Качественное развитие фондового рынка невозможно без стратегии

14 января, 2010, 16:46 Распечатать

Минувший год, несмотря на кризис, был богат событиями на фондовом рынке Украины. Создан и начал работу новый депозитарий ВДЦБ, вышла на рынок Украинская биржа, перехватившая у ПФТС пальму первенства в торговле акциями...

Минувший год, несмотря на кризис, был богат событиями на фондовом рынке Украины. Создан и начал работу новый депозитарий ВДЦБ, вышла на рынок Украинская биржа, перехватившая у ПФТС пальму первенства в торговле акциями. В конце года ПФТС решила продать контрольный пакет акций российской ММВБ. Все эти события вызывают целый ряд дискуссий и споров. Своим мнением о событиях минувшего года, а главное — видением стратегии развития украинского фондового рынка поделился глава наблюдательного совета группы компаний «ТЕКТ» Вадим ГРИБ.

— В первые рабочие дни этого года вы предложили свой вариант стратегии развития фондового рынка. Чем вызвана эта инициатива?

— Во-первых, на рынке в последнее время произошли серьезные изменения, но согласуются ли они с целями развития рынка, определенными стратегией такого развития, непонятно. Поскольку стратегии просто нет.

Во-вторых, есть риск потери независимости украинского фондового рынка. В подписанном Путиным документе «Стратегия развития финансового рынка России на период до 2020 года» основной целью является создание в Москве международного финансового центра на базе консолидации российской биржевой и расчетной инфраструктур. Это значит, что в течение ближайших десяти лет в России будет не только центральный депозитарий, но и центральная биржа. Объединение РТС и ММВБ неизбежно приведет к необходимости объединения Украинской биржи и ПФТС. Чем раньше это случится, тем хуже это будет для украинского фондового рынка. На самостоятельное развитие у нас осталось не так много времени.

Основная же причина инициировать работу над стратегией — предстоящие президентские выборы. С учетом неизбежного после них изменения приоритетов хотелось бы напомнить будущему президенту о важности фондового рынка для экономики страны и о необходимости комплексной программы мер по его развитию. Очень надеюсь, что кто бы ни стал президентом, он в первую очередь займется конкурентоспособностью нашей экономики и усилением ее рыночных механизмов.

Сам текст документа, возможно, не бесспорный, но это проект к обсуждению. Причем проект, в основу которого легла концепция, разработанная участниками рынка около года назад, для реализации которой был подготовлен проект указа президента, который, к сожалению, так и не был подписан. Хочется, чтобы на основе документа развернулась дискуссия среди тех, кому небезразлична судьба нашего рынка. А после того как будет выработана более-менее единая концепция, такой документ можно передавать в правительство и инициировать принятие его на законодательном уровне.

— Группа «ТЕКТ» публично отказалась от активных операций на организованном рынке, чтобы сконцентрироваться на рынке прямых инвестиций. Вы изменили свое решение?

— Нет, не изменили. Private еquity — это наша долгосрочная стратегия.

— Зачем тогда вы тратите свое время на совершенствование инфраструктуры рынка?

— Но ведь прямые инвестиции — это неотъемлемая составная часть фондового рынка, которая не является изолированной от его инфраструктуры. Например, IPO с листингом на одной из киевских бирж может быть одним из вариантов продажи портфельным инвестором его пакета акций. Но на сегодняшний день для большинства украинских предприятий IPO в Киеве не сможет дать реальной цены, а IPO в Лондоне или даже в Варшаве для большинства предприятий пока — недостижимая мечта. Поэтому, хоть это и звучит не очень скромно, я как человек с активной жизненной позицией не могу равнодушно смотреть, как инфраструктура и регулирование фондового рынка буксуют на месте.

— Вадим Валентинович, Госкомиссия по ценным бумагам и фондовому рынку (ГКЦБФР) в конце 2009-го
своим решением исключила вас из списка стратегической группы при этом ведомстве. Официальная формулировка причины этого решения была неожиданно резкой. Видимо, за этим стоит ваш личный конфликт с председателем комиссии Сергеем Петрашко?

— Никакого личного конфликта нет. Исключение меня из группы — это дело комиссии. Для меня вопрос в другом — в мотивировке. Формулировка показала, что за этим стоит что-то еще. Что это может быть?

Могу предположить — моя позиция по поводу создания Ассоциации украинских фондовых торговцев (АУФТ). Я считаю, что при создании и придании этой ассоциации статуса СРО был использован админресурс ГКЦБФР. Напомню, голосования на учредительном собрании АУФТ проходили по доверенностям, собранным с «мертвых душ» (реально не работающих на рынке торговцев) не без участия Алексея Петрашко, тогдашнего директора департамента корпоративных отношений комиссии.

Моя позиция по поводу продажи ПФТС Российской ММВБ — я считаю, что присутствия российского капитала достаточно и на одной площадке — Украинской бирже. Отдавать же россиянам всю инфраструктуру фондового рынка страны — на мой взгляд, это неправильно. Тем более что уже официально известно, что планируется объединение ММВБ и РТС, т.е. россияне зашли с двух сторон, но заказчик один.

Моя позиция по поводу депозитария — я считаю, что идет целенаправленная работа с целью «убить» единственный рыночный депозитарий — ВДЦБ, а вместо него все потоки перевести на искусственно созданный НДУ и в последующем также продать его россиянам.

Моя позиция по поводу участия ГКЦБФР в корпоративных конфликтах — комиссия в лице руководителей по-прежнему продолжает оставаться стороной конфликта, не разбираясь, по сути, в правовых вопросах. Теперь это делается даже более цинично и открыто. Безнаказанность порождает вседозволенность, но, тем не менее, я думаю, что когда-то все это закончится и кто-то за это должен будет заплатить.

— Будете ли вы как-то опротестовывать решение о своем исключении из стратегической группы?

— Да, конечно, я планирую подать в суд, но не на комиссию как правительственное ведомство, а лично на всех членов ГКЦБФР, которые голосовали за эту формулировку. ГКЦБФР — это ведь коллегиальный орган, и все его члены должны нести личную ответственность за принимаемые решения.

— Стратегическая группа была создана почти сразу после смены председателя ГКЦБФР. Расскажите, пожалуйста, об основных итогах работы этого органа за полгода.

— Начну с того, что инициатива возрождения при ГКЦБФР органа, состоящего из представителей инвестиционного сообщества, шла не от комиссии, а от наиболее активных участников рынка. На одной из первых встреч с Андреем Портновым и Сергеем Петрашко я и несколько моих коллег предложили реанимировать Консультационный совет ГКЦБФР. Наша идея состояла в том, чтобы этот орган имел право вето на утверждение нормативных документов комиссии. Не секрет, что существующая на сегодняшний день система регулирования позволяет некоторым биржам, ассоциациям и даже отдельным чиновникам комиссии проталкивать свои частные интересы на уровне официальных документов ГКЦБФР.

Новый глава комиссии в тот момент был заинтересован в диалоге с рынком и нуждался в его поддержке, ведь, несмотря на свой опыт в юридических вопросах, на фондовом рынке он был новым человеком и не очень глубоко в нем разбирался. В итоге же идея плавно трансформировалась в просто совещательный орган с громким названием — стратегическая группа.

На заседаниях группы рассматривались вопросы, часто имеющие стратегическое значение для рынка, и иногда даже принимались очень хорошие, правильные решения, но в целом работу этого органа я считаю неэффективной. Я уже говорил об этом в одном из своих декабрьских интервью.

С самого начала работы группы С.Петрашко отверг какую-либо стратегию развития — им было предложено решать наиболее актуальные вопросы сегодняшнего дня. С точки зрения сегодняшнего дня, может быть, это и правильно, но игрокам рынка прежде всего хотелось поучаствовать в выработке стратегии развития рынка на ближайший период. На мой взгляд, такая позиция главы ГКЦБФР показала, что он не видит себя на этой должности в длительной перспективе, поэтому и стратегия ему в принципе не интересна. Решая же сиюминутные задачи, можно легко завоевать авторитет деятельного руководителя. И отчасти такой имидж ему создать удалось.

Что же касается отработки вопросов, которые поднимались на заседаниях группы, то в основном все спускалось на тормозах бюрократической машиной.

— Какой сейчас главный риск для фондового рынка Украины?

— Потеря его самостоятельности. Во всем мире идет активная консолидация торговой и расчетной инфраструктур. Посмотрите на Прибалтику — во всех трех странах и биржи, и депозитарии были куплены шведской OMX, а теперь принадлежат американской NASDAQ. Посмотрите на Восточную Европу — Венская биржа контролирует биржи в Будапеште, Праге и Любляне.

Глобализация уже коснулась и нас, но, что печально, Украина, с одной стороны, пока не может продемонстрировать потенциал самостоятельного развития, а с другой — не интересна никому, кроме России. Мы очень хотим в Европу, но наша экономика и наш фондовый рынок не представляют для Европы особого интереса.

Варшава хочет стать финансовым центром для Восточной Европы, а Москва — финансовым центром для всей Евразии. А чем хочет стать финансовый рынок Украины? И есть ли при текущем положении дел у него вообще шансы стать чем-то серьезным? Я считаю, что, несмотря на серьезную конкуренцию со стороны России и Польши, потенциал самостоятельного развития есть, но для его реализации нужно четко сформулировать — куда мы идем, зачем и что хотим изменить в первую очередь.

— В чем главная причина сложившейся ситуации?

— Недоразвитость нашего фондового рынка есть следствие общего политического хаоса в исполнительной власти, отсутствия четкой стратегии развития государства в целом. Для уменьшения степени энтропии новому президенту необходимо будет очень четко расставить приоритеты. В части фондового рынка я бы рекомендовал ему совместно с премьер-министром начать с того, чтобы поставить перед ГКЦБФР конкретные цели. Это может быть сделано, например, в форме утверждения стратегии развития фондового рынка на пять-десять лет.

— Есть ли у Украины шансы сохранить независимость фондового рынка после того, как в 2010 году ПФТС станет дочерним предприятием ММВБ?

— Теперь главное — не допустить продажу россиянам депозитарной системы. Если это произойдет, то стратегии развития нашего рынка будут писать в Москве, а не в Киеве.

— Что вы считаете основной сложностью в развитии фондового рынка?

— Серьезные изменения государственной политики развития финансовых рынков будут возможны только при наличии сильной политической воли главы государства. Основным препятствием исполнения этой воли будет коррумпированность исполнительной власти. Любому чиновнику нужно четко помнить систему приоритетов: сначала — государственный интерес, затем — корпоративный (имеется в виду ведомственный), а затем уже личный. Если все будут придерживаться этих нехитрых правил, то положительные изменения не за горами.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно