UA / RU
Поддержать ZN.ua

Студенческий Евромайдан: КРОВЬ и ГРОМ

Было очень страшно. Даже на следующий день мы боялись людей. Ждали опасности отовсюду. Но нас не сломить. Мы хотим жить в свободной стране. Мы уверены в завтрашнем дне. Будем и в дальнейшем отстаивать будущее.

Авторы: Лидия Суржик, Оксана Онищенко

Бурная волна массовых протес­тов, прокатившаяся по стране после кровавой ночи на Майдане, показала: студенчество способно отстаивать свои гражданские права и заставить власть всерьез воспринимать его требования; многие ректоры и преподаватели вузов - кто открыто, а кто неявно - поддерживают студенческое движение.

Кадры жесткого и циничного избиения беззащитных людей, среди которых были совсем дети, поражают больше, чем самый страшный фильм ужасов. До сих пор не могут прийти в себя от пережитого шока участники студенческой акции в поддержку евроинтеграции. Для многих из тех патриотически настроенных юношей и девушек провести ночь на Майдане было еще и романтично. Никто не предполагал, что она станет кровавой.

О том, как все происходило, нам рассказали очевидцы разгона Майдана.

Василина, 21 год:

- Мы мирно пели. Когда около трех ночи пропала мобильная связь, одна женщина сказала: "Это плохая примета. Я слышала, что обычно спецназ осуществляет штурм под утро". Но мы подумали, что этого просто не может быть. Потому что мы ведь не нарушаем закон.

Приехала машина коммунальщиков. Позже появились и рабочие. Мы подошли спросить, что они делают здесь ночью. Нам объяс­нили, что сейчас будут устанавливать елку. Поставили для нее ограду. А потом вдруг начали двигать эту ограду в нашу сторону. Мы заподозрили неладное. Основная часть майдановцев побежала к стеле. Я с флагом Евросоюза осталась. Поэтому видела все события со стороны. Когда напал "Беркут", людей просто сталкивали со стелы вниз, друг на друга. Ребята защищались флагами. По тем, кто падал, бежали другие. Это был вселенский хаос. Мы думали, что девушек и женщин бить не будут. Ребята кричали: "Не бейте девушек!". Но спецназовцы не жалели никого. Я услышала крик девушки. Оглянулась и увидела, как ее, уже почти без сознания, тянут к машине. Мы отбежали к подземному переходу и начали скандировать "Ганьба!". А потом запели гимн Украины. Тогда часть беркутовцев осталась добивать людей возле стелы, а часть побежала за нами. Милиция наблюдала за всем этим. И машина коммунальщиков стояла так, что перекрывала людям дорогу.

Мы забежали в какой-то переулок. Еще почти два часа бродили по улицам, так как связи не было и за помощью обратиться мы не могли. Встретили парня с Майдана, он посоветовал снять украинскую символику, не собираться группами и не стоять на одном месте. Мы так и сделали. Мимо нас неодно­кратно проезжали машины с людьми в камуфляже. Проходили милицейские патрули. Они внимательно всматривались в лица. Было очень страшно. Даже на следующий день мы боялись людей. Ждали опасности отовсюду.

Но нас не сломить. Мы хотим жить в свободной стране. Мы уверены в завтрашнем дне. Будем и в дальнейшем отстаивать будущее.

Тарас, 24 года:

-Мы просто отдыхали. Кто-то грелся возле бочки с костром, кто-то дремал. Неожиданно пропала мобильная и интернет-связь, а уже через час из подземного перехода вышли несколько десятков "коммунальщиков". Они поставили ограду и подвинули ее к Майдану. Вдруг служащие внутренних войск, до этого охранявшие елку, подошли и молча выстроились в шеренги возле нас. Перед разгоном наши ребята разговаривали с милиционерами - нормальные парни нашего возраста. Они говорили, что проходят срочную службу.

Когда подошел "Беркут" с палками и щитами, эти шеренги выстроились в "коробку", единственный выход из которой закрыли елочной оградой. Нам некуда было бежать. Что началось потом - это сплошной ужас: плач, крики, били даже лежачих и тянули их в машины. Мне с товарищем удалось убежать. Спрятались в незаметном уголке одного из дворов. Из своего убежища мы видели и убегающих людей, и беркутовцев, гнавшихся за ними. Мат, крики "Стоять, сука!"... Спецназовцы заглядывали во все уголки, выискивая жертвы. Мы боялись даже дышать. Просидели около двух часов. Потом пошли на Михайловскую площадь.

Просто так, ни за что получить дубинкой по спине - очень больно. Но с другой стороны, я не жалею. Вся страна поднялась с колен. Надеюсь, наша жизнь изменится и у нас будут другие приоритеты. Если бы все в нашей стране - от гаишника до спецназовца - знали, что за нарушение прав человека сядут за решетку, этого бы не произошло. В европейском государстве подобная ситуация просто невозможна.

Нас хотели запугать, но я не боюсь. Вот подлечусь - и снова на Майдан.

Юрий, 23 года:

- Нас было человек двести. Из них половина - студенты. Мы стояли на сцене в несколько рядов. Впереди ребята, за ними девушки и женщины. Увидев "Беркут", кричали до последнего: "Міліція - з народом!". "Беркутовцы" окружили Майдан со всех сторон. А напали со спины. Тяжело об этом вспоминать. То, что вы видели по телевизору, - лишь десятая часть того ада, в который мы попали. Нас толкали, били и гнали в "живой коридор", образованный парнями в форме. Я видел, что они еще сов­сем молоды и с ужасом смотрят на все происходящее. "Коридор" из этих бойцов был длинный, волнистый, как лабиринт. Загнанные, мы не могли понять, куда бежать. Постоянно натыкались на "живую изгородь". Нас гнали палками: "Быстрее!!!". А в конце коридора стояла елочная ограда, и частично загораживала выход машина коммунальщиков. Я не киевлянин, поэтому не мог сориентироваться, где можно спрятаться. Бежал, не разбирая дороги. Незадолго до разгона заглушили телефонную связь, и я даже позвонить никому не мог. Поэтому вместе с несколькими ребятами и девушками "потерялся". Нас долго не могли найти. Но нам повезло. Те, кто, не зная киевских дворов, попали в тупик, были сильно избиты спецназовцами.

Мы хотели, чтобы все узнали о произошедшем. Позвонили на один телеканал. Приехали журналисты, мы все рассказали. А сюжет так и не вышел.

Мама увидела меня по телевизору в новостях. Плакала. Когда я звонил ей в субботу, руки тряслись так, что не мог набрать номер.

Но я не жалею, что был на Евромайдане тогда, и иду туда снова. Это закалило мой дух. Я отстаивал и отстаиваю свою гражданскую позицию. Уверен, что все в Украине будет хорошо.

В одной из социальных сетей через три дня после разгона Майдана появилось обращение девушки - участницы тех событий: "Только сегодня смогла добраться до Интернета... В ту страшную ночь с пятницы на субботу я была на Майдане. Пережила все то, что произошло. Слава Богу, меня спас парень, прикрыв от ударов "Берку­та", когда я упала… Прошу, отзовись, мой спаситель... На Михай­лов­ской в то утро тебя не нашла".

Несмотря на заявления высокопоставленных чиновников о том, что "Беркут" "перегнул палку", буквально на следующий день после разгона Майдана применение силы и нападения на беззащитных студентов повторились.

Активист гражданского движения "Відсіч" Артур Переверзев рассказывает: "Сегодня власть позволила себе то, что просто перечеркивает наше будущее. Студенты должны подняться на его защиту. Молодежь заинтересована в европейском образовании, достойной работе. А это не то, что предлагает нам наше государство.

Пришло время студенчества. Именно поэтому мы ходим по вузам, общежитиям и призываем молодежь выходить на Майдан. Буквально через день после разгона Евромайдана группа наших активистов пришла в общежития педагогического университета им. Драгоманова. В двух из них проб­лем не возникло. Пообщались со студентами, раздали листовки и направились к третьему корпусу. Там и началось… Вахтер вызвала милицию и закрыла дверь, чтобы мы не могли выйти. Пока ждали правоохранителей, к нам подошли "титушки", начали толкать и угрожать. С криками прибежала председатель протабачниковского студсовета. Кстати, она же позже не пус­кала в общежитие журналистов и депутатов.

Когда мы смогли открыть дверь, прямо у входа в общежитие нас встречали милиционеры. На наши просьбы представиться, показать удостоверения и объяснить суть своих претензий они не реагировали. Я увидел, как одного из наших товарищей тащат к машине. Сопротивление милиции оказывать нельзя. Но есть законные методы самозащиты. Тянуть одновременно двух человек правоохранителям тяжело. Поэтому я подошел к товарищу и крепко обнял его. За это получил в упор струю газа из баллончика. Ослепленный, почувствовал, что меня повалили на землю, надели наручники и по асфальту потащили к машине. На помощь пришли наши активисты. Подбежали сразу шесть человек: кто обнял меня, кто сел сверху. Такую кучу народа затащить в милицейскую машину нельзя. Мили­цио­нерам пришлось остановиться. Подошел старший среди право­охранителей, с меня сняли наручники. Кто-то сообщил, что к нам едут народные депутаты от оппозиции. Милиция уехала. "Титуш­ки" исчезли еще раньше. А меня с химическими ожогами "скорая" отвезла в больницу.

Эти события не столько пугают, сколько показывают: в таком государстве жить нельзя. И мы будем бороться за перемены. На следующий день мы с активистами с самого утра пришли в университет им. Драгоманова и собрали целую колонну студентов. Молодежь не испугалась. Пары мы перенесли на Майдан".

Понимая, насколько позорным является применение силы против участников мирных акций протес­та и собраний, некоторые представители власти, по крайней мере в первые дни, сделали вид, что осуждают нарушение закона со стороны правоохранителей во время разгона Майдана. А вот от министра образования Д.Табачника никаких заявлений с высказыванием сочувствия (не говоря уж о защите и поддержке) студенты не дождались. "Те призывы, которыми все время будоражат и обманывают людей представители и руководители оппозиции о киевских студентах, не отвечают действительности. Это сплошная ложь. С пятницы на субботу ни один студент киевского высшего учебного заведения на Майдане Независи­мос­ти не пострадал… Это сверено с данными высших учебных заведений, с информацией деканатов, органов студенческого самоуправления и проверено в медицинских учреждениях столицы Украины", - отделался от проблемы министр.

В этом нелепом и циничном, на наш взгляд, заявлении МОН есть несколько нюансов. Первый: почему отсутствие студентов киевских вузов может как-то оправдать действия "Беркута"? Второй: недавно МОН официально сообщало, что никаких списков студентов-участников Майдана от вузов не требовало. А на самом деле информацию все же собирали? И третий: как заявила Лилия Гриневич, студенты из Киева все же были в ту ночь среди потерпевших.

А премьер-министр Н.Азаров в ходе разговора с Генсеком Совета Европы Турбьерном Ягландом вообще заявил: "На площади не было студентов, там были хорошо подготовленные провокаторы".

В то время как весь мир осуждал кровавые события пятницы, министерство образования не только не выразило хотя бы просто человеческого сочувствия пострадавшим на Майдане людям, но и искало тех, до кого не добрался "Беркут". Как утверждает информированный источник, утром в субботу заместитель Д.Табачника Е.Сулима вызывал на ковер руководителей вузов и объяснял, какую работу надо проводить со студентами. Благодаря СМИ общественность узнала о письме следователя по особо важным делам ГПУ руководству Киевского национального университета им. Т.Шевченко с требованием предоставить списки студентов и преподавателей, отсутствовавших на занятиях в пятницу без уважительных причин.

Когда студенты пытались защитить свои права на мирных акциях протеста, в стенах МОН проходила "конференция титушек". Информацию о том, что в помещении Минобразования находится несколько сотен людей характерной внешности, МОН объяснило так: "Отметим, что с самого утра в помещении МОН, в частности в зале коллегии, проводятся текущие рабочие совещания, среди которых - Всеукраинское совещание по воп­росам развития профессионально-технического образования, участниками которого являются около 100 человек". Позже, сообразив, что такая отговорка кажется неубедительной, пресс-служба МОН дала еще одно, совсем другое оправдание: "У нас сегодня с 8:30 утра действительно было запланированное еще месяц назад совещание главных бухгалтеров и директоров профессионально-технических учебных заведений. И большинство из этих 100 человек годится кто в отцы-матери, а кто и в бабушки и дедушки студентам. И это вранье распространилось в информационном пространстве".

(Интересно, что на фото, размещенных на сайте МОН под "отмазкой", изображены разные аудитории, хотя речь идет об одном совещании. На одном из них события происходят в актовом зале, а на трех других - в зале коллегии. Такая вот нестыковочка...)

Репрессии, которые министерство пыталось применить к студентам, выступившим в защиту своих законных прав, только усилили сопротивление, еще больше сплотив ряды забастовщиков. Массовые студенческие выступления прошли в разных городах страны.

Наверное, ректор Львовского национального университета им. И.Франко Иван Вакарчук был первым из руководителей украинских вузов, кто взял в руки мегафон и призвал выйти на акцию протеста. Колонну студентов НТУУ "КПИ" 1 декабря вывел на улицы города сам ректор Михаил Згуровский. Накануне события он сообщил об этом намерении на своей официальной странице "ВКонтакте". "Помните, это мирная демонстрация, направленная на защиту наших интересов, в соответствии с Конституцией Украи­ны", - сказал ректор.

Студенты Киево-Могилян­ской академии одними из первых поддержали всеобщую забастовку студентов в знак протеста против блокирования правительством процесса подписания Соглашения об Ассоциации с ЕС. За что сразу попали под каток репрессивной машины - в университет нагрянули ревизоры Госинспекции учебных заведений с комплексной проверкой.

Однако Могилянку запугать не удалось - студенты и преподаватели вышли на Евромайдан. В то время как в некоторых столичных и региональных вузах ректоры закрыли двери на замки (в прямом и переносном смысле), а администрация ДонНУ даже вызвала наряд милиции для подавления студенческой забастовки. Хранит молчание Академия педагогичес­ких наук. Лишь одиночные общественные организации и научные учреждения отреагировали на расправу силовиков над участниками студенческого Евромайдана. "Мы осуждаем действия МОН и руководителей вузов, угрожающих студентам репрессиями", - говорится в частности в заявлении Акаде­мии наук высшей школы.

"Я не боюсь... Не бойтесь и вы. На нас всех убийц и тюрем не хватит", - с таким заявлением, осуждающим агрессию против участников акции на Майдане, выступил ректор Киевского педагогического университета им. Б.Гринченко, екс-замминистра образования Виктор Огневьюк.

В комментарии нашему еженедельнику он мотивировал свою позицию так: "Меня глубоко шокировало надругательство над беззащитными студентами, юношами и девушками, жестокое избиение других граждан. Не представляю, как, смолчав, смогу зайти в аудиторию к студентам и говорить с ними о вечных ценностях, гуманизме, любви к ближнему, конституционных правах.

Считаю, что учитель, не вставший на защиту детей, не имеет права на профессиональную деятельность. Как человек, отец, дедушка, педагог, ректор университета, в котором учится восемь тысяч студентов, я хорошо знаю нашу молодежь, которая любит Украину и поверила правительству, до последнего момента надеясь, что двери ЕС откроются вместе с широкими европейскими перспективами, и не их вина, что этого не произошло. За что же их так жестоко наказывать? Кто их так ненавидит? Кто посмел поднять дубинки на молодежь, певшую Гимн Украины? Это было избиение меня, дела, которым я всю жизнь занимаюсь. Это было уничтожение моей педагогики. Немало лет я работал во влас­ти, будучи ректором, всегда стремился найти компромисс с властными институциями ради создания наилучших условий обучения студентов, чтобы помочь им стать гражданами, лидерами, научить их служить людям, общине и общест­ву. Но в существующих обстоятельствах искать компромисс с совестью не стал, не смог и не буду!"

Эти слова из уст педагога и ректора кажутся нам симптоматичными. Ведь до сих пор руководители образовательных учреждений, за исключением одиночных случаев, не проявляли своей гражданской позиции, оставаясь большей частью исправными "винтиками" авторитарно-бюрократической системы, покорными исполнителями министерских приказов и директив.

Очевидно, изменение настроений в образовательной среде почувствовали и руководители МОН. (Пока не ударит гром, в МОН не перекрестятся?) Так это или нет, но, наверное-таки, поняли, что с репрессивными методами перестарались. И потому решили уступить студентам, устроившим в среду массовый пикет Минобразования. Министерство издало приказ №1694 от 4.12.2013, в котором, в частности, напоминает руководителям вузов о недопустимости административного давления на студентов. МОН рекомендует руководителям вузов I–IV уровней аккреди­тации организовать учебный процесс "с учетом конституционных прав студентов свободно высказывать, формировать свои мысли, взгляды, убеждения и собираться для мирного их выражения".

Удивительно, что о таких элементарных вещах, понятных и привычных любому европейцу - права на свободу слова и высказывание своих взглядов, на мирные собрания, - министру образования (он же - действительный член Академии правовых наук) студентам пришлось напоминать. Про­мол­чал по этому поводу и "независимый" Общественный совет при МОН, цель деятельности которого (согласно Положению об Общественном совете) - "реализация в Украине принципа верховенства человека, развития гражданского общества и правового государства, обеспечение свобод, прав и интересов человека и гражданина".

Однако победа студентов в переговорах с МОН может означать и нечто иное.

Глава парламентского комитета по вопросам науки и образования Лилия Гриневич предостерегает: "Приказ Министерства образования о том, что административное давление на студентов недопустимо, на самом деле означает не только победу студентов, но и то, что Минобразования самоустранилось от этого вопроса. Поступающая информация свидетельствует, что весь прессинг на студентов и преподавателей будет осуществляться через прокуратуру под видом расследования событий во время разгона Майдана. Ко мне обращаются преподаватели, которых уже допрашивали представители этого ведомства. В письмах, будто бы полученных вузами от ГПУ, среди прочего содержатся три требования: предоставить списки студентов-участников акций протеста, списки преподавателей и списки активистов. Очень напоминает 1937 год. Эти три требования могут создать условия для репрессий, административного давления и давления со стороны правоохранительных органов. Я обратилась с письмом к Генераль­ному прокурору Украины В.Пшон­ке с просьбой подтвердить или опровергнуть наличие писем такого или подобного содержания от Генеральной прокуратуры Украины, прокуратуры АР Крым, областей, городов Киева и Севастополя, городских, районных, межрайонных, районных в городах прокуратур в учебные заведения".

Мы мечтали о том, чтобы университеты стали центрами независимой мысли, точками кипения, из которых в обществе распространяется новое и прогрессивное. И хотя общественности пока не удалось отстоять новый закон о высшем образовании, способствующий этому, события Евромайдана показали: этот процесс у нас начинается. И это первый шаг к свободной европейской Украине.

Пам'ятка студенту - учаснику мирних акцій протесту

ЗНАЙ ГРОМАДЯНСЬКІ ПРАВА, ГАРАНТОВАНІ КОН­СТИТУЦІЄЮ:

1. Стаття 34: "Кожному гарантується право на свободу думки і слова, на вільне вираження своїх поглядів і переконань".

2. Стаття 39: "Громадяни мають право збиратися мирно, без зброї і проводити збори, мітинги, походи і демонстрації, про проведення яких завчасно сповіщаються органи виконавчої влади чи органи місцевого самоврядування".

3. Стаття 29: "Ніхто не може бути заарештований або триматися під вартою інакше як за вмотивованим рішенням суду і тільки на підставах та в порядку, встановлених законом.Кожному заарештованому чи затриманому має бути невідкладно повідомлено про мотиви арешту чи затримання, роз'яснено його права та надано можливість з моменту затримання захищати себе особисто та користуватися правовою допомогою захисника. Про арешт або затримання людини має бути негайно повідомлено родичів заарештованого чи затриманого".

ЯКЩО ТЕБЕ ЗАТРИМАЛИ, ЗНАЙ:

1. Адміністративне затримання може здійснюватися лише у 2 випадках: злісної непокори законним вимогам правоохоронців та порушення порядку організації і проведення зборів, мітингів, вуличних походів і демонстрацій.

2. Будь-яка дія/протидія під час затримання буде розцінюватись правоохоронцями як "злісна непокора".

3. Адміністративне затримання може тривати не більш як три години (ст. 263 КоАП), після чого має бути прийняте рішення стосовно вчинених дій.

4. У разі адміністративного затримання складається протокол і підписується посадовою особою, яка його склала.

5. Чотири правила надання пояснень:

- заперечуй свою провину, наголошуй на грубому поводженні з тобою правоохоронців (якщо таке мало місце);

- у разі отримання тілесних ушкоджень від дій правоохоронних органів вимагай надання медичної допомоги та медичної довідки про їх характер;

- зазначай конкретних свідків, які могли б підтвердити написане тобою, вимагай допитати їх. Прото­кол їх допиту вимагай долучити до справи.

Якщо міліція явно фальсифікує обставини вчиненого порушення, краще взагалі відмовляйся від давання будь-яких свідчень - ти зможеш надати їх під час розгляду справи у суді.

7. Залучай до справи тільки адвоката, у чесності і порядності якого ти впевнений. У жодному разі не користуйся послугами адвоката, наданого співробітниками міліції.

ЗАТРИМАНИЙ В АДМІНІСТРАТИВНІЙ СПРАВІ має
право відмовитись від підпису під протоколом (ст. 256 КоАП).

Це дасть тобі змогу під час розгляду справи викласти всі обставини справи без міліцейського тиску.

ВИМАГАЙ ВІД МІЛІЦІЇ:

- роз'яснення причинзатримання, своїх прав та обов'язків;

- негайного сповіщення родичів(ст.29 Конституції України, ст.261 КоАП);

Якщо протягом трьох годин тобі не пред'явлено звинувачення - вимагай зустрічі з начальником міліції, прокурором, складай скаргу до суду на протиправні дії правоохоронців.

Пам'ятку підготували активісти Євромайдану