UA / RU
Поддержать ZN.ua

ДОМ, В КОТОРОМ МЫ ХОТЕЛИ БЫ ЖИТЬ

Достаточно зайти почти в любой подъезд обычного многоквартирного дома, чтобы убедиться: семидесятилетнее испытание бесплатным жильем принесло свои хорошо зримые и не только зримые результаты...

Автор: Александр Гуревич

Достаточно зайти почти в любой подъезд обычного многоквартирного дома, чтобы убедиться: семидесятилетнее испытание бесплатным жильем принесло свои хорошо зримые и не только зримые результаты. Да и могло ли быть иначе, коль по мере совершенствования реального социализма для большей части населения постройка собственного дома перестала быть голубой мечтой, которую способно решить даже не каждое поколение. Абстрактный советский человек наделялся квартирой уже по праву проживания в «необъятной Родине своей».

Здесь, таким образом, был реализован даже не социалистический, а коммунистический принцип «от каждого по способности - каждому по потребности». Но... при одном небольшом уточнении: способность сия была весьма специфической, иначе очередь на удовлетворение искомой коммунопотребности растягивалась на десятки лет. Чтобы стали понятными думы по поводу принципиально иной ситуации, придется хотя бы кратко вспомнить давнее и совсем недавнее.

Былое жилстроя

Если в первые 11 лет после революции строилось в среднем по 11 млн. кв. м индивидуального жилья в год (государством - по 1,4 млн.), то в 1929-37 годах объемы сооружаемого населением СССР жилья сократились почти втрое (в расчете на одного жителя - 0,9 кв. м в год). Это и понятно: новоиспеченным колхозникам было не до того, а в городах продолжалось энергичное насаждение коммуналок и общежитий, что вполне соответствовало лозунгу «Мы наш, мы новый мир построим!» Сюда же, видимо, нужно добавить и построенные в рекордно короткие сроки миллионы квадратных метров барачного Гулага.

Две первые послевоенные пятилетки стали прелюдией к хрущевскому десятилетию бурного всплеска жилищного строительства «вне зоны» и, соответственно, спада внутри последней. Но если в 1956-60 годах, наряду с поточным сооружением в больших городах крупнопанельных и крупноблочных пятиэтажек, наблюдался небывалый размах индивидуального строительства то ли за свой счет, то ли за счет кредитов (в среднем 26 млн. кв. м ежегодно), то уже в 60-е годы инвестиционная активность индивидуальных застройщиков пошла на убыль. Ибо в структуре материально-технической базы коммунизма, при котором должно было проживать уже тогдашнее поколение, частным домам отводилась вспомогательная роль. А именно - удовлетворять капризы тех, кто по недомыслию не желал переезжать в бесплатную малогабаритную, но зато крупнопанельную квартиру.

Индивидуального жилья в это время ежегодно вводилось примерно столько же, сколько и в печально-памятные 30-е годы. Даже с началом «перестройки» и масштабным расширением жилищного строительства, доля индивидуальной застройки возросла по сравнению с предыдущей пятилеткой лишь на 1% и составила 7%. И дело было не в отсутствии денег, а в выработанном десятилетиями синдроме «хочу на шару».

Политический лозунг тех лет «Каждой семье - квартиру или индивидуальный дом к 2000 году» вылился в разработку «Концепции решения жилищной проблемы в Украинской ССР». К тому времени на квартирном учете состояли 2,2 млн. семей, или пятая часть городских жителей республики, имевших менее 9 кв. м жилплощади на человека. Но если планируемые объемы строительства жилья и прежде далеко не соответствовали уровню развития экономики и особенно ее инвестиционому потенциалу, то конец 80-х и особенно 90-е годы отличались катастрофическим расхождением планов и возможностей. В таблице приведены реальные данные «решения жилищной проблемы в Украине», по которому в 2000 году предполагалось ввести в строй 25 млн. кв. м жилья.

Правда, задание «Концепции» - довести к 2000 году среднюю городскую норму общей площади на человека до 19 кв. м - почти решена была уже в прошлом году (18 - в городах и 22 - в сельской местности). Но хотя сие «высокое достижение» почти в три раза ниже показателя развитых стран, в очереди на улучшение жилищных условий стоят теперь почти на 200 тыс. семей больше, чем десятилетие назад, а среднее пребывание в очереди достигает 15 лет. Это говорит разве что о том, что в жилищном секторе (как, впрочем, и во всей сфере потребления) произошло элементарное перераспределение благ между «старыми» и «новыми украинцами». В результате 3,5 млн. семей либо проживают в коммуналках и общежитиях, либо арендуют жилье у частных лиц, а свыше 7 млн. чел. обитают в старых и аварийных домах, которые составляют до 10 % жилого фонда. И если в 1990 году капремонт осуществлялся в 60-70% случаев, то теперь объем ремонтных работ охватывает лишь пятую часть потребностей.

Катастрофическое состояние жилого фонда, который ранее содержался в основном за счет госдотаций, еще более усугубляют неплатежи населения за жилищно-коммунальные услуги. В последние два года они составляют примерно половину начисленных сумм. На 10 января с.г. жилищно-коммунальная задолженность достигла 2,9 млрд. грн., т.е. примерно за полгода. За жилищными субсидиями в прошлом году обратились свыше половины всех украинских семей. В среднем «помощь» составила около 50 грн. на семью, но даже эту мизерную по сравнению с действительными потребностями сумму в 300 млн. грн. эксплуатационщики получили далеко не полностью. То бишь отрасль «уверенно» умирает по всем показателям.

Неудовлетворительное техническое состояние существующего жилфонда, неопределенность отношений собственности, управления и обслуживания многоквартирных домов привели к тому, что процесс приватизации жилья в последнее время затормозился. В среднем в Украине приватизировано на сегодня лишь 17% квартир. Однако даже при решении всех указанных проблем приватизация является лишь первым шагом к созданию полноценного рынка жилья. Второй этап - реанимация массового жилстроительства. Ведь в нынешнем строительном комплексе, куда входят до 10 тыс. предприятий и организаций всех форм собственности с численностью персонала свыше 1,5 млн. человек, производственные мощности используются не более чем на 35 %, а в крупнопанельном домостроении - еще вдвое хуже.

Дума про зарплату и жилищный спрос

Реанимация стройкомплекса невозможна без восстановления платежеспособного спроса хотя бы на уровне жилищно-строительных кооперативов 60-80-х годов с рассрочкой выплаты кредитов на 10-15 лет. То есть того, что в рыночной терминологии называется ипотекой. Увы, в «Концепции государственной жилищной политики в Украине», утвержденной Верховной Радой в июне 1995 года, отсутствует та очевидная реальность, что государство покамест позаботилось лишь о богатых клиентах, дав им возможность «прилично подзаработать» в условиях переходной экономики и промежуточного законодательства. Именно платежеспособный спрос состоятельной части общества на добротное жилье удовлетворяется ныне ускоренными темпами, в то время как основной части населения такое жилье не по карману. Если в 70-80-х годах среднестатистический трудящийся мог на свою месячную зарплату купить 1 кв. м жилплощади, то сегодня - втрое меньше, что практически совпадает с указанным выше спадом в задействованных мощностях стройиндустрии.

При нынешней средней зарплате по стране порядка 180 грн. (менее $90) утрачены всякие действенные стимулы к повышению качества своего труда и соответственно жизни. Конечно, многие скрывают свой истинный заработок. Но, во-первых, «теневой» стимул к высокопроизводительному труду далеко не равнозначен «световому». А во-вторых, даже будучи удвоенным (если исходить из того, что неофициальный ВВП ныне примерно равен официальному), он не способен разбудить творческую энергию человека, живущего в стране, где потребительские цены вплотную приблизились к мировым, а кое в чем и обошли их.

Судите сами. Пусть средний «старый украинец» зарабатывает даже на уровне удвоенного «официоза», т.е. $170-180 в месяц. В год это составит около $2 тыс. В стране с нормальной рыночной экономикой та же сумма обычно составляет среднемесячный доход работающего. Из них $500-600 уходят на налоги, около $500 - на оплату жилищной рассрочки и коммунальных услуг, не менее $100 - на взнос в пенсионный фонд, чуть более $100 - на социальную или медицинскую страховку, еще около $100 обычно откладывают на учебу детей. На жизнь, таким образом, остается 25-30% денежного дохода. А это значит, что прибавка на 10-15% представляет собой серьезный рывок вперед. И наоборот, при понижении зарплаты на ту же сумму приходится менять образ жизни - скажем, продать дом и снять квартиру. Учитывая, что дом покупают в рассрочку на 20-30 лет, указанная прибавка - огромный стимул.

А что произойдет у нас при повышении зарплаты на 30-50 грн.? Станут меньше думать, как бы подработать на стороне или у себя же, используя «хозяйские» материалы и оборудование? Нет, без разрешения этой животрепещущей проблемы всякие разговоры о возобновлении экономического роста, включая жилстроительство, попросту бессмысленны.

Киевская панорама

Как ни странно, но исчезновение иллюзий получить когда-либо бесплатное жилье не воспринимается в массовом сознании как трагедия. А это означает, что сегодня все уже поняли: в перечне благ своя квартира или дом по праву занимают первое место. Одновременно прошедшие годы экономических преобразований в Украине стали не только периодом выживания строительного комплекса, но и его адаптации к новым требованиям покупателей строительной продукции.

Опыт возведения самых разнообразных объектов показал, что в стране созданы все организационно-технические предпосылки для наращивания в течение ближайших лет строительства жилья до количественного уровня предкризисного периода, но, конечно же, более высокого качества. Именно об этой новой ситуации мы беседуем с нынешним главой Киевской госадминистрации и одним из кандидатов на пост городского головы Александром ОМЕЛЬЧЕНКО, а также президентом холдинговой компании «Киевгорстрой» Владимиром ПОЛЯЧЕНКО, который, кстати, баллотируется по одному из киевских одномандатных округов в депутаты парламента.

ПОЛЯЧЕНКО Владимир Аврумович родился

14 августа 1938 года в Киеве. Окончил Киевский инженерно-строительный институт, по профессии - инженер-строитель-технолог.

Трудовую деятельность начал в 1961 году мастером на заводе железобетонных изделий №2 треста «Стройдеталь» Главкиевгорстроя. С 1962 года - главный технолог, главный инженер, директор завода железобетонных изделий №4 треста «Стройдеталь». На протяжении 1972-1979 гг. - директор самого мощного в Украине завода железобетонных изделий №5, руководитель треста «Стройдеталь».

С 1979 по 1982 годы - заместитель начальника Главкиевгорстроя, а с 1982 по 1988 гг. - начальник управления «Киевремстрой» при Киевском горисполкоме. Непосредственно принимал участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

С 1988-го - первый заместитель начальника Главкиевгорстроя.

С 1992-го - президент корпорации, а затем холдинговой компании «Киевгорстрой».

Действительный член Академии строительства Украины.

Женат, жена - врач, кандидат медицинских наук. Сын - врач ортопед-травматолог, кандидат медицинских наук.

ОМЕЛЬЧЕНКО Александр Александрович родился 9 августа 1938 года в селе Зозив Липовецкого района Винницкой области. Окончил Киевский строительный техникум и Киевский инженерно-строительный институт, а затем - Киевский институт народного хозяйства, кандидат технических наук.

Трудовую деятельность начал в 1959 году на строительном комбинате Киевского областного треста строительного транспорта.

С 1961 по 1987 годы работал в системе Главкиевгорстроя, пройдя путь от мастера цеха до первого заместителя начальника главка.

В 1987-1989 гг. - советник-консультант в Афганистане, в марте 1989 года одним из первых в составе украинского строительного отряда прибыл в г.Спитак Армянской ССР на ликвидацию последствий землетрясения.

В 1990 году - начальник управления Госстроя УССР. С 1990 по 1992 гг. - заместитель председателя Киевского горисполкома, затем до 1994 года - генеральный директор ГКП «Киевреконструкция».

В мае 1994 года назначен заместителем главы Киевской городской государственной администрации по вопросам строительства, а в июне

1996-го - первым заместителем. С августа 1996 года согласно указу Президента Украины является главой Киевской горадминистрации.

Женат. Имеет двух сыновей и трех внуков.

- Александр Александрович, как сегодня обстоят дела с жилищным строительством в столице?

А.О. Еще в начале 90-х годов в Киеве возводилось 1,2-1,4 млн. кв. м жилья в год. В 1996 году эта цифра упала до 400 тыс. Дальше отступать было, как говорится, некуда, причем Москва была, увы, не позади, а далеко впереди. Поэтому в прошлом году мы мобилизовали все городские ресурсы, а «Киевгорстрой» интенсифицировал свою программу привлечения средств населения к жилищному строительству. И вот результат - в прошлом году в городе сданы 505 тысяч «жилищных» метров, т.е. более чем на четверть превышен уровень 1996 года. Между прочим, корпорация «Укрстрой» (бывшее Министерство строительства) построила во всей Украине ненамного больше - 678 тыс. кв. м общей жилплощади.

- А как выглядит Киев в сравнении с другими городами Украины по такому показателю, как площадь возведенного жилья на душу населения?

А.О. Думаю, этот показатель у нас на 35-40% выше. Ну, а тот задел, который нам удалось сделать в минувшем году, позволяет планировать в нынешнем довести объем жилстроительства до 600 тыс. кв. м. При этом почти половина плана - 240-250 тыс. - собственный заказ холдинговой компании, которой руководит Владимир Поляченко. Город же в лице управления капитального строительства госадминистрации выступает заказчиком. Наряду с собственно жильем в заказе фигурируют детские сады, школы, поликлиники и другие объекты городской инфраструктуры. Так, в минувшем году холдинг сдал две крупные поликлиники на 1000 и 600 посещений в день. Тесно связан с жилищной инфраструктурой и ввод в эксплуатацию станции метро «Печерская», на что ушло 72 млн. грн.

В.П. Наши оппоненты очень любят такое сравнение: вот, мол, в Украине в 1997 году построено 6 млн. кв. м жилья, а «Киевгорстрой» построил всего 500 тыс. Разве это не доказательство неэффективности его работы? Помилуйте, господа, но ведь в этих шести миллионах почти четыре числятся за индивидуальным строительством! То есть подлинная подрядная цифра, которая характеризует капстроительство, составляет около 2 млн. Так что наша доля в удовлетворении массовой потребности в сравнительно недорогом жилье составляет в масштабе Украины примерно 25%.

- Давайте теперь проведем аналогичное сравнение на бывшем всесоюзном пространстве...

А.О. Москве мы, ясное дело, уступаем: с финансовыми ресурсами, которые там сосредоточены, нам состязаться трудно. Но по объемам жилищного строительства Киев - второй, а по размаху капстроительства - третий после Москвы и Ташкента. Последнее обстоятельство связано с тем, что руководство Узбекистана всерьез занялось сооружением в своей столице престижных зданий торговли, быта, бизнес-центров и т.п. заведений с привлечением турецкого капитала и строителей. А какую мэрию там отгрохали! Наши здания бывшего ЦК КПУ и горкома партии по сравнению с ней - бедные родственники.

Что нам делать

с бывшим «светлым будущим»?

- Итак, можно констатировать, что новое жилстроительство есть, вне сомнения, важнейший элемент удовлетворения жизненных потребностей киевлян. Однако «на дворе» - еще одна сложнейшая проблема: исчерпался 30-летний гарантийный срок эксплутации пятиэтажек 60-х годов со всеми вытекающими отсюда финансовыми, строительными, отселенческими и прочими «примочками». Что вы можете сказать по этому поводу?

А.О. Да, реконструкция пятиэтажек - по киевской терминологии, «хрущевок», а по московской - «хрущоб» - проблема всех крупных городов бывшего Союза. Но особенно это относится к Москве, Санкт-Петербургу и Киеву, где последние возводились по одним и тем же постановлениям ЦК КПСС и Совмина СССР. Объем их строительства был пропорционален числу жителей, и поэтому в Москве ежегодно возводили примерно 4-4,5 млн. кв. м «хрущоб», а в Киеве - соответственно 1,2-1,4 млн. Всего их было у нас сооружено порядка 5 млн. кв. м.

К тому же, в те годы «пятиэтажные» микрорайоны типа Отрадного, Нивок, Воскресенки, Чоколовки, Соцгорода и т.д. были окраинами Киева. Теперь же за ними расположились значительно более современные микрорайоны и, стало быть, «срединное кольцо» требует придания ему более достойного вида. Образно говоря, тогдашние «хоромы», которые по нынешним стандартам построены без современного комфорта и уюта, в том числе без лифтового хозяйства, должны обрести второе дыхание.

Москвичи попробовали было их перестраивать, но, в конце концов, отказались от этого пути и начали сносить, как говорится, «под корень». Но у них и масштабы побольше, а главное, как я уже говорил, они существенно богаче нас.

К сожалению, в Киеве данная проблема уже пять-шесть лет сводится к одним лишь разговорам. Хотя я по профессии строитель, но честно вам признаюсь: став почти два года назад главой столичной госадминистрации, я все это время основное внимание уделял проблемам здравоохранения, образования, экологии и культуры. Вы сами в этом можете убедиться по реставрации Михайловской церкви, реконструкции трех известных гостиниц только по одной Владимирской улице и т.д. Что же касается жилищного строительства, то здесь наша с Поляченко судьба совпадала буквально день в день. Поэтому я хорошо знал этого человека и верил, что дело обеспечения киевлян жильем и соответственно киевских строителей работой - в надежных руках. И когда недавно меня пригласили посмотреть, во что превратилась бывшая пятиэтажка на улице Жуковского, 14, я глазам не поверил. Только зная этот квартал раньше, можно было догадаться, что прежде здесь находилось «хрущобное» общежитие. Зато теперь стоит семиэтажный красавец с двухуровневыми квартирами на верхних пристроенных этажах.

- А как строитель вы занимались этой проблемой?

А.О. Когда я работал заместителем председателя горисполкома по строительству, то в рамках шестого главковского треста мы осуществили капремонт двух пятиэтажек, но без коренной перепланировки и добавления лифтов. Просто заменили коммуникации, выбросили гипсовые перегородки, расширили санузлы. То есть были произведены определенные улучшения, но не принципиальные. Поэтому я считаю, что поднять такое дело можно только в массовом порядке, запустив большую организационную и строительную машину на базе спецтехнологий.

- А как выглядит технология новой начинки старой коробки в экономическом плане?

В.П. Такая реконструкция оказывается раза в два дешевле, чем снос и постройка нового здания. Старые фундаменты позволяют увеличивать этажность до семи, и это, видимо, оптимально. Во многих европейских столицах полагают, что для жилых домов даже семь этажей - многовато. Вот для бизнес-центров - да, чем больше этажей - тем выгодней.

- Если, как следует из ваших слов, технические вопросы реконструкции пятиэтажек более или менее решены и уже воплощаются в жизнь, то как обстоят дела с грядущим массовым отселением?

А.О. Если дело происходит в центре города, то, как свидетельствует наш опыт, убеждать людей переселяться на окраины бесполезно. Для таких случаев надо изыскивать площадки и строить буферные дома тоже в центре, чем мы сейчас и занимаемся. Если же реконструкция имеет место в периферийных районах, то люди должны понимать: на центр им претендовать бесполезно. Кстати, мэр Москвы Юрий Лужков подписал несколько лет назад на сей счет специальное распоряжение.

Возникает при отселениях и другая проблема: люди начинают активно разводиться. Если при первой переписи таких «парочек» регистрируется, условно говоря, 20%, то при второй - уже 50%, а накануне отселения - все 100. Это - не что иное, как издержки фактически бесплатной приватизации. Так что есть о чем думать нашим законодателям.

- Ну а если в старой квартире не соблюдена санитарная норма площади на человека, у проживающих есть право на улучшение?

А.О. Никакого. Пусть там хоть 20 человек проживают. Хотите расширяться - пожалуйста, но извольте доплатить. Единственно, для кого будет делаться исключение, - инвалиды детства, производства, войны, многодетные семьи. Скажем, из 500 тыс. кв. м жилья, которое мы построили в минувшем году, 10% сооружены за счет городского бюджета именно для этой категории очередников.

- Будет ли разработана программа реконструкции пятиэтажек и если да, то на сколько лет?

А.О. Для этого потребуется, скорее всего, лет 15. Те, кто утверждают, что справятся за три-пять лет, - либо отъявленные популисты, либо недавние комсомольские вожаки со свежими дипломами. Ведь даже для простого возведения 5 млн. кв. м нового жилья в темпе 1997 года потребуется 10 лет. А если реконструировать по всем правилам новых технологий и сопутствующих оргмероприятий, то на это уйдет минимум 15 лет. Сегодня на этот счет подписано целевое распоряжение, согласованное с Главархитектурой, Киевземом, Киевпроектом и ХК «Киевгорстрой».

Береги тепло и... берегись евроремонтов!

- Кроме пятиэтажек Киев в массовом порядке застроен девяти-, двенадцати- и шестнадцатиэтажными крупнопанельными домами. Но я обратил внимание, что на протяжении последних лет такого рода дома редко возводятся в центральной части города. С чем это связано?

В.П. Причин тут несколько. Первая и главная - их архитектурный облик. Ведь крупнопанельные дома изначально были предназначены для массового домостроения. Соответственно и размещались они преимущественно на массивах с типовой застройкой. А этим все сказано: типовые квартиры, типовая наружная отделка. То есть архитектура дома - где-то на предпоследнем месте.

Вторая причина, по которой архитекторы крайне неохотно привязывают их к центру, - их кажущаяся холодность. Почему кажущаяся? Да потому что и кирпичные, и панельные дома проектировались по одним и тем же правилам и нормам. А значит, их теплотехнические характеристики совершенно идентичны. Но молва о «холодных домах» закрепилась именно за панельными. Между тем, виноваты здесь не дома и не строители, виновата общая ситуация в нашем государстве. Может ли быть тепло в квартире, коль температура теплоносителя вдвое ниже нормативной?

Но проблема все же есть и связана она со всеми построенными в последние десятилетия жилыми домами - как панельными, так и кирпичными. Дело в том, что большинство их не отвечает новым нормам теплосбережения, узаконенным в 1995 году. Согласно новому стандарту, эти нормы рекомендовано было ввести в действие начиная с 1996 года, а со второго полугодия 1997 года они стали обязательными для всех вновь строящихся домов. При этом должны быть установлены приборы учета, чтобы каждый жилец оплачивал только собственный расход тепла.

Что это означает для строителей? Нужно делать другое утепление стен. Первым это начал делать наш домостроительный комбинат №3 на Осокорках. И хотя он сегодня выпускает трехслойную наружную панель, отвечающую новым нормам, экономические и эргономические соображения заставили применить принципиально иную технологию так называемого вентилируемого пространства. Суть ее в том, что сначала идет слой утеплителя, затем - слой воздуха и, наконец, фактурный слой, который может иметь любой цвет и форму.

- А кто выпускает такой материал?

В.П. Пока, к сожалению, Словакия, откуда мы получаем его в виде плитки. Ввиду массового спроса в самое ближайшее время, очевидно, придется организовывать совместное производство этого материала на месте. Мало того, что дом при этом обретает архитектурное изящество, строители получают возможность формовать наружные стены в конструкции (опалубки) внутренних стен. К тому же, стоимость утеплителя снижается в два-три раза при том, что теплотехнические характеристики нового конструктива равнозначны стене толщиной в четыре кирпича.

А.О. Без большого преувеличения могу сказать, что получился дом-сказка. Когда первые жильцы туда вселились, они присвоили дому звание «Престиж». Надо немедленно распространять этот опыт на центральную часть Киева, ибо те проблемы, которые там существуют, неиндустриальными методами не решить.

Пример неудачного решения, которое украинский Госстрой утвердил в 80-х годах, воплощен в серии домов на улице Горького. Я был тогда главным инженером строительного главка и неоднократно убеждал тогдашнего председателя Госстроя Геннадия Карповича Злобина - вообще-то говоря, талантливого инженера-строителя - не ограничивать использование продукции ДСК только жилмассивами. Помню, он мне на это бросил такую фразу: тебе, мол, позволь, так и Крещатик панельными домами покроешь.

Так вот, пример принципиально нового решения этой проблемы на Осокорках, где, помимо эффектного внешнего вида, дом оборудован мало уступающими оригиналу лифтами совместного украинско-финского производства, где общая площадь трехкомнатной квартиры - 120-140 кв. м, а на верхних этажах разместились двухуровневые квартиры, вполне достоин того, чтобы быть использованным в историческом ядре Киева.

- Раз уж мы с вами затронули проблему конструкции панельных домов, то как вы прокомментируете недавний случай в Москве, когда на Рублевском шоссе обрушился дом-новостройка? Насколько мне известно, эта трагедия была связана не с плохим качеством строительства, а с целым комплексом причин, куда входила и перепланировка квартир, ставшая столь популярной в последние годы. Ведь эпидемия евроремонтов охватила не только северную столицу, но и «мать городов русских».

В.П. Да, любые перепланировки должны осуществляться по правилам и с учетом характеристик данного дома, что, видимо, случается чрезвычайно редко. Тут, безусловно, есть вина и наших проектировщиков: создавая жилые дома, никто раньше не принимал в расчет, что семья может вырасти и у нее появятся новые потребности. В других странах такая практика существует и небольшие перепланировки при гибкой конструктивной схеме там широко распространены.

Однако многие западные или совместные строительные фирмы, осуществляющие в бывшем СССР евроремонты, не учитывают того, что на Западе - другая технология строительного производства, другие конструктивные схемы зданий, другие материалы. Там несущими конструкциями являются в основном внешние стены здания, внутренние же можно беспрепятственно передвигать, делать арки и т.д. У нас же дома последнего периода строительства имеют наружные стены навесного вида, а внутренние - несущие. Так что перемещение стен и прочие новшества зачастую просто невозможны, ибо представляют угрозу прочности и пространственной жесткости всего здания. Особенно это касается крупнопанельных домов, где хаотично пробиваемые проемы в панелях, стенах и перекрытиях ведут прямиком к катастрофе.

А.О. Честно говоря, я с ужасом жду, что и у нас может повториться такая же история, как в Москве. Многие продают свои квартиры, туда въезжают новые хозяева, и стоит одному начать евроремонт, как полдома следуют его примеру. И в 99% случаев об этом ничего не известно специалистам. Но большой многоквартирный дом - это не частный коттедж, он не может превращаться в швейцарский сыр со всеми вытекающими последствиями. Поэтому я обращаюсь ко всем гражданам - соседям нынешних и грядущих «евроремонтников»: немедленно сообщайте о подобных действиях в свои ЖЭКи и городское БТИ, ибо для вас - это вопрос жизни и смерти.

Что на горизонте?

- Ну а какие-нибудь принципиально новые веяния в столичном жилстроительстве имеют место?

А.О. В первую очередь я бы обратил внимание на нарастающий вал индивидуального строительства. Но тут следует учитывать два нюанса. Во-первых, к подобному виду строительства предъявляются достаточно высокие архитектурные требования. Во-вторых, большое количество земель вокруг Киева формально используется под дачное строительство, хотя множество возникающих строений дачи напоминают весьма отдаленно. Как правило, это - двух-, трехэтажные капитальные особняки с отоплением, но вот с точки зрения соблюдения архитектурных норм дела обстоят далеко не блестяще. Поскольку, тем не менее, налицо постоянное жилье, я убежден, что через год-два придется войти в цивилизованные отношения с подобными застройщиками и проложить в места коттеджного скопления (типа, скажем, Южной Борщаговки) нормальные дороги, инженерные коммуникации, озеленить и благоустроить. Это касается всех мест, где расстояние от центра города по трассе составляет где-то до 15 км.

- В декабре 1997 года по инициативе Министерства по делам семьи и молодежи было принято постановление Кабмина о кредитовании строительства жилья для семейных и одиноких молодых людей. Какова его судьба?

А.О. На днях, по инициативе «Киевгорстроя», я подписал распоряжение о выделении из бюджета города 3 млн. грн. для запуска этой программы. Если Верховная Рада выполнит свое намерение выделить под ипотечное кредитование 20-22 млн. грн., то мы рассчитываем централизованно получить для Киева еще порядка 5 млн. грн., о чем у меня был предварительный разговор с министром по делам семьи и молодежи Валентиной Ивановной Довженко.

В.П. Такой кредит будет выделяться - как и во всех цивилизованных странах - на 12-15 лет, т.е. на тот же срок, что и при функционировании хорошо известных ЖСК.

- Сколько это получается квартир?

В.П. Если исходить из нынешней средней стоимости квадратного метра жилплощади в 600 грн. и средней общей площади квартиры 60 кв. м, то при условии, что на эти цели будет выделена сумма в 7-8 млн. грн., 200 молодых семей смогут построить двухкомнатные квартиры. Ну а в дальнейшем, надеюсь, Александр Александрович сумеет наскрести у себя миллионов десять и добиться централизованного кредита хотя бы еще миллиона на три.

- Вы уже априори полагаете, что г-н Омельченко выиграет борьбу за пост мэра? Но ведь среди 17 претендентов - такие «зубры», как Иван Салий, Леонид Косакивский, Валерий Бабич, Сергей Головатый, Михаил Поживанов...

В.П. Безусловно, вы правы - результат здесь трудно предсказать. Но, с точки зрения наших строителей и их клиентов, кто лучше может понять все их беды и радости, как не свой же брат-строитель? А ведь очень важно, чтобы только-только обозначившийся успех развивался сначала в арифметической прогрессии, а затем приобрел геометрическое «ускорение» - таков закон расширенного воспроизводства.