Война изменила приоритеты страны, но не отменила потребности в реформах. Пенитенциарная система — одна из тех сфер, где промедление лишь усугубляет проблемы. Она охватывает около 45 тысяч человек, отбывающих наказание в местах несвободы и находящихся в СИЗО, больше 60 тысяч тех, кто отбывает наказание без изоляции от общества, и почти 50 тысяч работников. Система должна быть не только инструментом контроля, но и средой для реабилитации и развития. Именно такой подход отвечает европейским ценностям и обязательствам Украины, определенным, в частности, в Дорожной карте по вопросам верховенства права.
Действующий Закон «О Государственной уголовно-исполнительной службе» (от 2006 года) давно устарел: он не учитывает создания системы пробации, современных стандартов медицины и управления персоналом, а также соблюдения базовых прав человека. Сейчас наработан новый законопроект о пенитенциарной системе, который должен заложить проевропейский вектор развития сферы. Во время его подготовки были учтены, в частности, рекомендации, предоставленные экспертами Проекта ЕС «Право-Justice». Среди них можно выделить шесть ключевых подходов, которые способны сделать пенитенциарную систему более современной, эффективной и ориентированной на реабилитацию.
Пробация вне тени тюремной системы
Пробация — это альтернатива тюрьме: надзор, помощь и поддержка обществом правонарушителей для исправления без изоляции. В прошлом году украинская пробация отметила десятилетие. За это время она доказала свою эффективность, но в системе правосудия до сих пор остается второстепенной. Как часть пенитенциарной системы пробация получает минимальные ресурсы: финансирование идет в первую очередь на содержание тюремной инфраструктуры.
Европейский опыт демонстрирует иной подход. Во многих странах пробация действует как самостоятельный орган со свокй политикой, бюджетом и персоналом. Это дает возможность отделить пробацию от карательной системы и работать на пересечении правосудия и социальной работы. Пробационные службы строят партнерства с судами, громадами, образовательными и социальными институтами. Их задача — не просто контролировать человека, отбывающего наказание без изоляции от общества, но и помочь ему изменить траекторию жизни.
Усиление институционной способности пробации в Украине, в частности через создание отдельного центрального органа — это не только вопрос выбора модели правосудия, но и путь к выполнению евроинтеграционных обязательств. В Дорожной карте по вопросам верховенства права указано: Украина должна уменьшать долю наказаний, связанных с лишением свободы, и шире применять альтернативы — пробационный надзор, общественные работы, штрафы, электронный мониторинг. То есть ЕС ждет от Украины построения системы, которая меньше концентрируется на наказании и больше — на реабилитации и безопасности общества.
В этом смысле пробация — мост между наказанием и шансом на перемены, между контролем и поддержкой. И его придется укреплять, если Украина действительно хочет двигаться по европейскому пути.
Медицина в тюрьме такая же, как и на свободе
В реформировании нуждаются и подходы к здравоохранению в местах лишения свободы. Сейчас медпомощь заключенным и лицам, взятым под стражу, обеспечивает ГУ «Центр здравоохранения ГУИС Украины», который подчиняется Министерству юстиции. На практике это означает, что человек, оказавшись за решеткой, словно «выпадает» из государственной системы здравоохранения. Его декларация с семейным врачом прекращает действовать, а данные в электронной системе eHealth становятся недоступны для медиков учреждения. Как следствие, врач вынужден действовать почти вслепую, не имея полной информации о хронических заболеваниях или особенностях организма пациента. Это создает риски не только для здоровья, но и для жизни осужденных/задержанных, ведь пробел в данных может обернуться трагедией.
Международные стандарты, закрепленные в документах Совета Европы и ВОЗ, предлагают другой подход: система здравоохранения в тюрьмах должна быть интегрирована в общегосударственную медицинскую сферу под координацией Минздрава. Это не просто смена таблички на дверях — это гарантия трех ключевых вещей. Во-первых, продолжительность лечения: человек с диабетом, туберкулезом или ВИЧ должен получать одну и ту же терапию, что и на свободе. Во-вторых, доступ к eHealth: никакие сведения о состоянии здоровья не теряются, а «медицинская история» пациента не перерывается за решеткой. В-третьих, независимость врача: медик не находится в административном подчинении начальника учреждения, следовательно, может действовать согласно профессиональной этике и потребностям пациента.
Бесспорно, такие изменения не происходят мгновенно. Но поэтапный переход, при котором медицинские учреждения пенитенциарной системы постепенно интегрируются в общую сеть Минздрава, — вполне реалистичен. Вместе с тем ключевое — готовность Министерства здравоохранения взять на себя координацию этого процесса и обеспечить соответствие новых подразделений общим стандартам здравоохранения.
Нулевая толерантность к пыткам
Несмотря на прогресс в реформировании пенитенциарной системы, в местах несвободы до сих пор встречаются случаи ненадлежащего обращения с осужденными. Часть таких жалоб остается без должного реагирования, что ставит под сомнение способность государства в полной степени гарантировать достоинство даже в ситуации лишения свободы.
Изменить ситуацию может внедрение четких и прозрачных алгоритмов реагирования. Сообщения о пытках должны сразу поступать в правоохранительные органы, а не «теряться» в административной вертикали. Иначе это напоминает ситуацию, когда человек стучит в двери, а открывает их тот, на кого он жалуется. Поэтому расследования таких случаев должны быть не только внутренними, но и независимыми, с гарантиями защиты заявителей и доказательств.
В системе нужно пропагандировать подход, основывающийся на принципе нулевой толерантности к нарушениям. Это означает такую логику: правильное поведение работников должно поощряться, а каждое отклонение от стандартов — сразу становиться предметом внимания с независимым расследованием и четкими мерами реагирования.
СИЗО как камень преткновения реформы
Следственные изоляторы остаются одним из самых проблемных звеньев системы. Именно они чаще всего становятся причиной обращений украинцев в Европейский суд по правам человека. Люди жалуются на переполненные камеры, недостаток воздуха, света и пространства, отсутствие бомбоубежищ, которые могли бы вместить всех заключенных и персонал. То, что кому-то может казаться «бытовыми неудобствами», международное право расценивает как нечеловеческое обращение или поведение, унижающее человеческое достоинство.
Государство должно реагировать на эти вызовы. Очевидный путь — обновление инфраструктуры. Уже принято решение о строительстве нового изолятора в Киевской области, который должен разгрузить Киевское СИЗО. Но точечных шагов недостаточно: нужна системная программа замены устаревших «СИЗО-монстров» современными, меньшими по масштабу, но с надлежащими условиями.
Значительная продолжительность досудебного расследования также вызывает переполненность СИЗО. Подозреваемые часто находятся на этапе предварительного заключения дольше, чем будет длиться их реальное наказание после приговора. Это не только несправедливо, но и перегружает изоляторы, подрывает доверие к правосудию. Решением может стать законодательное установление сроков досудебного расследования и контроль над их соблюдением.
Еще один вариант — более широкое применение электронного мониторинга как меры пресечения. Это дало бы возможность реально уменьшить количество лиц в СИЗО, сохраняя баланс между правами человека и безопасностью общества.
Персонал — агенты перемен, а не «тюремщики»
Система исполнения наказаний не может быть эффективной без людей, в ней работающих. Сегодня эта профессия остается малозаметной и вместе с тем чрезвычайно сложной: низкий престиж, высокая нагрузка, ограниченные возможности для развития.
Украине нужно начать с изменения логики формирования штатов пенитенциарных учреждений. Традиционная модель, когда количество персонала определяют только соотношением к количеству осужденных, давно не отвечает реалиям. Она не учитывает разницы между учреждениями, уровнями опасности осужденных или сложностью дел. В то же время в европейских странах действует другой подход — расчет рабочей нагрузки. Он базируется на оценке уровней риска и задач: от количества сложных дел и подготовленных досудебных докладов (для пробации) до специфики работы с осужденными в местах несвободы.
Это означает, что в тюрьме, где удерживают лиц, осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления, должно быть больше персонала, чем в учреждениях для тех, кто совершил правонарушение впервые. А в исправительных учреждениях для несовершеннолетних штат всегда больше, чем в учреждениях для взрослых.
Вместе с тем новый закон должен гарантировать работникам полный цикл профессионального развития: качественную подготовку, систему наставничества, возможности для карьеры, социальные гарантии и достойную оплату. Потому что именно от персонала пенитенциарной системы зависит, станет наказание точкой окончательной ломки или шансом на новое начало.
Профессия за решеткой: польза для человека, бизнеса, государства
Возвращение человека в общество после отбытия наказания — это всегда вызов. Без образования, профессии или хотя бы базовых навыков большинство освобожденных не имеют шансов закрепиться в мирной жизни. Они снова оказываются без работы, стабильного заработка — и часто повторно совершают преступления. Это замкнутый круг, который истощает и человека, и ресурсы государства.
Выход есть — проверенный европейской практикой: работа и профессиональная подготовка непосредственно в стенах колоний. Человек за решеткой должен обучаться делу, нужному на рынке труда: от швейного и строительного до металлообработки или даже работе с кофейными зернами. Это дает не только зарплату и трудовой стаж, но и самое ценное — шанс выйти на свободу с чувством собственного достоинства и профессиональной перспективой.
Чтобы такая модель работала эффективно, нужно тесное сотрудничество государства и бизнеса. Украинским предприятиям выгодно привлекать исправительные учреждения как партнеров: это доступ к стабильной рабочей силе, возможность организовать производство с меньшими затратами, а также социальный бонус — имидж ответственного бизнеса. Для поощрения компаний, поддерживающих такие программы, государство может ввести налоговые стимулы.
В итоге выигрывают все: бизнес получает мотивированных работников и возможность расширять производство; государство — экономию средств, которые раньше шли на содержание осужденных, и меньшие риски рецидива, потому что люди, обучившиеся профессии, чаще возвращаются к нормальной жизни; общество — меньше новых преступлений и больше граждан, которые после выхода из колонии имеют навыки и шанс на достойную жизнь.
Не потом, а сейчас
Новый законопроект о пенитенциарной системе может стать основой качественной трансформации всей сферы исполнения наказаний. Очень важно, чтобы во время его рассмотрения в парламенте документ не утратил, а наоборот — обрел действенные механизмы, которые будут соответствовать европейским стандартам. Речь идет не только о формальных изменениях, но и о создании современной системы, объединяющей защиту прав человека, безопасность общества и эффективное функционирование учреждений.
Привлечение экспертных наработок, в частности рекомендаций, дает возможность сделать реформу более продуманной, сбалансированной и результативной.
Работать над этим необходимо уже сегодня, ведь промедление с обновлением законодательства только консервирует устаревшие подходы и углубляет системные проблемы. Именно сейчас государство имеет уникальный шанс заложить фундамент современной, гуманной и справедливой пенитенциарной системы — такой, которая будет соответствовать ценностям и стандартам Европейского Союза.