UA / RU
Поддержать ZN.ua

Что означает энергетический спор Парижа и Берлина для Европы и Украины?

Автор: Андрей Чубик

Немецкое издание Bild разместило 28 августа 2023 года статью «Немецкая политика против атома является «исторической ошибкой», ее быстро перепечатали многие англоязычные издания, а особую огласку, видимо, она получила в русскоязычном медиапространстве.

«Это было бы исторической ошибкой лишить нас атомной энергии или замедлить инвестиции в атомную энергетику и атомные инновации в Европе», — такие слова, как отмечает Bild, произнес президент Франции Эмманюэль Макрон перед своими дипломатами в рамках 29-й Конференции послов. При этом он призвал поднимать эту тему в общении с немцами, чтобы убедить их в правомерности позиции Франции о продолжении развития атомной энергии. Последний тезис отсутствует в русскоязычных перепечатках, что на самом деле значительно меняет контекст речи французского президента.

Читайте также: Наблюдательный совет "Укрэнерго" возглавил первый президент энергосистемы ЕС

В Европейском Союзе продолжает действовать принцип суверенного права каждого государства-члена определять общую структуру энергоснабжения и условия использования своих энергоресурсов, а также делать выбор между разными источниками энергии. И хотя это усложняет развитие общеевропейского энергетического рынка, у ЕС сейчас нет политической воли, чтобы изменить эти положения Договора о функционировании Европейского Союза. Компромиссных решений удается достигать благодаря продолжительным и сложным переговорам на уровне дипломатов и топ-политиков, они отнимают значительное количество времени и усилий, тогда как энергетический рынок нуждается в них сегодня.

Франция и Германия уже продолжительное время ведут дискуссию об основных принципах развития рынка электроэнергии в ЕС. В большей степени расхождения возникли из-за исторических предпосылок развития национальных секторов электроэнергетики. Так, после нефтяного эмбарго 1973 года Франция начала интенсивно наращивать мощности атомной генерации, в то время как Германия (и коммунистическая ГДР, и капиталистическая ФРГ) больше сосредоточилась на использовании собственных залежей угля и увеличивала импорт углеводородов из СССР, развивая угольную и газовую генерацию. При этом в Германии стремительно приобретало популярность экологическое движение, которое системно выступало против атома, пропагандировало развитие возобновляемой энергетики и нашло поддержку среди широких слоев населения.

Читайте также: Энергетическая неизбежность – экономить надо в любую погоду

22 апреля 2002 года были внесены изменения в закон об атомной энергетике, которые ввели сокращение сроков эксплуатации действующих реакторов, уменьшение прогнозных объемов генерации на последующие годы и запрет на строительство новых атомных блоков. В декабре 2010-го христианские демократы со свободными либералами попытались продлить сроки эксплуатации действующих АЭС и предоставить атомной генерации статус «переходного энергоносителя» в рамках «Энергетического перехода», однако авария на «Фукусиме-1» 11 марта 2011 года поставила окончательную точку в развитии атомной энергетики в Германии. Чуть больше чем через десятилетие, 15 апреля 2023 года, последние три немецкие АЭС были выведены из эксплуатации.

За публичной заботой о безопасности и ростом общественной поддержки экологической политики в Германии пытались не видеть настоящего бенефициара «энергетического перехода», которому последовательно помогали самые рейтинговые политики в 2000–2010-х годах. Вместо атома статус «переходного энергоносителя» получил природный газ, бесперебойные поставки которого обещали «надежные» российские партнеры по ими же новопостроенной безтранзитной газотранспортной инфраструктуре. И хотя полномасштабная война России против Украины резко ухудшила статус «надежного», а Германия за год смогла избавиться от, казалось бы, критической газовой зависимости, подход к защите собственной структуры энергетического рынка и пути декарбонизации путем временного увеличения использования ископаемых видов топлива не претерпел изменений. Ради справедливости следует также отметить, что у Франции тоже серьезная зависимость от поставок обогащенного урана с Востока — из Казахстана, чей урановый экспорт фактически контролирует Россия. Такая зависимость существенно препятствует расширению санкций ЕС на «Росатом». Учитывая военный переворот в Нигере и отказ хунты поставлять ураносодержащее сырье во Францию, состояние топливного обеспечения французской атомной энергетики ухудшается.

Читайте также: Атомная энергия нужна Европе по геополитическим причинам — Макрон

Германия и Франция являются наибольшими в ЕС производителями и потребителями электрической энергии, а также крупными экспортерами и импортерами. Развитие трансграничной торговли и межгосударственных пересечений способствует росту количества операций на европейском оптовом рынке электроэнергии, которые в первую очередь диктуются спросом и предложением и соответствующими ценовыми сигналами без привязки к национальному рынку. Так, по итогам первого полугодия 2023-го, как сообщает немецкое агентство AG Energiebilanzen e.V., Германия экспортировала на 3,1 млрд кВт·ч больше электроэнергии, чем импортировала. Но после закрытия АЭС в апреле, на протяжении второго квартала 2023 года, импорт превысил экспорт на 6,4 млрд кВт·ч. Этому также способствовали более низкие цены на электроэнергию в соседних странах, в частности, благодаря росту выработки на французских АЭС и на ГЭС альпийских и скандинавских стран при одновременном сокращении генерации немецкими возобновляемыми источниками энергии из-за неблагоприятных погодных условий. Зато летом 2022 года, когда Франция нуждалась в импортной электроэнергии из-за ряда аварийных остановок АЭС и недостатка воды для систем охлаждения, Германия увеличивала производство на своих угольных и газовых электростанциях, несмотря на разгар энергетического кризиса в Европе, инициированного Россией, с невероятно высокими ценами как на первичные энергоносители (газ, уголь), так и на электроэнергию. То есть нельзя в одностороннем порядке обвинять Германию за импорт атомной электроэнергии на фоне закрытия собственных АЭС, и так же Францию — за импорт «смеси» зеленой и ископаемой электроэнергии.

Германия и Франция спорят не только о роли атомной и угольно-газовой генерации в электроэнергетике. Недопонимание также наблюдается в транспортной сфере,  а именно по поводу условий и сроков использования двигателей внутреннего сгорания. При этом беспокойство вызывают не столько сами недоразумения, сколько попытки защищать национальные интересы, блокируя решения общеевропейских органов внесением поправок в последнюю минуту, как это сделал министр финансов ФРГ Кристиан Линднер в марте 2023 года.

Читайте также: Справедливая трансформация и угольная промышленность: европейские тренды и украинские реалии

Масштабный энергетический кризис в Европе, который долго и целенаправленно готовила Россия как часть стратегии блицкрига против Украины, нуждается в солидарности и взаимной поддержке. Граждане Германии и Франции рассматривают свои страны как экономический двигатель ЕС, способный запустить долгосрочный процесс декарбонизации европейской энергетики и экономики, а общую скоординированную энергетическую и климатическую политику — как необходимый залог успешности таких действий.

Можно надеяться, что публичные заявления Макрона — это всего лишь попытки привлечь внимание к актуальным вызовам энергетического сектора Франции, а не предвестники продолжительного политического кризиса и разногласий между крупнейшими экономическими силами ЕС. Как ожидается, это будет способствовать активизации политического, дипломатического и экспертного диалога между Германией и Францией по спорным вопросам, чтобы прийти к взаимоприемлемым компромиссам. В частности, в рамках реализации Плана действий REPowerEU можно ожидать усиления сотрудничества с целью избежать новых инвестиционных проектов по развитию инфраструктуры для ископаемых видов топлива, которые могут оказаться ненужными в будущем. Страны должны активизировать координацию усилий по дальнейшему реформированию общеевропейского рынка электроэнергии и развитию соединительной инфраструктуры, чтобы интегрировать возобновляемую энергетику и балансировать спрос и предложение путем увеличения объемов трансграничной торговли.

Читайте также: Зеленский: Россияне будут пытаться повторить энергетический террор осенью и зимой

От Германии и Франции ожидают лидерства в инициативах, которые бы способствовали развитию производства чистых технологий в Европе для преодоления критической зависимости от китайского импорта. Более того, объединение усилий обоих государств должно было бы в дальнейшем способствовать развитию диалога ЕС с США, чтобы вызовы, связанные с введением Закона о сокращении инфляции, превратить в конкурентные преимущества западного демократического мира.

Какие выводы из французско-немецкой дискуссии могут быть важными для Украины?

  1. Исторически сформированный энергетический сектор должен служить основой для строительства новой декарбонизированной инфраструктуры благодаря использованию всех доступных преимуществ (местных ресурсов, построенной инфраструктуры).
  2. Будущая энергосистема должна строиться с учетом нестабильности функционирования возобновляемых источников энергии и включать достаточные балансирующие мощности для обеспечения гибкости.
  3. Развитие межгосударственных пересечений способствует интеграции энергетических рынков, трансграничной торговле, сглаживает ценовые колебания и повышает устойчивость национальной энергосистемы, но имеет свои ограничения из-за географического положения Украины.
  4. Политический диалог может начинаться серией достаточно резких публичных заявлений, но должен быть подчинен общей стратегической цели, а не краткосрочным целям предвыборного периода.