Ближе к Парижу

18 апреля, 2008, 12:47 Распечатать Выпуск №15, 18 апреля-25 апреля

Чрезвычайный и Полномочный Посол Франции в Украине Жан-Поль Везиан: «Специального закона о языке субтитров или дубляже у нас не существует. Карательные санкции касаются только содержания фильмов».

В Украине продолжается «Французская весна». И не лишним будет напоминание, что еще на заре независимости Украину модно было сравнивать именно с Францией. На том основании, что у нас практически равные население (так было) и территория, казалось довольно заманчивым «примерить» на себя и иные параметры манящей французской действительности. С этой целью некоторые наши законодатели принялись старательно переписывать отдельные французские законы и выбивать себе командировки в Париж для «обмена опытом». Впрочем, со временем украинское население существенно сократилось. Французское — приросло (причем не только за счет иммигрантов). А «французские» порядки на украинской почве не очень-то прижились. Может, потому, что чуть ли не каждый закон по нескольку раз перекраивали. А может, потому, что, переписав буквы, потеряли дух. В эксклюзивном интервью «ЗН» Чрезвычайный и Полномочный Посол Франции в Украине Жан-Поль ВЕЗИАН раскрыл некоторые тенденции языковой политики Франции. И в контексте украинских «дебатов» (в том числе и о языке на ТВ и в кинопрокате), может быть, не помешает передовой опыт французов.

«Языковую данность у нас символизирует франкофония»

— Господин посол, каким образом выстраивалась современная языковая политика Франции? Какие цели ставило перед собой французское государство в этом вопросе и какими методами добивалось их достижения?

— До революции во Франции существовал режим королевской монархии, где преобладало не «единичное», а «множественное». «Французский» был языком региона Иль-де-Франс, имел различные местные варианты. В то время как региональные языки существовали параллельно с французскими наречиями (гасконский, бретонский, баскский, провансальский, эльзасский и лотарингский).

Французская монархия, поставив перед собой цель построить государство и укрепить королевскую власть, быстро поняла важность существования единого языка. По крайней мере в сфере официальных актов: эдикт Виле-Котре 1539 года, параллельно с созданием службы гражданского состояния (парафиальные регистры), ввел единое использование французского языка для составления административных актов (вместо латыни). Создание при кардинале Ришелье Французской академии (1634) и издание в 1694 году её первого словаря параллельно с закреплением официального статуса французского языка символизировали его совершенствование и стандартизацию.

Французская революция, последовавшая за ней Реставрации и Третья Республика придали этой тенденции бесповоротный импульс. Концепция единой нации, представленная и обеспечиваемая централизованным государством, формируясь в тяжелой для нации атмосфере морального «посттравматизма» вследствие поражения 1870 года в войне с Пруссией, логически привела к тому, что французский утвердился как единый язык в сфере школьного образования, которое, благодаря законам Ферри, стало бесплатным и обязательным в самом начале Третьей Республики.

И школа, и окопы Первой мировой войны, через которые за четыре года прошло целое поколение, внесли свой вклад в окончательное закрепление статуса французского языка, которое сопровождалось исчезновением наречий и сокращением использования языков меньшинств.

Начиная с конца ХІХ века наша страна пережила мощные миграционные волны, которые укрепили приверженность государственной власти идее единого языка. Прежде всего как вектора ассимиляции. А позже, уже в наше время, того, что мы называем интеграцией.

Наконец, значительное увеличение англо-американского языкового присутствия в международных организациях, торговле, в сфере культуры и СМИ побуждает законодателей искать способы защиты французского языка. В первую очередь во Франции (закон Тубона), а также на международном уровне. Поскольку наш язык является государственным или одним из официальных языков и за пределами Франции. Сейчас эту языковую данность символизирует франкофония.

— Как формировалось французское законодательство в этом направлении? Какую поддержку или сопротивление оно встречало?

— В вопросах языка законодательной базой на сегодня является закон от 4 августа 1994 года (так называемый закон Тубона). Этот документ, благодаря которому Франция получила настоящее языковое законодательство, не ставит целью сохранение чистоты французского языка путем избавления его от иноязычных слов; закон касается использования французского языка, а не его содержания. Он подчеркивает стремление сохранить за французским языком функции связующего звена в сфере общественных отношений и средства международного общения.

Закон 1994 года закладывает принцип, согласно которому французский язык является языком образования, трудовых отношений, общественных коммуникаций и государственных органов. А также выступает «привилегированным связующим звеном для стран, входящих в содружество франкофонии». Задачей закона является обеспечение граждан «правом на французский язык». В частности, путем предоставления им возможности в повседневной жизни, на рабочем месте, при удовлетворении культурных потребностей и получении знаний располагать информацией на французском языке, что является элементами обеспечения их безопасности и охраны их здоровья.

Этот закон разрабатывался в контексте начала 90-х, когда приветствовались инициативы, связанные с так называемой «культурной самобытностью».

Эта тема, помимо прочего, вышла за традиционные рамки политического соперничества. Автором первого варианта законопроекта была Катрин Таска, представляющая иной, нежели Жак Тубон, политический лагерь.

Общество в то время, как и сейчас, поддерживало этот закон. А самыми активными его противниками были представители экономических кругов. Эта оппозиция существует и сейчас. И английский язык укрепляет свои позиции в мире предпринимательства. В частности в среде крупных международных корпораций. Следует все же отметить активность профсоюзов в этом вопросе. А также то, что судебная власть без колебаний применяет жесткие санкции в отношении предприятий, не выполняющих закон 1994 года, а также средств массовой информации.

Противники закона все же заручились поддержкой депутатов, которые обратились по этому вопросу в Конституционный совет. Последний отменил два положения закона, сочтя их противоречащими принципу свободы мысли и выражения, который провозглашен в статье 11 Декларации прав человека и гражданина.

«Ратификация Европейской хартии не может состояться без глубокого пересмотра Конституции»

— Европейская языковая хартия, которую Франция подписала еще в 1999 году, до сих пор не ратифицирована. С чем это связано? Какие «оговорки» были внесены Францией, какие силы выступали за ратификацию и имплементацию, какие — против? Какова ситуация сейчас?

— Французское правительство, которое в то время возглавлял Лионель Жоспен, подписало Европейскую хартию региональных и миноритарных языков 7 мая 1999 года. Прежде чем подать ее на рассмотрение в парламент для дальнейшей ратификации, французский президент (Жак Ширак) обратился в Конституционный совет, который принял следующее решение: «В Европейской хартии региональных языков и языков меньшинств содержатся положения, противоречащие Конституции».

Конституционный совет действительно посчитал, что Хартия наделяет особыми правами отдельные «группы говорящих внутри «территорий», на которых эти языки используются, что является посягательством на принцип неделимости Республики, равенства перед законом и целостности французского народа. Он также посчитал, что эти положения противоречат первому пункту статьи 2 Конституции («языком Французской Республики является французский»). Поскольку могут привести к признанию права использовать иной язык, нежели французский, не только в частной жизни, но и в общественной сфере, к которой Хартия относит правосудие, административные органы и государственные службы.

Такое решение не препятствует (в рамках конституционных принципов) признанию должного места других языков, на которых говорят во Франции, в культурном достоянии нации. Многочисленные акции по их поддержке проводятся в области культуры, образования и массмедиа.

Помимо этого, начиная с 2001 года «Делегация по вопросам французского языка» (DGLF) превратилась в «Делегацию по вопросам французского языка и языков Франции» (DGLFLF), что свидетельствует о внимании государства к языковому многообразию нашей страны.

В ходе последней президентской кампании нынешний президент Французской Республики (еще в качестве кандидата) заявил, что он не поддерживает ратификацию Европейской хартии региональных языков, поскольку такая процедура не может состояться без глубокого пересмотра Конституции.

В связи с этим Николя Саркози и высказался скорее в пользу «закона, закрепляющего юридическое признание региональных языков Франции».

Тем не менее, по случаю процедуры ратификации Лиссабонского договора пятьдесят депутатов от Социалистической партии и тридцать депутатов от «Союза за народное движение — UMP» предложили к рассмотрению два отдельных текста поправок к статье 2 Конституции («языком Республики является французский, при полном уважении региональных языков, которые являются составляющей национального достояния»).

Эти две поправки не были поддержаны. И правительство взяло обязательство вернуться к обсуждению этого вопроса после муниципальных выборов.

Помимо прочего, хотел бы заметить, что Министерство культуры Французской Республики организует так называемые семинары Мальро, которые позволяют направлять экспертов во всех областях, представляющих интерес для наших зарубежных партнеров в культурной сфере. В таком формате мы провели в Киеве в 2006 году, при содействии Союза архитекторов Украины, «семинар Мальро» по вопросам охраны национального достояния и застройки исторического центра городов. Вполне возможно и проведение подобного семинара по вопросам языковой проблематики.

«Все большее количество фильмов у нас выходит на языке оригинала»

— Франция часто приводится в качестве одного из самых успешных примеров решения проблемы защиты национального кинорынка. Какие механизмы оказались для вашей страны наиболее эффективными — законодательные (запретительные, поощрительные), экономические (стимулирующие, штрафные), другие? Какие тенденции языковых предпочтений отслеживаются в национальном шоу-бизнесе, книгоиздании, СМИ?

— Государственные органы заботятся о защите отечественного кинопроизводства с помощью двух взаимодополняющих механизмов, существующих с 1944 года… Во-первых, целостной системы финансовой поддержки трёх секторов французской киноиндустрии: кинопроизводства, кинораспространения и проката. Во-вторых, протекционистского законодательства, регулирующего посредством системы квот трансляцию кинофильмов и финансирование кинопроизводства за счет телеканалов.

В 1944-м, когда создавалась эта система, речь шла о том, чтобы возродить и защитить национальную культурную индустрию, переживающую значительные трудности после Второй мировой войны. В том числе перед лицом бурно развивающегося американского кино. С годами созданная государством система изменилась и стала более открытой по отношению к кинематографам других стран. Эта открытость выразилась в договорах о совместном кинопроизводстве, а также в предоставлении финансовой поддержки кинематографам тех стран, которые мало представлены на рынке.

Система поддержки, предложенная Национальным центром кинематографии (НЦК), довольно сложна. И все же можно очертить один из основных механизмов, на котором она базируется. Любой — французский либо иностранный — фильм, выходящий в коммерческий прокат во Франции, приносит доход, часть которого систематически перечисляется в фонд поддержки НЦК. Для этого существует специальный налог на стоимость входного билета.

Фонд поддержки распределяется между двумя типами помощи. Во-первых, «автоматическая» поддержка через механизм реинвестирования в производство новых фильмов, независимо от языка, на котором ведётся съёмка; во вторых, аванс в счёт будущих поступлений — выборочной помощи, предназначенной для поддержки независимого кино, являющегося слишком смелым с точки зрения норм рынка.

Получая поступления от всех фильмов, выходящих на французский рынок, фонд поддержки финансирует исключительно те фильмы, которые «одобрены» НЦК.

Однако в перечне требований, позволяющих тому или иному фильму получить признание НЦК и возможную помощь из фонда поддержки, язык съёмки является всего лишь одним из критериев наряду с остальными (место проведения съёмки, происхождение проекта и его финансирования, гражданство актёров и техперсонала...). Таким образом, бывают фильмы на иностранных языках, которые пользуются данной системой. То есть поддержка экономики кино во Франции не обязательно сопровождается защитой французского языка в кинематографе.

Что касается получения разрешений на прокат того или иного фильма, то специального закона о языке субтитров или дубляже у нас не существует. Карательные санкции касаются только содержания фильмов (наличие сцен насилия или порнографии) и применяются классификационной комиссией.

В аудиовизуальной сфере защита французской продукции осуществляется также путём создания квот на телевидении. Которых, однако, не существует в кинопрокате. Здесь использование французского языка является одним из важных моментов.

Контроль за обеспечением «защиты и должного присутствия французского языка» в аудиовизуальном вещании, а также за соблюдением квот на трансляцию передач на французском языке возложен на Высший совет по телевидению и радиовещанию (Conseil Superieur de l’Audiovisuel). CSA следит также за выполнением положений закона Тубона от 4 августа 1994 года, касающегося использования французского языка. Согласно его положениям, использование французского языка на телевидении и радио является обязательным.

Французские теле- и радиокомпании должны, таким образом, выделять часть программного времени для продуктов, «созданных на французском языке», и вкладывать в такие продукты часть своих инвестиций.

Соответствующие декреты устанавливают обязательную норму в размере 40% для продукции, созданной на французском языке. Данная норма должна соблюдаться по всей сетке вещания. Включая прайм-тайм.

Также существует обязательная квота на европейский продукт в размере от 50 до 60% (в зависимости от конкретной ситуации).

Телеканалы должны также направлять часть своей прибыли на производство кинопродукции на французском и других европейских языках. При этом соответствующий процент варьируется в зависимости от типа канала (эфирный, кодированный, кабельный, цифровой). Платный канал, такой, как, например, Canal +, должен направлять на приобретение прав на трансляцию кинопродукции европейского производства, а также кинопродукции, созданной на французском языке, не менее чем соответственно 12% и 9% от общего объёма средств.

Это означает, что довольно существенная часть французской кинопродукции получает финансирование благодаря данной мере, имеющей целью, помимо прочего, противостоять конкуренции, которую телевидение составляет для киноиндустрии.

Подобная система квот, основывающаяся на двойной задаче по обеспечению защиты языка и поддержке творческого процесса, была создана также и для музыкального эфира радиостанций, которые, начиная с 1996 года, обязаны транслировать не менее 40% песен на французском языке или же исполненных на одном из региональных языков Франции.

Причём половина этих песен должна исполняться молодыми талантами или быть новым продуктом.

С другой стороны, ради сохранения культурного наследия и обеспечения открытости к внешнему миру многим радиостанциям во Франции разрешено транслировать часть музыкальной программы на региональных или иностранных языках.

Если говорить о языковых предпочтениях в сфере кино, дубляж на французский язык является предпочтительным для широкой публики. Хотя все большее количество фильмов выходит на языке оригинала с субтитрами и постепенно завоёвывает позиции на рынке.

Что касается музыки, то ежегодными лидерами продаж являются французские синглы, за которыми вплотную следуют, конечно же, англосаксонские.

— С какими проблемами, на ваш взгляд, сталкивается французская кинопродукция при выходе на украинский рынок? Какие составляющие самих проблем и методов их решения превалируют (с точки зрения юриспруденции, экономики, прочего)?

— Напомню, что в последние годы в прокате Украины французское кино занимает второе место после американского кинематографа. Следовательно, проблемы имеют относительный характер.

Тем не менее, начиная с января 2008 года большинство французских лент не вышло на экраны, поскольку отныне дистрибьюторам запрещено распространять на украинском рынке русскоязычные копии, которые, находясь в прокате и на российском рынке, и в странах СНГ, позволяли тем самым получать значительную экономию средств.

Не имея возможности включить в свой бюджет дополнительное финансирование на украино­язычный дубляж, некоторые французские дистрибьюторы были вынуждены отказаться от украинского проката…

Довольно часто французские фильмы распространяются только в нескольких копиях. И кассовые сборы не всегда позволяют украинским дистрибьюторским компаниям окупать свои инвестиции: покупка прав и копий, импорт в Украину, дублирование либо субтитрирование, реклама фильма...

С одной стороны, большинство французских фильмов, ввозимых в Украину, действительно не имеют того коммерческого потенциала, который есть у голливудских блокбастеров. С другой стороны, эти фильмы снимают в основном независимые компании, у которых нет средств на финансирование дублирования, что облегчило бы их экспорт на все кинорынки мира.

Решение этой специфической проблемы не найдено. Вот уже много лет Национальный центр кинематографии бесплатно предоставляет зарубежным дистрибьюторам 35-миллиметровые копии некоторых французских фильмов, способствуя их выходу на рынки других стран. В то же время механизма помощи по дублированию фильмов не существует.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно