7 июня исполняется 100 лет со дня рождения народного художника Украины Анатолия Базилевича. Десять лет он посвятил созданию более 130 иллюстраций к «Енеїді» Ивана Котляревского, ставших каноном украинской книжной графики.
К юбилею мастера ZN.UA рассказывает, как Базилевич превратил античный миф в настоящий казацкий эпос; откуда брал типажи для своих троянцев-запорожцев и в чем феномен его визуального кода, который остается современным и сегодня.
«Еней, попливши синім морем, на Карфагену оглядавсь…»
Анатолий Базилевич родился 7 июня 1926 года в Жмеринке, на Винниччине, в семье местного инженера. Впоследствии семья переехала в индустриальный Мариуполь, где прошли детские и юношеские годы будущего художника.
В 1943 году во время массовых депортаций населения с оккупированных территорий семнадцатилетнего юношу вместе с семьей принудительно вывезли товарными вагонами на территорию нацистской Германии.
Базилевичи стали остарбайтерами — рабочими из Восточной Европы, которых военная машина Третьего рейха использовала как дешевую рабочую силу на промышленных объектах. Семья Базилевичей оказалась в немецком портовом городе Штральзунде на берегу Балтийского моря.
В 1944 году во время масштабной бомбардировки Штральзунда авиацией союзных войск от полученных ранений трагически погиб отец художника. В тот день 110 американских самолетов сбросили более 300 тонн бомб на город.
Базилевич вместе с матерью чудом выжил и был вынужден оставаться на территории Германии вплоть до окончания войны. Опыт принудительной депортации, статус беженца, пребывание в эпицентре бомбардировок и потеря самого родного человека на чужбине глубоко повлияли на формирование его мировоззрения.
После завершения боевых действий в 1945 году Базилевич с матерью преодолели сложный путь репатриации в Советский Союз и вернулись в Мариуполь. Отношение советской власти к бывшим остарбайтерам было подозрительным: таких людей отправляли в фильтрационные лагеря, и они часто подвергались социальной дискриминации.
Анатолий Базилевич устроился работать художником-оформителем на металлургический завод в разрушенном Мариуполе. В свободное от работы время он настойчиво готовился к поступлению в вуз, рисуя портреты рабочих и индустриальные пейзажи восстановления.
«Еней був парубок моторний і хлопець хоть куди козак…»
В 1947 году Анатолий Базилевич успешно сдал экзамены и поступил в Харьковский художественный институт, где учился до 1953 года. После получения диплома с отличием художник переехал в Киев.
В столице начал активное сотрудничество с ведущими республиканскими издательствами — «Молоддю», «Веселкою», «Дніпром» и другими. В то время официальным и единственным разрешенным направлением в советском искусстве был социалистический реализм, требовавший от художников монументальности, героизации труда и идеализации советской действительности. Любые отклонения от партийной линии угрожали художнику потерей заказов и социальной изоляцией.
Сам Базилевич отказался преподавать книжную графику в Киевском художественном институте в знак солидарности с уволенным за «национализм» коллегой-шестидесятником Григорием Гавриленко.
Книжная графика стала для многих талантливых художников своеобразным внутренним приютом, где цензурное давление было несколько слабее, чем в монументальной или станковой живописи.
Базилевич избегал статических поз, чрезмерного пафоса и искусственной героизации. Его интересовали живая человеческая пластика, сложная мимика, анатомическая точность и бытовые детали.
Художник начал иллюстрировать произведения классиков мировой и украинской литературы, в частности, сказки Ивана Франко, стихи Тараса Шевченко и юмористические стихотворения Степана Руданского. Современники вспоминали, что у Базилевича была феноменальная зрительная память, способность мгновенно фиксировать характерные особенности прохожих и переносить их на бумагу.
Определяющим этапом в формировании его авторского стиля стала работа над иллюстрациями к роману Ярослава Гашека «Пригоди бравого вояка Швейка».
Это произведение дало возможность графику отточить сатирический почерк. Он изобразил главного героя не просто как комического недотепу, а как архетип маленького человека, использующего иронию, мнимый идиотизм и юмор как механизм выживания в условиях имперской бюрократии.
В своей работе Базилевич использовал преимущественно туш, перо и кисть, иногда добавляя легкие акварельные заливки. Он не признавал механического копирования реальности.
Работая в мастерской, Базилевич мог часами стоять перед большим зеркалом, выбирая необходимые позы, имитируя гнев, испуг или хохот, чтобы максимально достоверно передать сокращение мышц и складки одежды. К позированию он регулярно привлекал своих коллег-художников, друзей и соседей, превращая процесс создания рисунка в своеобразную театральную постановку.
«Любов к отчизні де героїть, там сила вража не устоїть…»
Базилевич не был первым иллюстратором «Енеїди». До него над произведением работали Василий Корниенко, Георгий Нарбут, Михаил Дерегус, Иван Ижакевич и Федор Коновалюк. Но именно прочтение Базилевича сломало традицию: там, где предшественники придерживались этнографического иллюстрирования, он построил кинематографичный по логике визуальный мир.
Работа продолжалась 10 лет. Это был беспрецедентный по масштабам и глубине подход к книжной иллюстрации. Художник создал более 130 многофигурных композиций, тщательно проработав каждый персонаж, а также массовые батальные и банкетные сцены.
Чтобы достичь максимальной исторической достоверности, Базилевич проводил недели в архивах и музеях, подробно изучая казацкое оружие, бытовые вещи, архитектуру, одежду и даже формы люлек из коллекций Дмитрия Яворницкого.
Полное подарочное большеформатное издание «Енеїди» с иллюстрациями Базилевича вышло в издательстве «Дніпро» в 1968 году — к 200-летию Ивана Котляревского. Первый тираж в пять тысяч экземпляров раскупили за считанные недели; впоследствии книгу переиздавали более полутора десятков раз с совокупным тиражом свыше миллиона экземпляров.
Феноменальный успех объяснялся не только именами Котляревского и художника, но и самой конструкцией книги. Базилевич построил ее по логике комикса: на правой странице каждого разворота — полноформатная полноцветная иллюстрация.
В ход шли и откровенно эротические, близкие к пин-апу приемы — чувственная Дидона, обнаженные богини в чепцах и ожерельях. Этот короткий период разрешенной игривости быстро прошел: уже из переизданий 1970-х большинство «свободных» рисунков изымали, а в школьные издания они вообще не попадали.
Специфика подхода Базилевича к «Енеїді» состояла в визуальной деконструкции мифа. Котляревский переработал античный сюжет, превратив троянцев в украинских казаков. Базилевич пошел еще дальше, визуализировав этот контраст с кинематографической точностью.
Его боги на Олимпе выглядят как карикатурные земные паны: Зевс изображен с кружкой пива или водки, Венера возникает в образе кокетливой мещанки, а сцены в аду пестреют деталями народного быта.
Графику удалось изменить визуальное восприятие украинского казачества. Он оторвал этот образ от традиционных провинциальных штампов, печального плача и лубочной шароварщины, предложив обществу жизнеутверждающие, грубые, анатомически совершенные и психологически достоверные архетипы свободного человека.
За создание этого цикла иллюстраций Базилевич получил звание Заслуженного деятеля искусств УССР, а в 1993 году ему было присвоено звание Народного художника Украины.
Последние годы своей жизни Анатолий Базилевич провел в Киеве, где и умер 30 июня 2005 года в возрасте 79 лет. О наследстве художника заботится его сын, график Алексей Базилевич, — и именно благодаря сохраненным в семье оригиналам эти иллюстрации снова возвращаются к публике.
К 100-летию со дня рождения художника в столичном артцентре «Я Галерея» проходит выставка «Енеїда Базилевича», которая будет действовать до 14 июня. В экспозиции представлены оригиналы иллюстраций, подготовительные эскизы и архивные материалы, которые дают возможность проследить процесс формирования визуального кода от первых очерков к созданию полноценного графического романа своей эпохи.
Параллельно в сотрудничестве с Национальным академическим драматическим театром имени Ивана Франко на втором этаже театра проходит выставка «Нескінченна Енеїда» под кураторством Павла Гудимова.