Как большевики уничтожили во время коллективизации ростки фермерства на Уманщине

17 мая, 16:19 Распечатать Выпуск №18, 18 мая-24 мая

19 мая в Украине — День памяти жертв политических репрессий.

Счастливая пора, 1923 год: успешный фермер, староста хутора «Михайловка» - И.М.Хворостяный со своими старшими дочерьми, самым младшим сыном и дочерью Яринкой (моя мама)

Особенности украинской ментальности всегда побуждали селян к индивидуальному хозяйствованию на земле.

Такая возможность выпала лишь в результате введения в Российской империи в начале ХХ в. аграрной реформы Петра Столыпина. Она должна была обеспечить развитие частного владения землей по прусскому образцу. Указы 1906–1910 гг. отдавали предпочтение частной собственности на землю перед общинной. Стержнем реформы была ставка на личную инициативу и конкуренцию, в противоположность традиционному равенству в бедности. Селяне начали массово выходить из общины, приобретая в собственность земельные наделы от помещичьих и государственных владений куплей-продажей через Крестьянский поземельный банк.

Зажиточным берестовчанам и жителям окружающих сел, воспользовавшись возможностями реформы, понравилось среди безграничного поля урочище для основания хутора. Новое поселение возникло в начале ХХ в. и просуществовало до 1935 г. Уже в 1930-х хутор насчитывал более 50 дворов. Семьи были зажиточными и большими: в каждой не менее 10–12 человек. 

Новое поселение назвали Михайловкой, в честь святого Архангела Михаила, который, согласно библейской версии, является начальником небесного воинства и охраняет Церковь и является первым защитником людей… Выбирая название хутора, исходили и из того, что ближайший от него (в 5 км) храм в селе Берестовец был построен в честь Архистратига Михаила. 

Первые фермерские семьи добросовестно работали на земле. Они приобрели сельскохозяйственные орудия: плуги, сеялки, жатки, соломорезки, молотилки и т.п. В их усадьбах были ухоженные кони, волы, коровы, овцы, свиньи, птица. Зажиточные фермеры вывозили продукты своего производства на рынки в уездные центры. 

Вместе с тем у десятков берестовецких семей не было земли, и они становились наемными работниками, создавая комитеты бедных селян — комбеды. Они и были опорой большевистской власти, призванные расколоть селянство — изолировать зажиточных успешных фермеров от основной массы. 

У большинства семей, поселившихся на хуторе Михайловка, было по несколько пар коней, выездные брички, новейшая сельхозтехника, свои мельницы и маслобойни, немалое поголовье коров, овец, свиней, птицы. Самые богатые фермерские семьи — Торжевские, Хворостяные, Бараны, Закревские, Зарембы, Поддубняки... У них было более ста десятин земли (десятина — 1,09 га).

Почти треть хуторян принадлежала к среднему слою. У середняков было от пяти до 10 десятин земли, несколько коней, разный скот, они могли прокормить большую семью. Каждая усадьба своим видом словно говорила о фермерской гордости за свою собственность и независимость. 

хутор_3
Я с мамой, 1951 г.

Жители хутора демократически избрали старостой Ивана Матвеевича Хворостяного (моего деда), потомка казацкого рода. Род Хворостяных после уничтожения Запорожской Сечи (1775 г.) переехал на Винниччину. В Теплицком уезде (с. Кожуховка) поселился мой пращур Матвей Хворостяный.

В начале ХХ в. его сын Иван Матвеевич, 1854 г. рождения, со своей большой семьей (пятеро сыновей, четыре дочери) поселился на берестовецких землях. Будучи образованным человеком, служил в армии, имел звание младшего офицера. В Теплике более десяти лет служил волостным старостой. А еще он был мудрым земледельцем-фермером, который в годы реформы через Крестьянский поземельный банк приобрел для своей большой семьи более ста десятин помещичьей земли. Семья Хворостяных, как и все хуторяне-фермеры, жила счастливой жизнью до 1917 г. Здесь, на хуторе Михайловка, в 1908 г. родилась и моя мама.

Хуторяне стремились превратить частные хозяйства в образцовые и зажиточные. Из года в год настойчивый труд приносил им все больший достаток. Дети поженились, рождались новые семьи, которые получали наделы от родителей, создавали фермерские хозяйства. В большой семье для каждого находилась работа. Уже сызмальства дети ухаживали за птицей, пасли овец, а когда подрастали, помогали в поле. Хутор жил размеренной, спокойной жизнью: семьи доброжелательно общались, помогали соседям, посещали церковь, собирались на сходы, торжественно отмечали религиозные праздники, уважали старших людей…

Но вскоре по инициативе Сталина был взят курс на замену мелкотоварного сельскохозяйственного производства коллективным. Советская власть вела жестокую борьбу с зажиточными фермерами, объявив их врагами коллективизации. 

Введенная в СССР кратковременная новая экономическая политика (НЭП) дала положительные результаты в развитии фермерства. Получив земельные наделы, селяне резко увеличили производство сельхозпродукции, появились зажиточные хозяева, которых позже прозвали кулаками, стало больше крепких селянских дворов (середняков-"подкулачников"). 

Недолго хуторяне радовались свободе и успехам в хозяйствовании — большевики начали коллективизацию. В селах действовали комбеды, которые при поддержке власти старались как можно быстрее объединить селянские хозяйства в артели (колхозы) и ликвидировать "кулаков" как класс.

Сначала в Берестовке уничтожили более 20 дворов зажиточных селян и более сотни середняков. А Михайловку ограбили, разрушив все 57 дворов. Большинство жителей депортировали на Север — на лесоповал в Архангельск, а трудоспособных мужчин — на строительство Беломорканала.

Уничтожение хутора происходило в начале марта 1930 г. В Михайловку прибыли из Умани энкавэдисты, а из Берестовца — десятки подвод с комбедовцами во главе с Остапом Площуком. Грабили фермерские жилища, забирали все: зерно, домашнюю живность, одежду, обувь. Конфисковывали для передачи в артель сельхозтехнику и инвентарь. Комбедовцы проявляли особую жестокость во время принудительного выселения хуторян. По приказу Площука с домов снимали металлическую кровлю, забирали деревянные конструкции, в усадьбах оставались лишь полуразрушенные каменные стены жилища.

Большевики на долгие десятилетия оставили след разрушенного поселения фермеров. Еще в начале 1950-х бывшее поселение успешных хозяев напоминало итальянские Помпеи с остатками цивилизации. И едва ли не крупнейшее преступление тогдашняя берестовецкая власть (председатели сельсовета Остап Площук и колхоза Петр Рыжак) совершила относительно хуторского кладбища, где были похоронены жертвы коллективизации и Голодомора. Вместе с более чем сотней бывших жителей здесь и до сих пор нет вечного покоя моим деду и бабушке — Ивану Матвеевичу и Ефросинье Захаровне Хворостяным: уже в начале 1950-х годов руководители кладбище уничтожили, приобщив его к пахотным землям колхоза. По сей день на костях жертв искусственного Голодомора работают трактора и жнут комбайны. Верю и надеюсь, наступит время покаяния и нынешняя Берестовецкая община установит на месте бывшего кладбища памятный знак в виде большого креста и освятит его по христианскому обряду.

Ежегодно в конце ноября по всей Украине вспыхивают огоньки свечей памяти жертв Голодомора, содеянного советской властью в 1932–1933 гг. О тогдашних событиях убедительно рассказал в своем исследовании берестовчанин Сергей Байда: "Вскоре после завершения коллективизации наступили черные, страшные зимние дни. Люди умирали всюду: на улицах и в домах… 

В Берестовце от голодной смерти погибло около полутора тысячи селян, а на хуторе Михайловка — свыше ста человек". Трагедия коллективизации измерялась миллионами человеческих судеб. Мою маму, свидетеля тех событий, всю жизнь преследовали ужасы раскулачивания, депортации, Голодомора. Чего стоят ее воспоминания о дороге к советскому аду и о том, что их, депортированных, там ожидало. Большие, дружные фермерские семьи власть при содействии комбедовцев отправила в смертный путь. В товарном поезде повезли за тысячи километров на Север, высадили на станции Холмогоры, а дальше десятки километров пешком лесом, который был еще в мартовском снежном плену. По прибытии энкавэдист объявил: "…здесь будет ваша Украина; делайте срубы, стройте бараки. А тех, кто попытается убежать, расстреляем!" 

Многие депортированные, особенно дети, без пищи и должного приюта погибли. Части молодежи удалось бежать из ссылки. Среди этих "счастливчиков" была и моя мама. Она, 22-летняя девушка, смогла добраться до Христиновки, устроиться дояркой в совхозе в селе Пенижковое (в 15 км от Михайловки), чтобы наведываться к оставленным на произвол судьбы в разрушенном доме беспомощным родителям. Ходила только ночью, чтобы не арестовали повторно. 

хутор_2
Хворостяная Ирина Ивановна, после побега из ссылки, 1935 г.

Невероятными усилиями маме удалось выжить, а ее родители умерли с голоду в
1933 г. Она своими силами похоронила их на хуторском кладбище. Братья безвестно погибли на строительстве Беломорканала. Такую высокую цену заплатила фермерская семья Хворостяных за труд на собственной земле... 

Во время коллективизации по всей Украине были уничтожены ростки фермерства. Не было больше весомой части самых трудоспособных и продуктивных хозяев земли, которые кормили рабочий люд в городах. После уничтожения крепких фермерских хозяйств резко сократилось производство сельскохозяйственной продукции — колхозы на протяжении всего своего существования были малопродуктивными и часто убыточными для государства.

хутор_4
Архивные материалы из г. Архангельска (РФ)

P.S. Почти 90 лет спустя на месте бывшего хуторского кладбища по воле нынешнего поколения берестовчан в бескрайнем поле насыпан Холм памяти, на котором высится Крест с надписью "Вечная память жителям хутора Михайловка, уничтоженного большевиками в 1930 г.".

На пологих склонах холма вскоре вспыхнут цветами множество мальв, которые заиграют всеми цветами радуги, как когда-то ежегодно в каждой усадьбе хуторян… Сейчас мальвы возвращаются в поле: их насеяла фермерская семья Гнатюков, которая в четвертом-пятом поколениих вернулась на землю пращуров… Фермерство на берестовецких землях получило новую жизнь. Надеюсь, теперь навсегда!

Вскоре возле Холма памяти состоится гражданская траурная панихида берестовчан в честь памяти жертв коллективизации и Голодомора и освящение памятного знака. Церковные служители отпоют невинных жертв тоталитарного режима.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18, 18 мая-24 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно