UA / RU
Поддержать ZN.ua

Европейский газ с российским привкусом

Импорт российского топлива в Украину до сих пор не запрещен

Авторы: Артем Куюн, Иван Марченков

Военная агрессия России привела к радикальному изменению логистики на украинском рынке нефтепродуктов, в частности и сжиженного газа. На замену России и Беларуси основными ключевыми поставщиками сжиженного углеводородного газа для Украины стали Польша, Румыния, Литва и Латвия. Но говорить о полном отказе от российского топлива пока не приходится. Есть основания считать, что продукция из страны-агрессора продолжает поступать в Украину, вот только теперь с европейским паспортом. Развитию явления способствуют различные требования к оформлению документов о происхождении товаров и низкий моральный порог трейдингового сообщества в Украине и ЕС.

Читайте также: В поисках газа

Газовые оборотни

С апреля 2022 года и по сей день торговые площадки пестреют предложениями газа в Вильнюсе, Риге, Каунасе, Даугавпилсе и других точках Литвы и Латвии, где еще год назад весь трейдинг LPG помещался в ведро (см. рис. 1).

Во время полномасштабной войны за 2022 год из Латвии и Литвы в Украину было отгружено 82 тыс. тонн сжиженного газа. При этом к концу года темпы заметно выросли. Все это везется автомобильным транспортом. В период острого дефицита поставки из таких отдаленных точек могут иметь адекватное объяснение, но в последний раз об острой нехватке газа в Украине слышали в мае 2022-го.

Успех нового направления обусловлен единственным фактором — ценой. Газ на латвийских базисах значительно дешевле европейского ресурса в любой соседней стране. В январе разница между ценами различных источников поставок превысила 120 долл./тонна, или 15% (см. рис. 2). Из-за этого многие украинские трейдеры полностью перешли на питание прибалтийским газом.

По данным «Консалтинговой группы А-95», за март—декабрь 2022 года всего лишь у 5% объема газа из Балтии был сертификат Orlen, еще у 38% — другой сертификат, как правило, EUR1, а 57% прибывали вообще без сертификата (см. рис. 3). В первом случае, когда документов о происхождении нет, придется уплатить спецпошлину в 3%, во втором — въезд бесплатный.

Откуда же берется столько газа в Балтийском регионе? Евростат четко показывает, что до 90% газа поступает туда из России (см. рис. 4–6).

То есть весь газ, который едет из стран Балтии без сертификата, российский. Это должно быть понятно. А что же с газом, у которого есть сертификат EUR1? Этим документом поставщик декларирует, что партия имеет в своем составе как минимум 51% газа европейского происхождения. Для того чтобы замешать 34 тыс. тонн «европейского» газа для Украины в течение десяти месяцев войны, продавцам в Литве и Латвии надо было бы приобрести где-то 17 тыс. тонн газа производства ЕС. Теоретически это мог быть продукт завода Orlen Lietuva в городе Мажейкяй, единственного производителя в Балтии, тем более что почти все партии щедро сопровождаются паспортами качества именно литовского НПЗ. Но у паспорта качества нет ни адресата, ни уникального номера, ни привязки к конкретной партии, то есть он носит справочный характер.

Читайте также: В Европе нашли достойную замену России среди поставщиков газа

Расчеты показывают, что газа, производимого на Мажейкяйском НПЗ, вряд ли хватит для получения «балтийского микса» 51-процентной крепости в упомянутых объемах. До 75% ресурса завода реализуется на АЗС PKN Orlen в Литве и Польше. При ежемесячном производстве на Мажейкяйском НПЗ 10–12 тыс. тонн газа в свободную продажу попадает в лучшем случае 1–2 тыс. тонн продукта. В частности, как пишет Евростат, около 13 тыс. тонн пошло в Латвию. Очевидно, это орленовский газ, ведь российского в Латвии хватает с излишком. Еще 4,5 тыс. тонн прямо с литовского завода было отгружено украинским контрагентам.

Источник в литовском офисе Orlen также отмечает, что в 2022 году много газа производства Мажейкяйского НПЗ вообще не покидало завод, а шло на собственное потребление вместо дорогого природного газа. Так происходило на многих нефтеперерабатывающих заводах в Европе.

В целом надо заметить, что с концерном Orlen очень трудно договариваться в вопросе продажи LPG. Любой трейдер, пытавшийся когда-то купить хотя бы машину мажейкяйского газа, хорошо знает, насколько это сложно.

И как тогда рождается столько топлива с сертификатом EUR1? Вариантов два. И хотя они носят гипотетический характер, опрошенные трейдеры соглашаются с жизнеспособностью обоих. Первый — сертификаты можно получить не совсем правомерным путем. Например, представить в орган, который их имитирует (это что-то наподобие нашей Торгово-промышленной палаты), не совсем точные документы. «Никто не будет проверять, действительно ли у тебя есть контракт с производителем в ЕС, какой объем по этому контракту закуплен и сколько уже отгружено. И тем более никто не скажет точно, сколько раз тот же объем уже принимал участие в оформлении сертификатов», — говорит трейдер из Вильнюса. По его словам, сертификат происхождения в Европе никому не интересен и не нужен, и, с точки зрения закона, всем безразлично, откуда этот газ. И в самом деле, не следует забывать, что оборот российского газа в ЕС не запрещен и ничем не ограничен.

«Наша компания продает газ с сертификатом происхождения, когда это нужно клиенту», — говорит менеджер литовской компании. Собеседник добавляет, что для реализации газа на территории Евросоюза сертификат EUR1 не нужен, его обычно спрашивают только украинцы.

Здесь надо отметить, что немалый поток газа российского происхождения идет в Украину и из Польши, которая, к слову, в 2022-м сохранила темпы импорта российского газа на уровне 2021 года. Но, кроме российского газа, Польша покупает и много газа из Швеции, Германии, Казахстана и т.д. Поэтому в теории часть российского газа может потребляться на внутреннем рынке, а часть идти в Украину в составе евромикса.

«В Польше многие компании покупают и продают российский газ, в том числе и в Украину. Полякам не запрещено работать с российскими поставщиками, но этим обычно не хвастаются», — признается польский трейдер.

Владелец компании в Варшаве говорит, что даже разоблачение махинаций никаких санкций за собой не повлечет. «Потому что сертификат происхождения LPG — это необязательный документ. Все усилия государства направлены на сбор налогов. Растаможил в Литве, Латвии или Польше — можешь дальше продавать продукт по ЕС. Экспортируешь? О’кей, главное, чтобы все налоги были уплачены, никакие посторонние бумаги типа сертификатов происхождения никому не интересны», — говорит трейдер.

Второй вариант — карусель. Предположим, компания из Литвы, Латвии или Польши реально замешала экспортную партию европейским газом более чем на 51% и честно получила соответствующий сертификат. Вопрос только в том, сколько раз этот конкретный сертификат был предъявлен на украинской границе. Источники в украинской таможне говорят, что номер сертификата есть в перечне необходимых для оформления груза документов, но проверять номер на предмет предыдущего использования нет ни задачи, ни возможности. «Публичного открытого реестра сертификатов нет, проверка всех данных заберет огромную кучу времени», — говорит опытный трейдер, знакомый с механизмами работы таможни.

В целом чаще всего сертификат требуют банки, чтобы отсеять белорусский продукт и отдельные компании из России, против которых введены европейские санкции. Избежать при этом уплаты пошлины — бонусом.

Еще одно географическо-политическое изобретение балтийского трейдинга — торговля «казахским» газом. В кавычки происхождение взято потому, что LPG с территории Казахстана в страны Балтии поставляется в крохотных объемах. Но это не мешает торговле газом с сертификатом казахского происхождения кипеть в Литве и Латвии. Речь идет о ресурсе компании «КазРосГаз» из Оренбурга, который хоть и рядом с Казахстаном, но ведь вовсе не в его составе. Предприятие перерабатывает добытое им в Казахстане сырье на Оренбургском ГПЗ и прямо оттуда отправляет свою продукцию на экспорт с казахскими документами. Но даже Евростат идентифицирует в своем отчете этот поток как российский. Вопрос, насколько казахским является газ, который производится на заводе «Газпрома», распределяется «газпромовским» трейдером и едет в Европу в вагонах «Газпрома», должен себе задать каждый украинский трейдер.

Подытоживая сертификатную историю, можно констатировать, что львиная доля газа, который идет в Украину из Латвии и Литвы без сертификата Orlen Lietuva, имеет российское происхождение. Важный аргумент в пользу выполненной оценки — цены. Стоимость балтийского микса не находит адекватного объяснения. Даже реальный на 51% европейский микс будет дороже, чем просят латвийские продавцы. Все из-за российской «щедрости». С начала широкомасштабной агрессии российские производители столкнулись с большими проблемами с экспортом LPG, поэтому цены рухнули. В конце прошлого года биржевая цена газа на заводах заснеженной Сибири составляла приблизительно 60 долл./тонна. Можете себе представить, насколько интересно продавать этот же газ в Балтийском регионе по 600–700 долл. Даже немалые средства на транспортировку (250–300 долл.) оставляют россиянам огромный зазор для снижения в цене до уровня, недостижимого для европейцев.

Читайте также: Цена добытого в Украине газа внезапно упала почти на 10 процентов

Изгнание демона

Нашествие российского газа наносит болезненные убытки компаниям, которые дорожат репутацией и не хотят работать с кровавым продуктом. Руководитель крупной польской трейдинговой компании считает, что пока полного запрета на импорт российского газа не будет, он продолжит влиять на рынок. «В итоге все придет к ситуации, когда нужно будет выбирать между совестью и прибылью. Или все торгуют, или никто, третьего не дано», — говорит трейдер. Он признается, что и хотел бы сказать, что Польша или даже ЕС вскоре могут забанить российский LPG, но это было бы неправдой: «Мы слишком сильно зависим от российских поставок, руководство страны хорошо понимает политические последствия внезапного отказа от них». Что касается большой Европы, то LPG в ее поле зрения вряд ли попадет в ближайшее время.

Следовательно, надо готовиться к тому, что российский ресурс еще нескоро уйдет из Восточной Европы, оставляя Москве не только прибыли, но и влияние на энергетическую безопасность.

Для понимания влияния российского газа на энергетическую безопасность рынка приведем свежий пример. По состоянию на январь 2023 года балтийский микс стал настолько дешевым, что фактически сделал невозможным импорт из других источников. Украинские трейдеры столкнулись с вопросом, заданный выше поляком: или ты работаешь с российским ресурсом, или не работаешь вообще. Получается, что рынок или будет наполняться российским газом, или дестабилизируется из-за дефицита. Оба варианта плохие.

Так как же ликвидировать влияние российского продукта на украинский рынок? Быстрого и на 100% действенного рецепта нет. Как видим, расчет на совесть украинских импортеров провалился. Надо смотреть правде в глаза: все хорошо знают, откуда у балтийских трейдеров газ, но от этого круг желающих его купить не уменьшается.

Самое распространенное предложение — повышение пошлины на нефтепродукты без сертификата. С учетом прибыльности Балтийского региона для российских производителей, пошлина в 10% не спасет ситуацию, должна идти речь о 25% и более.

Но, как всегда, есть несколько но. Во-первых, никакой проблемы сделать сертификат EUR1 в Европе, как мы выяснили, нет. Как нет и действенного метода для украинских служб оперативно проверить его аутентичность и чистоту. Повышение финансового барьера для бессертификатного газа не будет успешным без введения жесткого контроля над оформлением сертификатов происхождения со стороны Литвы, Латвии, Польши и других стран. Как быстро это можно реализовать у соседей?!

Во-вторых, даже если сфера выдачи сертификатов будет упорядочена, рынок Украины останется открытым для 49% российского газа в общих объемах импорта из Европы (см. рис. 7). За военные месяцы это около 150 тыс. тонн…

Один из рабочих вариантов базируется на нюансе, который почему-то уже почти год войны остается за кадром. Для многих это было сюрпризом, но импорт российского горючего в Украину не запрещен. В листе подсанкционных товаров нет нефтепродуктов, а 3% спецпошлины на автогаз и 4% на трубный дизель — это все юридические барьеры, существующие сегодня для поставок. «Конечно, мы вряд ли допустим растаможивание продукта с российскими документами, но буквой закона их ввоз не запрещен», — говорит сотрудник с Энергетической таможни.

Поэтому, возможно, следует начать с введения сурового наказания за работу с российскими нефтепродуктами? Уголовная перспектива, очевидно, критически сузит круг желающих поиграть с кровавым газом. Вместе с тем опытные трейдеры понимают, что любое усиление ответственности или налоговой нагрузки увеличит и без этого богатый инструментарий манипуляций для госслужащих. Да и, как показывает опыт, в таких случаях в первую очередь страдают именно добросовестные операторы.

В этом месте также не будет лишним упомянуть о соседском опыте упорядочения рынка. В Польше доступ на рынок нефтепродуктов, стратегическую для страны сферу экономики, очень жесткий. Каждый, кто хочет приобрести лицензию (концессию), оказывается под финансовым микроскопмо. Владелец концессии должен держать определенный запас топлива, то есть фактически несет ответственность за стабильное функционирование рынка. В качестве финансового обязательства выступает кругленькая сумма депозита в банке. Этим депозитом компания рискует в случае выявления нарушения ею закона.

Концессии в свое время отсеяли большинство несистемных мелких игроков, которые обычно составляли основу нелегальных схем и не несли никакой финансовой и экономической ответственности за свою деятельность. Возможно, и в Украине пора задуматься над систематизацией рынка, чтобы повысить его стабильность и ответственность его операторов.

В завершение следует отметить, что сжиженный газ — это не единственное топливо, которое под европейской вывеской массово попадает в Украину. В частности, есть много вопросов к потоку импорта дизельного топлива как с запада, так и с юга, но это уже тема отдельного рассказа.