СИНЕНЬКИЙ СКРОМНЫЙ ПЛАТОЧЕК...

6 мая, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №18, 6 мая-17 мая

Во время войны сильно поредевшая бригада морской пехоты, выполнив задачу, была отведена на отдых. Люди попадали на землю, сидели под костелом, лежали прямо на мокрой земле...

Во время войны сильно поредевшая бригада морской пехоты, выполнив задачу, была отведена на отдых. Люди попадали на землю, сидели под костелом, лежали прямо на мокрой земле. И ничто не интересовало их. Так высок был накал многодневных боев, что они словно перегорели в нем. Они смотрели - и не видели, слушали - и не слышали. Не помогало ничего: ни полевые кухни, ни спиртное, предлагаемое старшинами, ни обращения офицеров, ни зачитывание списков награжденных. И вот тут кто-то привез фронтовую актерскую бригаду. Как старались артисты! Обескураженные поначалу полным равнодушием зрителей, они, тем не менее, пели, плясали, играли смешные скетчи. И вот... повернулся один, приподнялся, сел другой. Оживали глаза. Светлели небритые лица. Они еще не могли аплодировать, но жизнь, любовь, музыка уже возвращались к ним.

Веками человечество вырабатывало правило: «Когда говорят пушки, молчат музы». И, пожалуй, впервые у нас прозвучало вызывающе-задорное: «Стократ священ союз меча и лиры. Единый лавр их дружно обвивает», писал Пушкин, и это поразительно подтвердилось в самую страшную для народа годину, когда решался в буквальном смысле слова вопрос его жизни и смерти. Уходят годы, уходим и мы, последние свидетели и участники. И наша память о тех делах и днях - не ностальгия, не попытка пережить прошлое снова. Это необходимо не нам. Вам, идущие следом, вам, неравнодушные. Увидеть ярчайшее проявление души народа. В общую копилку Победы посильный вклад внесло искусство, и оно не было лишним в бою. «Сила, решающая участь народов, лежит не в завоевателях, даже не в армиях и сражениях, а в том неуловимом, поддерживающем во всей армии одно и то же настроение, называемое «духом войска»... - слова Л.Толстого особенно уместны для понимания истоков нашей победы. «Не та победа, которая определяется пространством, на котором стояли и стоят войска, а победа нравственная, та, которая убеждает противника в нравственном превосходстве своего врага и в своем бессилии, была одержана...»

Буквально с первых часов войны сотни актерских бригад направились в действующую армию обслуживать войска. Пробирались глухими тропами к самым северным позициям Заполярья; шли в бушующих морях на хрупких суденышках; среди лесных болот, на полянах, под крыльями самолетов, на иссеченной броне танков выступали перед усталыми бойцами, отогревая их души ласковой песней, добрым словом, напоминанием о мирной жизни и доме. Шли рядом с бойцами в бесконечных колоннах, мерзли на открытых платформах, тряслись на грузовиках по разбитым дорогам; глотая слезы, улыбались и пели перед изувеченными людьми в санбатах и госпиталях. Были среди них и знаменитые, и малоизвестные, но все одинаково честно исполняли свой долг. Алла Тарасова, Михаил Царев, Клавдия Шульженко, Леонид Утесов, Лидия Русланова, Михаил Жаров и Людмила Целиковская, Тимошенко и Березин, Ватуля и Нина Сазонова - этих имен тысячи. В свое время я написал сценарий о них, «Свидание», для незабвенного Леонида Быкова. Но Быков рано ушел из жизни. В прошлом году я через газеты обратился к банкам и фирмам с предложением сделать такой фильм к 50-летию Победы. Ответом было ледяное, равнодушное молчание.

Я пересматриваю страницы записных книжек, и вновь встают передо мной невыдуманные эпизоды...

В госпитале врачи, смущаясь, попросили народную артистку Н.Михайловскую выступить с чтением перед изувеченным бойцом, он был так тяжело ранен и контужен, что все понимали - дни, часы его сочтены; он не реагировал ни на что и совсем не спал. Лежал он в отдельной палате. Артистка старалась изо всех сил! Читала самые смешные рассказы, пела, играла. И под конец выбежала из палаты в слезах.

- Конфуз! - бормотала она врачу. - Он не реагирует; он... он... уснул!

- Милая! - бросился к ней врач. - Да вы совершили чудо! Вы спасли его. Он уснул впервые за все время, теперь он пойдет на поправку!..

Нежные и хрупкие, непривычные военному люду в своем штатском одеянии, шли они грозными дорогами войны - и народ, одетый в шинели, платил им горячей любовью.

- Пока артист близко - смерть далеко, - убежденно говорил знакомый сапер. - Как объяснить, не знаю, но мы все в этом уверены...

На перроне, уже в Германии, в начале апреля вышли из эшелона размяться. Артист

А.Строев (театр миниатюр «Фронтовой десант») широко вдыхал весенний ветерок.

- Воздух! - закричал мальчишка-лейтенант.

- Да, знаете, - оживленно сказал Строев. - Воздух замечательный, воздух победы, помните, у Пушкина...

- Ло-жись! - лейтенант свалил его на перрон, и пулеметный град с неба хлестнул по окнам и крышам.

- Ложись! - кричали солдаты, а молоденькая артистка присела с испугом.

- Куда - ложись! - со слезами кричала она. - Тут же грязно, а на мне концертное платье! - и раскрыла зонтик, спасаясь от огня с неба.

Зачастую во время выступления артистов соседние батареи начинали вести контрбатарейную стрельбу, чтобы помешать вражеским артиллеристам вести прицельно огонь.

Артистов в буквальном смысле слова передавали с машин, неся на руках к подмосткам (обычно платформам грузовиков с откинутыми бортами), чтобы они не испачкались в грязи: дожди лили не переставая.

Как-то артисты ленинградских фронтовых бригад получили приказ обслуживать армию на марше. «С головы до хвоста». Два грузовика с откинутыми бортами. Музыканты во фраках, с бабочками, в касках и кирзовых сапогах. Играли до изнеможения. Шел мелкий нудный дождь. Из волн наплывающего тумана возникали колонны смертельно усталых людей - и уходили в туман. А артисты играли. Чтица начала знакомые стихи:

- Сто двадцать пять блокадных грамм

С огнем и кровью пополам...

Заплакала и ушла со сцены - она знала: перед нею проходил полк добровольцев из ленинградского народного ополчения.

Всего за время Великой Отечественной войны более 42 тысяч артистов дали около 500 тысяч концертов и спектаклей. И это только то, что попало в отчеты, а учитывалось далеко не все. Вот стихи фронтового поэта, посвященные К.Шульженко:

Ты пела нам не в светлом зале

Под звуки нежных флейт

и арф -

В разбитом бомбами вокзале,

От стужи горло пряча в шарф...

Что может быть еще чудесней

Высокой славы для певца:

Мы приравняли звуки песни

В бою к оружию бойца...

«Начальнику Главного политуправления Красной Армии

Из донесения политуправления Западного фронта.

С августа месяца по обслуживанию частей Западного фронта работают: коллектив ансамбля песни и пляски Красной Армии и 2 концертные бригады - ЦТКО и Большого театра Союза ССР...

...Прошу в самое ближайшее время сформировать еще 4 высококачественные концертные бригады.

Архив М.О. СССР,

ф.32, оп. 11302, л.71».

«Политуправление Ленинградского фронта - Кулику.

На октябрь месяц нам добавочно отпущено 40 продпайков для питания артистов... Дайте указание о выдаче им продаттестатов.

7 октября 1942 г.

Архив М.О. СССР,

ф. 32, оп. 11302, д. 94, л. 430».

Фронтовые дороги. Известная театральная и киноактриса, народная артистка СССР Нина Сазонова могла бы многое порассказать о них. О том, как чудом избежала гибели, выбираясь из окружения, как спасали ее жалостливые украинские бабки.

Бригады работали и в санитарных поездах. Часто были остановки прямо в поле, и музыканты играли похоронный марш над умершими в пути и похороненными тут же, среди степей.

Так велико было желание бойцов хоть чуточку прикоснуться к мирной жизни, что с передовых дозоров умоляли поднести телефонную трубку ближе к сцене, услышать хоть краешком уха отзвук былого.

На фронтовых аэродромах играли перед летчиками, сидящими в кабинах, а нередко концерт прерывался ракетой и самолеты устремлялись в небо.

Обычная поляна, кусты. Двое держат плащ-палатку над музыкантами (чтобы не блестело). Кому же концерт, никого нет кругом? А после концерта появляется комбат и кричит:

- В честь артистов по врагам нашей Родины! Прицел!.. Огонь!..

И ревут стволами батарей кусты.

В разбитом сарае молоденький солдат проник за кулисы, смущенно сунул артистке подарок - пачку махорки. В другом месте отчаянные саперы приволокли охапки цветов с заминированной ничьей земли.

Как-то дивизию насмешил случай, когда двум пожилым, насмерть перепуганным артисткам требовательно и агрессивно сдавалась в плен группа итальянцев.

Амвросий Бучма и Ефим Березин, Антонина Васильева и Александра Тращановская, Василь Василько и Алексей Ватуля, Зоя Гайдай и Владимир Даевский, Сусанна Коваль и Вера Козиенко, Нина Катенко и Константин Кульчицкий, Ольга Кусенко и Юрий Лавров, Бенедикт Норд и Алексей Омельчук, Иван Паторжинский и Николай Ризаев, Лариса Руденко и Лесь Сердюк, Николай Синев и Юрий Тимошенко, Аркадий Тращановский, Наталья Ужвий, Зина Хрукалова, Лида Чернышова, Юрий Шумский, Василь Яременко - я называю первые имена, что приходят в голову. Цвет украинского икусства. И все они - фронтовые артисты.

На перекрестке автобус с артистами остановили решительные танкисты. Не слушая возражений, «похитили» артистов, завернув к себе («иначе проколем шины автобуса!»). Генерал и полковники ругались из-за них.

В немецком городе давали платные концерты для жителей и бойцов. Артиллеристы, только что получившие деньги за разбитые танки (за уничтоженный танк полагалась выплата - 500 рублей), тратили все на билеты. А сбор шел для немецких детей.

Интеллигентный седой генерал пригласил артистов на ужин, который он давал вызванным к себе юным офицерам. И перед ужином сказал артистам:

- Через три часа они пойдут в наступление по грудь в ледяной воде. Многие неопытны, волнуются. Помогите им!..

Ужин был шумным и веселым; пели любимые песни, острили, смеялись. А генерал, отойдя к портьере, отвернулся, скрывая повлажневшие глаза. Он знал, что через три часа многих из этих мальчишек уже не будет в живых.

Как-то киноартисты давали концерт в женском авиационном полку. Тогда звездой был артист Балашов, и не было женщины, не влюбленной в него. А после концерта летчицы, робея, просили его хоть минутку задержаться, «зайти к Зине, ей хоть посмотреть!»

Оказывается, Зина лежала в землянке со сломанной ногой и не смогла быть на концерте, отчаяние ее и слезы были беспредельны. Артисты - и Балашов - пришли в землянку и дали концерт персонально Зине. А самое пикантное выяснилось потом - Зинино ранение. Когда летчицы узнали, что она получила звание Героя Советского Союза, они бросились поздравлять ее; стали качать, да и уронили, сломав ногу...

В блиндаже перед наступлением юная артистка с огромной убежденностью говорила бойцам:

- Я приношу счастье, вам повезло, вот увидите, приношу счастье!..

В окопе артистка не может открыть коробку с гримом, хвать, что потяжелей, и давай бить. Тут бронебойщик кинулся, едва успел.

- Ты что же ты, милая, это же граната, можно ли?

- Какая граната? - не поняла она.

- Противотанковая!..

Задаривали артистов, чем могли; особо любили дарить оружие. Ну и, конечно, старались покормить, обогреть. В гвардейской бригаде старшина, приставленный к артистам, спрашивал после концерта:

- Банкет с собой возьмете или тут съедите?

Но было и так. Дороги разбиты, подвоза нет, голод и день, и два. Узнал комдив, команда в зал:

- Офицеры, ко мне!..

И первым отдал свой паек НЗ (неприкосновенный запас), а за ним и все офицеры. Да так, чтобы артисты того не видели.

Победа пришла. И этот беспрерывный концерт на ступенях рейхстага, этот обгоревший герой штурма капитан Неустроев, хриплым голосом - голос сорвал в бою - командующий:

- Духи и пудру артистке Михайловской!

Через пять минут офицер появился с ведром!.. французских духов. И три грузовика с сиренью.

Но и так было в Победу.

«Приказом по войскам фронта... за заслуги в деле культурного и художественного обслуживания действующих частей фронта наградить орденом Красной Звезды...», «...орденами Отечественной войны I и II степени...», медалями...

Их берегли и лелеяли. Когда бригада попала под случайный огонь, полковник два часа, провожая, уговаривал никому не говорить об этом.

- Стыда не оберешься! Скажут, не смог артистов уберечь!

А с той бригадой морской пехоты... Долго-долго по фронту догоняла артистов посылка благодарных моряков; а когда артистка получила ее и вскрыла, увидела варежки. Это они заметили ее рваные перчатки. Тогда, у костела. Их уже не было, легли в боях, а посылка все шла и шла, и дойдя, согревала душу. Посыл любви к нам, неизвестным для них потомкам, о которых они думали, - я свидетельствую, было это - этот посыл идет к нам до сих пор из глубины тех грозовых лет. Будем достойны этого.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно