Оценки военной мощи США как единственной абсолютной сверхдержавы оказались преувеличенными, поскольку боевые операции американской армии в Иране и потенциальная эскалация конфликта сдерживаются острой нехваткой боеприпасов. Массовое использование высокоточного, дорогого и сложного в производстве оружия совпало с явной задержкой развертывания новых производственных мощностей, сообщает The Times.
Критическое истощение
Нынешний американский арсенал систем противовоздушной обороны сократился до крайне тревожных показателей:
- На вооружении остаётся менее 800 противоракетных комплексов ПВО средней и большой дальности Patriot, хотя до начала войны с Ираном их количество составляло 2300 единиц.
- Количество еще более совершенных боеприпасов для комплексов ПВО THAAD, предназначенных для заатмосферного перехвата баллистических ракет, сократилось до 250 единиц против 600, которые находились на складах три года назад.
- Американские войска израсходовали половину стратегических крылатых ракет Tomahawk за последние 18 месяцев.
- Пентагон израсходовал почти все 350 высокоточных ракет наземного базирования, находившихся в распоряжении армии в феврале.
Стратегическая ошибка
Причина ракетного голода заключается в длительной стратегической ошибке многих американских администраций. На протяжении многих лет приоритет отдавался имиджевым «платформам» — дорогостоящим истребителям и эсминцам, а не непосредственному вооружению для них.
Бывший полковник Корпуса морской пехоты и старший советник вашингтонского Центра стратегических и международных исследований (CSIS) Марк Кансиан пояснил, что со времён Холодной войны боеприпасы не могли конкурировать с техникой, поскольку боевые корабли и самолеты служили витриной для сдерживания врага, тогда как ракеты оставались лишь цифрами в бункерах, о которых никто не задумывался. А больше всего беспокоит то, что проблема была известна годами, однако реакция оказалась слишком медленной.
Математика поражения
Ситуация создает значительный риск на фоне потенциального противостояния с Китаем, который обладает примерно 1200 баллистическими ракетами для нанесения ударов по позициям США в Тихоокеанском регионе. По стандарту перехват одной цели требует двух–трёх противоракет, поэтому суммарный запас в 2600 ракет Patriot и THAAD гарантировал защиту, однако нынешний совокупный арсенал в 1000 единиц является абсолютно недостаточным.
Ярким примером длительного восстановления является новейшая модификация перехватчика для систем Patriot — ракета PAC-3:
- Производство каждой такой ракеты обходится в $4 млн и занимает два года.
- В начале 2022 года у США было около 3100 таких ракет.
- Вашингтон передал Украине 600 единиц, сотни запустил на Ближнем Востоке в течение 2024–2025 годов, а ещё 1200 использовал с февраля этого года.
После начала полномасштабного вторжения России в Украину в феврале 2022 года планировщики Пентагона получили разрешение на масштабное расширение производственных линий. Однако в военном ведомстве подчеркнули, что для выхода на необходимые объемы потребуются годы, а имеющиеся резервы следует строго экономить.
Напомним, что из-за того, что армия США исчерпала практически все мировые запасы высокоточных наступательных ракет, президент США Дональд Трамп выразил резкое возмущение министру войны Питу Хэгсету во время пребывания в Кэмп-Дэвиде. Глава Белого дома обвинил подчинённого в сокрытии реального положения дел, хотя председатель Объединённого комитета начальников штабов Дэн Кейн заранее предупреждал об угрозе дефицита вооружения ещё до начала февральских ударов. А попытки Трампа назвать информацию о ракетном кризисе «фейковыми новостями» и заявления о том, что «всё прекрасно», вызывают скептицизм у экспертов.
Кроме того, FT писала, что во время последней встречи в Овальном кабинете Трамп отклонил просьбу украинского президента Владимира Зеленского о предоставлении Украине сотен дополнительных перехватчиков для Patriot. По словам источников издания, Трамп сослался на дефицит в запасах США, заявив, что эти системы необходимы для защиты американских объектов на Ближнем Востоке и в странах Персидского залива в условиях войны с Ираном.