UA / RU
Поддержать ZN.ua

ПРИНЦИП КОЧЕРГИ В НАУКЕ

Статья продолжает дискуссию о реформировании науки в русле размышлений доктора биологических наук Александра Демченко (см...

Автор: Владимир Науменко

Статья продолжает дискуссию о реформировании науки в русле размышлений доктора биологических наук Александра Демченко (см. «ЗН» №№ 3, 4 и 5 с. г.), обнажая новые проблемы. Речь идет об итогах номенклатурной «перестройки» науки, завершающейся сейчас переходом к ее реформированию. В частности, затрагивается один из самых острых камней преткновения - финансирование прикладной науки.

За одного ученого двух академиков дают

Ключевой проблемой реформирования науки в Украине есть демократизация научной среды, переход на коллегиальный, горизонтальный уровень принятия решений. Вертикальная система отношений между учеными, подобно анекдотической кочерге, больно бьет по научному сообществу каждый раз, когда она под ногой. Приведу лишь один из множества примеров.

Главным препятствием на пути к интеграции в мировую экономику является сейчас низкий профессиональный уровень основной массы наших научных работников. Причины коренятся в нормах жизнедеятельности ученых бывшего СССР. Всем известно, что в те годы профессиональность не была приоритетным стимулом и главным критерием полезности и эффективности научного труда. Большинство энергичных научных работников отдавало предпочтение продвижению вверх по лестнице научно-партийно-номенклатурных должностей. И вот тут срабатывал принцип кочерги. Делая такой выбор, ученый автоматически отказывался от дальнейшего повышения своего профессионального уровня. Последний, как правило, снижался вопреки иллюзорной надежде на возможность повышения с помощью или за счет труда подчиненных. Вот почему наша наука вскармливала полчища академиков, а зарубежная - нобелевских лауреатов. Действительно, может ли даже одаренный человек стать специалистом, например, в области хирургии сердца, если все силы он тратит на администрирование?..

Аппаратная перестройка АН УССР в Национальную академию наук Украины (НАНУ) осуществлена номенклатурой в соответствии с официально принятой ею концепцией развития науки в Украине. Вместо провозглашенной демократизации ученые приобрели полное бесправие, а «хуторяне» всевластие и полную бесконтрольность. К первым А.Демченко относит тех, кто отдает приоритет служению науки, ко вторым - предпочитающих административную и академическую карьеру. Никакого перехода на горизонтальный уровень принятия решений не могло произойти и не произошло.

«Хуторяне», по преимуществу бывшие коммунисты, поголовно перекрестились в демократов, нейтралов, националистов и даже антикоммунистов. Однако при этом все они сохранили свои видовые признаки. В применении к «отцам» перестройки таковыми являются, с одной стороны:

- отсутствие весомых научных достижений, собственноручно полученных и опубликованных без соавторов в авторитетных международных изданиях;

- отсутствие ссылок и даже упоминаний об их трудах, пусть даже многолетних и многотомных, со стороны авторитетных зарубежных ученых;

- отсутствие достижений, квалификации, а потому и желания подавать заявки на многочисленные конкурсы с независимой научной экспертизой проектов.

С обратной стороны мы видим другие крайности:

- наличие непомерного количества работ во второсортных изданиях, иногда это многие сотни публикаций в соавторстве с подчиненными или зависимыми людьми;

- монопольное владение всем, относящимся к сфере международного сотрудничества: информацией, контактами, зарубежными поездками и т. п.;

- активное и почти всегда победоносное участие в конкурсах с «карманной» экспертизой, например, в конкурсах бывшего Комитета по научно-техническому прогрессу (КНТП) при Кабинете министров Украины.

О «насосах»

и присосах

Производителям новой научной продукции, то есть ученым, дают эпизодически и только некоторую долю их нищенского оклада. Несоизмеримо большие деньги перекачаны в карманы «хуторян». С этой целью широко используются «насосы» номенклатурного рынка, запущенные отцами «перестройки». Взамен государство получило от «хуторян» результаты имитации научных исследований и разработок в виде устаревших, бесполезных, ошибочных или потенциально опасных новшеств.

Дабы не быть голословным, приведу несколько типичных примеров и ситуаций. Вначале рассмотрим принятую систему конкурсного распределения денег на науку под эгидой КНТП. Второй пример касается проблемы стандартизации и сертификации продукции, без чего нельзя выйти на международный рынок. И последний - относится к болезненной теме безопасности ядерных реакторов.

У вездесущих «хуторян» мозги не обременены тяжелыми поисками научных истин. Они хорошо знают места, где скудные деньги налогоплательщиков прольются на науку раньше, чем в других секторах государственного финансирования. Стало быть к тому времени в означенном месте уже должен стоять «насос». Последний может представлять собой совет, комитет, комиссию, центр, малое или совместное предприятие. Название, вид, размеры и статус «насоса» не имеют существенного значения. Важно, чтобы только свои люди могли его включать и выключать. Ждать долго не приходится, поскольку в государственных учреждениях, располагающих деньгами на науку, всегда найдется братия по духу.

Итак, по кулуарной технологии были разработаны и запущены такие себе «насосики» - советы экспертов при КНТП. Ученым предложили подавать заявки в КНТП на конкурсное финансирование научных проектов. При этом «насосики» запрограммировали на работу по принципу «своя сорочка ближе к телу» и (или) «свой свояка видит издалека». Главные итоги конкурса до обидного предсказуемы. Львиная доля наших денег перелилась в карманы «хуторян». Обратно потекли отчеты о якобы проведенных исследованиях и якобы полученных при этом важных результатах. Появились публикации, в которых эксперты-победители благодарят КНТП Украины за финансирование их «фундаментальных» творений. Эти благодарности в сочетании с недопустимо низким научным уровнем таких публикаций унижают всех нас. У зарубежного читателя они вызывают лишь снисходительную усмешку.

Разумеется, что большинство экспертов, если не все, стали многократными лауреатами конкурсов КНТП. Например, эксперту А было открыто финансирование, как минимум, по четырем проектам в 1993, 1994 гг. и по пяти - в 1995 г., а эксперту Б - по трем в 1993, 1994 годах и четырем - в 1995 г. При этом их коллеге по месту работы, должностному лицу В в 1993 г. причитались деньги сразу же по шести проектам. Почти все из упомянутых проектов имели отношение к проблеме безопасности ответственных конструкций типа ядерных реакторов и самолетов. По своей наивности автор также подал заявку на проект, касающийся данной проблематики. Ответ был таков: ваш проект бесполезен в сравнении с проектами ваших коллег А, Б, В. Однако случилось непредвиденное, бесполезный проект получил гарант Европейского сообщества, тогда как полезные (только для господ А, Б, В) - отказ. Кроме того, получено согласие ведущих специалистов Агентства по атомной энергии Великобритании на проведение совместного исследования в области безопасности ядерных реакторов. Наши атомные ведомства не давали, не дают и, видимо, не дадут денег на эту работу - полезную для Англии и бесполезную для Украины.

На заре «перестройки» был создан еще один «насос» - технический комитет по проблемам стандартизации в определенной области. Вскоре в комитет поступил госзаказ и деньги на разработку десятка стандартов. Не утруждая себя поисками квалифицированных специалистов, комитетчики (в том числе господа А, Б, В) поделили работу и деньги между собой. Таким образом от работы над документами государственной важности были отстранены многие, потенциально более подходящие ученые.

Так, разработку одного из стандартов взял на себя эксперт-победитель Б, не имея необходимых для такой работы квалификации и научного задела. По сути он отобрал работу и деньги у известного ему специалиста, который имел собственные научные достижения по данной конкретной проблематике. Соответствующий государственный стандарт Украины вскоре был официально издан. Этот документ не просто плох, он смешон и оскорбителен как для ученых, так и для государства.

Словно в насмешку господин Б вскоре был избран в члены-корреспонденты НАН Украины. В тот же период упомянутый специалист, пребывая в оплачиваемых и неоплачиваемых отпусках, продолжал исследования. Недавно он представил свою разработку в качестве альтернативы стандарту Украины. Ведущие ученые Европы и США одобрили результаты этой работы. По их рекомендации она опубликована в авторитетном зарубежном издании. В настоящее время ведутся переговоры о возможной финансовой поддержке дальнейших исследований со стороны заинтересованных западных учреждений.

Интересно, примет ли наш член-корреспондент уже сделанное ему предложение рядового ученого начать цивилизованную дискуссию на страницах открытой печати? Вероятнее всего, нет. Как и прежде, господин Б воспользуется привычными ему методами номенклатурной расправы с оппонентом. Сейчас это лишение средств к существованию.

Наконец, животрепещущая проблема безопасности ядерных реакторов. К ней присосалось столько разномастных «хуторян», что впору говорить о своеобразном заповеднике. «Насос» поработает по универсальной схеме: Тебе, распорядителю финансов, якобы, необходимо решить проблему - Я, нанимаемое лицо, якобы, единственный и неповторимый - Ты предложил мне работу - Мы заключили филькин договор - Я, якобы, выполнил работу - ты платишь мне, якобы, за полезную работу - Я выражаю «благодарность» за содействие - Мы, по обоюдному согласию, прячем концы в воду.

В этом заповеднике рядом с господами С, Б и В пасутся и другие, например их коллега Г. Своей напористостью и принципиальностью многолетнего парторга он снискал уважение чиновников атомных ведомств еще в доперестроечные годы. Профессор Г первым порвал с КПСС и вскоре сконструировал свой собственный «насос». Уже сейчас это техническое чудо «перестройки» перекачивает заказы на сумму, близкую к миллиарду долларов.

Чиновники Кабинета министров, атомных ведомств и станций глубоко уверовали, что только профессор Г способен спасти Украину от серии неотвратимо надвигающихся катастроф типа чернобыльской. Эта исключительность раздражает и вызывает зависть у многих именитых «хуторян». Они-то знают свои кадры. Профессор Г просто безграмотен в сравнении с безвестными сотрудниками своего подразделения. Он не понимает смысла и замысла работ, по которым числится научным руководителем.

Взаимоотношения между обитателями «заповедника» далеки от бесконфликтности, что не мешает им дурачить нас дыркой от бублика. Так, почти все «хуторяне» (исключая господина Б) и тем более чиновники атомных ведомств не знают, что под эгидой Уэссекского технологического института (Великобритания) регулярно проводятся международные конференции на тему «Компьютерная оценка и контроль повреждаемости». Соответствующее программное обеспечение уже многие годы доступно всем, даже частным лицам. Достаточно обратиться в Ядерный технологический центр Беркли, чтобы навести справки об этой несомненно самой передовой инженерной методологии. Однако чиновникам КНТП и атомных ведомств выгоднее отдавать значительно большие деньги на «разработку» заведомо устаревших и почти всегда ошибочных аналогов. Научный уровень авторов этих поделок исключает их участие в упомянутых конференциях. Более того, эти люди никогда не пойдут на прямое сопоставление предлагаемых «новшеств» с передовыми зарубежными аналогами. Им и сговорчивым чиновникам выгоднее развлекаться компьютерными играми в области безопасности таких себе «игрушек», как ядерные реакторы, газопроводы и нефтепроводы.

Итак, во всех трех ситуациях кочерга срабатывала по принципу - кому поручали, то и получали.

Горькие плоды «перестройки»

Антидемократический характер преобразований в науке усилил кризисные явления в обществе. Пострадали все. Ученые за отстраненность и соглашательство, «хуторяне» за алчность и скудоумие. И те, и другие сознательно и подсознательно стремятся сесть на наркотическую иглу полного бюджетного финансирования. Да, мы привыкли вкушать этот плод тесной связи прикладной науки с военно-промышленным комплексом. Однако пришла пора осознать, что в цивилизованном обществе «хорошую» жизнь в науке обретают через международное признание собственных трудов.

Кадровый состав, цели и навыки «прорабов» предстоящего реформирования науки вряд ли сильно отличаются от таковых накануне «перестройки». Спрашивается: есть ли основания думать о том, что плоды преобразований будут иными? Хочется верить, что такими основаниями являются: новые экономические реалии и отсутствие всеобщего затмения рассудка.

Сомнения исчезнут, если первым шагом реформаторов станет (предложение первое): постановление правительства о приоритетном финансировании работ, выполняемых совместно с технически развитыми капиталистическими странами. В этом постановлении следует специально оговорить, что прекращение финансирования таких исследований со стороны иностранных партнеров или международных организаций автоматически ликвидирует финансирование из бюджета Украины. Пострадают многие и прежде всего «хуторяне». Однако выигрывают все: замедлится процесс моральной деградации научной среды; возродится интерес к повышению профессионального уровня, начнется омоложение кадров, снизится «утечка мозгов» и т.п. Иными словами, мы впервые после горьких плодов «перестройки» обретем правильные ориентиры и стимулы к возрождению науки в Украине.

Из числа наших и зарубежных ученых, непосредственно участвующих в совместных научных исследованиях, необходимо сформировать альтернативные экспертные советы (приложение второе). Такие советы могли бы осуществлять независимую экспертизу ответственных проектов, например, в области безопасности ядерных реакторов. Они позволили бы осуществить отбор подходящих проектов и объективный контроль за эффективностью вложения средств.

Отмеченные предложения не требуют значительных затрат на их реализацию. Вместе с тем, они принципиально важны, поскольку в случае отказа кочерга останется символом преобразований науки в Украине.