыканту нотная грамота. С той лишь разницей, что фальшивая нота только слух «режет», а ошибку врача зачастую исправить нельзя. Белых пятен на карте человека оказалось достаточно много. Как удалось установить, в мировой медицинской литературе лишь однажды, более полувека назад, в США была опубликована схема чувствительной иннервации скелета и скелетных мышц. Единственная в мире схема метамерной иннервации сердечно-сосудистой системы была издана в 1937 году.

Еще один пробел в неврологии показался совсем уж невероятным.

— Какой нерв при остеохондрозе вызывает болевые ощущения? Даже специалист на этот вопрос ответит, что сдавливаются корешки спинного мозга. Оказывается, это не совсем так. Болевые сигналы из позвоночника нам передает синувертебральный нерв. В то же время в международной анатомической номенклатуре об этом нерве нет ни слова! — удивляется ученый. — Хотя это самый главный нерв. Он был описан еще 150 лет назад анатомом Люшкой. Иногда его так и называют — нерв Люшка. Он выполняет благородную роль сторожевого пса нервной системы: как только учует для нее угрозу, так и начинает «лаять» и «рычать» болью.

Объемные, кропотливые исследования, проведенные научным коллективом под руководством В. Берсенева, позволили накопить уникальные данные о закономерностях иннервации тела человека. На основе этих фундаментальных исследований создана карта иннервации скелета человека, часто встречающаяся теперь в научной и учебной литературе. Более того, удалось составить карту нейрометамерной иннервации всех структур тела человека. Все это легло в основу теоретического обоснования нового метода лечения.

Тернистый (так уж у нас водится) путь к научным высотам начинался с лаборатории нейровегетологии при Институте отоларингологии (бывшего директора этого института профессора А.Цыганова и свою добрую фею в науке профессора И. Торскую Владимир Андреевич вспоминает с глубокой признательностью), получившей, наконец, пристанище в Киевском институте ортопедии. Поначалу такое решение казалось оптимальным, ведь основная масса болевых синдромов человека возникает вследствие патологии опорной ткани и методики лечения, предложенные специалистами Противоболевого центра (как стали именовать отдел, возглавляемый В. Берсеневым), здесь как нигде могли принести пользу.

Вскоре разработками Берсенева и его коллег заинтересовались в Военно-промышленной комиссии при Совмине СССР. Как бы сегодня ни относились к этому закрытому учреждению, следует отдать должное ВПК за его приверженность к новейшим технологиям. Как только ВПКовские спецы приходили к выводу, что идея обещает стоящий практический результат, финансирование не заставляло себя ждать. Правда, это служило основанием для строгого засекречивания разработок. Режим секретности в дальнейшем сыграл злую шутку в судьбе уникального научного коллектива.

Косые взгляды, недовольство руководства института, а то и откровенная зависть научных невежд сделали свое дело. Дошло до того, что самые ретивые борцы со «лженаукой» объявили отдел «раковой опухолью на теле института». Было приказано освободить помещение. Гротеск ситуации еще и в том, что один и тот же замминистра здравоохранения почти в одно и то же время подписал два приказа: первый — о признании новизны методов лечения, разработанных в клинике В. Берсенева, и второй — о ее закрытии.

Вскоре последний больной покинул стационар — единственная в стране противоболевая клиника (под которую, кстати, был построен семиэтажный корпус), была закрыта. Оставшимся без работы коллегам Берсенев раздавал уникальную импортную аппаратуру — с таким «довеском» их охотнее принимали в киевские клиники и институты. Опальному ученому все-таки нашли полуподвал на улице Лысенко, 1. Но ретивый районный администратор решил избавить доктора от лишних хлопот, то бишь квадратных метров, урезав отведенную ранее площадь в пять раз. В 1998 году Институт проблем боли выселили из этого здания под предлогом капитального ремонта.

Как жить, чтобы жить

Кроме ежедневных приемов пациентов, зарубежных командировок, работы над подготовкой фундаментального издания, В.Берсенев в последние годы успел издать несколько десятков научно-популярных брошюр и книг. Заниматься этим стал вынужденно. Как-то одна пациентка, замученная болями в спине, огорошила вопросом: «Доктор, как жить, чтобы жить?». Свои брошюры раздает пациентам бесплатно. Будучи убежден, что призвание истинного врача — не просто лечить людей, но и помогать им жить.

Одним из самых заметных в научно-популярной серии стала книга «Трудное детство нервной системы». Доктор Берсенев адресует ее не только детским невропатологам, но в первую очередь будущим матерям и отцам, в доходчивой и увлекательной форме рассказывая о том, что необходимо знать, прежде чем приглашать в дом «аиста». Это первое издание в мировой практике, которое доступным для широкой аудитории языком объясняет сложные вопросы детской неврологии. Ежегодно ряды инвалидов детства по нервной патологии пополняют более 20 тысяч юных граждан Украины. По официальным данным, у 30—60 % школьников наблюдаются признаки нарушения нервной системы. Надо ли говорить, какой катастрофой грозит обществу такое положение со здоровьем детей?

Владимир Андреевич уже устал говорить о том, что Украине необходим комплексный лечебный центр. Его создание не требует значительных инвестиций, он мог бы работать за счет пациентов из богатых стран. Ведь ту же миопатию не лечат нигде, кроме как в Украине. В 20-метровой мини-клинике доктора Берсенева.

А теперь несколько выдержек из бесед с пациентами.

Людмила, медсестра:

— Я перенесла две операции на позвоночнике. Поначалу сомневалась: ложиться на операционный стол или нет. Но меня врачи все же уговорили, мол, это несложно, на третий день уже и забудешь об операции. Но через три дня у меня начались страшные боли. Сделали еще одну операцию, но и она не принесла облегчения. Так в 28 лет я стала инвалидом. Моему ребенку шесть лет, а я сама беспомощна. По ночам вою от боли, соседи спать не могут.

Знакомые подсказали адрес клиники доктора Берсенева. Теперь на него вся надежда.

Ольга Ч., служащая:

— Адская боль в спине не давала мне ни работать, ни жить. Врачи диагностировали позвонковую грыжу. Прохожу второй курс лечения метамерными инъекциями. Нормально хожу, работаю, вообще чувствую себя гораздо лучше.

Я киевлянка, могу каждый день сюда приехать. А как быть иногородним? Стационара ведь нет. Где человеку остановиться, переночевать, отдохнуть? Неужели в нашем государстве это никого не волнует?

Владимир Баклан, строитель:

— Промучился четыре месяца. Не мог ни наклониться, ни обуться. Прошел разные лечебные процедуры в поликлинике, но ничего не помогло. Направили в институт, что на улице Мануильского. Там сделали снимок и сказали, что у меня пять грыж и нужно делать операцию. Когда назвали сумму, которую нужно подготовить для операции, мне стало совсем плохо. Через неделю после начала лечения у доктора Берсенева я уже сам себя обслуживал. Состояние настолько улучшилось, что мне улыбаться хочется.

А сколько я видел таких горемык, как я! Кто им поможет? Нужна настоящая клиника, со стационаром, как положено, а не эта комнатушка.

Николай Владимирович Н.:

У меня была межпозвонковая грыжа. После мануальной терапии стало совсем плохо. Ходил, что называется, держась за плинтуса. Кошмар какой-то! Стоял вопрос об операции. Зная о возможных последствиях, не рискнул. Первый раз зашел сюда на костылях. Сейчас спина не болит, нормально хожу, работаю.

Наблюдая, сколько больных ежедневно приходит к Владимиру Андреевичу, не могу одного взять в толк: человек реально помогает людям, а поддержки ему — никакой.

***

Наконец еще об одной записке. Последней.

Человека мучили нестерпимые боли. Врачи ничем помочь не могли. Денег на лекарства, лишь на время притупляющие боли, уже не осталось. Надежды тоже.

Придя вечером, родственники обнаружили записку: «Дорогие мои, простите меня за все. Не мог больше выдержать болевые пытки. Другого спасения у меня уже не было. Прощайте».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно