UA / RU
Поддержать ZN.ua

Не привязывайся ко мне

Нередко случается так, что человек, который так и не получил в полной мере безусловное родительское принятие, всю жизнь ощущает этот дефицит и старается любым способом его восполнить, то есть ищет безусловную любовь там, где ее по определению уже быть не может, - в близких отношениях с другими людьми.

Автор: Алевтина Шевченко

Начало любого вида отношений с другими людьми неизбежно несет в себе эмоциональные риски. Ставки в этом казино чувств очень разнятся - от испорченного настроения после двухминутного общения у кассы супермаркета до невыносимой боли трагических потерь. Если существует так называемая теория шести рукопожатий, согласно которой мы можем найти общих знакомых на планете всего через шесть общих знакомств, то точно так же можно отыскать и эмоциональные связи людей. Мы способны привязываться даже к политикам и артистам, вполне серьезно и ответственно выбираем животных объектами глубоко личных чувств... Но чаще всего, конечно, удовлетворяем потребность в эмоциональной привязанности через романтические отношения, супружество, дружбу, взаимодействие со своими детьми.

Через привязанность к родителям и ежедневное взаимодействие с ними ребенок развивается эмоционально и интеллектуально. Если есть этот будничный отклик на чувства ребенка, обратная связь, то можно сказать, что это лучшее воспитание. И никакие воспитательные теории и воспитательное администрирование ее не заменят. Истинная родительская любовь имеет безусловный характер, что означает абсолютное и полное принятие ребенка независимо от его особенностей. Безусловная родительская любовь - вот та плодородная и питательная почва, на которой вырастает полноценная личность. Однако нередко случается так, что человек, который так и не получил в полной мере безусловное родительское принятие, всю жизнь ощущает этот дефицит и старается любым способом его восполнить, то есть ищет безусловную любовь там, где ее по определению уже быть не может, - в близких отношениях с другими людьми.

Если в детстве человек так и не смог образовать необходимую ему эмоциональную привязанность либо, например, эта привязанность оборвалась раньше времени (что может произойти не обязательно в связи с физическим исчезновением матери или отца - достаточно по какой-либо причине - болезнь, развитие зависимого поведения (алкоголизм), активное "устройство личной жизни" после развода, появление еще одного малыша - эмоционально отгородиться от ребенка), то уже будучи взрослым он продолжает искать себе "родителя". Хотя сами по себе никакие события - ни развод, ни болезнь родителей, ни рождение другого ребенка, если они не стали причиной эмоционального "отгораживания", не несут никакой опасности.

В попытке защититься от душевного дискомфорта (какая бы ни была причина) каждый из нас выбирает броню. Недолюбленный человек либо вызывающе ведет себя, чтобы привлечь внимание настоящего родителя или того, кто его заменяет во взрослой жизни, либо, наоборот, замыкается в себе, стараясь избегать любых близких отношений, чтобы не испытать новую боль. Он вновь и вновь воспроизводит модель деструктивных отношений, пытаясь восполнить дефицит потребности в близости и принятии (иногда это проявляется как созависимость, навязчивая или патологическая любовь, невротическая связь с людьми, не способными к привязанности, - ведь они так напоминают эмоционально холодного родителя). Бывает, постоянно получает микротравмы во вроде бы сложившихся счастливых отношениях - его может обидеть, к примеру, простое желание близкого человека побыть одному. Тому, кто получил травму недолюбленности, обычно не бывает достаточно внимания и любви, у него, можно сказать, особые неутолимые потребности.

Длительные и безуспешные поиски "любви большой и чистой" с завышенными требованиями к идеальному партнеру тоже в этом ряду. Или страх привязываться к кому-либо ("Я просто не переживу потерю, если меня бросят") - так становятся донжуанами или расчетливыми, не способными полюбить безэмоциональными инвалидами. А некоторые так и остаются с голой душой, как блаженный на морозе, со своей травмой отверженности. Одно неосторожное движение близкого человека - и рана углубляется, происходит опасная ретравматизация.

* * *

Зачастую жизненными партнерами травмированных нелюбовью становятся люди с вроде бы противоположными историями. Залюбленный одинокой мамой мальчик может бояться сближения, ведь в его границы то и дело беспардонно вторгались, приписывая себе его достижения. У него может проявляться страх поглощения. Немного похоже на манию преследования: любая попытка сблизиться с этим человеком вызывает у него чувство опасности, нередко в буквальном, физическом смысле.

Происхождение такого страха - из опыта жизни со сверхконтролирующими родителями, когда и ум, и интеллект, и внешние данные, и другие достоинства ребенка - сначала маленького, а потом и взрослого - обесцениваются, поскольку родители считают их своей заслугой. "Это мы тебя так воспитали", "Это в маму ты такая красивая", "Это папа пристроил тебя в институт"... Они из кожи вон вылезут, но купят квартиру подросшему отпрыску, а потом будут помогать деньгами, сделают ремонт и скажут, в какой угол лучше поставить шкаф. Такие родители без тени сомнения присваивают себе куски личности, отрезки жизни другого человека на том простом основании, что они его любят. Неудивительно, что любое сближение такой человек будет воспринимать как покушение на свободу личности. Ведь другой любви он не видел, более того, ему сложно заметить свое эмоциональное неблагополучие - вниманием родителей не обделен, вырос в любви и заботе...

Если чересчур любящий родитель - противоположного пола, то модель отношений с большой вероятностью может быть перенесена в последующую семейную жизнь. Если она, эта жизнь, состоится - ведь такие люди под разными предлогами прекращают отношения, едва им начинает казаться, что партнер приблизился на угрожающее поглощением расстояние. И в то же время если любимый человек не хочет контролировать и поглощать, а тоже желает свободы, то это не распознается как любовь, а воспринимается как "меня не любят". Современная культура облегченных, без длительных обязательств отношений может способствовать тому, чтобы вполне успешно осуществлять такие стратегии довольно продолжительное время.

Страх потери глубоких отношений существует рядом со страхом поглощения любящим человеком. Они лишь кажутся полярными, но в своей основе практически ничем не отличаются: "я не принимаю своего партнера таким, каков он есть". К сожалению, люди с подобными травмами не имеют базового доверия ни к себе, ни к другим, поэтому испытывают затруднения при попытке обеспечить собственные внутриличностные эмоциональные потребности, интересы, нужды, занятия, чувства, привычно возлагая это на другого и привычно разочаровываясь.

Любовью мы называем очень разные ощущения. Если любовь означает для вас страдание и дискомфорт, если взаимоотношения создают угрозу не только настроению, но, возможно, здоровью и безопасности, стоит задуматься над этим, разобраться в схемах собственного поведения и принять тот факт, что близкие - это уже не родители. Что свобода необходима другому так же, как и вам, что можно заботиться о себе и о другом, удовлетворяя истинные, а не нафантазированные потребности друг друга.

Драматизм эмоциональной зависимости от партнера еще и в том, что на уровне интеллекта человек может все прекрасно осознавать, но снова и снова "вляпываться" в зависимые либо не устраивающие его отношения - например, изменять или считать себя обязанным терпеть то, что не устраивает. Бездумно бросаться в отношения, преследовать объект своих воздыханий. И тогда начинается тихая или громкая "война полов". Победителей в ней не бывает. Каждый сам решает, что более рискованно, - избежать построения близких отношений, разобраться со своей постоянной тревогой по их поводу или, как теперь "модно", разрушить близость прежде, чем у нее появится шанс быть достигнутой.