UA / RU
Поддержать ZN.ua

«УНАБОМБЕР»: маньяк-убийца или революционер?

Кэтрин ЛЭК Америка всегда тяготела к дешевым сенсациям, бесцеремонно глазея на всю ту зловещую муть, которая время от времени поднимается из непроницаемых глубин человеческой души.....

Автор: Кэтрин Лэк

Кэтрин ЛЭК

Америка всегда тяготела к дешевым сенсациям, бесцеремонно глазея на всю ту зловещую муть, которая время от времени поднимается из непроницаемых глубин человеческой души... На первый взгляд, тематика неистовствующих масс-медиа в этом месяце тоже не является исключением. ФБР удалось выследить человека, известного с 1978 года под именем «Унабомбера». В результате деятельности «Унабомбера», который специализировался на рассылке бомб в различные места и разным людям, за 18 лет было взорвано 16 бомб, убито три человека и ранено 23. Хотя СМИ никогда не оставляли его деятельность без внимания, особый интерес он вызвал три года назад. Арест Теда Касинского, обвиняемого в том, что именно он и является «Унабомбером», открыл новую главу в этой саге, получив подобающую случаю огласку.

Правда, в этой ужасной истории есть несколько не вполне вписывающихся в общую картину моментов, которые делают ее необычной и еще более тревожащей. Хотя ФБР и присвоило ему бирку маньяка-убийцы, «Унабомбер» провозгласил себя революционером, борющимся за возвращение индивидуальной свободы в результате низвержения современного индустриально-технологического общества; у него даже появились разнообразные последователи. Подозреваемый, Касинский, имеет степень доктора наук по математике, но несколько лет назад удалился от общества, предпочитая жить в одиночестве в глуши в штате Монтана. Наводка, выведшая ФБР на Касинского, поступила от его младшего брата Давида, который почувствовал, что его долг перед обществом перевешивает семейный долг. Вся эта история напоминает мыльную оперу, однако смерти и страдания вполне реальны и вероятность счастливого конца для какого-либо основного действующего лица очень расплывчата.

«Унабомбер»: история

«Унабомбер» всегда наносил удары только избранной клиентуре. Имя «Унабомбер» обязано своим происхождением его письмам своим излюбленным жертвам - университетам и авиакомпаниям. Хотя первая бомба, приписываемая ему, была отослана в мае 1978 года, только после взрыва третьей бомбы в ноябре 1979 года ФБР осознало, что имеет дело с серийным убийцей. «Унабомбер» всегда отличался тем, что оставлял очень мало улик для ФБР, насмехаясь над их неспособностью выследить его. Жертвы всегда выбирались крайне беспорядочно, и он наносил удары по всей территории Соединенных Штатов.

Одной из причин, из-за которых было так трудно обнаружить «Унабомбера», была та осторожность, с какой он наносил удары. С самого своего первого шага «Унабомбер» нигде не оставил отпечатков своих пальцев, обрывка волоска или же любого другого следа, который мог бы вывести расследователей на какой-то определенный индивидуум. Он всегда оказывался на высоте. Первые семь бомб были сделаны весьма по-дилетантски, из различного хлама и металлолома (поэтому вначале его даже прозвали «бомбистом со свалки»), которые только наносили ушибы при взрыве. Однако затем бомбист затаился на три года, по всей видимости, для того, чтобы научиться лучше делать бомбы. В 1985 году он продолжил свою подрывную деятельность, послав в общей сложности четыре бомбы. Эти бомбы были уже гораздо совершеннее, но так же соблюдены все правила конспирации. Один человек был убит при взрыве и двое покалечено. Затем бомбист опять затих на какое-то время и напомнил о себе в Солт-Лэйк-Сити, штат Юта, в феврале 1987 года. Теперь уже мало у кого упоминание об «Унабомбере» вызывало усмешку; был даже составлен устный портрет, хотя он и не принес тогда никакого результата. И все же тот факт, что убийцу удалось увидеть, навевал радужные надежды на то, что его удастся поймать, хотя сразу же после этого он опять залег на дно и не всплывал на поверхность целых шесть лет, до июня 1993 года. И опять его бомбы претерпели значительные усовершенствования. Следующая бомба сильно покалечила ее получателя, а две последние, которые были взорваны в декабре 1994-го и апреле 1995-го, смертельно ранили свои жертвы.

До этого времени ни общественность, ни ФБР не имели ни малейшего представления о мотивах, которые двигали «Унабомбером». Предполагалось, что это просто убийца-маньяк - психопат, испытывающий патологическое удовлетворение от того, что делает. ФБР было в состоянии идентифицировать его бомбы, так как в каждой из них содержался по крайней мере один металлический фрагмент, на котором были выбиты инициалы FC. Однако после того, как он вновь объявился в 1993 году, его бывшая скрытность, похоже, улетучилась. Он послал письмо в New York Times, в котором изложил основные принципы своей политики революции. Он начал посылать также письма в ФБР. А затем, на гребне волны, поднятой взрывом в Оклахома-Сити в начале 1995 года, в результате которого были убиты 168 человек, «Унабомбер», горько переживающий то, что оказался отодвинутым на задний план, выпустил в свет свой манифест и с ним целый ворох проблем.

Манифест

Именно в апреле, спустя несколько месяцев после взрыва бомбы в Оклахома-Сити, «Унабомбер» предпринял свои первые открытые шаги. Отныне он провозглашал себя членом революционной организации, носящей название Клуб Свободы - отсюда и инициалы FC (Freedom Club). ФБР, однако, утверждает, что «Унабомбер» всегда действовал в одиночку, и тому, похоже, имеются убедительные подтверждения. «Унабомбер» заявил, что он собирается написать послание, которое объяснит его политические и личные взгляды и цели; причины, побуждающие его подрывать и убивать. Три месяца спустя манифест, каждое из его 35 тысяч слов, появился в New York Times и Washington Рost, где и хотел опубликовать их «Унабомбер». В ответ он обещал прекратить отбирать у людей жизни, но не обещал сдаться властям и прекратить свою подрывную деятельность. Для того чтобы ни у кого не возникло желания забыть о том, что он представляет собой реальную угрозу, манифест сопровождался подлогом фальшивой бомбы в Лос-Анджелесском аэропорту, что продержало в состоянии панического ужаса и сам аэропорт, и ФБР в течение целой недели.

Дебаты по поводу «публиковать или не публиковать», которые вызвал манифест, подняли серьезные вопросы о роли и ответственности средств массовой информации в Америке. Обе газеты в конце концов сошлись на необходимости опубликовать выдержки из манифеста. Тогда как публикация полного текста манифеста выглядела совершенно неприемлемой, с учетом его размеров, а также нежелания газет выглядеть потворствующими бомбисту, ведь обе газеты со всех сторон подвергались критике за каждое даже относительное пособничество прихотям убийцы, - тем не менее им пришлось пойти на это для выполнения воли правительства, а так же из-за уверений ФБР, что публикация манифеста может вывести их на след «Унабомбера», плюс к счастливой возможности связать его обещанием положить конец убийствам. Американские газеты пошли на сотрудничество с правительством ради спасения человеческих жизней - хотя на карту была поставлена их репутация из-за того, что они не прислушивались к требованиям. Однако было и другое время, в 1976 году, когда крупнейшие газеты Соединенных Штатов предпочли опубликовать требования группы террористов, захвативших самолет. В то время возникли серьезные опасения по поводу создания прецедента, но так как «Унабомбер» был первым с тех пор, кто потребовал публикацию под угрозой человеческим жизням, газеты почувствовали себя в праве пойти опять на такой риск. Ирония заключается в том, что ФБР оказалось право: публикация манифеста привела к обнаружению того, в ком подозревают «Унабомбера»,- Теда Касинского.

Сам по себе манифест также вызвал бурные дебаты и споры, большинство из которых, правда, предпочитали не заходить слишком далеко. С полным текстом манифеста можно было ознакомиться по Интернету сразу же после публикации его в газетах. Сказать, что это бессвязный бред лунатика, нельзя. Это логично и связно изложенные аргументы, основанные на ложных предпосылках, однако хорошо продуманные и хорошо поданные. Его основной призыв - положить конец индустриально-технологическому обществу, которое сегодня распространяется практически по всему миру. Его идеи кажутся наиболее близкими к идеологическим убеждениям луддитов, с их ностальгией по «более простым временам», существовавшим до промышленной революции. Нельзя сказать, чтобы эти теории были общепринятыми, хотя и безвестными их назвать тоже нельзя. Хорошо известный луддит, Керкпатрик Сэйл, написал статью, в которой указывал на те же проблемы, что и «Унабомбер», хотя и призывал к применению насилия. «Унабомбер» не пожалел слов, чтобы объяснить, как современное общество разрушает индивидуальную свободу народов. Он призывает к всемирной революции, но без насилия. Фактически, применение им насилия упоминается крайне редко. Его обоснование и оправдание такового весьма лаконично и сводится к одному пункту: «Для того чтобы наше послание дошло до общественности с хоть какими-то шансами произвести сколько-нибудь длительное впечатление, нам пришлось убить несколько людей».

Манифест использует несколько других популярных тем критицизма против правительства. «Унабомбер» заботится об окружающей среде: за последние годы его атакам подвергались те университетские ученые и авиакомпании, включая должностных лиц компаний, которые занесены экстремистами от экологии в списки «представляющих опасность». И все же ударная доза его гнева в манифесте припасена для «левых уклонов». Отрицая какую-либо свою политическую принадлежность, «Унабомбер» в то же время пространно распространяется об ужасах, порождаемых левыми.

Судя по его описанию, левые представляют собой слабовольных, белых индивидуумов мужского пола, ставящих ценности общества выше ценностей отдельной личности, которые приветствуют безграничный коллективизм и кто идентифицируется с «жертвами» наподобие феминисток, представителей меньшинств и гомосексуалистов. Однако «Унабомбер» также не жалеет сил для демонстрации того, что он вовсе не подвергает нападкам ни одну из перечисленных групп за их взгляды, а только лишь за то, что они изо всех сил стараются, но это им не всегда удается, вписаться в общество, которое их отторгает... Так как основная предпосылка манифеста «Унабомбера» та, что современное общество разрушило величие индивидуальности, то любая попытка индивидуальности или же группы индивидуальностей приспособиться, измениться или даже изменить общество видится «Унабомбером» как большое заблуждение или ошибка. Люди, в частности ученые (создающие все больше и больше технологических ценностей, которые истощают силу индивидуализма) и должностные лица корпораций (заставляющие индивидуумов покидать глушь и работать в неестественных коммунальных условиях), являются именно теми, кто в наибольшей степени способствует продвижению современного общества, с точки зрения «Унабомбера», поэтому именно они подвергались нападкам в первую очередь. Интересно отметить, что он приносит извинения за свою раннюю попытку подорвать самолет (в 1979 году) и выражает удовлетворение, что никто не был ранен, так как в его цели не входит вредить невиновным.

Манифест - весьма примечательный документ, и не только благодаря привлекательности обстоятельного изложения его идей. Он дает возможность проникнуть во внутренний мир «Унабомбера», воссоздать психологию человека, который в течение 17 лет оставался неразрешимой загадкой. Теперь описание его внешности, полученное в 1987 году, дополнилось его психологическим портретом. Манифест, совершенно очевидно, написан высоко образованным и интеллигентным человеком. Он питает жгучую ненависть к ученым и к науке вообще, хотя имеет весьма точное представление о сущности предмета и о тех, кто его изучает; все бомбы, отправленные в университеты, говорили о том, что отправлял их человек, прекрасно знающий о людях, которые их будут получать, и даже об особенностях зданий. Это с достаточной уверенностью привело сотрудников ФБР к заключению, что многочисленные бомбы, предназначавшиеся университетам Иллинойса, Мичигана, Калифорнии и Массачусетса, объясняются тем, что бомбист жил или же учился в этих районах. Идеи, провозглашенные в манифесте, были дотошно продуманы и вынашивались годами. Их публикация, в дополнение ко всем историям, изложенным масс-медиа, создала образ, который, как надеялось ФБР, поможет кому-то когда-то опознать хоть что-то, что сможет вывести ФБР на убийцу.

Трагедия персонифицируется

Так и произошло. Дэвид Касинский прочитал манифест и словесный портрет в New York Times и понял, что речь идет о его брате. История братьев Касинских составляет еще один зигзаг печали в этой истории - аналогия с Каином и Авелем болезненно очевидна. Оба брата были способными студентами, получавшими стипендии в лучших университетах Америки. Оба в течение длительного времени испытывали особые сложности в попытках приспособиться к обществу. Но тогда как младший брат, Дэвид, всегда был склонен перейти на позиции пацифизма и в конце концов оказался полностью вписавшимся в общество, Тед Касинский все больше и больше отдалялся от него.

Тед Касинский родился в Чикаго, штат Иллинойс, в 1942 году; его брат появился на свет в 1950-м. Биография Теда отлично вписывается в образ «Унабомбера», как, впрочем, совпадают и их психологические портреты. Касинский всегда был одиночкой, не ощущавшим себя комфортно в обществе. Когда ему было шестнадцать лет, он отправился в Гарвард, штат Массачусетс; это один из тех университетов, которые пострадали от «Унабомбера». Он был одаренным математиком и позднее учился и преподавал еще в двух университетах, не обойденных вниманием «Унабомбера». В 1969 году он ушел с должности профессора и начал свою жизнь отшельника в глуши штата Монтана. Он совершил краткосрочный возврат к цивилизации в конце 70-х (как раз перед началом бомбовых атак), однако попытка провалилась после того, как его младший брат был вынужден стрелять в него из-за явного нарушения субординации и сексуального насилия над сотрудником той же фабрики, на которой они оба в то время работали. В этот момент, похоже, Касинский окончательно разуверился в обществе и его завлекаловках - в хижине, в которой он поселился, не было даже водопровода, и для того чтобы выжить, ему приходилось охотиться на кроликов и выкапывать съедобные клубни.

Несмотря на все это Касинский продолжал сохранять трогательную связь со своим братом, хотя и прервал всяческие контакты с родителями. Он возлагал вину за свою неспособность адаптироваться к обществу на свою мать, и настолько отдалился от отца, что даже не присутствовал на его похоронах в 1990 году. Дэвид Касинский также погряз в борьбе со своими собственными проблемами. В 1983 году он тоже удалился от мира и прожил несколько лет на ферме в Техасе, посвятив все это время созданию своей собственной философской доктрины жизни. Однако через несколько лет он вернулся к цивилизации, женился на своей однокурснице и стал советником по делам трудных подростков в высших учебных заведениях северной части штата Нью-Йорк. К 1995 году Дэвид в течение пяти лет не общался со своим братом, хотя и оставался совладельцем земельного участка, на котором жил Тед, и все еще отправлял ему деньги, если Тед просил об этом.

Корреляция во времени между тем, когда Дэвид посылал деньги своему брату, и тем, когда «Унабомбер» осуществлял свое очередное нападение, в паре с параллелью между тем, где и когда предположительно должен был жить «Унабомбер» и где на самом деле жил Тед Касинский, а также, что наиболее важно, сходство стиля, содержания и оборотов речи манифеста и писем Теда к брату окончательно убедили Дэвида еще в октябре в том, что его брат вполне может быть «Унабомбером». По горькой иронии в этом и заключается одно из основных обвинений, которое «Унабомбер» предъявляет обществу: оно учит человека ставить общественные ценности над всеми остальными, включая тесные родственные связи. Совершенно очевидно, что Дэвид донес на Теда из-за того, что моральные убеждения говорили ему о том, что правильнее уберечь многих людей от нападений, - общественные узы оказались сильнее уз крови.

Попытки Дэвида Касинского защитить своего брата от торжества справедливости трогательны своей обреченностью. Перед тем как отправиться в ФБР, он нанял детектива, который к тому же был другом семьи, для того чтобы убедиться в том, действительно ли его брат - «Унабомбер». Когда же деятельность этого детектива привлекла внимание ФБР, Дэвид отказался назвать ФБР имя своего брата или же указать его местонахождение (ФБР не смогло добиться от друга-детектива даже фамилии братьев) до тех пор, пока не получил обещание невмешательства и полной автономии. ФБР не предпринимало попыток арестовать Касинского, пока не получило полной уверенности в том, что он действительно является «Унабомбером». Мир никогда не должен был узнать о том, что донес на него его же брат, и как только эти сведения все же просочились на страницы газет, Дэвид полностью прекратил всякое сотрудничество с ФБР. Он отказался давать интервью прессе, а его друзья заявили, что если по еще более горькой иронии судьбы семья Касинских получит миллион долларов, обещанных в награду за помощь в поимке «Унабомбера», они организуют фонд помощи пострадавшим от взрывов. Как сообщалось, Дэвид и его мать сейчас ищут хорошего адвоката для Теда. А он ему будет очень нужен, так как ФБР обнаружило у него в хижине много компрометирующих доказательств, включая бомбы и их заготовки, список жертв «Унабомбера», а также машинописную копию оригинала манифеста «Унабомбера».

Так что же?

Вопрос, хотя и не совсем тактичный, все же сам просится на язык - что же в этом такого уж особенного? «Унабомбер» привлек очень большое внимание благодаря относительно малому количеству смертей и увечий. Частично ответ на этот вопрос лежит в неравнодушии страны к маньякам-убийцам, частично - в том ужасе, который охватывает при одной мысли о бомбе в письме (можете ли вы защитить себя самого от подобного?), а частично в том, что «Унабомбер» отлично знал, как получше себя подать, - вот и получил именно то внимание, которого желал. И тем не менее версия о сумасшедшем, которому удавалось оставаться на свободе с 1978 года, устраивает далеко не всех. По всей видимости, все увеличивается количество людей, не верящих, что «Унабомбер» сумасшедший. Хотя это и не было подтверждено документально, все же существует предположение, что организации «милицейского» типа (правосторонние вольнодумцы, склоняющиеся в сторону насилия и имеющие глубокое отвращение к любому правительственному вмешательству в их жизни), привлеченные чрезвычайной популярностью «Унабомбера», могут найти в манифесте много положений, которые они разделяют и поддерживают. А тут еще растущий культ «Унабомбера» в Интернете!

Учитывая его призывы положить конец технологии и вернуться к тем временам, когда люди вынуждены были все свои усилия тратить лишь на то, чтобы выжить, статус «Унабомбера» как героя в мире Интернета может выглядеть достаточно уморительно. Хотя его популярность в системе компьютерных технологий - вовсе не шутка. Возможно, уже есть даже специальный индекс «Унабомбера» в World Wide Web, а одна организация даже начала кампанию по избранию его президентом в знак протеста - все это довольно странно для неистовствующего ненавистника любых технологических разработок. Однако если Касинский действительно является «Унабомбером», тогда его суждения по поводу все контролирующего технологического мира базируются на идеях 20-летней давности - тогда компьютеры рассматривались многими как просто еще один компонент всемогущества «сильной руки», основанного непосредственно на достижениях науки. Феномен Интернета изменил это представление. С его абсолютной свободой высказываний и гарантированной анонимностью, вкупе с его немыслимой способностью расширять массовое общение индивидуумов между собой, этот новый компьютерный мир поставил все старые представления с ног на голову. Если задуматься над этим всем, то его идеология «индивидуальные стремления и потребности перевешивают общественные» насквозь пронизана духом анархизма; он и не отрицает это в своем манифесте. Если и есть что-либо особенно явное на поверхности Интернета, так это именно идеология анархии (в революционном смысле этого слова) - правительственное регулирование всегда рассматривалось (и на то есть причины) как ограничение основных свобод... Ни одна из таких групп не считает, что «Унабомбер» был прав, убивая людей (организаторы президентской кампании открыто признают, что на самом деле они вовсе не хотят видеть «Унабомбера» на посту президента), но никто из них также не подвергает его суровому осуждению. Вместо этого они пользуются случаем удержать в центре внимания поднятые им вопросы - идеи отчуждения и насильственного подчинения в современном мире - и внедрить их в общественное сознание.

Масс-медиа стремились снизить популярность идей «Унабомбера» менее серьезным отношением к ним, чем следовало бы. Они упорно называли его маньяком-убийцей, хотя было совершенно ясно, что многие вовсе не считают его таким, ведь в Америке это равносильно признанию слабоумным. Хотя немногие называли его революционером (как и он сам себя называл), все же их было вполне достаточно для того, чтобы показать убеждение людей в том, что убийства были вызваны революционным пылом, а вовсе не манией величия, как стремится представить это ФБР. Признать «Унабомбера» безумным - значит признать безумными и его идеи. А вот сказать, что люди находят его аргументы заслуживающими внимания, осознают, что происходит нечто неправильное с «человечностью» в современном обществе, - вовсе не означает сказать, будто «Унабомбер» не является хладнокровным безжалостным убийцей. Но. Не раз говорилось о том, что «Унабомбера» можно рассматривать «с очень американской традиции применения насилия во имя идеала». Манифест несомненно затронул обнаженный нерв Америки, тот, который задевают все чаще и чаще за последние несколько лет. Призыв к сокращению администрирования, крик о возвращении к семейным ценностям, поиски чего-либо более значимого, чем те ценности, которые мы имеем в своей жизни,- все это можно найти в манифесте. Было бы ошибкой просто отмахнуться от всех этих слов, не задумываясь о мотивах действий проповедника. Ведь сами по себе проблемы не собираются отступать.