UA / RU
Поддержать ZN.ua

Цветок из Божьей пращи

Одесситку Галину Могильницкую в ​​Украине, к сожалению, не знают ни как замечательную поэтессу, ни как принципиального, несгибаемого борца за украинское дело, в особенности за независимую Украинскую церковь.

Автор: Светлана Орел

Теперь можно с уверенностью сказать: именно благодаря ее книгам, в которых она показала тернистый путь Украинской церкви и аргументированно развенчивает мифы Московского патриархата, в конце концов стали возможны тектонические сдвиги в этом деле - получение Томоса и формирование современной, независимой от РПЦ церкви. Конечно, не только благодаря ее остро публицистическим книгам. К счастью, не она одна трудилась на этой ниве. Но ее труд, весьма кропотливый, убедительный, и вправду разил, как камень из пращи правды (так называется одно из ее авторских изданий). Причем в то время, когда на получение Томоса не было даже призрачной надежды.

Галина принадлежит к поколению шестидесятников, надежды которых, едва затеплившись, были погашены и растоптаны. Нет, она не стала политзаключенной, как ее будущий муж, также неординарный поэт Олекса Ризныкив. Она должна была жить, держаться, быть опорой для престарелых родителей, позже - растить детей, выстоять во времена пренебрежения и застоя, русофильства Южной Пальмиры, но не потерять себя, не погасить в сердце свет веры в Украину и в Бога. Думается, это было не легче, чем отбывать тюремный срок.

Откуда же этот свет? Родилась эта необычайно красивая женщина в страшное для Украины время, в разгар дьявольских сталинских репрессий, в семье учителей, принадлежавшей, как сказано в послесловии к ее книге "Хроніка великого ошуканства", к наиболее древним и разветвленным династиям украинских педагогов.

"Детство ее прошло в живописном уголке Кривоозерщины - в селе Великая Мечетня над Бугом, - пишет о ней писатель из Одессы Сергей Дмитриев, - среди буйного цветения огромного школьного сада, где жили ее дедушка и бабушка. (...) Пытливый ум девочки искал объяснение всему происходящему вокруг и находил ответы на свои недетские вопросы в приглушенных разговорах селян, в книгах из дедушкиной библиотеки (покойный Александр Филиппович 53 года отработал учителем-филологом), среди которых были и написанные на странном, полупонятном и торжественном языке, лишь отдаленно напоминающими современные славянскими буквами, которые девочка училась читать почти одновременно с современными. Так для юной души приоткрывались врата столетий, оживали участники великих событий отечественной истории. Там был живой, терпкий, как евшан-зелье, образ древней Руси-Украины, который не затмили идеологемы поздней официальной науки. Просто она давно поняла запрещенную правду".

Рассказывает дочь Галины Ярослава (также автор краеведческих книг, заместитель директора департамента культуры, начальник управления культуры, национальностей и религий Одесской области):

- Родители моей мамы были математиками. Среднюю школу она бросила после 9-го класса, так как ее должны были оставить на второй год из-за двух "двоек", честно выставленных ее мамой по алгебре и геометрии. Поступила в Одесский финансово-кредитный техникум, где на третьем курсе за посещение церкви была исключена из комсомола, а затем и из техникума. Доказывать, что Конституция гарантирует свободу совести, в тогдашней стране было бесполезно. Трудилась в разных местах, в том числе и работницей на заводе. В 1963-м поступила на филологический факультет Одесского университета. На русское отделение - хотела заниматься творчеством Ф.Достоевского. Однако украинское воспитание повлекло ее в круг молодых людей, интересовавшихся украинской культурой, историей. Олекса Ризныкив, Олег Олийнык... Особое влияние на нее оказал Святослав Караванский, который по возрасту и знаниям должен был не на студенческой скамье сидеть, а за кафедрой стоять. Они вместе посещали литстудию, где мама больше выступала как критик, поскольку стеснялась читать свои стихи, кружок изучения польского языка, студенческое научное общество. Вместе пропагандировали в Одессе украинское слово, демонстрируя, что интеллигентные люди говорят на украинском языке, возлагали цветы к памятнику Т.Шевченко 9 марта и 22 мая.

В конце 1965-го мама у Караванских познакомилась с Василием Стусом, а во время его следующего приезда организовала его выступление на вечере-встрече студентов филологического факультета с Виталием Коротичем. Это было единственное выступление поэта-диссидента в Одессе. В 1967 году, окончив университет, вышла замуж за Олексу Ризныкива. После обучения получила назначение в Балтское педучилище. Студенты любили свою преподавательницу и предмет, который она преподавала. Но в конце 1969/70 учебного года педагогический совет постановил уволить маму с работы, обвинив в "выхолащивании коммунистической идейности из курса украинской литературы и пропаганде творчества националистических поэтов" - Лины Костенко, Василия Симоненко, Ивана Драча, Николая Винграновского, которых тогда в программе не было, но ведь в теме "Современная литература" не только можно, но и нужно было знакомить учеников с творчеством шестидесятников. В 1979 году, когда возникла необходимость ухаживать за моей больной бабушкой, мама перешла в Кривоозерскую школу №1. Преподавала историю и украинский язык и литературу, но впоследствии ее перевели на преподавание только русского языка и литературы. Еще с 70-х годов она начала применять нестандартные формы и методы - уроки-блоки, лингвистические сказки, воображаемые путешествия, лекции-концерты, что в те времена считалось отклонением от требований программы и нарушением принципа научности. Ее постоянно критиковали и почти 20 лет держали на самой низкой категории "специалист", несмотря на то, что среди ее учеников было больше всего отличников, участников и победителей различных олимпиад и конкурсов. Уже в перестроечные времена мама, втайне от школьного и районного начальства, приняла участие во всеукраинском конкурсе "Нестандартный урок" и стала одной из его победительниц, после чего ей было присвоено звание "учитель-методист", дававшее прибавку к зарплате. Вела школьный театр, классный агитколлектив "Дружба", фольклорный коллектив "Джерельце". Мамины воспитанники занимали призовые места, ездили на экскурсии, в частности на Галичину, которую поражали концертными выступлениями и национальным воспитанием. Ее старшеклассники первыми на Николаевщине еще в сентябре 1991 года подняли над школой желто-голубой флаг. Мама писала стихи, в том числе и детские. Но сборник "Скільки в світі сонечок" пролежал в издательстве "Веселка" восемь лет и был издан только в 1978-м.

В 1989-м она прониклась перспективой украинской независимости. Возглавляла Кривоозерскую организацию НРУ - крупнейшую в Николаевской области. Ее статья "Демагогические лозунги и факты" с критикой "социалистической демократии" была опубликована в кривоозерской газете "Заповіти Леніна" и обсуждалась на ее страницах полтора года. Маме по телефону угрожали, что придут сдирать с нее кожу, чтобы повесить на райкоме вместо бандеровского флага. Летом 1991 года мама побывала у Караванских в США, преподавала на курсах повышения квалификации учителей школ украиноведения в диаспоре, провела ряд выступлений. Через несколько минут после ее выступления на съезде "Золотого Креста" в доме имени Олега Ольжича была провозглашена независимость Украины...

В 1994-м мама вернулась в Одессу, где работала учительницей украинского языка и литературы в СШ №117, главным специалистом отдела по работе с партиями и общественными организациями Одесского горисполкома. После гибели лидера НРУ Вячеслава Чорновила, с которым она дружила еще с 1965 года, возглавила Чорновиловское крыло расколотого Руха в Одессе и восстановила Одесскую областную (краевую) организацию НРУ. В декабре 2001-го ее исключили из НРУ за несогласие с политикой руководства партии по поводу участия в выборах в Верховную Раду Украины на третьестепенных позициях и с принципом формирования избирательных списков. На сегодняшний день - беспартийная. С 1998 года работает старшим преподавателем кафедры методики преподавания гуманитарных дисциплин Одесского областного института усовершенствования учителей. Ее темы: "Книга бытия украинского народа", "Украинская литература конца XIX - первых трех десятилетий ХХ века в контексте общеевропейского литературного развития", "Проблема адекватного прочтения украинской классики". Мама - отличница и заслуженный работник образования Украины. В январе 2008 года за книги "Літос (або Камінь із пращі правди на розбиття митрополичого блудословія)" и "З непам'яті прикликана судьбою" маме присудили премию имени Стуса. А за ряд научных и научно-публицистических статей, которыми она утверждала авторитет Украины, и за исследование белых пятен в ее истории - премию Ирины Калинец за 2018 год.

* * *

Такая вот судьба. Постоянное противостояние и прямостояние. Знаю, как это нелегко. Галина Могильницкая поразила меня в самое сердце своим поэтическим словом. Ее книгу поэм "Імена" подарил мне Олекса Ризныкив, который прошлой зимой посетил Кропивницкий по случаю вручения ему областной литературной премии имени Евгения Маланюка. Я ее прочла не сразу - имя автора было мне тогда неизвестно. Лишь позже узнала, что это фактически первый (!) поэтический сборник Галины (Сергей Дмитриев пишет, что в 1986 году выходил ее поэтический сборник "Берег радості", но его тираж странным образом исчез по дороге из типографии в книжные магазины). Уже с первых страниц стало ясно: автор - выдающийся талант.

Афористичность и культура письма, чрезвычайно широкая эрудиция, глубокое знание украинской и европейской истории, умение увидеть и показать через обыденное эпоху и вечность - все это позволяет поставить поэмы, вошедшие в книгу "Імена", в один ряд с лучшими образцами украинской поэзии. Трудно передать взволнованность и точность слова, отличающие ее поэтические произведения. А еще - вечную боль за Украину, которая ощущается в каждом слове и буквально прорывается в последних строках книги:

"Імена… імена…

В них провалля жаскі

Й духу злети найвищі -

Долі нашої сплутаний код

І заплутаний Мойрами шлях,

Де понині бреде,

Пам'ять роду згубивши,

І від того осліплий народ

По незрячих віках."

После этого первого потрясения-открытия тут же вспомнилось: где-то лежат у меня ее публицистические книги о нашей церкви, подаренные еще несколько лет назад знакомыми бывшими руховцами. Немедленно прочитать! И вновь как молния - какая убедительность аргументации! Просто поразительно: со ссылками преимущественно на русские источники, эти небольшие книжечки, фактически брошюрки (каждая около ста страниц), камня на камне не оставляют от мифов Московского патриархата о своем "каноническом" и вымышленном первородстве. Тысячи, сотни тысяч украинцев знали об этом обобщенно, чувствовали сердцем, но проделать такой анализ, поднять десятки первоисточников, подать это убедительно, остро, ясно, логично, с болью и большой любовью, как это сделала Галина Могильницкая, не каждому дано!..

Да еще когда! 2006–2007 годы... Тогда в Одессе фактически никто не отваживался вступать в конфликт или споры с чрезвычайно влиятельным наглым шовинистом - митрополитом Одесским и Измаильским Агафангелом. А Галина не только отважилась, но и показала истинное лицо не боголюбивого служителя, а имперца и стяжателя.

Книги эти издавались за счет жертвователей-единомышленников, поэтому не продаются, а дарятся, оттого и имеют особую ценность. Очевидно, их следовало бы переиздать большими тиражами, поскольку у них есть потенциал стать важной основой для становления независимой от РПЦ Украинской соборной церкви.

Можно еще рассказывать и об усилиях Галины по возрождению имен и увековечению памяти невинно убиенных - расстрелянных нацистами во время Второй мировой евреев (об этом - в ее поэме "Серафима"). Сколько сейчас людей, которые, не сделав и не пережив и доли того, что удалось сделать и довелось пережить Галине, кричат ​​о себе и своих достижениях на каждом шагу, хвастаются, не стесняясь. Поэтому мне больше всего хочется отметить ее скромность. Это - словно удивительной красоты цветок среди сорняков больных и чрезмерных амбиций, репьев напыщенных бездарей и колючек псевдоталантов. Воистину - цветок из Божьей пращи...