Там, где ночует безысходность

30 октября, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №41, 30 октября-6 ноября

Люди, которые годами не видят солнечного света. Женщина, которая живет (и спит!) в инвалидной коляске. Пациенты, вынужденные докупать хлеб на крохи своей пенсии, чтобы не умереть с голода. Смрад, грязь и безысходность в глазах персонала. Мокрые пеленки вместо памперсов. Все это — реалии многих украинских психиатрических больниц и психоневрологических интернатов.

 

Места мучений, а не оказания помощи увидели в психбольницах  и психоневрологических интернатах мониторинговые группы НПМ

Люди, которые годами не видят солнечного света. Женщина, которая живет (и спит!) в инвалидной коляске. Пациенты, вынужденные докупать хлеб на крохи своей пенсии, чтобы не умереть с голода. Смрад, грязь и безысходность в глазах персонала. Мокрые пеленки вместо памперсов. Все это — реалии многих украинских психиатрических больниц и психоневрологических интернатов. 

В стране, которая взяла курс на Евросоюз, десятки тысяч людей в закрытых учреждениях страдают от нехватки пищи, медикаментов и ухода — всего того, что, с точки зрения международных стандартов, приравнивается к нечеловеческому, жестокому обращению и пыткам. О реабилитации часто вообще говорить не приходится.

В Украине действуют 144 психоневрологических интерната (ПНИ), в которых проживает почти 28,3 тыс. человек с нарушениями психики, и около 70 психиатрических больниц, рассчитанных на 30 тыс. коек. 

Долгое время эти учреждения были практически закрыты для не зависимого от государства мониторинга соблюдения прав человека. Отдельные отрывки информации поступали из рассказов вышедших оттуда людей, из материалов журналистов, которые устраивались туда работать "под прикрытием". Но такие фрагменты не давали комплексного понимания и целостной картинки — что же происходит в психбольницах и психоневрологических интернатах.

приют_6
Кладбище пациентов в Любецком ПНИ

Ситуация изменилась в конце 2012 г., когда начал работать Национальный превентивный механизм (НПМ). С тех пор сотрудники Офиса Уполномоченного Верховной Рады по правам человека, а также общественные наблюдатели-волонтеры получили право 24 часа в сутки, 7 дней в неделю без предупреждения и беспрепятственно посещать все места несвободы в Украине — места, где человек находится под контролем или опекой государства. Это СИЗО, колонии, психиатрические учреждения, интернаты, социально-реабилитационные центры, гериатрические пансионаты, воинские части и т.п.

Какие же выводы можно сделать после первых трех лет посещений учреждений психиатрического и психоневрологического профиля? Предлагаю посмотреть, в каких условиях живут подопечные этих учреждений, на примере Черниговской области. Сразу скажу: это не проблема одной области, поскольку ситуация типична для многих других учреждений по всей Украине.

Левоньковская психиатрическая больница

О том, что условия пребывания и лечения в Левоньковской психиатрической больнице ужасные и не соответствуют даже минимальным стандартам, стало известно в июле. 

Некоторые из пациентов находились в больнице по 20–30 лет, хотя такие пациенты должны находиться в интернате. 

Свои пенсии они передают медперсоналу учреждения. Деньги больных тратятся не только на хлеб и продукты (на питание пациентов выделяется 6,56 грн в день: люди недоедают и должны покупать хлеб за собственные средства), но и на потребности больницы: ремонт и строительные материалы, приобретение постельного белья и т.п. 

Комнаты тесные: площадь на одну койку меньше, чем в колонии, — 2,2 кв. м на человека. Туалетом в отделениях может пользоваться только персонал, пациенты же даже зимой пользуются уличным туалетом без двери. Постельное белье грязное, пациенты неопрятные.

приют_7
Постельное белье

Городнянский психоневрологический интернат

Во время визита в Городнянский ПНИ наблюдатели стали свидетелями небрежного ухода за лежачими подопечными: они лежали без подгузников, мокрые, в моче, дощатый пол в комнатах пропитан испражнениями, вследствие чего стоял сильный неприятный смрад. При этом на складе обнаружили памперсы. Подопечным не стригли ногти, из-за чего они просто отрастали и отпадали.

"Подопечная с раковой опухолью ни разу в течение трех лет не была осмотрена врачом-онкологом", — вспоминает представительница Департамента по вопросам реализации Национального превентивного механизма Офиса Уполномоченного ВР по правам человека Ирина Сергиенко.

Никаких занятий в интернате не предусмотрено, поэтому целыми днями люди просто сидят или ходят по коридорам, копают огороды или пасут коров. На вопрос мониторов, почему за 38 лежачими подопечными ухаживает только одна санитарка, медицинская сестра и директор учреждения ответили, что вторая санитарка пошла с подопечными копать свеклу. При этом некоторые женщины поделились, что в ответ на нежелание идти работать персонал грозится не отдать положенную им часть пенсии. Также жаловались на плохое питание и недоедание.

Любецкий психоневрологический интернат

Пациентки Любецкого психоневрологического интерната уже несколько лет не выходили на улицу — в отделении для тяжелобольных нет пандуса для колясок. Подопечных из отделения для "неблагонадежных" (женщин, склонных к бегству) не выпускают на улицу. 

приют_3
Жизнь этой женщины проходит в коляске

Ни в одном из отделений нет емкостей с питьевой водой, не используются памперсы. На лечение одного больного предусмотрено 1,45 грн в сутки. 

Безысходность?

На самом деле выход есть, но он значительно сложнее, чем увольнение двух-трех директоров или показательная прокурорская проверка. Смена руководителя учреждения не всегда ведет к улучшению качества жизни подопечных. Штрафы, выговоры или увольнение среднего и младшего персонала тоже вряд ли что-то решат. Да и спросим себя откровенно: стоит ли очередь желающих занять их места — выполнять сложную, грязную, нервную работу по обслуживанию больных за копейки и часто с двойными или тройными нагрузками?

приют_5
Памперсов в Любецком интернате нет

Необходимы системные изменения, на которые персонал на местах просто не в состоянии повлиять. Прежде всего — со стороны Верховной Рады и правительства, Министерства здравоохранения и Министерства социальной политики, а также органов местной власти, которым эти учреждения подчиняются. 

Во-первых, надо менять устаревшую нормативно-правовую базу, различные приказы и другие подзаконные акты, которыми эти учреждения руководствуются. Надо гармонизировать все эти правила и нормы с современными европейскими стандартами.

Во-вторых, надо менять систему распределения средств в финансировании. Психбольница, в которой на питание одного пациента выделяется 6,5 грн в день, или ПНИ, в котором на лечение подопечного приходится 1,5 грн в день, просто не могут обеспечить качественное и комфортное проживание клиентов.

приют_2
Столовый прибор

Важно, чтобы расходование средств было разумным, прозрачным и базировалось на интересах подопечных, а не на подчас довольно специфическом видении администрации. Когда, например, при наличии средств на ремонт учреждения их прежде всего тратят на приведение в порядок кабинетов персонала, коридоров или вестибюля, а не на ремонт комнат, в которых живут подопечные.

С недостатком финансирования связана еще одна проблема — нехватка медицинского персонала. Не каждое учреждение имеет соответствующие нормативам должности врачей (обычно нет психологов, специалистов по реабилитации, стоматологов), не хватает младших медицинских сестер.

В-третьих, важно идти в русле современной тенденции в мировой психиатрии — разгоспитализации. Огромные "комбинаты психического здоровья", в которых может находиться до полутора тысяч подопечных, должны остаться в прошлом. Средние сроки пребывания человека в психиатрической больнице надо уменьшать, где это возможно — переводить больных на дневной стационар. Смысл работы таких учреждений должен заключаться не в том, чтобы успокоить подопечного и "законсервировать" его в своих стенах, а чтобы провести ресоциализацию и максимально адаптировать и вернуть пациентов к жизни в обществе. Уменьшение количества коек позволит сэкономить средства и перенаправить их на другие потребности учреждений. 

приют_4
В 7 утра пациенты завтракают и идут работать

Но самое важное изменение — это то, которое должно произойти в головах персонала учреждений и всей вертикали, которой они подчиняются. С 1948 г., когда была принята Всеобщая декларация прав человека и начали развиваться международные стандарты защиты прав человека, многое изменилось. Но об этих стандартах администрация психбольниц и психоневрологических интернатов часто даже не слышала. Бывает, они нарушают их часто не нарочно, а просто потому, что не знают, например, что на одного подопечного должно приходиться, минимум, 6 (в психбольницах) — 8 (в ПНИ) кв. м площади в комнатах, в которых они живут. Потому что им не приходит в голову, что каждый пациент (и лежачий в том числе!) имеет право на ежедневную прогулку и должен видеть солнце, дышать свежим воздухом. Потому что у персонала часто низкая квалификация, нет знаний и навыков по уходу за людьми с инвалидностью. К сожалению, соответствующим обучением своего медицинского персонала занимаются лишь отдельные директора учреждений. 

Персонал учреждений психиатрического профиля должен научиться видеть людей в своих пациентах и подопечных. А общество должно перестать относиться к этому как к неудобной проблеме, которую надо скрыть. Курс надо взять на качество жизни и максимальную реабилитацию людей с психическими нарушениями. Положительные примеры есть, даже в Украине. Но это уже тема для другого материала.

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно