"Тигр" подкрадывается, Канны соревнуются

29 мая, 2015, 00:00 Распечатать

На 68-м Каннском кинофестивале "Золотую пальмовую ветвь" получила драма Жака Одиара "Дипан". Фильм, не вызвавший во время фестивальной гонки особых эмоций, жюри признало лучшим в мире — в этом году. Такое решение уже вызвало волну дискуссий в мировых СМИ. А также спровоцировало множество вопросов к обновленному руководству каннского феста.   

На 68-м Каннском кинофестивале "Золотую пальмовую ветвь" получила драма Жака Одиара "Дипан". Фильм, не вызвавший во время фестивальной гонки особых эмоций, жюри признало лучшим в мире — в этом году. Такое решение уже вызвало волну дискуссий в мировых СМИ. А также спровоцировало множество вопросов к обновленному руководству каннского феста. 

"Дипан" — социальная драма. Она рассказывает о жертвах гражданской войны в Шри-Ланке. Герои фильма — "тамильский тигр" (солдат), молодая женщина, маленькая девочка. Цель у них одна: выжить, спастись, получить политическое убежище во Франции. Ради этого им приходится играть в семейную игру, брать чужие имена, выдавать себя за родню. В то же время во Франции идет своя война: коррупция, криминал, бедные и обездоленные общество не интересуют... 

"Дипан" — обычный фильм. Не открывает ничего нового ни с точки зрения кинематографического языка, ни с точки зрения темы, не предлагает неожиданного взгляда на проблему мультикультурности. 

Недавно Одиар получил Гран-при Канн за "Пророка", в котором главные темы — те же, что и в "Дипане", — насилие, мультикультурализм современной Европы, право на второй шанс. Но сделано это было на другом уровне. Там — напряжение, драматизм и драйв. Здесь — вялое кино с иногда притянутыми за уши сюжетными ходами.

Самая интересная во всем этом — история исполнителя главной роли. Антонитхасан Джесатхасан в 16 лет был мобилизован в армию "тамильских тигров", убежал в Таиланд, затем — во Францию, стал участником троцкистской группы и, наконец, — признанным писателем. То есть с самого начала история, которая могла бы стать фильмом, сильнее его.

Братья Коэн объяснили свое решение, сказав, что они — не жюри критиков: "...мы художники, выбирающие, что наградить в каждой из работ. ...Мы не могли дать высшую награду каждому фильму, но старались уделить внимание каждой из картин".

Именно таким компромиссным и выглядит распределение наград. Особенно то, как распределили приз за главную женскую роль. Наряду с Руни Марой (в фильме Тодда Хейнса "Кэрол" она сыграла свою пока что самую лучшую в карьере роль и действительно заслуживает эту награду) приз получила Эмманюэль Берко, которая, как и в целом фильм Майвен "Мой король", больше ассоциируются с сериалом, чем с избранной для каннского конкурса картиной. 

Разумеется, странным и чересчур компромиссным решениям жюри поспособствовало отсутствие работ, которые однозначно могли бы стать крупными кинематографическими событиями. Ни один из представленных в конкурсе фильмов не был воспринят однозначно. О нескольких спорили особенно горячо.

В целом, в нынешнем году в Каннах много спорили о фильмах, в частности, о "Сыне Саула" Ласло Немеша, "Молодости" Паоло Соррентино, "Сказке сказок" Маттео Гарроне, "Хронике" Мишеля Франко. "Моя мать" Нанни Моретти заняла самое высокое место во французских рейтингах и не весьма высокое — во всех остальных. 

Радикальным и провокационным называли "Лобстер" Йоргоса Лантимоса. Самые высокие оценки выставляли "Кэрол". Если бы кто-то из них получил главную награду, нашлись бы недовольные, но решение жюри могло бы быть аргументированным. 

В итоге, "Сын Саула" получил Гран-при, "Хроника" — приз за сценарий, "Лобстер" — приз жюри. Визуальный банкет Хоя Сяосяня "Убийца" получил приз за режиссуру. Мощную работу Венсана Линдона в фильме Стефана Бризе "Простой человек" отметили наградой за лучшую мужскую роль. Итальянцы вообще остались без наград. 

Итак, не спорили в каннских кулуарах только о "Дипане" Жака Одиара. О нем не говорили вообще. 

Интересно, что распределение наград напомнило традиционное расписание фестиваля в Берлине, зачастую делающего ставку на социальное кино. 

Такие изменения все же хочется считать личной креатурой жюри, а не тенденцией. Но пока что итоги первого года на должности президента фестиваля Пьера Лескюра настораживают. Если окончательные решения можно списать на жюри, то наличие среди 19 конкурсных картин пять французских (кроме того, французскими фильмами фестиваль и открывался, и закрывался) на жюри не спишешь. Тем более и фильмы были "обычные". 

В таком случае выглядит, что выбирали владельца "Золотой пальмовой ветви" не из 19, а из пяти картин. И "Дипан" действительно был из них самым лучшим.

Насколько это может стать постоянным явлением на Круазетт, говорить пока что рановато, но тревога, начавшая потихоньку блуждать по фестивальному дворцу сразу же после того, как великий и могущественный (а главное — абсолютно независимый) Жиль Жакоб объявил о своей отставке, окрепла и подняла голову.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно