UA / RU
Поддержать ZN.ua

Мюнхен, который нашел себя

Окончательное прощание западного мира с комфортным самоощущением и остатками иллюзий "конца истории" неизбежно усилило интерес к суровой будничности повестки дня, которая ежегодно обсуждалась в феврале в Мюнхене. Более того, эта повестка дня теперь существенно расширилась, включив в спектр весь арсенал вызовов, которые принесла с собой эпоха "постправды" и гибридных войн.

Автор: Александр Сушко

Мечта немецкого издателя Эвальда-Генриха фон Клейст-Шменцина осуществилась.

Основанная им в 1962-м Конференция по военным вопросам, известная ныне под брендом "Мюнхенская конференция по безопасности", стала самым репрезентативным и авторитетным в мире форумом по вопросам безопасности. Произошло это, очевидно, не сегодня и не моментально, но сегодня у этого "Давоса по безопасности" даже более неоспоримый статус в своем жанре, чем у аутентичного Давоса в жанре экономических форумов.

Окончательное прощание западного мира с комфортным самоощущением и остатками иллюзий "конца истории" неизбежно усилило интерес к суровой будничности повестки дня, которая ежегодно обсуждалась в феврале в Мюнхене. Более того, эта повестка дня теперь существенно расширилась, включив в спектр весь арсенал вызовов, которые принесла с собой эпоха "постправды" и гибридных войн.

Для Центральной Европы понятие "Мюнхен" содержит устойчивый исторический символизм. Упоминание о "Мюнхене-1938" спичрайтеры по инерции продолжают включать в речи участников ежегодной Мюнхенской конференции по безопасности, когда стремятся подчеркнуть неприемлемость политики "умиротворения агрессора" и политических договоренностей "о нас без нас".

В этом году в Мюнхене вспомнили еще одно символическое событие, связанное с этим местом и с самой конференцией по безопасности. Именно здесь 10 лет назад президент России Путин произнес уже классическую свою "ястребиную" речь, о которой сейчас вспоминают в том же контексте "начала новой холодной войны", в котором советская пропаганда десятилетиями вспоминала речь Уинстона Черчилля в Фултоне (1946).

Появился даже термин "домюнхенская Россия", т.е. та, которая не позиционировала себя как антагонистический Западу игрок, не вела захватнических войн и не претендовала на эксклюзивные "сферы влияния".

Таким образом, новая холодная война уже дожила до своего первого юбилея и только теперь удостоилась признания со стороны своей основной движущей силы (хотя она себя такой и не считает). Как заявил в Мюнхене министр иностранных дел РФ Лавров: "Говорят, что войны начинаются в головах людей, там же они, по логике, должны и заканчиваться. Однако с холодной войной этого пока что не произошло, если судить, в частности, по некоторым выступлениям политиков в Европе и США, в том числе и по заявлениям, прозвучавшим вчера и сегодня в начале нашей конференции".

Знакомство с "новыми американцами"

Слова, не удовлетворяющие Лаврова, в значительной степени прозвучали со стороны тех, на кого Кремль возлагал надежды, - представителей новой администрации США.

Следует признать, что, несмотря на громкие заявления нового президента, реальная внешнеполитическая линия Трампа сейчас не является окончательно сформированной - ее контуры остаются гибкими и неопределенными, что создает пространство для ожиданий, опасений и надежд. В определенной степени вакуум неопределенности должны были заполнить представители администрации, участвовавшие в Мюнхенской конференции. Частично им это удалось, частично - нет, но очевидно, что расчеты Кремля на фактический распад трансатлантической солидарности и самоизоляцию Америки пока что не исполняются.

В Мюнхен прибыли две ключевые фигуры, составляющие костяк части администрации, занимающейся безопасностью и обороной: вице-президент Майк Пенс и глава Пентагона (министр обороны) Джеймс Мэттис.

Вице-президент, в частности, заявил, что США будут продолжать призывать Россию к ответственности, "даже когда мы ищем новые точки соприкосновения (с РФ), которые, как считает президент США, можно найти". "Россия должна нести ответственность за свои действия в Украине… Нужно добиться, чтобы Россия выполняла Минские соглашения, начиная с деэскалации ситуации (на Востоке Украины. - А.С.)", - подчеркнул он.

В свою очередь Джеймс Мэттис заявил, что США не будут уклоняться от обязательств "обеспечить свободу" для последующих поколений. "Союзники НАТО признали 2014-й годом водораздела. Мы больше не можем отрицать реальность. Мы все видим, что угрозы относительно нашего общества поступают с нескольких фронтов", - сказал Мэттис.

Стало понятно: новая администрация "не настолько безнадежная" для одних и не настолько многообещающая для других, как это могло казаться. Но насколько республиканские тяжеловесы, пришедшие к власти, смогут в дальнейшем уравновешивать/дополнять эксцентричного Трампа, лишенного сантиментов относительно "ценностей", покажет время.

За несколько дней до этого в Брюсселе Мэттис поднял вопросы пропорционального взноса всех стран - членов альянса в общую безопасность и оборону. Эта тема является ключевой лично для Трампа, который на днях вновь публично призвал партнеров по НАТО "оплачивать свои счета". Вероятно, от решения этой проблемы будет зависеть окончательная определенность новой американской администрации в вопросе коллективной безопасности и обороны.

Переосмысление "оборонных затрат"

Тема повышения затрат на безопасность и оборону давно находится в поле зрения НАТО, в частности страны-члены обязались повысить их до предусмотренных нормативами альянса 2% от ВВП не позднее 2024 г. После продолжительной тенденции к снижению оборонных затрат в 2016-м, впервые за многие годы, по свидетельству генсека НАТО, совокупные оборонные затраты стран-членов увеличились на 10 млрд долл. Казалось бы, тенденцию исправили и план на будущее одобрили. Но президент Трамп решительно вернул вопрос в повестку дня. "Вы должны оплачивать свои счета", - не церемонясь, говорит президент. США могут "снизить уровень своих обязательств" перед другими членами альянса, если европейские партнеры не откорректируют своих затрат уже немедленно, не ожидая 2024 г., - так это переводит на политкорректный язык шеф Пентагона Мэттис.

По состоянию на 2016 г., только четыре европейские страны - члены НАТО (Великобритания, Греция, Эстония и Польша) соблюдали двухпроцентный норматив. Показатель оборонных затрат Франции - 1,78%, Германии - 1,19, Италии - 1,11, Испании - 0,91% от ВВП.

В этом контексте украинские участники вспоминали (хотя и не с высокой трибуны) нынешние показатели Украины с ее 5% оборонных затрат, что является самым высоким показателем в Европе и даже превышает соответствующие показатели США (3,61%) и России (3,35%).

Реакция европейцев на высокие запросы новой американской администрации не отличалась энтузиазмом. Президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер был даже довольно резким: "Я очень против того, чтобы позволять давить на нас", - сказал Юнкер в кулуарах конференции.

Впрочем, похоже, европейцы близки к формулированию "контрпредложения" на вызов требований Трампа. Учитывая реалии гибридных войн, в частности их гуманитарную и информационную составляющую, правительства европейских членов альянса, вероятно, будут предлагать изменение принципов калькуляции "затрат на безопасность", внося в них все больший круг затрат на противодействие, в частности кибератакам, пропаганде, на укрепление границ, усиление общей миграционной политики, работу с беженцами и искателями убежища, пр.

Первым такую идею высказал Юнкер, продолжая свой вышеупомянутый резкий ответ на предложение Трампа-Мэттиса. А позднее, развивая идею, президент Мюнхенской конференции Вольфганг Ишингер даже предложил увеличить обязательную квоту затрат на безопасность до 3%, при условии включения в нее "гуманитарного компонента".

Неизвестно, как скоро стороны достигнут согласия, но очевидно, что контрпредложение Европы будет опираться на серьезную аргументационную базу, которую вряд ли можно будет отклонить. Другое дело, что именно включать в "гуманитарный компонент". Вряд ли США согласятся на очень расширенное трактование понятия "затраты на безопасность", например, за счет отнесения к ним всего разнообразия форм европейской социальной помощи мигрантам из третьих стран.

Украинские темы

Выступление президента Украины в первый день официальной программы конференции активно обсуждалось в украинских медиа. Оценки выступления колебались довольно существенным образом (от острой критики до восторга), посему нам остается только признать, что украинская официальная линия придерживается заданного в 2014-м пути. В этом ее сила и слабость. Сила - в готовности стоять на своем, быть последовательными в своей позиции. Слабость - в недостаточном реагировании на смену глобальной повестки дня, в неготовности адаптировать свои месседжи к запросам и настроениям аудитории. Речь Порошенко в Мюнхене навеяла пожелание спичрайтерам высших должностных лиц активнее вплетать "наши вопросы" в более широкий фон глобальной и региональной повестки дня, ибо иначе даже мастерски исполненное соло "я здесь снова о своем" не достигает аудитории в достаточной степени. Важно подчеркивать не только уникальность, но и универсальность наших проблем и задач. Ведь хорошо проиллюстрированная универсальность и включенность в контексты дает больше эффекта, чем даже удачно артикулированная уникальность.

Среди вопросов, которые не прозвучали надлежащим образом, а могли бы в значительной степени усилить наш месседж и сыграть в унисон с повесткой дня нынешнего Мюнхена, следующие: как Украина проводит реформу обороны и повышает, в партнерстве с НАТО, обороноспособность в условиях гибридной войны, расходуя на это рекордные 5% ВВП; какие усилия прилагают государство и гражданское общество к противодействию фейковым и вражеским информационным потокам; как государство и общество справляются с беспрецедентным количеством вынужденных переселенцев, которые, несмотря на ожидания, так и не стали дополнительной миграционной угрозой для Европы.

Украинские вопросы в Мюнхене обсуждались и на "украинском ланче", который впервые провела здесь Ялтинская европейская стратегия Виктора Пинчука. Представительство официальной украинской делегации было на этом мероприятии демонстративно низким, что должно было подтвердить продолжение политических заморозков, вызванных известной статьей Пинчука в Wall Street Journal. Часть "негосударственных" украинских участников Мюнхена также сознательно дистанцировалась от организаторов мероприятия. Впрочем, организаторам удалось обеспечить представительный уровень за счет именитых, хотя и преимущественно отставных иностранных участников, таких как бывший генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен и бывший глава ЦРУ США генерал Дэвид Петреус. С вдохновляющей речью выступила искренний друг Украины министр иностранных дел Канады Христя Фриланд. Мероприятие в Мюнхене подтвердило, несмотря на определенный кризис доверия внутри Украины, сохранение за платформой Пинчука собственной, наработанной в предыдущие годы, ниши - ведущей площадки для зарубежных "VIP-друзей Украины". Впрочем, организаторы, вероятно, ощутили, что уровень украинского представительства (как властного, так и общественного) на ежегодной сентябрьской конференции YES может быть намного ниже обычного.

* * *

Дискуссии нынешнего Мюнхена оставляют после себя ощущение завершения эпохи иллюзий и легкомысленности. Но возникает вопрос: имеем ли мы дело с серьезным понимаем Западом всего спектра угроз и возможных путей выхода из кризиса безопасности, или пока что в наличии лишь испуг и дискомфорт, по которым в достижимой перспективе не следует ждать понятной и реалистической программы действий? 2017-й в значительной степени даст ответ на этот вопрос.