У государства не может быть «наших» или «ваших» данных. Все они государственные и должны служить его целям. Впрочем, практика доказывает обратное. У каждого госоргана есть «свои» данные, он держится за них обеими руками, как за высшую ценность, и страшно не хочет делиться. Иногда до смешного, порой — до возмущения. Мы же якобы прогрессивное цифровое государство с образцовой и действительно очень удобной «Дією» — буквально супермаркетом государственных услуг. Но за этой витриной — советский сельмаг с пустыми полками, продажами из-под полы, учетом в амбарных книгах, а главное, откровенным нежеланием стать хотя бы универсамом. Мы докажем это на конкретном примере, и, несмотря на тему, он не будет скучным: впереди ссоры, интриги, шантаж, саботаж и даже немного конспирологии.
Осенью прошлого года Госстат перестал публиковать данные о внешней торговле товарами. Всякое бывает, но месяц к месяцу — и вот за окном май 2026-го, а данных до сих пор нет. То, что немногих беспокоило вначале, сейчас сильно напрягает всех, кто с этими данными работает, — от аналитиков и журналистов до Минэкономики и НБУ, которые их используют непосредственно в работе. Без этих данных невозможны ни макроэкономическое планирование, ни бюджетное, не работает адекватно контроль таможенных сборов и экспортно-импортной «тени», буксует любая государственная аналитика и прогнозы. Но паники, как видим, нет.
Еще больше напрягает объяснение от Госстата, которое все это время висит на соответствующей странице вместо обычной информации о внешней торговле:
«Госстат не получил согласно Соглашению об информационном сотрудничестве от Гостаможслужбы в полном объеме административные данные о таможенных декларациях... что делает невозможным своевременное формирование и распространение информации».
То есть таможня вдруг перестала предоставлять информацию Госстату и саботирует эту передачу до сих пор. Это уже интересно. Еще более интересны версии, почему же таможенники прибегли к этому саботажу.
Официальная версия Таможенной службы упрощенно звучит так. Якобы служба, в очередной раз перечитывая Таможенный кодекс, осознала, что буквально в течение многих лет неправильно понимала его статью 452 и на самом деле может предоставлять Госстату только деперсонифицированную информацию об экспортно-импортных операциях.
Собственно, эта деперсонификация буквально делает невозможным для Госстата работу с таможенными данными, потому что его методология предполагает получение всего массива детализированных данных, а не куцей записки «по отдельным направлениям произошли отдельные изменения». Самая большая претензия к этой версии — временной лаг в шесть лет, ведь в последний раз изменения в статью 452 вносились в 2020-м, и если в это объяснение поверить, то необходимо весь состав таможенной службы отправить на тест PISA, определяющий умение школьников понимать прочитанное.
Да и сама постановка проблемы странная: детализированные данные о внешнеэкономической деятельности конкретных компаний скрывают от Госстата, регулярно собирающего данные о деятельности компаний и физлиц-предпринимателей для формирования официальной государственной статистики. То есть о балансах, финрезультатах, объемах производства и персонале Госстату знать можно, а вот кто сколько завез или вывез из страны товаров — нельзя?
Впрочем, в кулуарах таможенной службы распространена другая версия причин саботажа — письмо от СБУ, буквально запретившее таможенникам распространять недеперсонализированные данные о поставках товаров. Мол, таможенные базы можно купить на каждом шагу, пора это безобразие наконец прекратить.
Во-первых, принципиально ничего с ноября не изменилось, таможенные базы до сих пор можно легко купить на черном рынке. Во-вторых, каждый, кто такие базы хотя бы раз видел, подтвердит — они именно таможенные, а не госстатовские. Отличие есть, «гурманам» сугубо таможенный набор данных бросается в глаза сразу, и мы всегда видели только его в «слитых» базах.
К тому же наши источники в СБУ подтверждают, что письмо об ограничении от СБУ таможенная служба действительно получала, но касалось оно не всех товаров в целом, а только двойного назначения. Это исчерпывающий и понятный перечень, который точно не составляет весь массив данных, которые таможенники перестали предоставлять Госстату.
Но есть и третья версия событий, еще более кулуарная, а главное, подтвержденная нами в разных не связанных между собой источниках: саботаж таможни — это месть.
Именно так, Государственная таможенная служба мстит Госстату за нежелание поделиться с таможенниками статистическими отчетами конкретных производителей сои и рапса. Вот это поворот.
Напомним, что осенью 2025 года была введена 10% пошлина на экспорт сои и рапса, но производителей, экспортирующих продукцию собственного производства, от нее освободили. С того момента процесс качественного мониторинга происхождения сои и рапса стал настоящей головной болью государства, поскольку где есть льгота, там сразу появляются желающие ее получить незаконно. Тем и интересны отчеты, поданные производителями в Госстат, поскольку, в отличие от всех других отчетов, их обычно никогда не занижают, — нет необходимости. Поэтому сравнение этих отчетов с данными налоговой или Торгово-промышленной палаты действительно было бы интересным упражнением для таможни. И мы можем только надеяться, что прибегали бы они к таким сравнениям исключительно с благими намерениями. Но... по закону, Госстат не имеет права передавать статистические отчеты конкретных производителей.
Да, снова «ваша» и «наша» информация, но в данном случае это имеет смысл, ведь именно защищенность этих данных и отсутствие прямых мотивов соврать Госстату — залог того, что данные будут правильными, а страна будет оперировать точной информацией. Поэтому на сознательное нарушение закона Госстат не пошел, и буквально сразу предоставление данных от таможни прекратилось. По сути, это шантаж на уровне госорганов, продолжающийся более полугода без каких-либо последствий для шантажистов.
Конечно, Госстат не сидит с грустным лицом, а активно пытается найти разумное решение абсурдной проблемы. Начали с Дениса Шмыгаля, который, будучи первым вице-премьером, ответственен за все на свете, включая статистику. Это был ноябрь прошлого года. Шмыгаль поручил Минцифры разобраться в ситуации. Не разобрались. При всем уважения к управленческому опыту Дениса Шмыгаля, Минцифры точно не то министерство, которое может повлиять на таможенную службу. Здесь даже поручение Минфина не факт что помогло бы. Тем более все это время на официальном уровне таможня настаивает, что причина в статье 452 Таможенного кодекса, а кодекс точно выше по юридической силе какого-то там Соглашения об информационном сотрудничестве.
Собственно, из-за этой «официальной» причины решить проблему быстро, то есть просто возобновить предоставление данных, уже не получится. Да, в таможне теперь новый руководитель, бывший детектив НАБУ Орест Мандзий. Но, с одной стороны, мы уверены, что обмен информацией с Госстатом не должен быть первоочередной его проблемой, а с другой — опытные коллеги-таможенники точно добегут до него первыми со своей версией событий. Следовательно, несмотря на всю неправомерность причин, из-за которых эта ситуация сложилась, будут решать ее исключительно правовым способом.
Сейчас продолжается совместная работа Госстата теперь уже с Минюстом, Минфином и Минцифры, нацеленная на внесение поправок в статью 452 Таможенного кодекса. Понятно, что это небыстрый процесс, и прогноз, полученный чиновниками от законодателей, — конец этого года. Кто следил за исключительной непроизводительностью украинского парламента в последнее время, понимает — прогноз очень оптимистичный. Все это время страна будет жить без официальной статистики о внешней торговле.
В выигрыше, между прочим, будет только таможня, заварившая эту кашу, ведь отсутствие этих данных, помимо всего прочего, не позволяет аналитикам видеть реальную экспортно-импортную картину и оценивать добропорядочность таможенников не по результатам переаттестаций, а по конкретным действиям. Вот вам и крупица конспирологии.
Что в сухом остатке? Прежде всего подтверждение деградации в госуправлении, при которой отсутствие официальной статистики более полугода не стало институциональным скандалом. Имеем свидетельство крайне низкого веса Минцифры и неспособности ведомства решать профильные задачи. Прямо по Пинзенику — хотите, чтобы исчезли яблоки, создайте министерство яблок. Да и вся история в целом демонстрирует, что и масштаб проблем, и пути их решения — даже не мелкие, а мелочные. И правительственная несостоятельность все исправить быстро и правильно только ухудшает ситуацию. Таможенная служба, виновница скандала, не только не понесет никакой ответственности — она единственная, кто выходит из этой истории в выигрыше и без претензий. В итоге вместо публичной порки и немедленного восстановления передачи данных мы получим очередные поправки в Таможенный кодекс, потому что кодексы наши все стерпят. Не удивлюсь, если после их принятия Гостаможслужбу еще и поблагодарят за плодотворное сотрудничество.