ЗАГАДКИ РЕПЕРТУАРНОЙ ПОЛИТИКИ

24 января, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск № 3, 24 января-31 января 2003г.
Отправить
Отправить

Вскоре на сцене Национальной оперы Украины должен появиться спектакль «Война и мир» С.Прокофьева. Это название уже присутствовало в киевской афише за последнее время в середине 50-х годов...

Вскоре на сцене Национальной оперы Украины должен появиться спектакль «Война и мир» С.Прокофьева. Это название уже присутствовало в киевской афише за последнее время в середине 50-х годов. Вместе с тем после «Любви к трем апельсинам» эта работа станет еще одним обращением театра к прокофьевскому оперному творчеству. Предлагаемая ныне версия «Войны и мира» будет крайне усеченной и, как нетрудно предположить, переживет лишь несколько показов в Киеве и пару-тройку показов за рубежом, для которых, собственно, произведение и появится в репертуаре театра.

Следующей премьерой станет «Принцесса Турандот» Дж.Пуччини. В связи с этим нельзя не высказать некоторых наблюдений. Имя Пуччини и так достаточно представлено на столичной сцене: спектакли «Богема», «Мадам Баттерфляй», «Тоска» до сих пор постоянно присутствуют в афише театра. Более того, каждый из них был в свое время специально восстановлен, и их возобновления прошли как премьеры. «Веристскую линию» в репертуаре продолжают также «Паяцы» и «Сельская честь». Не имея ничего против Пуччини, оперы которого должны быть в репертуаре каждого уважающего себя театра, хотелось бы все же слышать и других авторов. Между тем произведения французских композиторов почти совсем исчезли с нашей сцены. «Гугеноты», «Искатели жемчуга», «Лакме», «Фауст», «Фра-Дьяволо» давно сняты с репертуара. Еще более горькая судьба постигла невероятно трудоемкую и по-своему уникальную постановку «Ромео и Джульетты» Гуно. Ведь эта огромная опера была поставлена на языке оригинала, почти без купюр (случай нечастый в мировой практике) и довольно талантливо прочитана режиссером Михаэлем Гензелем. Было затрачено столько работы, а спектакль прошел считанное количество раз, в том числе — на гастролях. Сейчас из французского репертуара остается, пожалуй, лишь новая версия «Кармен», хотя это произведение и ранее неизменно присутствовало на киевской сцене.

Обескураживает устойчивая антипатия к Вагнеру. Пытаясь нащупать ее причины, теряешься в догадках. Неужели над нами довлеет груз былых предрассудков? Да, Гитлер любил Вагнера, но запрещал исполнение музыки многих других композиторов. Теперь получается, что мы невольно действуем его же методами. И имя великого писателя, мыслителя и композитора у нас остается в тени. Неужели кто-то от этого выигрывает? Пронесшийся кометой «Лоэнгрин» (тоже знакомый киевлянам по более ранним постановкам) исчез, так и не успев утолить слушательскую жажду. По счастью, он понадобился для какого-то из зарубежных оперных фестивалей и потому великодушно был допущен в киевскую афишу. Теперь солисты и хор забыли свои партии, но ничего кроме косности не препятствует возвращению этого спектакля на сцену. Вагнеровскую лакуну в нашем репертуаре не способны заполнить даже редкие заезжие гастролеры. В памяти заядлых театралов еще остались загребская «Валькирия», львовский «Тангейзер», а у совсем уж дотошных меломанов старшего поколения — еще и дрезденские «Мейстерзингеры». Вот и все. Поговаривают о том, что года через три Мариинский театр привезет к нам всю тетралогию «Кольцо нибелунгов». Но до этого, как говорится, надо еще дожить. В любом случае это удовольствие будет разовым и малодоступным. В Киеве существует Вагнеровское общество, и это, безусловно, делает честь нашему городу. Но жаль, что в целом творчество гениального немца малоизвестно даже в кругах подкованных профессионалов. Целые поколения выпускников консерваторий вынуждены знакомиться с Вагнером только по пластинкам и клавирам. Однажды автор этих строк позволил себе жестокий, но показательный эксперимент. Одному из солистов периферийного оперного театра был задан вопрос: «Не приходилось ли вам петь арию Гране?». В ответ прозвучало: «Пока нет, но я могу выучить!». Для справки напомню, что Гране — это имя коня Зигфрида…

Сетования на отсутствие вагнеровского репертуара вовсе не случайны. Ибо речь идет не о противлении новизне, а о потерях того, что мы уже имели. Вспомним, что в репертуаре Марии Ивановны Литвиненко-Вольгемут, которую все привыкли считать исключительно Одаркой из «Запорожца», было целых четыре вагнеровских оперы! А если вспомнить харьковские и киевские сезоны 20-х годов прошлого века? Одним словом, нами уже утрачена некая традиция. Не нужно совершать революций во вкусах и в вокальном мастерстве. Были же времена, когда в Украине вполне хватало вокальных ресурсов для постановок опер Вагнера. Тем более хватит их и сейчас. Было бы желание, был бы объективный, но неравнодушный взгляд, который бы усмотрел скудость столичной оперной афиши и указал на просчеты в репертуарной политике. Но Министерству культуры и искусств, видимо, не до этого. Там заняты пропагандой «поющих ректоров» и т.д. Думается, что статус национального, помимо прочего, обязывает наш оперный театр планомерно знакомить отечественных слушателей с разнообразными образцами мировой оперной классики, а не зацикливаться на двух десятках «заезженных» названий.

Анализируя репертуар Национальной оперы, невольно приходишь к выводу, что у нас утрат больше, чем приобретений. Из русской классики исчезли, например, «Хованщина», «Мазепа», а ранее — обе оперы Глинки. Но было ли что-то предложено взамен? Разумеется, нет. А ведь русский репертуар мы петь умеем и можем достойно показывать его на любых европейских подмостках, если уж так необходимо следовать конъюнктуре зарубежных оперных фестивалей. С современной зарубежной оперой (если таковой не считать сочинения Пуччини и Прокофьева) сложностей еще больше. Возобновленная не так давно первая редакция «Катерины Измайловой» («Леди Макбет Мценского уезда») Д.Шостаковича была показана только на зарубежных гастролях из особых соображений, касающихся соблюдения авторских прав. Действительно, театр имел договор с автором лишь на постановку второй редакции этого сочинения. Самостоятельно платить за право показа первой редакции мы не имеем возможности. Но и вторая редакция долгое время была украшением нашего репертуара, ее «на ура» принимали во всей Европе. Теперь театр, похоже, навсегда расстался с идеей показывать «Катерину» хоть в какой-нибудь из редакций. Слухи о планах по поводу постановки оперы Шостаковича «Нос», будоражившие умы некоторых солистов, оказались преждевременными. Так театр ничтоже сумняшеся отошел еще от одного из величайших композиторских имен ХХ века… А ведь были времена, когда в Киеве шла опера Эрнста Кршенека «Джонни наигрывает». На то время (20-е годы ХХ века) это был последний «писк» австрийской и европейской оперной моды, а ее автору было всего лишь двадцать с чем-то лет! Сподобились же мы тогда шагнуть в ногу со временем! Теперь о подобной «оперативности» и мечтать не приходится.

Следующее — это проблема сугубо национального оперного репертуара. О ней приходится говорить с особенным сожалением. Вряд ли мы доживем до того дня, когда на сцене пойдет талантливо поставленная опера украинского композитора-современника. Такое чувство, что статус национальной наша опера носит лишь для пущей важности, ничуть не вдумываясь в смысл этого титула. На моей памяти был, пожалуй, лишь один случай, когда автор сидел в зале театра на премьере своего оперного сочинения. Это было достаточно давно, на возобновлении «Миланы» Георгия Майбороды. Дальнейшее упорное игнорирование Национальной оперой ныне живущих украинских композиторов просто повергает в недоумение. О какой котировке отечественной культуры в европейском контексте мы можем говорить, если сами столь пренебрежительны по отношению к ней?! Ведь современная украинская опера есть! Если в Национальной опере о ней не знают — пусть поищут и найдут! Если эта музыка не издана, пусть ее издадут (что, впрочем, совершенно необязательно для постановки на сцене)! Если ее нет сегодня, пусть воскресят лучшие образцы украинской оперы прошлого века (чего стоит один «Ярослав Мудрый»!). Если, наконец, в стенах Национальной оперы есть искренний интерес к национальному репертуару, пусть сочинение новой оперы будет заказано кому-то из украинских композиторов! Но почему же не происходит решительно ничего из всего этого? Что же это за учреждение загадочное, где под вывеской Национальной оперы совершаются регулярные подношения зарубежным импресарио и редкие возобновления эстетически устаревших спектаклей?

Таким образом, круг затронутых проблем сводится к следующему: необходим современный национальный оперный репертуар, равномерно и разнообразно представленные зарубежные оперы, избежание бесконечных повторов и возобновлений, включение в репертуар хотя бы одного современного зарубежного сочинения. Если бы при формировании репертуарной политики учитывались вышеприведенные соображения, афиша нашей Национальной оперы приобрела бы «европейское лицо», а слушатель остался бы только в выигрыше.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК