Янтарь нашей истории

3 сентября, 2016, 00:00 Распечатать Выпуск №31, 3 сентября-9 сентября

Кто знает, сколько драгоценных находок вывозят из Украины? Янтарь нашей истории имеет хороший спрос за границей. Но нам надо опомниться: сколько можно закрывать глаза на действительно трагическую ситуацию?! Если мы не манкурты, давайте перестанем, в конце концов, торговать историей своей земли!

Сотни вагонов, груженых карпатским лесом, ежемесячно пересекают границы Украины, сотни гектаров полесских лесов копатели янтаря превращают в марсианские пустыни, луганская и донецкая степи покрыты угольными копанками, из речек вымывается песок, деградирующие украинские черноземы из года в год не видят севооборота и засаживаются подсолнечником, рапсом или люцерной. Варварская псевдохозяйственная деятельность давно уже стала приметой сегодняшнего дня и вышла за пределы здравого смысла.

На этом фоне теряется еще одна ужасающая форма разграбления общенационального достояния — так называемая черная археология. Последствия деятельности копателей не очень заметны широкой общественности, поскольку не имеют, за исключением разве что единичных случаев, широкой общественной огласки. Но масштабы этого преступления не меньше, а может, и больше, чем вырубка карпатских лесов, разработка янтарных месторождений или луганских копанок.

Земля Украины богата свидетельствами древней истории — за тысячи лет через наши просторы прошли цивилизации и археологические культуры. Все они оставили здесь следы своего пребывания — археологические материалы и артефакты. Каждый сезон тысячи исследователей изучают археологические памятники, получая новую неоценимую информацию о нашей истории.

Археология — наука со своими законами, методологией и приемами. Ее специфика проста: изучая объекты истории, она уничтожает их — восстановить эти объекты уже невозможно, можно только реконструировать. Чтобы сохранить информацию, археологи фиксируют и классифицируют все пласты объекта (создают его стратиграфию), наносят на планы местонахождение каждого предмета. Это дает возможность интерпретировать находки разных эпох, датировать периоды существования сооружений. Находя аналогии, ученые получают информацию о культурном взаимовлиянии, путях миграции, распространении технологий и т.п. Немало информации дает изучение почвы, костей, монет, керамики, остатков растений, зерен...

Абсолютное большинство находок, с которыми сталкиваются археологи, — это керамические осколки горшков. Миф о том, что археологи золото "лопатами гребут", даже породил археологический анекдот: каждый археолог мечтает оказаться в другом месте, где тебя не знают, подойти к раскопкам и, щелкая семечки, спросить: "Ну что, золото нашли?"

Даже понятие "клад" в археологии и законодательстве разное. Если, согласно закону, клад — это только найденные предметы из драгоценных металлов и камней, то в археологии это может быть находка из предметов труда или культа, изготовленных из костей, глины или обычных металлов. Например, очень распространен клад из инструментов, которые мастера прятали перед нападением врага на город.

После полевого сезона археологов ждет продолжительная работа по написанию археологического отчета, подробного описания коллекций, передачи материалов в музеи. И, наконец, публикация материалов исследований.

Конечно, каждый археолог мечтает найти свою Трою или скифскую пектораль, открыть новую археологическую культуру, раскопать тот же клад или уникальное сооружение. Для большинства археологов это не только работа, но и, скорее, образ жизни, измеряемой временным отрезком — от экспедиции к экспедиции, от сезона к сезону. Археологию часто связывают с экспедиционной романтикой — жизнь в палатках, посиделки с гитарой под звездным небом, ночной костер. Археология даже создала свою субкультуру — экспедиционные песни, традиции, собственные мифы и легенды. Поэтому перенесение на копателей, а по сути — уголовных преступников названия "археолог", пусть даже и "черный", — в значительной степени романтизирует и их деятельность. Соответственно, вещи надо называть своими именами: так называемых черных археологов следует называть преступниками, копателей — стервятниками от археологии, которые питаются падалью.

Копатели с помощью металлоискателя находят предмет и выкапывают его из пласта почвы — чаще всего с целью продажи. Фактически этот предмет вырывается из истории и теряет 90% своей информативности, поскольку это делается без соответствующей фиксации, без какой-либо атрибуции (культурного или хронологического определения), что делает невозможным дальнейшую реконструкцию. При этом навсегда уничтожается сам памятник или его часть. Даже раскопанный со временем археологами, он теряет материал, который позволяет подробно изучить его. Часть найденного копатели выбрасывают сразу — их не интересуют предметы в плохом состоянии и предметы, которые они не могут интерпретировать на месте. Средневековые свинцовые торговые пломбы или свинцовое покрытие церковных куполов могут быть переплавлены в рыболовецкий разновесок; предметы из меди или бронзы — сданы в приемные пункты цветных металлов. На рубеже ХХ–ХХІ вв. в Черниговский исторический музей имени В.Тарновского сотрудники милиции передали древнерусский меч, владелец которого, испытывая металл на прочность, рубил им небольшие деревья.

Расхитители археологических памятников были всегда — со времен Древнего Египта, где, между прочим, против черных копателей сооружали смертельные ловушки, и до сегодняшнего дня. Автор этих строк еще студентом принимал участие в раскопках, проводимых Крымским филиалом Института археологии НАН Украины, — на керченской горе Митридат исследовались несколько склепов, стелы которых были пробиты экскаватором во времена строительства водоотвода. Все они оказались неоднократно разграбленными — в одном из них были ржавые ведра и остатки лопат еще столетней давности.

Но сейчас это своеобразное хобби приобрело характер эпидемии, в этом бизнесе задействованы тысячи людей. В годы относительного экономического роста немало представителей потенциального среднего класса приобрело себе металлоискатели именно для таких, как многие из них считают, воскресных развлечений. Немало из них относятся к этому почти так же, как к рыбалке, охоте или сбору грибов. Большинство не знают о юридической ответственности и абсолютно уверены в своей безнаказанности. В социальных сетях существуют многочисленные группы копателей (часто даже построенные по принципу землячеств или районированные по областям), где люди обмениваются преступным опытом. Закон молчит, поскольку на вершине пирамиды расхитителей нашей истории немало частных коллекционеров — от бывших президентов и депутатов до судей и бизнесменов.

Среднестатистический интернет-аукцион может поспорить с фондами большинства областных исторических музеев. Новая тенденция — частные археологические коллекции, часть материалов в которые попала незаконно (доказать это очень просто, но никто этим не занимается). Их уже открыто выставляют в музеях с коммерческой и даже имиджевой целью.

Конечно, с одной стороны, хорошо, что люди аккумулируют большие исторические ценности, которые не покидают пределы страны. Как показывает опыт, немало современных музеев начали с частных коллекций. Самые известные примеры — коллекции Ханенко и Тарновских. С другой стороны — такое коллекционирование активизирует рынок черных копателей. Иногда в их руки попадают уникальные находки, возвращение которых на Родину должно быть обязанностью и честью для полиции и спецслужб.

Среди самых громких случаев в прошлом году — продажа на одном из аукционов трех серебряных кувшинов времен Римской империи. Продавец, черный копатель, указал местом нахождения клада территорию Украины (не локализуя место детально). В июне 2016 г. на Одесчине был найден, очевидно, древнегреческий, бронзовый шлем, продавец продал его за большие деньги. Как и во многих других случаях, правоохранителей эта сделка не заинтересовала. Один из счастливых случаев, получивший международную огласку, — история с древнерусским мечом, конфискованным на эстонской таможне. 13 мая 2016 г. меч вернули в Украину.

Наглость копателей переходит все границы. Первое, что видят археологи в большинстве поселений, — следы грабежа: небольшие ямки, откуда уже выкопаны какие-то металлические предметы.

Многих ли копателей привлекают к ответственности? К сожалению, нет. Полиция, как раньше и милиция, не спешит на такие вызовы, поскольку не понимает содержания самого преступления и не умеет собирать доказательную базу. Хотя несколько громких приговоров с реальными сроками заключения проредили бы ряды черных копателей в десятки раз. Немногие менеджеры или частные предприниматели рискнули бы провести несколько лет за решеткой за свое, как они считают, хобби. Причем наказание, предусмотренное Уголовным кодексом Украины (ст. 298. Уничтожение, разрушение или повреждение памятников — объектов культурного наследия и самовольное проведение поисковых работ на археологическом памятнике), в действительности достаточно серьезное. За умышленное незаконное уничтожение, разрушение или повреждение памятников — объектов культурного наследия предусматривается штраф до ста не облагаемых налогами минимумов или лишение свободы на срок до трех лет. Те же действия, совершенные относительно памятников национального значения, наказываются лишением свободы на срок до пяти лет. Если эти действия совершены с целью поиска движимых предметов, происходящих из объектов археологического наследия, то они наказываются лишением свободы на срок от двух до пяти лет.

Памятники грабят не только в Украине, от этого в большей или меньшей степени страдают все страны. Даже там, где поиск металлодетекторами разрешен законодательно (например, в Великобритании или Эстонии), разграбление археологических памятников не прекратилось, хотя и уменьшилось. Конечно, бывают и случайные находки. Поэтому если в ваши руки попали какие-то археологические ценности, пожалуйста, обязательно обращайтесь в отделение Охранительной археологической службы Украины в вашем регионе.

Что делать? Первое: следует констатировать, что разграбление археологических памятников приобрело масштаб общенациональной катастрофы. Второе: надо просто выполнять закон Украины, чтобы кардинально уменьшить количество черных копателей. Возможно, автор слишком категоричен, но ситуация с разграблением нашего исторического наследия требует немедленной реакции на уровне государственных органов.

Печальная альтернатива — признать себя культурной и исторической периферией сырьевого типа. Где сырьем выступают не только полезные ископаемые, но и историческая память. Тем более что исторический опыт есть. Когда-то, еще в конце ХІХ в., правительство полуколониальной Персии продало французам концессионное разрешение на археологические раскопки с правом вывоза за пределы страны 50% найденного материала. Похожая ситуация в течение второй половины XIX в. была в Египте и Греции. Немало бесценных артефактов оказалось далеко от мест, где они были найдены. Вспомним хотя бы золото Трои, которое нашел немец Генрих Шлиман на территории Османской империи. Судьба этого бесценного клада трагична: через Грецию и Германию он в качестве трофея попал в Москву.

Кто знает, сколько драгоценных находок вывозят из Украины? Янтарь нашей истории имеет хороший спрос за границей. Но нам надо опомниться: сколько можно закрывать глаза на действительно трагическую ситуацию?! Если мы не манкурты, давайте перестанем, в конце концов, торговать историей своей земли!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • Александр Александр 7 вересня, 15:05 Уничтожение памяти человека ведет к исчезновению личности. Оболочка остается, а вместо человека – аморфное создание. С этносами и со странами происходит то же самое. Поэтому когда наши жители ради удовлетворения азарта кладоискателя, но больше для удовлетворения жажды наживы (пусть даже иллюзорной), не ограничиваясь ни моральными, ни уголовными барьерами уничтожают (или скрывают от археологов) археологические памятники– они убивают Память. Память страны и этноса, представителями которых они сами являются. Это нельзя допустить. Но кроме усиления уголовной ответственности и пропаганды, я считаю, необходимы и неординарные, серьезные психолого-мотивационные действия на государственном уровне по защите от разграбления, а главное, сохранения археологических памятников для полного исследования. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно