"Во мне глубоко укоренилось сознание того, что все идущее с севера, из России, является душителем украинской нации"

2 октября, 2015, 00:00 Распечатать

—Мое участие в украинском национальном движении, как указано в обвинительном заключении, — правильно, я этого не отрицаю, что касается участия в контрреволюционных организациях до настоящего времени и обвинения в шпионаже, — я отрицаю, — заявляет обвиняемый в "контрреволюционной деятельности" повстанческий атаман Иосиф Пшонник на закрытом заседании Харьковского окружного суда 29 августа 1925 г.

 

 Сотрудничество с ГПУ не спасло Иосифа Пшонника от расстрела

—Мое участие в украинском национальном движении, как указано в обвинительном заключении, — правильно, я этого не отрицаю, что касается участия в контрреволюционных организациях до настоящего времени и обвинения в шпионаже, — я отрицаю, — заявляет обвиняемый в "контрреволюционной деятельности" повстанческий атаман Иосиф Пшонник на закрытом заседании Харьковского окружного суда 29 августа 1925 г. — При переходе сюда никаких намерений шпионского характера у меня не было. Мотивы, побудившие меня перейти, — это то, что эмиграция захотела на Украину, кроме того, я в 1924 г. послал Гулия к Тютюннику на Украину узнать, как быть эмиграции на случай войны. По возвращении Гулия, он передал мне от Тютюнника, что я могу свободно приехать на Украину, что никакой опасности в этом нет. Я имею в виду, — сами меня пригласили остаться здесь, работать.

По чекистским данным, Иосиф Пшонник принадлежал к двенадцати наиболее опасных повстанческих атаманов, продолжавших борьбу с советской властью в начале 1920-х. После поражения Второго зимнего похода, да и вообще украинской национально-освободительной борьбы, Иосиф Пшонник оказался в эмиграции в Румынии, но через несколько лет решил вернуться на родину. Однако едва атаман пересек румынско-советскую границу, его арестовали пограничники и передали чекистам. Пшонник пошел на сотрудничество со следствием — давал показания о подготовке восстаний, деятельности румынской разведки, положении украинской эмиграции в Румынии. Эти показания были использованы как главное доказательство "контрреволюционной деятельности" Пшонника. Таким образом, приговор суда предсказуем: высшая мера "социальной защиты" — расстрел с полной конфискацией имущества…

На момент ареста Иосифу Пшоннику было 35 лет. Родился 9 сентября 1890 г. в селе Великие Армяне Каменец-Подольского уезда Подольской губернии (ныне — село Великозалесье Хмельницкой области) в крестьянской семье. Общее образование получил в Подольской духовной семинарии в Каменец-Подольском, а специальное — на учительских курсах. Некоторое время учительствовал в городке Балин Каменец-Подольского уезда. В 1907-м стал членом Российской социал-демократической рабочей партии, вел подпольную работу по селам уезда: агитировал молодежь, распространял запрещенные "афиши" — партийные воззвания и агитационную литературу. Когда началась Первая мировая война, его мобилизовали в царскую армию — служил на Юго-Западном и Румынском фронтах в чине штабс-капитана (что соответствует нынешнему званию старшего лейтенанта). С началом Февральской революции Иосиф Пшонник в Кишиневе с головой окунулся в революционную стихию. От Кишиневского совета его избрали в Румчерод ("Румынский фронт, Черноморский флот и Одесский округ"), где он отвечал за работу администрации железных дорог. В августе 1917-го переехал в Одессу и стал начальником оперативного штаба украинской гайдамацкой дивизии, созданной с целью предотвратить распад украинских частей.
С 13 по 18 января 1918-го принимал активнейшее участие в боях за Одессу между украинцами и большевистскими отрядами Красной гвардии. 

Пшонник_3
Постановление от 17 марта 1925 г. об избрании меры пресечения для повстанческого атамана Иосифа Пшонника — содержание под стражей при комендатуре ГПУ УССР. На то время он уже больше месяца находился под арестом в ГПУ

— В Одессе власть была паритетная: из большевиков и украинцев, — будет свидетельствовать впоследствии на допросе в ГПУ. — Также в городе были расположены войсковые части и тех, и других. В десятых числах января красногвардейцами было похищено у украинцев около ста пулеметов. По этому поводу велись переговоры, не давшие никаких результатов. После этого и разгорелось сражение. Стычка закончилась полным поражением украинских частей.

— Причиной моего расхождения с советской властью явился национальный момент, — отвечает он на вопрос следователя о своем участии в борьбе с советской властью. — Во мне глубоко укоренилось сознание того, что все идущее с севера, из России, является душителем украинской нации. Небольшие инциденты, бывшие на местах, только укрепляли мое сознание в этом и толкнули меня вступить на путь борьбы с советской властью.

После освобождения Одессы от большевиков в марте 1918-го, Иосиф Пшонник вернулся в город, работал на должности помощника председателя демобилизационной комиссии. В течение семи месяцев гетманства Павла Скоропадского он, как и большинство деятелей УНР, находился в подполье. А когда началось антигетманское восстание, стал одним из его лидеров в Одессе. К марту 1919 г. работал на должности губернского военного коменданта Херсонщины. За несколько дней до прихода большевиков Иосиф Пшонник перебрался к родителям в Великие Армяне. А власть "белых" переждал на полустанке Будки под Жмеринкой, поддерживая связь с Украинской Галицкой армией и кооператорами, проводя подпольную политическую работу.

В январе-феврале 1920 г. на Одесчину пришла Красная армия. Из воинов армий УНР и УГА, по разным причинам оказавшихся в Одессе еще во время деникинской оккупации, советское командование взялось формировать 4-ю Украинско-галицкую бригаду. В конце концов, сформировали лишь 1-й Черноморский (361-й украинско-советский стрелковый) полк. 6 апреля 1920-го полк поднял восстание в Тирасполе. Тираспольскую группу украинских повстанческих войск (позже переименованную в Повстанческий отряд) на Херсонщине возглавил полковник Иосиф Пшонник.

Повстанцы организовывали рейды по соседнему Ананьевскому уезду, а когда там началось крестьянское восстание, 16 апреля 1920 г. заняли уездный центр и установили там власть УНР. Объединенные повстанческие силы удерживали эту территорию до подхода войск армии УНР Михаила Омеляновича-Павленко и Юрия Тютюнника (во время Первого зимнего похода), а затем группа Пшонника влилась в армию УНР. 

В Ямполе Иосиф Пшонник заболел тифом и вынужден был вернуться к родителям. Потом больного перевезли в Галичину, и после выздоровления он работал в Министерстве народного хозяйства. В ноябре 1920 г., вместе с войском и правительством УНР, перешел в Польшу и жил в Ченстохове.

Весной 1921-го в Польше начали готовить восстание против советской власти в Украине. В Тарнове организовали партизанско-повстанческий штаб во главе с генерал-хорунжим Юрием Тютюнником. А в Кишиневе (еще одним союзником УНР была Румыния) сформировали подпольный штаб Южной группы, который возглавил генерал-хорунжий Андрей Гулый-Гуленко. В эту группу входили пять повстанческих районов. Один из них, охватывавший Одесский, Тираспольский, Ананьевский и западную часть Николаевского и Херсонского уездов Херсонской губернии, возглавил Иосиф Пшонник. С весны по ноябрь 1921 г. он находился в Кишиневе, а севернее Аккермана основал контрольно-пропускной пункт во главе с сотником Иващенко для перебрасывания своих эмиссаров.

В первой половине октября Андрей Гулый-Гуленко получил тайный приказ Тютюнника отправляться со штабом на Уманщину и Звенигородщину и ожидать прибытия Запорожской дивизии. Завершить формирование вооруженных отрядов, которые будут наступать из Румынии, Гулый-Гуленко поручил Пшоннику. 

Пшонник_1
Записка по прямому проводу начальни- ка Особотдела ВУЧК Зонова высшему чекистскому и партийному руководству о нападении повстанческого отряда Иосифа Пшонника на Тирасполь. 23 ноября 1921 г.

— В двадцатых числах октября 1921 г. я был вызван в штаб Гулого-Гуленка, находившегося в то время в Кишиневе, из Шабо, где я лечился, — будет свидетельствовать Иосиф Пшонник на допросе в ГПУ 31 марта 1925 г. — По приезде в Кишинев, я от Гулого получил распоряжение организовать отряд из украинских беженцев, с целью похода на территорию УССР, для поддержки похода Тютюнника. Отряд должен был отвлечь внимание Красной армии на юг и тем дать возможность Тютюннику свободно оперировать.

В Кишиневе и Бендерах Иосиф Пшонник сформировал вооруженный отряд, вербуя в него украинских беженцев (за несколько недель в отряд записались 200 чел.). Все происходило с ведома румынской власти, которая делала вид, что ничего не знает о подготовке антибольшевистского восстания. В ночь с 18 на 19 ноября на участке Гурабикулово—Красногорка, что к северу от Бендер и Тирасполя, отряд пересек румынско-советскую границу, начав антибольшевистский рейд Бессарабской группы. У большинства бойцов не было ни оружия, ни снаряжения (на всю группу румыны выдали 16 винтовок, 20 револьверов, 70 гранат и какое-то количество ракет). С боями повстанцы заняли советские села Красногорку и Парканы (ныне — село Бычок) и, получив вооружение, развернули наступление на Тирасполь. Бой за город продолжался пять часов. На некоторое время удалось овладеть крепостью конца XVIII в. и половиной города, но под давлением превосходящих сил врага пришлось отступить к Румынии.

В эмиграции в Румынии Иосиф Пшонник жил случайными заработками: работал грузчиком, землекопом. Позже, умея хорошо чертить, выполнял заказы для городской управы, железных дорог, управления дорог и т.п. Таким образом, ежемесячно зарабатывал 2 тыс. румынских леев, еще 600 получала жена, работая сиделкой.

Осенью 1923-го на след Иосифа Пшонника напали чекисты. Их агент по кличке Складаный, вернувшись из Румынии, доложил руководству, что обнаружил тайную российско-украинскую монархическую организацию из шести человек. Ее руководителем называл Арацатова, а одним из членов — Пшонника, который, дескать, при УНР был комиссаром в Каменце ("брюнет, низкого роста, носит бороду "буланже"). В ноябре 1924-го сексоты Складаный и Франчук снова прибыли в Румынию, чтобы похитить документы сотрудника румынских спецслужб Лотоцкого. Намеченный план сорвался. Лотоцкого о нападении предупредили, и его квартиру в Кишиневе охраняли несколько вооруженных агентов румынской сигуранцы. Когда же Складаный попытался сдать фальшивые документы (якобы добытые приказы по 24-й красной дивизии и Винницкому окружному участку) во французской миссии, Лотоцкий, взглянув на них, полусерьезно спросил, не печатались ли они случайно у Галицкого (начальника контрразведывательного отдела Подольского ГПУ). 

18 ноября 1924 г. тот же Складаный встретился с Иосифом Пшонником. Атаман, зная о его сотрудничестве с чекистами, просил помочь старшине Гулию пробраться в советскую Украину. Тот был представителем небольшой группы украинских старшин, принявших решение (после эмигрантской конференции в Бухаресте) наладить отношения с советской властью. За это Пшонник обещал вырвать из рук румынских спецслужб чекистского агента Франчука и организовать его переправу на советскую сторону.

12 февраля 1925 г. в 21.15 неподалеку от Ямполя во время нелегального пересечения советско-румынской границы Иосифа Пшонника задержали советские пограничники.
На следующий день его передали в распоряжение начальника Могилев-Подольского пограничного отряда.
В рапорте на его имя описаны обстоятельства задержания: "Вечером 12 февраля часов в 8 прибег человек (житель Ямполя Федор Субботин. — Я.Ф.) на заставу и говорит, что какой-то гражданин стучался в хату для того, чтобы его впустили в последнюю, и что он с румынской стороны. Его не впустили. На этот случай выходил помочник начальника заставы товарищ Матеренко и стал искать в окружающих постройках и садах, в последнем был найден и приведен на заставу. При нем: посылка, женское платье и пакет, — были гражданином Пшонником брошены на месте задержания и лишь найдены гражданином г. Ямполь Суботиным на утро и доставлены на заставу".

Арест известного "петлюровского деятеля" весьма заинтересовал чекистов. "Сообщаю: в ночь на 13 февраля на участке Ямполя задержан главный фигурант "подрядчика" П. При нем оказались документы личности, три фотокарточки, в том числе главного фигуранта дела "Трансформатор" Г., два письма в Ямполь и кое-что другое. Прошу распоряжения направить Вам. Жду. Вы поняли?" — докладывал 16 февраля 1925-го начальник контрразведки Подольского губотдела ГПУ Галицкий уполномоченному КРО ГПУ Украинской ССР Евгеньеву. Тот приказал немедленно, с соблюдением самой строгой конспирации, переправить Пшонника в Харьков: "Тов. Галицкий. Это очень поразительная штука и вносит много нового в тот план, который мы выработали с т. Добродитским. В субботу необходимо Вам в самом срочном порядке направить этого гр-на в Харьков, приняв предварительно самые основательные меры к абсолютной конспирации и не допрашивая совершенно, так как тут потребуются соответствующие подходы и нужна сугубая осторожность".

Иосифа Пшонника тайно доставили в ГПУ УССР в Харьков и начали допросы.

— Основной целью моего перехода было только увидеть Тютюнника и получить от него указания, какое место должны занять украинские эмигранты в Румынии в случае конфликта (военных действий), — свидетельствовал атаман на одном из первых допросов 19 февраля 1925 г. — Кроме того, к переходу меня также побудили и переговоры, которые перед этим я вел с тов. Заковским.

На вопрос о деятельности украинской эмиграции в Румынии отвечал: 

— С конца 1921 г. укр. эмиграция в Румынии подпольной работы на территории УССР не ведет никакой. Это я знаю точно. По этой причине и я участия в таковой не принимал совершенно. Также я ничего не знаю о работе украинских контрреволюционных группировок на территории УССР, за исключением того, что приходилось читать в румынской или эмигрантской прессе, чему я особого внимания не предавал. 

В то же время арестованный Пшонник дал подробные показания о разведывательной деятельности румынских спецслужб, направленной против Украинской ССР: 

— Знаю, что разведывательную работу ведут следующие органы:
3-й корпус — в Кишиневе, ведет работу очень слабо, штаб 15-й дивизии — в Кишиневе, работает лучше, чем корпус, но, кажется, главное внимание сотрудников разведки штаба дивизии обращено на провоз контрабанды на территорию УССР. Лучше всего работу проводит Генеральная сигуренция в Кишиневе… Главное внимание обращают на добычу сведений военного характера. Документов, по-моему, почти не достают, а ограничиваются получением различных газет и журналов, сведений дислокационного характера. Документы же не достают ввиду трудности их получения.

Пшонник_2
Обложка уголовного дела, заведенного на повстанческого атамана Иосифа Пшонника. 1925 г.

Иосиф Пшонник дает пространные показания о своем участии в национально-освободительной борьбе, в частности, об участии в тираспольском восстании в апреле 1920 г. и Втором зимнем походе армии УНР — нападении на Тирасполь в ночь с 18 на 19 ноября 1921 г. Вероятно, атаман надеялся, что чистосердечное раскаяние и признание спасут ему жизнь. Но произошло наоборот — эти свидетельства использовали как неопровержимое доказательство его контрреволюционной деятельности и основание для смертного приговора.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №27, 14 июля-20 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно