UA / RU
Поддержать ZN.ua

Малайзийские кульбиты в деле МН17

Поведение официальных лиц Малайзии порождает лишь смятение в и без того трудном процессе раскрытия преступления, следствием которого стала трагедия МН17.

Автор: Наталия Бутырская

Совместная следственная группа (JIT) по расследованию катастрофы пассажирского Boeing-777 "Малайзийских авиалиний", выполнявшего рейс МН17 из Амстердама в Куала-Лумпур и сбитого над оккупированным Донбассом 17 июля 2014 г., 19 июня назвала имена четырех человек, причастных к катастрофе.

До конца года материалы следствия должны быть переданы в суд, а уже 9 марта 2020 г. трое россиян - бывший "министр обороны" самопровозглашенной ДНР Игорь Гиркин ("Стрелков"), генерал-майор Сергей Дубинский ("Хмурый"), полковник Олег Пулатов ("Гюрза") и украинец, воевавший на стороне боевиков, Леонид Харченко ("Крот") должны оказаться на скамье подсудимых.

Хотя прокуратура Нидерландов выдала международный ордер на арест указанных лиц, в суде готовы заочно рассмотреть дело, ведь законодательство России и Украины не позволяет экстрадицию своих граждан. В случае задержания и осуждения Леонида Харченко (ныне находящегося на неподконтрольной Киеву территории Донбасса), приговор, по словам генерального прокурора Юрия Луценко, будет исполняться на территории Украины, согласно двустороннему соглашению между Нидерландами и Украиной. Тем временем МИД России опровергает причастность своих военных к катастрофе малайзийского самолета из-за "использования не вполне понятных доказательств, сформированных, в частности, при поддержке сомнительных источников информации".

Россия с самого начала расследования заняла довольно последовательную позицию отрицания достоверности и указывает на недостаточное количество доказательств, которые озвучивает Совместная следственная группа, после того как Кремлю не удалось навязать международным экспертам свою версию якобы причастности украинской стороны к уничтожению самолета и попасть в состав этой группы. Более того, именно Россия заблокировала в Совете Безопасности ООН создание Международного трибунала по расследованию обстоятельств уничтожения малайзийского самолета, которое, по иронии, широко поддерживало ее собственное население: 47% россиян (по данным Левада-Центра от 27.05.2015), в результате активного информационного влияния СМИ, выступали за трибунал, будучи уверенным, что накажут Украину. Несмотря на отсутствие прямого мандата ООН, международный состав группы и участие государств (Нидерландов, Бельгии, Австралии, Малайзии и Украины), пострадавших от авиакатастрофы, согласно Резолюции СБ ООН 2166, дают право квалифицировать расследование как международное. Для осуществления правосудия государства - участники Совместной следственной группы, согласно международному праву, делегировали Нидерландам, стране, потерявшей наибольшее количество граждан, свою уголовную юрисдикцию. Таким образом, дело рейса МН17 будет рассматривать Окружной суд Гааги, а сам процесс будет проходить согласно праву Нидерландов. Однако голландские суды имеют опыт рассмотрения похожих дел, поскольку их страна - одна из немногих национальных юрисдикций, где регулярно происходят процессы по международным преступлениям. Несмотря на то, что национальный суд не может решать вопрос ответственности государства (в этом случае России) в совершении преступления из-за принципа иммунитета, его решение будет важным для дальнейших юридических шагов.

фото.politeka.net

Сейчас обвинения выдвинуты только против четырех человек, которые относятся к среднему звену и были важными участниками в цепи последовательных распоряжений по перемещению зенитно-ракетного комплекса "Бук", который сбил малайзийский самолет, с территории России на неподконтрольную Украине территорию Донбасса. Однако как для родственников пострадавших, так и для международных следователей и независимых экспертов, в частности независимой исследовательской поисковой сети Bellingcat, которая проводит свое расследование) - это важный этап для установления истины вокруг катастрофы, унесшей жизни 298 невиннных людей.

Правда, неожиданностью для стран - участниц расследования стала критика обнародованных результатов сначала премьер-министром Малайзии Мохамадом Махатхиром, а позже и министром иностранных дел Абдуллой Сайфуддином. Первый указал, что он огорчен содержанием доклада Совместной следственной группы из-за отсутствия "подлинных доказательств вины". Кроме того, по его мнению, с самого начала расследование было политически мотивировано, чтобы обвинить Россию в совершении преступления, и ему трудно принять тот факт, что следователи "указывали на причастность России еще до окончания расследования обломков (самолета. - Н.Б.)". В свою очередь, министр иностранных дел Малайзии заметил, что пока они не увидят конкретных доказательств, связанных с именами четырех обвиненных, они будут считать, что это вопрос находится под следствием. Заявления малайзийских официальных лиц контрастируют со словами их прокурора Мохамада Ханафия бен Закарии, который во время пресс-конференции Совместной следственной группы заметил, что выводы "основываются на широких расследованиях и законных основаниях", и он их поддерживает. Однако комментарии премьера и министра странным образом повторяют риторику российской стороны, в частности содержание официального заявления МИД РФ, обнародованного на этих днях. Так что международные эксперты и СМИ начали активно выдвигать допущение об экономической составляющей малайзийской поддержки России в деле МН17, в частности речь идет о продолжающихся между двумя странами переговорах о бартере пальмового масла в обмен на авиационную и другую военную технику.

Экспорт пальмового масла занимает 5% ВВП Малайзии и в прошлом году принес в казну 18 млрд долл. США. Однако после решения Европейского парламента о запрете импорта этого продукта с 2020 г. из-за его негативного влияния на окружающую среду страна начала искать пути замещения рынков, чтобы сохранить рабочие места и валютные поступления в госбюджет. Правда, само по себе бартерное соглашение между Малайзией и Россией обещает сомнительную выгоду. С одной стороны, из-за плохого качества и сложного технического обслуживания российских истребителей. Так, по словам малайзийского министра обороны, только четыре из 28 единиц, находящихся в составе королевских ВВС, находятся в рабочем состоянии, а предложенная транспортировка неисправных самолетов в Россию - весьма дорогое удовольствие. С другой стороны - из-за получения Россией вместо около 1 млрд долл. США за 11 истребителей Су-35 чрезмерного количества продукта сомнительной пользы, от которого отказываются цивилизованные страны. Однако Россию трудно заподозрить в рациональности, когда речь идет о борьбе за сферу влияния или поощрение союзников.

М.Махатхир на прямой вопрос журналистов о влиянии фактора "пальмового масла" на его позицию в вопросе расследования МН17 ответил отрицанием, и в чем-то был прав. Ведь сотрудничество между двумя странами продолжалось и во времена его предшественника - Наджиба Разака (Махатхир возглавил правительство в 2018 г.). Не помешал даже факт российского вето на предложенный Малайзией проект резолюции по созданию трибунала, за который так ратовали официальные лица страны, надеясь, что это будет наилучший формат обеспечения правосудия в интересах семей погибших и деполитизации процесса расследования катастрофы самолета.

Малайзия была единственной из нынешних стран - участниц расследования, которая непосредственного контактировала с сепаратистами сразу после катастрофы своего пассажирского самолета, получив из их рук "черные ящики". К Совместной следственной группе страна приобщилась лишь спустя четыре месяца после ее создания. По версии, бытующей в малайзийских и российских СМИ, Малайзию не хотели включать в группу из-за поддержки российской, а не западной версии катастрофы. По другой версии, Украина была против включения Малайзии в эту группу из-за возможной утечки информации к российской стороне. Период своего отсутствия в следственной группе малайзийские политики используют как важный аргумент для критики общего хода расследования. Зато отголосок "информационной работы" РФ до сих пор прослеживается в риторике малайзийских официальных лиц. Так, хотя 24 мая 2018 г. официальное следствие подтвердило, что установка "Бук" и была привезена на оккупированную территорию Донбасса из России и принадлежала 53-й зенитно-ракетной бригаде Министерства обороны России, размещенной в Курской области, а Австралия и Нидерланды официально обвинили Россию в уничтожении МН17, несколько недель назад малайзийский премьер-министр отклонил этот факт. По его словам, он не верит, что "такая дисциплинированная сторона может быть ответственной за запуск ракеты". При этом он не исключил, что "российский тип ракеты мог быть изготовлен в Украине", чем повторил очередную российскую версию, будто ракеты, которой сбили МН17, нет на балансе военных сил РФ, дескать, ее еще в 1986 г. отправили в Украину и после этого в Россию не возвращали.

В нынешних заявлениях М.Махатхира трудно найти однозначную финансовую составляющую поддержки России, скорее, его жизненный и профессиональный опыт, совпавший с периодом холодной войны, рефлексирует на необходимость выбирать, как ему кажется, между Россией и Западом. Он, как и некоторые другие малайзийские политики, пытается отделить акт российской агрессии в Украине, который непосредственно привел к катастрофе гражданского самолета, от самого акта преступления, чтобы не быть вовлеченным в геополитическую борьбу. При этом он очевидно подыгрывает российской стороне, и такое поведение официальных лиц Малайзии порождает лишь смятение в и без того трудном процессе раскрытия преступления, следствием которого стала трагедия МН17.