ВОЗМОЖНОСТЕЙ ПОРАБОТАТЬ ЗА ГРАНИЦЕЙ ДЛЯ УЧЕНОГО ОЧЕНЬ МНОГО, НО МЫ УЖАСНО НЕПОВОРОТЛИВЫ И ИНЕРТНЫ

21 ноября, 1997, 00:00 Распечатать Выпуск № 47, 21 ноября-28 ноября 1997г.
Отправить
Отправить

... Ирина Теренецкая из Института физики НАНУ не обижена судьбой. На конгрессе Международного обще...

...

Ирина Теренецкая из Института физики НАНУ не обижена судьбой. На конгрессе Международного общества по оптическим технологиям (SPIE) в Калифорнии ее исследования по фотохимии производных витамина Д были признаны лучшей в мире работой по лазерам медико-биологического применения. И все же это лишь один из штрихов в биографии этого талантливого исследователя и чрезвычайно энергичного и целеустремленного человека. За этим последовали приглашения для докладов и исследований в Германию, Венгрию, Японию. Сейчас она снова в Японии. Такая бурная деятельность в то время, когда большинство ученых жалуется на недостаток возможностей, уже повод для анализа. Что позволяет одним ездить и работать, а другим стенать и жаловаться на жизнь?

Прошедшим летом в Греции собралось немало исследовательских групп из различных стран. Задача совместного международного эксперимента состояла в том, чтобы дать ученым в ежедневном общении понять - чья методика, чьи биодозиметры лучше в определении такого важного фактора, как влияние ультрафиолета на живое.

Витамин-Д-дозиметр, привезенный Ириной Теренецкой, оказался очень эффективен. Вскоре выяснилось, что он позволяет получать результаты, которые находятся в точном соответствии с результатами других приборов, но при этом обладает весьма существенными преимуществами. Среди которых то, что свои результаты выдает очень быстро.

- Сейчас наша задача, - объяснила Ирина Теренецкая, - сделать прибор компактным, простым, удобным в обращении. Ведь пока это еще только модель. У меня есть украинский патент. Следовало бы найти средства, чтобы сделать этот патент европейским, запатентовать в других основных странах. Да, за это надо заплатить сравнительно большие деньги. Но дело беспроигрышное. Окупится сторицей. Примеров тому немало. Я видела в Японии прибор, созданный в Минске. Японские ученые им очень довольны - параметры вполне на мировом уровне, цена бесконечно меньше. А попал он в Японию только за счет того, что японец побывал в МГУ, и здесь сыграл свою роль господин случай, а не нормально поставленный маркетинг.

Мы много прекрасных разработок теряем, потому что нет достаточного количества хороших, понимающих менеджеров. Взять хотя бы пример Венгрии. Их приборы можно встретить даже в Австралии. И все за счет того, что они нормально организовали торговлю своими изделиями. Грустно видеть у нас прекрасные разработки, которые так и останутся в единственном лабораторном варианте. А ведь они могли принести огромные дивиденды.

В Японии я посетила институт, который делает науку XXI века. Там нет постоянного штата - приглашаются на пять лет ученые со всего мира со своими командами, прошедшие экспертизу. Работа буквально кипит. Для меня было шоком, когда я увидела лабораторию, оборудованную на самом современном уровне, но все это разрушается, так как срок контракта закончился и на старых площадях уже начинают свой проект новые люди. Философия этого научного учреждения - постоянная смена. Они считают: одни и те же лица на одном месте - застою подобны.

Сами проекты финансируются прекрасно. Здание института производит просто оглушительное впечатление - огромное, сверхсовременное, с эскалаторами, лифтами, с грандиозными холлами и бесчисленными помещениями. Много суеты: буфетов, киосков, продаж - здание эксплуатируется еще и коммерческими фирмами.

Задача моей поездки - посещать институты, университеты, читать лекции о своих разработках и затем написать отчет о том, где я была, что видела, каково мое мнение об организации японской науки, ну и мои предложения.

Еще одна организация, поразившая меня, - исследовательский центр Хамамацу. Когда-то все здесь началось с того, что японский ученый передал и принял телевизионное изображение иероглифа. На основе этого революционного достижения была создана фирма, которая по оптоэлектронным вещам сегодня является ведущей в мире. Нам не мешает познакомиться с тем, как у них организовано дело, как их директор выбирает новую тематику.

Еще до знакомства меня очаровали отзывы о нем. В проспектах я видела его портреты - такой себе дядечка весьма украинского профиля: широколицый, добродушный, с обаятельной улыбкой. Но у него достаточно жесткая идеология. К примеру, совет директоров что-то ему предлагает. Если 8 человек категорически против и утверждают, что «это реализовать нельзя, это авантюра», а только двое робко говорят: «в этом что-то есть, но мы совершенно не знаем, как это сделать», у такой идеи много шансов попасть в план работы учреждения. Он берет только совершенно оригинальные вещи.. А если восемь убеждены, что это реализовать можно, и они даже видят как, то он с большой долей вероятности отклонит проект, так как для его фирмы такой масштаб мелковат и все это может в перспективе оказаться слишком банально.

Фирма ориентирована на разработку совершенно оригинальных вещей, до которых трудно додуматься и поэтому с ними трудно конкурировать. Они мне показали замок, считывающий... отпечатки пальцев. Он не впустит чужака! Японцы этим замком гордятся.

Кстати, лаборатории оборудованы совершенно сказочно. И все же я не увидела, чтобы дорогостоящие уникальные приборы использовались эффективно. Поэтому на совместном украинско-японском семинаре и в своем отчете я все время подчеркивала мысль: в Украине есть интеллект, есть образованные люди, а в Японии, где есть свободное оборудование, есть колоссальная трудоспособность, колоссальная аккуратность, настойчивость, но не всегда этому сопутствует полет мысли, не мешает объединить эти два полюса - сотрудничество было бы взаимно полезным.

- И что же мешает развернуться этому сотрудничеству? - спросил я у Ирины Теренецкой. - В Москве недавно я был свидетелем, как московские ученые договаривались с англичанами, что те передадут им свое старое оборудование. Кстати, это для англичан оно старое, а для нас - это XXI век. И на этом оборудовании москвичи рассчитывают сделать хорошие пионерские работы. Голь на выдумки хитра! Почему бы и нам не сделать так? Почин есть - в Антарктиде британцы передали нам антарктическую станцию Фарадей с запасом приборов, запчастей, и наши ученые прекрасно выполняют работы...

- В университете в Киото я просмотрела отчеты о том, каких ученых японцы приглашали и из каких стран. Особо поинтересовалась, кто был из бывшего Союза. Так вот оказалось - колоссальное количество ученых побывало здесь из России, но я нашла только одну фамилию дамы из украинской сельхозакадемии. Больше никого! Сами виноваты - мы очень неподвижны и безынициативны...

- Это не только в науке. Сравните даже оперативность «челноков» - пока наши сидели в Румынии, российские освоили Турцию и Грецию. Когда наши переползли в Средиземноморье, передовые российские «челноки» уже обосновались в Индонезии, Малайзии и даже мелких островных государствах. Неподвижность нам мешает везде.

- Возможности сотрудничества с Японией огромные. У них колоссальное количество университетов. В одном Токио около 200 университетов. Причем только 60 из них государственные. И все сражаются за идеи. Так что при определенной квалификации, знании английского языка всегда можно наладить контакты. Конечно, успех в любом налаживании контактов зависит от личной инициативы. И это нормально, я считаю.

Можно получить и оборудование. Но оказалось, что приборы не так просто ввезти в Украину. В Институте химии поверхности - у них совместный проект с НАТО - их партнер из Германии должен поставить лазер. Прибор прибыл на границу и наши таможенные службы потребовали от ученых, чтобы те заплатили за то, что им подарили. С трудом отбились - писали столько писем из министерства науки, из института, чтобы не платить таможенную пошлину. И такое на каждом шагу.

- Но если сделать исключение для науки, то под эту марку будут везти все.

- Верно. Но только отчасти. Просто в таможенном контроле должны быть образованные и честные люди, то есть профессионалы. Однако, такие люди, которые грамотно могли бы в этом разобраться, ушли из институтов торговать на базары, а на должности пришли люди, которые по своему образовательному цензу не могут и не должны этим заниматься.

- Но вы, несмотря ни на что, нашли свое место в современной науке?

- Что я могу сейчас мерять? Оборудования, необходимого мне, нет. Работать удается только на выезде. Это не дело. Поэтому моя задача - найти деньги, чтобы иметь возможность дальше работать. Но в одном человеке объединить и поиск денег, и науку трудно. Я много совмещала в жизни такого, что трудно совместить. Но большого успеха человек достигает только тогда, когда имеет возможность сконцентрироваться на чем-то одном.

Раньше, когда я была замужем и было двое детей, чувствовала, что женщине тяжело совмещать это с научной работой. Недавно считанные 2-3 года я чувствовала себя совершенно свободной: могла работать, открылись колоссальные перспективы, потенциал. Но крохотное создание - мой любимый внук - меня уже закоротил на себя. Я вам сейчас покажу фотографию внука. Его в парке, где я с ним гуляю, называют «профессор». У него такой умный взгляд. Может, ему повезет больше в науке?..

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК