«Польские шовинисты создали все условия, чтобы уничтожить Франко»

16 сентября, 2011, 12:34 Распечатать

Роман Горак — о феномене Каменяра и некоторых страницах его судьбы.

Роман ГоракУказом президента Львовский литературно-мемориальный музей имени Ивана Франко получил статус Национального. Именно этим музеем в течение многих лет руководит Роман Горак, известный ученый, исследователь творчества Франко, автор многих работ о Каменяре (в частности чрезвычайно популярной книги «Тричі мені являлась любов»).

За свою подвижническую франковедческую деятельность Роман Горак удостоен звания лауреата Национальной премии имени Тараса Шевченко. В эксклюзивном интервью ZN.UA г-н Горак еще раз затронул некоторые аспекты феномена Франко, перелистал противоречивые страницы его биографии, а также попытался объяснить, с чем связана нынешняя кампания вокруг так называемого плагиата (в контексте Шевченковской премии).

Во Львовском музее Франко словно сосредоточена вся жизнь поэта… Хотя, конечно, жил он здесь не постоянно. И все же музейные сотрудники насчитывают 6, 5 тысячи наименований его произведений. Это впечатляющая цифра! В нынешнем году, как известно, отмечали 155 лет со дня рождения Франко. И вновь о нем спорили. Впрочем, псевдополитики спорят, а биографы — продолжают кропотливую работу, чтобы не пропустить ни одной крупицы из жизни гения. Упорядочивается переписка Франко, систематизируются и уточняются ранее неизвестные записи…

— Роман Дмитриевич, казалось бы, что нового еще можно прибавить к обширному и многими изученному творческому наследию Франко, к его жизненным коллизиям?

— Еще в 1979 году мы поставили задачу выпустить десятитомную биографию Ивана Франко. Мне казалось, что работали над ней всю жизнь. К этому нас побуждали разные инсинуации, с которыми мы не могли смириться.

Например, высказывались разные мнения по поводу происхождения самого Каменяра. Якобы он немецкого, еврейского, польского происхождения, но не украинского. Даже написание его фамилии подвергалось сомнению. Мы использовали документы, которые никто не может оспорить, — метрические книги грекокатолической церкви, в которых записана родословная Ивана Франко. Проследили ее вплоть до XVII в. Там испокон веков были украинцы. Поэтому наша первая книга так и называлась — «Рід Якова». В этой книге проследили родословную Франко не только по отцовской, но и по материнской линии. Проследили также родословную его жены.

— Собственно, что это была за ­семья?

— Обычные простые люди. Они испокон веков занимались сельским хозяйством. Физически были значительно здоровее Ивана… Например, его прадед жил почти сто лет! А в 80 с лишним женился и еще имел детей.

— Известно, что Франко часто болел. И часто вокруг его болезней создавали отдельные «сюжеты».

— Во Львове постоянно распространялись слухи, причем содействовали этому уважаемые лица… Якобы у Франко было своеобразное отношение и к жене, и к детям, потому что умирал фактически один из-за того, что болел сифилисом.

Чтобы выяснить это, еще в 1978 году собрали несколько групп медиков. Независимо друг от друга они и изучали эту проблему.

Вопрос о возможной врачебной ошибке поднял заведующий кафедрой патологической анатомии Ивано-Франковского медицинского института профессор Николай Шеремета. Со временем этот вопрос исследовали медики во главе с профессором Львовского национального медуниверситета Дмитрием Луциком. Он доказывал, что такой диагноз написан с умыслом. Ученые начали детально изучать особенности болезни Франко и пришли к выводу, что он стал жертвой неправильной медицинской диагностики.

Само же лечение проводилось не с наилучшими намерениями… В действительности он болел ревматоидным артритом. Болезнь была наследственной, передавалась из рода в род. Ею болела родственница писателя Юлия Багрий. Возникает она от переохлаждения.

У Франко была склонность к этому заболеванию. Ведь в тюрьме польские шовинисты создали все условия, чтобы писатель заболел.

Понимаю: многим не нравилось, что мы поднимали такие вопросы… Но ведь этот вопрос — важный и принципиальный.

Некоторым не понравилось, что мы показали причины первого так называемого судебного процесса (1877—1878 гг.) над Франко и его товарищами.

Суд фактически был буффонадой, чтобы скрыть шовинистическое стремление Польши к реставрации польского государства в бывших границах. Когда весь славянский мир стоял на стороне южных славян, стремящихся к освобождению из-под Османской Порты, поляки вели «игры» с намерением выслать армию завербованных в Галичине людей на помощь туркам…

А чтобы скрыть эту агитацию, они и подняли шум в виде процесса над социалистами. Вся ненависть, все стрелы тогда были направлены на молодого Франко.

21 января 1878 г. его осудили к шести неделям заключения. На свободу он вышел 15 марта 1878 г.,­ уничтоженный и физически, и морально.

— Сам Франко более подробно писал о своих болезнях уже во второй половине своей жизни — почти перед закатом солнца…

— Фактически с 1908 года он не мог вести активную жизнь. У него были парализованы руки. Жил в надежде, что кто-то когда-то к нему придет и запишет то, что он захочет надиктовать.

А теперь представьте ситуацию… Все думали, что у него плохая болезнь и что она передается бытовым путем… Кто тогда мог ему помогать?!

Это и была для него страшная трагедия. До самой смерти…

А за тот непродолжительный период, когда Франко чувствовал себя хорошо, он создал столько, что это до сих пор поражает мир!

…Когда-то у Франко спросили, чем Украина может удивить цивилизованный мир и когда она войдет в «народів вільне коло». Он ответил, что, во-первых, народной песней, думами. Подобного не создал ни один народ. И, очевидно, уже не создаст. Во-вторых — политической поэзией Шевченко. В ней отразилась вся наша история, вся ментальность. Сейчас же к сказанному Франко можем прибавить и самого Ивана Франко, его универсальность. Без его произведений сейчас трудно представить какую-либо область нашего мышления, нашей культуры.

— Откуда, по вашему мнению, такая его жертвенность — непреодолимое внутреннее стремление служить своему народу?

— Отец писателя — Яков — был альтруистом невероятным. Это человек, который жил и создавал исключительно для общины. Он купил для села Евангелие, достроил церковь, поставил памятник в честь отмены крепостного права, отдал под кладбище свое поле. Маленький Иван Франко уже видел, как надо служить общине…

К тому времени в Нагуевичи пришел священником Иосиф Левицкий. Это был образованный человек. Благодаря ему появились народные школы, библиотеки, грамматика украинского языка, культ Бортнянского.

Левицкий не мог ужиться со священниками из соседних сел, обвинял их, что они не исполняют своих непосредственных обязанностей и видят людей только как пьяниц и бездельников. В то время в селе Нагуевичи было множество проблем. Сосед сказал соседу плохое слово — у него уже горит дом! Левицкий начал так «воевать» с селом, что впервые в истории крестьяне инициировали судебный процесс против своего пароха, в то время — неприкосновенной особы.

Из свидетельств на суде вытекает нескрываемая страшная правда об этом селе… В польские времена оттуда всегда рекрутировали полицаев, а в советское время о селе говорили, что одна его половина сидит в тюрьме, а вторая — ее стережет…

Такими специфическими были Нагуевичи, которые дали нам Франко.

Когда он был учеником седьмого класса, получил самую большую стипендию, какая только существовала в Галичине. Уже тогда он владел большим багажом знаний, удивлял аналитическим складом ума. Наибольшую стипендию ему дали, считая, что он будет или профессором, или, как сказала одна дрогобычская мещанка, министром.

Но он стал лидером национального движения.

Власть же была заинтересована в том, чтобы и национальное движение, и его идеолога скомпрометировать. Был организован социалистический процесс и фактически перечеркнуто будущее Франко.

Он должен был зарабатывать на хлеб мизерными гонорарами. При этом сумел сделать себе имя. Например, немцы до сих пор считают его классиком своей литературы…

Франко боялись. Когда в 1906 году в России ему хотели дать звание академика, половина Российской академии наук рассорилась. И только Харьковский университет во главе с Дмитрием Багалием присвоил ему звание профессора русской словесности.

Франко воспринял это как определенный символ, подарок. Писателя никогда не награждали литературной премией. Он радовался, что выиграл на конкурсе знатоков на выставке во Львове рисунки о рыбах! Эти рисунки Франко вставил в рамки и возил из квартиры в квартиру…

— Сейчас различные политсилы считают Франко «своим». Никто им не хочет делиться… А «чьим» же он был на самом деле?

— Франко прошел почти все этапы развития национального сознания. Начав с москвофильства, дошел до национального утверждения. Это был первый серьезный критик Маркса, марксистской теории. Он разгромил теорию федерализма М.Драгоманова, за что соратники последнего имели к нему претензии.

Как человек плодотворный, на каждой стадии своего развития создал множество работ. Итак, теперь каждому осталось найти соответствующую работу, цитату и превратить Франко в «цитатник»! И каждый «тянет» то, что хочет, исключительно для собственной пользы.

Но так делают не только с Франко.

Когда в 1933 году на Лычаковском кладбище во Львове открывали памятник, украинская нация решила показать, насколько она сплочена вокруг его учения, все было расписано по минутам, должна была состояться демонстрация возле памятника. А возникла большая драка между различными политическими группировками…

С того времени и до сегодняшнего дня продолжается это «битье» — вопли и шум вокруг Франко.

А Франко является учителем нации. Он «рівняв хребет» украинцу, чтобы тот стал человеком. Чтобы почувствовал себя хозяином на своей земле. А когда врач лечит, он делает больно. Таких не очень любят. Отсюда такое отношение к нему. Его талант постоянно хотели приуменьшить. Пишет много? Появляются стихи, в которых говорится, что Франко не гений, а продуцент! Но такова уж его судьба.

Франко для многих неудобен. Еще до недавнего времени его объявляли «социалистическим писателем». Но приходилось скрывать, что он написал «не пора, не пора…»

А теперь, наоборот, хотели бы не вспоминать другие его произведения.

— Женщины в его судьбе — также «неувядаемая» тема…

— Знаете, я уже давно работаю директором, и ко мне, бывает, приходят «внебрачные» внуки, другие члены семьи, которые очень слезно доказывают, что их бабки были любовницами И.Франко. Где-то на цифре 17 я перестал их считать!

По моему мнению, Франко так и не нашел ту женщину, которая бы его поняла. У него был комплекс нереализованной любви.

Возьмем Ольгу Рошкевич, первую его любовь. Еще в школе он зарабатывал репетиторством. Сестра одного из его учеников показалась ему небесным созданием, он не знал, как к ней обращаться. Писал ей письма на немецком языке. Они даже планировали пожениться. Но Франко неожиданно арестовали, и родители девушки категорически выступили против этих отношений.

Ольга вышла замуж за другого. Франко воспринял это болезненно. А потом искал ее черты в других женщинах — и не находил.

Как поэт он был уязвимым. Достаточно прочитать «Зів’яле листя»: там одна сплошная кровоточащая рана.

В 30 лет Иван Франко решил, что надо жениться на украинке с высшим образованием.

В Галичине он такую не мог найти, потому что здесь на него смотрели как на диссидента. К тому же необеспеченного…

Иван Франко с женой Ольгой ХоружинскойВ мае 1886 г. он женился на Ольге Хоружинской. На свадьбе говорили, что этот брак — символ единства запада и востока Украины. Хоружинская понимала, кто он, и знала, что он не пылает к ней страстью. Но именно она станет той женщиной, которая защитит его от этого сумасшедшего мира.

Они поженились. Были счастливы. Но обстоятельства сложились так, что в постоянной бедности, в ежедневной борьбе за кусок хлеба романтика исчезла. А еще было враждебное отношение к самой Ольге, которая для Галичины так и умерла — «москалихой».

— Оказывала ли она на него серьезное влияние?

— Франко принадлежал к тем людям, которые никогда никого не слушают. Если он был в чем-то убежден, то, как тур, шел напролом, и никто никогда не мог его остановить.

Яркий пример — когда он нашел рукописное произведение, как ему показалось, Мицкевича. Все вокруг доказывали, что автор — не Мицкевич, а Франко был убежден в противоположном.

— Дети Франко…

— Первым был Андрей. Франко на него молился. Это был способный ребенок. Андрей писал стихи, давал отцу на рецензию, а тот был против публикации, считал, что это еще не тот уровень.

Так Андрей ничего и не издал. Оставил рукопись книги, которую мы свято бережем, но не печатаем, потому что отец не давал на это разрешения. Хотя стихи Андрея ничуть не хуже тогдашней поэзии.

Во всем Андрей был удивительным человеком. Представьте себе: у отца парализованы руки. Его надо накормить, за ним надо ухаживать. И сын исполняет эти обязанности!

Франко был в отчаянии, когда Андрей а 1913 году умер…

Сын Тарас — научный работник. Он был с чувством юмора и написал множество юмористических вещей.

Третий сын — Петр, писатель, футболист, любимец женщин. Первый украинский летчик, руководивший эскадрильей в галицкой армии. Со временем был приглашен как иностранный специалист-химик на Украину, работал там во время Голодомора. Петр был депутатом Верховного Совета Украины, деканом торгово-экономического факультета, первым директором музея Франко… Погиб в первые дни Второй мировой...

Дочь Анна закончила учительскую семинарию, перед войной уехала к своим теткам в Киев — там и осталась. Когда начался террор, она была в Закарпатье и смогла уехать в Канаду. У нее два сына. Однако они женились на немках, и, фактически, эта ветвь семьи для нас утрачена. Анна оставила замечательные воспоминания об отце…

— А какие современники оказывали на него определяющее влияние — в разные периоды жизни?

— Большое влияние оказывал Драгоманов. Но он же сыграл и фатальную роль. Из-за неопытности в конспиративной работе Франко стал подсудимым.

Постоянным его товарищем был Михаил Павлик, с которым они часто дискутировали. Об отношениях с Павликом Франко написал: «Все погане, що було, нехай забере земля, а все добре нехай залишиться людям». Это был настоящий товарищ. Франко считал, что он весьма наивен, не имел своей точки зрения, часто подвергался влиянию Драгоманова. Интересная деталь: М.Павлик очень хотел, чтобы Франко женился на его сестре Анне, любившей Франко до самой смерти и так и не вышедшей замуж.

— И о Франко — как о переводчике…

— В этом у него нет равных среди наших писателей. Знание 17 языков позволяло ему делать переводы с оригиналов. От древних индийских эпосов до произведений современных писателей.

Кстати, немцы узнали о Шевченко из переводов Франко. Его знаменитое выражение о Кобзаре «Він був сином мужика і став володарем у царстві духа...» написано на немецком языке.

Мы любим цитировать Франко, но забываем его слова: «Що Україна можлива лише у тому випадку, якщо її буде наповнено суттю… Що українському мужику абсолютно байдуже, в якого пана вмирати з голоду — у свого чи в чужого…»

— Роман Дмитриевич, не могу не коснуться темы, которую в последнее время муссируют разные СМИ. Это тема якобы плагиата — так утверждает ваш оппонент, один из львовских историков…

— Это спланированная акция лично против меня. Сам историк не является ее инициатором. И началась она давно. Тогда, когда в угоду польско-украинским отношениям Франко старались принизить… Его называли почти дураком, потому что он выступил против той соглашательской поли­тики.

После польско-украинского соглашения на форуме Галицкого сейма в 1890 году пустые обещания историк воспринимает как реальность. Поляки пообещали украинцам-народовцам дать школу, кафедру украинской литературы, университет. И все ради того, чтобы продать голоса и в парламенте выставить свою фракцию, чтобы окончательно поработить Галичину. Но украинцы проигрывали в парламенте, в котором проводился открытый геноцид украинской нации, полностью игнорировались интересы украинского народа…

И все почему? Потому что мы были разбиты соглашениями… с теми же глупцами-народовцами, которых сам Франко назвал проститутками. Об этом никто не хочет говорить. Но разве это не предательство национальных интересов? Должен ли это понимать историк?

Понятно, что те, кто получает гранты, должны их потом отрабатывать… И мне этого человека просто жаль. Организована определенная группа, которая занимается дискредитацией. Организуются пресс-конференции, выступления на телевидении и т.п.

Мне даже звонили по телефону — и предлагали отказаться от Шевченковской премии…

— Прошло столько времени, а кажется, что споры вокруг Франко, будущего Украины никогда не утихнут.

— Думаете, он сам это не предвидел? Предвидел... Его поэма «Похорон» (1899 г.) — ответ на наши сомнения: почему мы такие? Мы маловерные, нам постоянно не хватает идеала, все время нужны герои и прочее... А Франко поднимал человека… Давал человеку — своим словом — надежду и веру.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно