UA / RU
Поддержать ZN.ua

Как вернуть украинцев в Украину?

По следам отчета Агентства ООН по делам беженцев

Автор: Александр Сергиенко

1 декабря 2021 года президент Украины Владимир Зеленский внес в Верховную Раду законопроект №6368, целью которого было предоставление украинцам диаспоры украинского гражданства. Сегодня эта инициатива выглядит несколько странной, поскольку перед властью и обществом стоит более прагматичная задача — как не потерять миллионы беженцев, уехавших от войны за границу. На какие пряники в стране пребывания и риски на Родине будут обращать внимание беженцы, когда будут решать этот судьбоносный для них и, вероятно, для всех украинцев вопрос?

Кто оказался за границей

Основательный ответ на этот вопрос дает недавний отчет Агентства ООН по делам беженцев. Четверть таких семей (26%) состоят из одного или большего числа взрослых (18–59 лет), не имеющих на руках детей или пожилых людей. Еще 29% семей включают двух взрослых, на содержании которых есть дети или пожилые люди. Самую большую когорту составляют семьи, в которых один взрослый содержит детей или людей преклонного возраста, — 38%. И, наконец, 8% семей состоят только из пожилых людей в возрасте 60+ лет.

Читайте также: Глава МВД Германии призвала к более справедливому распределению беженцев из Украины

Самыми обеспеченными являются беженцы из первой когорты, они чаще снимают жилье (а не живут в общежитиях или дешевых отелях), работают и меньше всего обращаются за социальной или гуманитарной помощью. Можно сказать, что они неплохо устроились. Вторая когорта — это фактически полные семьи с детьми или родителями, их статистические показатели по обеспечению жильем, работой и источниками дохода близки к средним, даже несколько выше. Третья, наибольшая, когорта беженцев также имеет показатели, близкие к средним, проживают они в основном в соседних с Украиной странах и оставили дома супругов или детей. Можно предположить, что именно их мужья или жены сейчас воюют с врагом. Наконец, четвертая когорта — пожилых людей — оказалась в наихудшей ситуации, они нуждаются в уходе из-за болезней или инвалидности, сильно зависят от пенсионных и социальных выплат, а доля их занятости наименьшая.

Getty Images

Кто хочет домой

Из 3900 опрошенных (в декабре 2022 года — январе 2023 года) беженцев 77% планируют вернуться в Украину, причем 12% — на протяжении ближайших трех месяцев, а 65% — в будущем. Еще не определились 18%, но если воспользоваться опытом статистики, то это количество распределяется пропорционально к ответам тех, кто уже определился, то есть 12,5%, скорее всего, выберут вариант возвращения, а остальные — нет. Еще 5% опрошенных однозначно не планируют возвращаться. В результате почти 90% беженцев могут вернуться!

Конечно, такой прогноз очень оптимистичный. Здесь нужно иметь в виду, что на достоверность ответа влияют общественные настроения — общий тренд украинцев на победу в войне, поэтому о невозвращении им, возможно, просто неудобно было говорить. Кроме того, обстоятельства в стране пребывания со временем могут улучшаться: люди будут находить работу, материальное состояние будет улучшаться, дети будут ходить в детсады и поступать в университеты. Например, в Польше обучение в вузах на польском языке (очень близком к украинскому) бесплатное, а в Германии беженцам вообще оплачивают изучение немецкого.

Читайте также: Беженцы из Украины снизили нагрузку на немецкий рынок труда

По мнению авторов доклада, подавляющее большинство тех, кто планирует вернуться в ближайшие три месяца, хотят вернуться именно в то место, откуда они уехали, это 92% опрошенных. Их тянет не вообще в Украину, а именно в «родной дом». Это диктуется особыми обстоятельствами, с одной стороны, наличием уцелевшего жилья, возможностью вернуться к семье, жене или мужу, детям. С другой стороны, будут возвращаться те, кто столкнулся с проблемами, — трудностями интеграции, проживания в чужом доме, получения социальных льгот и т.п.

Что касается тех, кто не определился в вопросе возвращения, то авторы доклада считают, что это преимущественно одинокие люди, у которых нет пары или детей в Украине, и живут они не в соседних странах. (К сожалению, из доклада непонятно, это предположение авторов или выводы из обсуждения в фокус-группах.)

Та когорта опрошенных, кто ответил, что не планирует возвращаться, состоит из специфических демографических групп. Это одинокие люди или молодые пары и те, у кого есть профессиональное или техническое образование, или же им присущи специфические мировоззренческие модели (поведенческие паттерны), все они выехали в первые месяцы войны. Живут они также далеко от Украины, и дома у них нет пары или детей.

Сейчас основная причина, не позволяющая беженцам вернуться, по убеждению авторов доклада, — это война и связанные с ней риски безопасности: отсутствие полноценного обеспечения электричеством и водой, медицинского обслуживания, жилья и других услуг жизнеобеспечения. Эти факторы, по мнению авторов, являются главными в вопросе возвращения в Украину (что, впрочем, очевидно и без каких-либо исследований), в частности для тех 95%, которые уже определились либо колеблются в своем выборе.

Что интересно, 69% респондентов говорят, что на их решение возвращаться или нет окажут сильное влияние наличие хорошей работы в стране пребывания, жилищные условия и доступ к базовым услугам, в частности к медицинскому обслуживанию, а также наличие легального статуса в ней. Следовательно, эти 69% на самом деле еще будут думать, возвращаться или нет.

Читайте также: WSJ: Тысячи украинцев, сбежавших от войны в США, могут скоро потерять свой легальный статус

Как живется украинцам за границей

Опрос показал, что условия жизни беженцев со временем улучшаются. Так, за несколько месяцев, прошедших после предыдущего опроса, доля семей, живущих в арендованном (лучшем. А.С.) жилье, выросла с 27 до 45%, нашли работу 40% по сравнению с 30% до этого, получают профессиональное обучение 11% вместо 2%, хотя сохраняется значительная доля безработных — 19%. С 37 до 46% увеличилась доля тех, кто получает доход на работе, а также из других источников занятости (непонятно, каких.А.С.), а доля получающих социальную помощь сократилась с 57 до 50%. Следовательно, материальное положение беженцев постепенно улучшается, это означает, что они постепенно интегрируются в общество страны пребывания. Хорошо это или плохо?

Очевидно, однозначного ответа на этот вопрос нет. С материальной точки зрения, это, конечно, хорошо для тех, кто там живет, но остается абсолютно неисследованной гуманитарная составляющая вопроса. Уверенно можно сказать, что те 12% семей или одиноких людей, которые согласно опросу собираются вернуться в Украину в ближайшее время, чувствуют себя дискомфортно, причем независимо от материальных условий. Именно поэтому они хотят как можно быстрее оказаться дома.

Особняком стоит проблема семей с детьми, которые сейчас временно (будем надеяться) разлучены, — мужчины-папы остались в Украине, а жены-мамочки с детьми выехали. Несмотря на то, что количество браков в 2022 году резко выросло, а количество разводов упало на треть, стрессы, вызванные войной и разлукой, становятся серьезным испытанием для брака. Возможные негативные последствия этого социально-демографического раскола проявятся только со временем, но общество должно осознавать эту угрозу и противодействовать ей.

Getty Images

Читайте также: Война и любовь

Сколько украинских беженцев за границей

Разные исследовательские центры приводят разные показатели численности беженцев на основе собственных расчетов и предположений. Самые точные данные, вероятно, дает Агентство ООН по делам беженцев, поскольку собирает данные официальных источников. Так, за год большой войны, с 24 февраля 2022 года до 28 февраля 2023-го, на границе Украины с соседями было зафиксировано 19 080 271 пересечений в сторону Европы и 10 635 028 — в обратном направлении. Следовательно, в Европе находятся 8 445 243 украинца, но не все они являются беженцами. Значительное количество людей за этот год пересекало границу по несколько раз, кроме того, есть заробитчане, студенты и другие, очевидно, они не убегали от войны, а поехали за границу по делам. Поэтому нужно различать украинцев за границей и собственно беженцев, юридически корректно будет называть такими только тех, кто официально обратился в правительство страны пребывания, чтобы зафиксировать такой статус. Агентство ООН по делам беженцев из Украины дает такую цифру — 4 881 590 человек (на 28 февраля с.г., она обновляется каждую неделю). Кто это?

По данным Евростата (приведенным в указанном отчете), 50% беженцев из Украины — это женщины, 13 — мужчины и 37% — дети, следовательно, за границей сейчас находится больше 1 млн 806 тысяч детей-беженцев. Кроме того, очевидно, есть значительное количество молодых людей, которым за год войны исполнилось 18 лет и они пошли учиться в европейские университеты и колледжи. Это все «золотой запас страны», и его больно терять не только дедушкам и бабушкам, оставшимся в Украине, но и обществу в целом.

Читайте также: В 2022 году Европа приняла почти 1 миллион прошений об убежище

А такие риски крайне высоки. Так, Агентство ООН по делам беженцев рекомендует не только улучшить условия в Украине, которые позволят беженцам возвращаться, но и улучшить условия их нахождения в странах пребывания, что фактически ведет к их ассимиляции и… невозвращению.

Как уже отмечалось, кроме тех 12%, которые готовы возвращаться в ближайшие три месяца, есть 65% теоретически готовых, но ожидающих окончания войны. И тут возникает вопрос: что считать окончанием войны?

Даже при условии, что украинские войска освободят всю оккупированную территорию и выйдут на границы 1991 года, станет ли это сигналом для таких беженцев? Ведь угроза ракетных ударов, да и само присутствие такого соседа, как фашистская РФ, никуда не денутся. А значит, власть и общество должны готовиться долгие годы, даже больше, десятилетия жить в состоянии существования угрозы с севера. И это в лучшем варианте. Что же мы должны делать, чтобы «вернуть украинцев в Украину»?

Изменение парадигмы

Такая постановка вопроса, по моему мнению, выглядит принципиально ошибочной и заведомо проигрышной. Конечно, программы поддержки беженцев, возвращающихся в Украину, — восстановление жилья, создание рабочих мест, содействие бизнесу и т.п. — нужны, но власть не должна акцентироваться на этом. Государственная политика должна апеллировать ко всем 65 миллионам украинцев, живущих на земном шаре, и вообще к людям любой национальности из других стран. Мы должны демонстрировать, развивать и поддерживать конкурентные преимущества Украины в современном мире.

Читайте также: 90% беженцев из Украины не вернется – Либанова

На первом месте здесь стоит философия свободы, заложенная в основу страны, в которой мы живем. В противоположность диктаторским и авторитарным режимам соседних стран-членов СНГ — России, Беларуси, Казахстана и далее по списку. Украинцы, россияне, белорусы, казахи, люди других национальностей должны осознать этот факт, и это может привлечь их в Украину. Есть целый ряд других стратегических преимуществ Украины, перечень которых требует отдельной статьи. Все они должны быть положены в основу государственной политики развития человеческого потенциала, и именно в такой парадигме должен решаться вопрос возвращения беженцев.

Наконец, нужно вернуться к тому, с чего начинали, — к инициативе президента Зеленского по раздаче украинских паспортов. Из банальной пиар-акции эта инициатива должна превратиться в тот триггер, который поднимет движение украинцев и неукраинцев всего мира в сторону Украины.