UA / RU
Поддержать ZN.ua

Зашкаливание звездных знаний

Ученый Кот, который правил весь этот год, завел черновицких археологов в таинственные чащи прадавнего леса и неожиданно подарил уникальное открытие.

Автор: Светлана Исаченко

Ученый Кот, который правил весь этот год, завел черновицких археологов в таинственные чащи прадавнего леса и неожиданно подарил уникальное открытие. Близ села Корчивцы Глыбоцкого района, в одном из урочищ, о котором издавна ходили жутковатые легенды, археологическая экспедиция Черновицкого национального университета под руководством профессора Сергея Пивоварова обнаружила странный объект. Огромные валы и рвы тянулись на 100-150 метров, образовывая что-то вроде ствола дерева с несколькими разветвлениями. Причем крайние «ветки» четко указывали на точки весеннего и зимнего солнцестояния.

Осмотрев находку, руководитель Центра космологии, действующего при кафедре философии НТУУ «Киевский политехничес­кий институт», Геннадий Марчен­ко заверил, что мы имеем дело с древней земляной обсерваторией, с помощью которой в древнеславянские времена наблюдали и рассчитывали движение небесных светил. На территории Буковины есть несколько археологических объектов, которые свидетельствуют: наши пращуры владели развитыми астрономическими знаниями на уровне цивилизаций Древнего Востока...

В свое время Геннадий Мар­чен­ко в поисках ответа на вопрос о становлении фундаментальных научных знаний по астрономии и математических методов их кодирования подверг сомнению выводы очень авторитетного специалиста по истории науки - немецкого ученого Отто Нейге­бауэра. Тот утверждал, что научные астрономические знания зародились не ранее середины І тыс. до н.э. и не иначе как у греков, начиная с Пифагора, поскольку, дескать, «египетская астрономия на протяжении всей своей истории оставалась на исключительно незрелом уровне», а вавилонская вообще была «донаучной».

Опираясь на результаты многолетних исследований древних письменных источников, Геннадий Ефимович переместил это событие на шкале истории: во времени - на два с половиной тысячелетия назад, в пространстве - с Пелопоннеса в Месопотамию. Выяснилось, что древние астрономы имели значительно более глубокие знания о Космосе, чем мы до сих пор считали.

- Мне удалось дешифровать пять «генетически» связанных между собой древних астрономических справочников, свидетельствующих о существовании развитой математической астрономии на Ближнем Востоке с начала ІІІ тыс. до н.э. и в Европе с начала ІІ тыс. до н.э., - рассказывает Геннадий Марченко. - А это - шумерская «Универсальная астрономо-математическая таблица» (ІІІ тыс. до н.э.) и производная от нее «Астро­номическая прогрессия Пифагора», а также египетские «Астрономичес­кие уравнения» из папируса Райн­да и египетско-критские «Астро­номические часы - Фестский диск», датируемые ІІ тыс. до н.э., и египетская «Астрономичес­кая система на стеле Хунена».

К тому же, смею заверить, что с этим открытием археоастрономия (историко-астрономическая дисциплина, призванная установить пути развития древних астрономических знаний) получила методологию для научных исследований, которой она не имела, из-за чего и отсутствовали существенные результаты поисков ученых.

- Геннадий Ефимович, как вы пришли к таким выводам? Ведь эти исторические текс­ты, которые вы называете таблицами, известны давно, и никто не считал их астрономическими справочниками?

- По специальности я строитель, конструктор промышленных сооружений. Математические вычисления - моя стихия. Понятно, что выяснять содержание ближневосточной астрономии начал с Большой египетской пирамиды. Удалось связать ее параметры с числами астрономии шумерской таблицы. Это, собственно, и был пусковой механизм моих археоастрономических исследований. В дальнейшем мне понадобились основательные знания по философии, астрономии, математике, ориенталистике, семиотике, истории религии, культурологии и даже храмовой архитектуре.

Мой наставник, известный российский этнограф Юрий Вален­тинович Кнорозов, в свое время предупреждал меня, чтобы я случайно не надумал сравнивать
объекты культур существенно отдаленных - как в пространстве, так и во времени. Это и стимулировало меня решать проблему древней астрономии как раз наоборот, противоположным путем - тотально обсчитывать все известные археологические объекты и древние математические тексты, начиная с
ІІІ тыс. до н.э. и вплоть до принятия христианства на территории всей Ойкумены. Именно кардинальное изменение методологии исторических исследований и привело к положительному результату. Удалось выяснить, что все археоисторические артефакты содержат стандартные астрономические константы. Например, Стоун­хендж сооружен по уравнениям №3 и 44 египетского папируса Райнда, а большое святилище-обсерватория в дакийской столице Сармизегетузе, что в Румынии, - по уравнениям №8 этого же папируса.

Хотя прежде всего нужно было понять древние математические приемы кодирования длинных чисел астрономии, фиксация которых в те времена была сложным заданием. Астрономические справочники содержат числа периодов и параметров светил и планет. Числа - это математический код. Но историки математики не могли что-то в этом плане мне подсказать, поскольку считали, что египетская математика «тормозила развитие техники вычислений», а «содержание вавилонской математики оставалось глубоко элементарным» - с такой математикой в астрономии ничего не сделаешь. Не удивительно, что формулы из папируса Райнда они постигают уже 140 лет и уверены, что это отвлеченно-математические выкладки.

К тому же нужно было выяснить, какое представление имели древние о Небе, какие периоды математически фиксировали. Ничего существенного не могли здесь подсказать и историки астрономии, которые, как уже отмечалось, вынесли безапелляционный вердикт: развитой научной астрономии Ближний Восток в догреческие времена не имел, знали периоды Солнца и Луны, и только с І тыс. до н.э. в Вавилоне начали фиксировать периоды планет. Из этой концепции напрашивался вывод: если такие развитые цивилизации, как Шумерская, Египетская и Вавилонская, не владели научными астрономическими знаниями, то варварская Европа - тем более.

Однако приобретенные знания позволили мне выдвинуть две рабочие гипотезы и потом доказать их истинность. Первая - египетская и шумерская математики не были примитивными и служили также для фиксации чисел астрономии. Вторая - ближневосточные жрецы-астрономы владели теми же астрономическими знаниями, что и греческие астрономы, и даже более широкими, поскольку греки учились у восточных жрецов и усваивали, присваивали и развивали их знания.

Я уже упоминал шумерскую «Универсальную астрономо-математическую таблицу» (УАТ). Мне удалось ее реконструировать, объединив опубликованные фрагменты клинописных таблиц обратных величин в большую таблицу с прямоугольной сеткой, в результате чего образовалась математически логичная система чисел по всем направлениям. А вот Отто Нейге­бауэр неудачно старался объединить эти фрагменты в таблицу с диагональной сеткой.

Древние астрономы использовали УАТ для фиксации в ней больших чисел астрономии. Так вот, астрономические справочники фиксируют периоды Солнца, Луны, Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера и Сатурна, 30-месячный и Саросский циклы лунных затемнений, 19-летний солнечно-лунный цикл, относительные размеры Земли, Луны и Солнца и прецессию со скоростью один градус Зодиака за 68-78 гг. «Перво­двига­те­лем» движения всех небесных тел в те давние времена считали прецессию.

По этим астрономическим справочникам в Европе строили святилища-обсерватории в виде мегалитических сооружений - кромлехов (поставленных по кругу каменных блоков), а также в виде пирамид в Египте.

Кромлехи иногда служили еще и «астрономическими часами», где астрономические периоды фиксировались неоднократным повтором количества счетных единиц в круге сооружения. В египетских же пирамидах единицу измерения - «царский локоть» - отождествляли с астрономическими единицами - сутками или месяцем.

- Понятно, почему древние астрономы тщательно наблюдали движение Солнца и Луны, потому что составляли календари, в том числе для земледелия. Но зачем им нужно было знать периоды планет?

- Когда я сказал известному историку астрономии, который установил фиксацию древними египтянами периодов планет, то в ответ услышал: этого не может быть по той простой причине, что на сельскохозяйственную деятельность египтян планеты, в отличие от Солнца, отнюдь не влияли, а потому ими и не интересовались.

С вульгарно-материалистичной точки зрения объяснение якобы логическое. Но для древних мудрецов вопрос сельскохозяйственного производства не был философской проблемой. Их волновала прежде всего проблема феноменов рождения и смерти человека. В поисках ответа они обращались, ясное дело, к Небу, населенному, по их убеждению, богами.

Эти боги-светила (планеты) имели все признаки живых существ: были теплыми, потому что светились; двигались к тому же закономерно, а следовательно - были умными; дышали, потому что имели сменные периоды обращения; умирали (исчезали из поля зрения) и снова рождались. Жрецы считали Человека восьмой планетой, подчиненной законам Космоса, сроки рождения которой диктовались прежде всего Вене­рой. Ведь она содержит в своем цикле девятимесячный период, поэтому и названа женским именем. Само учение о живом Кос­мосе и причастности к нему Человека стимулировало интерес жрецов к планетам, периоды которых они фиксировали.

Ближневосточные астрономы фиксировали как минимальные, так и максимальные синодические периоды планет, а не только средние. Зато греческих астрономов интересовали только средние периоды. Именно поэтому Гиппарх и не нашел «удовлетворительных» данных о планетах у своих предшественников. Историки пренебрегают словами Аристотеля относительно того, что не только от вавилонян, но и от египтян греки получили «много надежных свидетельств о каждой из звезд».

- То есть вы фактически доказываете, что научными астрономическими знаниями человечество обязано Шумеру?

- Изучение археоастрономических объектов и текстов в афро-европейском и американском регионах в хронологическом диапазоне ІІІ тыс. до н.э. - I тыс. н.э. свидетельствует, что все они создавались по упомянутым «Астро­номическим справочникам», генетически связанным с шумерской универсальной таблицей.

Некоторые археологи пока что не готовы воспринять этот факт. В археологии господствует идея изоляционизма - культурного саморазвития древних обществ - и осуждается идея диффузионизма Гордона Чайльда, провозглашающая распространение знаний и технологий из одного центра - с юга на север.

- Честно говоря, немного даже жалко, что ваша археоастрономическая концепция, изложенная в пособии «Начала археоастрономии», беспощадно снимает с этих объектов занавес таинственности.

- Согласитесь, давно наступило время это сделать. Нам почему-то легче окутать египетские пирамиды, Стоунхендж в Англии, геоглифы перуанской пустыни Наска, каменные ряды Карнака во Фран­ции ореолом мистики, чем признать, что канонизированные жрецами научные достижения древней астрономии стали составляющими языческой синкретической астраль­ной религии, где фантастические представления о «живом Космосе» переплетались с объективными знаниями о движении светил и планет, которым поклонялись.

Так вот, в святилищах-обсерваториях небесное божество фиксировали его периодом. Кроме того, в святилищах фиксировались циклы затемнений Луны, символизировавших «смерть» вообще, а также периоды рождения Человека, которые стимулировали его возрождение после смерти.

Величественные древние религиозно-астрономические сооружения стали неотъемлемой составной современной, а не только древней культуры человечества. А наличие в той или иной стране объектов - носителей развитых математических и астрономических знаний - меняет представление об уровне цивилизованности народов, в древности населявших эти территории.

В Украине также есть ряд ярких археоастрономических памятников. В Карпатско-Днестровском регионе это «астрономические часы» в с. Долыняны и комплекс петроглифов - астрономических символов на скалах возле с. Багна (Черновицкая область), принадлежащих к І тыс. новой эры. В Днепровском надпорожье и на острове Хортица обнаружен мощный комплекс кромлехов с календарно-астрономическим содержанием, синхронный Стоунхенджу (ІІ тыс. до н.э.).

В общем, археоастрономия позарез необходима не только археологам, но и лингвистам, которые дешифруют древние знаковые системы. Ведь среди них много астрономических. Как, например, известная стела Хунена. Простой последовательный подсчет иероглифов на ней фиксирует число 591 - максимальный период Венеры во временах. Однако египтологи каждый раз вычитывают там какие-то заклинания. Фестский диск также «читают» на каких угодно языках.

- Критика и дискуссии в науке - вещь обычная и необходимая. Кто разделяет ваши взгляды, с кем сотрудничаете?

- Новая теория археоастрономии проходит, так сказать, апробацию. Одни ученые ее признают. Другие сомневаются, отбирая аргументы, - не худший вариант. Третьи сознательно замалчивают, поскольку все свои научные работы основывали на утверждении о принципиальном отсутствии развитых научных знаний в догреческие времена.

Мои исследования активно поддерживают философы и математики Киевского политехнического института, в котором я работаю. Это профессора Борис Новиков и Нина Вирченко, доцент Виктор Гайдай. При содействии академика Ярослава Яцкива была опубликована моя статья о содержании Больших египетских пирамид. Заинтере­совались этой проблемой археологи, в частности профессор Сергей Пивоваров из Черновиц­кого национального университета им. Юрия Федьковича, поскольку именно на Буковине, как уже упоминалось, открыты яркие археоастрономические памятники. Археоастрономия, помимо всего прочего, это наука о совершенных древних астрономических информационных технологиях. Как известно, существует космическая программа поиска внеземних цивилизаций, от которых мы ожидаем получить математически закодированные сигналы. Известный ученый Иосиф Шкловский как-то заметил: дескать, были бы сигналы, «а уж расшифровать их смогут, как бы это ни оказалось трудно».

У меня относительно этого есть серьезные сомнения, поскольку современная мощная наука не в состоянии понять кодирование структуры Солнечной системы, считайте, коллегами современных астрономов - жрецами Шумера и Египта. Логично было бы сначала разобраться с астрономической информацией «древних землян», а уж потом, обогатив методологию дешифровки, пытаться раскодировать возможные сигналы «современных внеземлян».