UA / RU
Поддержать ZN.ua

Намеки Путина: зачем Россия стянула войска и что делать Украине

Пытаемся разобраться в истинных мотивах Кремля

Автор: Сергей Корсунский

События минувшей осени свидетельствуют о том, что процесс формирования нового мирового порядка перешел из концептуальной сферы в практическую стадию. И как это ни удивительно, Украина оказалась едва ли не в центре этого процесса. Острая дискуссия о перспективах масштабирования на Центральную Европу российско-украинской войны, начавшейся в 2014 году в Крыму и на Востоке, отозвалась эхом во всех основных столицах. Запад Россию предупредил, о поддержке Украины заявил, Москва, как это обычно бывает, все отрицала. Острота момента в последние дни несколько стихла, однако попытка разобраться в истинных мотивах России, стягивающей войска к границам Украины, приводит к довольно любопытным наблюдениям.

Во-первых, сам процесс накопления войск с эшелонами техники, перемещаемой днем, чтобы было лучше видно, в нынешнем октябре-ноябре осуществлялся не впервые. Однако впервые глава ЦРУ полетел в Москву поговорить с российским руководством об этом, и, очевидно, не только об этом. Во-вторых, упомянутые события по удивительному стечению обстоятельств совпали с проведением первого онлайн-саммита Джо Байдена и Си Цзиньпина, на который слишком многие игроки возлагали слишком большие надежды. Больших результатов достигнуто не было, однако тональность встречи оказалась позитивной. И уже через несколько дней министры обороны России и Китая подписали дорожную карту сотрудничества в военной сфере. Как сообщило ТАСС, «стороны договорились наращивать взаимодействие между вооруженными силами двух стран по линии стратегических военных учений и совместных патрулирований. Генерал армии Сергей Шойгу и генерал-полковник Вэй Фэнхэ подчеркнули нерушимость дружбы и крепость связей между Россией и Китаем. Подтвердили готовность реализовывать договоренности, достигнутые на высшем уровне, и расширять контакты между министерствами обороны Российской Федерации и Китайской Народной Республики». Непосредственно в день саммита Россия провела испытания космического оружия, едва не завалив МКС, а накануне этого события Владимир Путин выступил на коллегии МИД РФ, где заявил о необходимости «поддерживать напряжение» на Западе и одновременно поручил Лаврову «ставить вопрос о том, чтобы добиваться предоставления России серьезных долгосрочных гарантий обеспечения нашей безопасности». И не надо думать, что Путина устроил бы «Будапештский меморандум-2», с подписями Польши, стран Балтии и Украины под гарантиями ненападения на Россию. Все значительно серьезнее.

Столь удивительное поручение президента РФ озадачило даже главреда журнала «Россия в глобальной политике», члена президиума Российского совета по международным делам (РСМД) Федора Лукьянова, которого трудно заподозрить в плохом понимании мотивов российского руководства. В комментариях, опубликованных на сайте РСМД, он высказал сомнение, что в современной геополитике существует аппетит для заключения новых договоров и предоставления каких-либо гарантий. Это как иногда при наблюдении за действиями клириков руководства РПЦ возникают сомнения, действительно ли они верят в Бога, точно так же, при анализе заявлений Путина, Шойгу и примкнувшего к ним Караганова возникают сомнения в том, реально ли они боятся приближения НАТО к своим границам или это лишь повод заявить о своих интересах, обосновать их фундаментальными опасениями в области безопасности и тем самым сформировать выгодный РФ дискурс в сфере международной безопасности. Ведь, с одной стороны, современное оружие сильно меняет представление о дистанции безопасности и пара тысяч километров принципиально не меняет ничего, просто на несколько секунд увеличивает подлетное время, а с другой — в Кремле (и даже намного западнее Кремля) понимают, что, говоря словами тех же кремлевских аналитиков, «НАТО воевать за Нарву не будет».

Поэтому, когда первое лицо страны с наибольшим в мире ядерным потенциалом, известной своим легендарным презрением к человеческим жизням, требует гарантий безопасности, это должно означать нечто совершенно иное. Вполне вероятно, ему нужны не сами гарантии, а затяжные переговоры о предоставлении гарантий (что бы это вообще могло быть?), которые позволят расставить фигуры на доске и начать игру, подолгу, на пределе регламента, затягивая ходы. Параллельно было бы полезно запустить «Северный поток-2», построить трубопровод «Сила Сибири-2» — такой же мощности, что СП-2 (чистое совпадение) и начинающийся там же, на Ямале, — который удовлетворит растущие потребности Китая и Кореи (как Северной, так и Южной), а заодно даст возможность в случае необходимости в открытую шантажировать ЕС полной переориентацией потоков газа на Восток. Только наивные могли подумать, что Путин ограничится покорением Германии. Если правдивы сообщения СМИ (в чем нет полной уверенности), что администрация Байдена по просьбе Германии лоббирует в Конгрессе неприменение санкций к СП-2 в бюджете следующего года, все обстоит значительно хуже. Решение о высылке из Вашингтона 27 сотрудников российских спецслужб, замаскированных под дипломатов, вряд ли компенсирует потенциально катастрофические последствия для Европы, которые несет газовый шантаж Кремля.

Отдельная история — непрекращающееся напряжение в Юго-Восточной Азии вокруг Тайваня, в частности постоянные пролеты китайских самолетов вблизи мятежного острова, а также совместное «патрулирование» ВМС России и Китая вокруг Японии, где находятся важнейшие в регионе военно-морские базы США. На днях делегация представителей стран Балтии посетит Тайвань, а США уже пригласили Республику Китай на саммит демократий. Очевидно, что Россия воевать за Китай в Тайваньском проливе не станет, однако мигранты, завезенные в Беларусь и терроризирующие Польшу, доставляют серьезные хлопоты и странам Балтии, активно развивающим сотрудничество с Тайванем. Как тут не вспомнить о миллиардных инвестициях Китая в Беларусь. Надо ведь держать Запад в «известном напряжении».

Почему важно принимать во внимание происходящее в Азии? В первую очередь, потому, что находиться «на растяжке» даже для США весьма накладно. Юго-Восточная Азия — зона важнейших интересов Вашингтона, и неплохо бы докучать мировому гегемону сразу с двух рук, особенно с учетом его нынешней уязвимости. У США сегодня нет послов не только в Польше, Великобритании, ЕС, Германии, Франции, Нидерландах, Норвегии, Румынии, Швеции, Украине, но и в Индии, Китае, Японии, Австралии и АСЕАН, а в Сенате никак не разблокируют процесс их назначения. Ковид крайне усложняет двусторонние контакты с ключевыми партнерами, которые невозможно полноценно проводить онлайн. Однако Путина устроит любой формат диалога с США — онлайн или офлайн, лишь бы достичь цели и усадить Вашингтон за стол переговоров. В каком-то смысле наступил момент паузы, когда стороны обдумывают не только последствия появления угрозы под названием «омикрон», но и следующие шаги. Высылка дипломатов, с одной стороны, и очередные испытания российской ракеты — с другой, лишь подтверждают состояние глубокой задумчивости. Очевидно, что следующий саммит РФ—США, если верить сообщениям о его подготовке еще в этом году, должен быть, с точки зрения Кремля, более продуктивным, чем встреча в Женеве, и не менее важным, чем диалог Байдена и Си Цзиньпина. Россия должна доказать США, да и всем остальным, что она не младший партнер Китая и вправе рассчитывать на собственное место в будущем мироустройстве.

Вполне вероятно, что если США пойдут на диалог по этому вопросу (а его содержание выйдет далеко за проблематику стратегической безопасности), Путин несколько ослабит хватку. Однако очень сомнительно, что он согласится на что-то меньшее, чем обязательства США учитывать хотелки России по множеству вопросов, и в первую очередь — относительно нейтральности Украины, де-факто признания российскости Крыма, прекращения военной помощи Киеву в связи с оккупацией части Луганской и Донецкой областей.

Путин достаточно уверенно чувствует себя в Европе, ведь даже циничные убийства в европейских столицах, кибератаки (в том числе на Бундестаг) и другие спецоперации РФ не убедили Ангелу Меркель, что обеспечение безбедного будущего Германии с помощью 110 млрд куб. м. российского газа за счет Украины и Польши попахивает цинизмом. Однако с США все оказалось сложнее. Даже ослабленный движением BLM, Трампом и ковидом Вашингтон остается последовательным — что в поддержке Украины, что в Юго-Восточной Азии. Особенно значимо, что в отличие от России и КНР, Соединенным Штатам удалось сформировать несколько альянсов, крайне важных для будущей раскладки сил, и среди них партнерства с Великобританией, Японией, Австралией и Индией через механизмы QUAD и AUKUS являются ключевыми. Так точно и для Украины наилучшей политикой, кроме укрепления собственных вооруженных сил и стратегического диалога с США и Великобританией, является формирование региональных форматов безопасности с участием соседей от Балтийского до Черного моря, особенно — с Турцией.

Сегодня точки геополитического напряжения — это Центральная Европа и Юго-Восточная Азия, Украина и Тайвань (даже Иран с Северной Кореей отошли на второй план), а среди мировых проблем — изменения климата и пандемия. Наилучшим сценарием было бы достижение комплекса договоренностей между США и КНР о принципах будущей цивилизованной конкуренции и крайне жесткая демонстрация Путину решимости коллективного Запада не допустить масштабной войны в Европе. Однако, если судить по китайскому военно-историческому фильму «Битва при Чосинском водохранилище», вышедшему в прокат этой осенью и побившему все рекорды по сборам, ситуация остается напряженной. В этом фильме китайские добровольцы из Народно-освободительной армии дают отпор и побеждают армию США в одном из ключевых сражений корейской войны. Фильм пользуется бешеной популярностью в КНР, значительно опередив по сборам предыдущий блокбастер о воинах-волках, давший имя новому стилю китайской дипломатии. Не хотелось бы думать, что новый фильм, с известной натяжкой трактующий события 1950–1953 годов, станет прелюдией к военным событиям вокруг Тайваня. Однако нет никаких сомнений, что в Кремле этот фильм уже посмотрели.