UA / RU
Поддержать ZN.ua

РУХ: ВРЕМЯ РАСКОЛА

РУХ: ВРЕМЯ РАСКОЛА? Вечером 11 мая, где-то часов за 14 до открытия первой сессии новоизбранной Верхов...

Автор: Лариса Триленко

РУХ: ВРЕМЯ РАСКОЛА?

Вечером 11 мая, где-то часов за 14 до открытия первой сессии новоизбранной Верховной Рады Украины, окружная комиссия признала недействительными результаты выборов по одномандатному округу, где баллотировался и был избран, получив около 35 процентов голосов избирателей, член Народного руха Украины Александр Лавринович.

Александр Владимирович не является «персональным» оппонентом исполнительной власти. Более того, он входит в Центральный провод Руха - партии, имеющей устойчивую «пропрезидентскую» репутацию. Тем не менее, его депутатские полномочия в настоящее время оспариваются столь же жестко и последовательно, как и мандаты Сергея Головатого, Михаила Бродского, Леонида Косаковского, Юрия Оробца - людей, находящихся в острой оппозиции к Президенту Кучме.

Правда, Александр Лавринович числится еще в первой десятке избирательного списка Руха, и у него достало предусмотрительности не заявлять о своем выходе из него до момента принятия присяги депутата. Благодаря этому сегодня он остается членом парламентской фракции Руха. Но сегодня же он может перестать им быть - ибо нынче на Центральном проводе слушается «персональное дело» партийца Лавриновича, «противопоставившего себя линии партии».

Получив интервью от главных действующих лиц - председателя НРУ Вячеслава Черновола и «слушаемого» Александра Лавриновича, редакция «ЗН» отказалась от мысли комментировать ситуацию. Уж очень ясно определились в «первоисточниках» две позиции, два подхода, два темперамента, два мировоззрения. Два лидера. Две партии?

Вячеслав Черновил:

«В Рухе нет авторитаризма, просто у меня есть авторитет»

«Ныне в Украине мы могли видеть, как целые партии или их составные части проходили путь от конструктивной оппозиции к выборочной поддержке, а от нее - к выборочной зависимости и частичной честности…»

Александр Лавринович,

«ЗН», 1998, №7

- Не станет ли рассмотрение «персонального дела» Лавриновича поводом к расколу Руха?

- Раскола не будет. Дело в том, что руководство Руха должно быть единой командой - об этом говорится даже в нашем уставе.

И вот представьте себе: против Руха начинается оголтелая кампания. В самых грубых формах - и не только против председателя партии, которого то «Азефом» называют, то «коррумпированной личностью». Бьют и по Удовенко, и по Костенко, и по Федорину, и по депутатскому корпусу Киевсовета, где у нас большинство… Причем эта бешеная атака начинается незамедлительно после съезда, на котором все пошло не так, как хотелось кому-то, кто стремился «приручить» Рух, «подгрести» его под себя. Кто? Скажем так - определенные люди и определенные структуры. Не удалось, съезд прошел дружно. И сразу началось это шипение… Тем более, что и партийный избирательный список съезд составил не так, как кое-кому хотелось. Хотя и без того мне пришлось наслушаться нареканий, сколько за одного Чайку досталось!

Чайку и Бродского в список рекомендовала Киевская городская организация Руха. Бродского Центральный провод отвел, а Чайку все же оставили. И он прошел в Верховную Раду, хотя уже вел ожесточенную критику Руха, отобрав у нас этим массу голосов…

Ведь за что их с Бродским из Руха в итоге исключили? За то, что они создали объединение «Кияне» и выставили везде, по всем округам, против нас своих кандидатов. В результате и у нас голоса отобрали, и сами нигде не выиграли, кроме Бродского, который стал депутатом лишь благодаря тому, что попал в тюрьму. А Чайка - тот вообще шестым или седьмым на округе был…

И вот, хотя в течение всей предвыборной кампании в деятельности Чайки и Бродского очень четко прослеживается антируховскя линия, Александр Лавринович, тем не менее, постоянно демонстрирует им свою дружбу и поддержку. Он нигде ни слова не сказал о том, что Чайка не имеет права находиться в списке Руха! А эта общая с ними пресс-конференция, постоянное подчеркивание, что ситуация, мол, вполне нормальная…

Но ведь это просто аморально - после того, как руководящий орган Руха ставит вопрос о выведении Чайки из списка, поддерживать его! А постоянное подчеркивание «особой» линии - оно же вредит авторитету партии!

Мы вовсе не стремимся исключать Лавриновича из Руха - он хороший парламентарий и т.п. Но вот что касается статуса заместителя председателя Руха - то состав заместителей формирую я. Согласно уставу я их предлагаю и я имею право «попросить» в случае надобности. Ибо если нет одной линии - какой же это заместитель?

У меня пять заместителей - что же, вы думаете, все во всем со мной соглашаются? Да Заец критикует меня на каждом заседании президиума! Но потом мы непременно доходим до консенсуса…

А Лавринович постоянно подчеркивает, что он - нечто отдельное. И на это делали ставку. Провозгласили его «вторым человеком» в Рухе. Да никогда он не был там «вторым человеком»! Почему Черняк не «второй», почему Заец не «второй»? А ведь это организаторы Руха, они были более заметны, когда все начиналось, Лавриновича тогда никто и не знал, работал себе где-то в оргсекторе…

Так вот - нужна единая команда. Заместитель - это тот, кто, когда меня нет, будет провозглашать то, что мы определили, а не какую-то «отдельную линию». Это когда у нас все стабилизируется в обществе, когда партии превратятся в «клубы по интересам» - тогда пусть будут «свои линии»… Но не сегодня, когда такое острое противостояние, когда нужна мобилизованная партия.

- Но именно из-за стремления к единоначалию вас постоянно обвиняют в авторитаризме, насаждаемом в партии.

- Это делают те, кто хотел бы развалить Рух. У нас нет никакого авторитаризма - возможно, у меня имеется кое-какой авторитет. Мои пятнадцать лет концлагерей… Кроме того, я - один из немногих «шестидесятников», кто еще остается активно действующим политиком, остальные уже понемногу отходят… И я тоже очень устал, но не имею права уходить, я ощущаю огромную ответственность за Украину - поверьте, я не «высокие слова» произношу…

- Наблюдатели, однако, предсказывают все же раскол в НРУ, и не по «персональной» линии «Черновил - Лавринович», а по концептуальной: «конструктивная» или «жесткая» оппозиция Президенту.

- Это кто-то со стороны нам навязывает, в Рухе ничего подобного нет. Имеются разные мнения, как именно придерживаться этой конструктивной оппозиции.

Дело в том, что в неструктурированном обществе, где президент беспартийный и его окружение беспартийно, классическая оппозиция невозможна. Посмотрите, те из национал-демократов, кто стоял в абсолютной оппозиции, не только выборы проиграли, они вообще вылетели из политики, потеряв доверие людей. И немедленно сомкнулись с левыми: Хмара, Ярошинский… Не было бы у нас в обществе антигосударственных сил, мы могли бы идти по линии классической оппозиции. Да мы по ней и пойдем, если будет избран левый лидер ВР. И к правительству тоже встанем в оппозицию - пусть они формируют себе правительство… Пусть - парламент уже структурирован, уже можно создавать классическую оппозицию. Но раньше мы к ней не были готовы. Если бы я на каждом шагу твердил, что Президент у нас плохой (а ведь он говорит массу правильных вещей, просто не всегда делает их, но это уже другое дело), то тогда, получается, обнимайся с Симоненко - и «марш, марш вперед, рабочий народ!».

Президента можно и нужно критиковать. Мы его и критикуем нещадно. Например, за кадровую политику. Взять хотя бы «НДПизацию» власти по всей Украине. Что ж это такое - там, где Рух победил, снимают наших приверженцев и расставляют «своих людей»… Или что в Одессе натворили вокруг Гурвица - это же просто позорно, это - террор! И обо всем этом мы будем говорить публично. Но не так, как левые, - нам, мол, не нужен Президент. А я считаю - нужен. Лучший, чем этот, но нужен.

Так что необходима взвешенность. Это - очень трудное балансирование. И мне кажется, что моего политического опыта хватит, чтобы не стать ни полностью пропрезидентским, ни попасть в лагерь антидержавников. А раскола - его не будет.

Александр Лавринович:

«Всем очевидны расхождения между декларациями и реальными шагами руководства Руха»

«Будем толерантными, будем слушать друг друга».

Вячеслав Черновил, из выступления на 7-х Всеукраинских сборах Руха

- Узнав о том, что происходит на моем округе, меня прежде всего спрашивают: вы написали заявление о выходе из партийного списка? Я не написал.

С самого начала я понимал, что будет сделано все, лишь бы не дать мне возможности работать в парламенте. На округе против меня объединились НДП, «Национальный фронт», «Европейский выбор», даже «Просвіта», Конгресс украинской интеллигенции, «Мемориал», «Союз украинок» - организации, вроде бы входящие в избирательный блок, сплотившийся вокруг Руха.

- Но почему? Вы работали в Комитете по вопросам законодательства, казалось бы, минимально ангажированном в политике. У нас все время повторяют: в парламенте не хватает юристов. И вдруг именно перед вами, авторитетным юристом, такие барьеры.

- Это лишнее подтверждение того, что все разговоры о недостаточности законодательства, о несовершенстве законов - только для отвода глаз. Те, кто принимает повседневные управленческие решения, вовсе не хотят руководствоваться законами, и моя профессиональная деятельность юриста, связанная с разработкой законов, стала многих чрезвычайно раздражать.

Наложились на эту ситуацию и мои многолетние дискуссии с лидером нашей партии. У Вячеслава Максимовича все более обостряется одно качество: полное неприятие иного, чем собственное, мнения. Вероятно, ему кажется, что это унизит его авторитет. В то же время у него образовались достаточно тесные контакты с Президентом. Это и обеспечило соединение их интересов. Вернее, заинтересованности - в моем уходе.

Все особенно обострилось после того, как члены парламентского Комитета по вопросам законодательства и судебной реформы, где я работал, приняли решение о том, что действия Президента подпадают под ст. 165 Уголовного кодекса - «злоупотребление властью», - что может стать основанием для инициирования процедуры импичмента. Произошло это в связи с коллизиями вокруг закона о местных госадминистрациях - на чисто правовом поле, никакой политики. Тем не менее, началось бичевание меня в партии - отошел, мол, от партийной дисциплины и «не соблюдает линию»… Основной аргумент: любая критика Президента на пользу лишь «коммуно-социалистам», а мы должны заботиться об имидже государства - демократического и правового.

- Между тем государство все чаще предстает как не очень демократическое и совсем не правовое…

- Это лишний раз подчеркивает, что принимаемые партией решения далеко не всегда соответствуют партийной программе, на первом месте оказывается «политическая целесообразность»… Нынешнее обострение связно с этим же: я исключительно с позиций закона защищал право Михаила Бродского не сидеть в тюрьме, если он не совершил преступления (и если даже совершил, то вина его должна быть доказана в судебном порядке). И ведь таких дел в Украине уже десятки - когда человек сидит годами в тюрьме, а после выносится вердикт о его невиновности.

- И именно ваша ангажированность в судьбе Бродского стала причиной «персонального дела»?

- Подготовлено решение об отстранении меня от обязанностей заместителя председателя партии и о выведении из состава Центрального провода. За то, что я принял участие в пресс-конференции Бродского после его освобождения из СИЗО, сидел рядом с ним и Виктором Чайкой и, главное, не защищал лидера Руха, когда они его критиковали.

- Чем, собственно, вы руководствовались, когда в свое время вводили, последовательно и продуманно, Бродского и Чайку в Рух?

- Инициатива вступления Бродского и Чайки в Рух принадлежит отнюдь не мне, а Вячеславу Максимовичу. Я узнал об этом, пусть не покажется смешным, лишь в день их приема в организацию. Хотя я уже знал Бродского до этого несколько лет, нас познакомил Михайло Бойчишин, который еще раньше начал с ним сотрудничать. Мне было известно, что с 1993 года Бродский не только постоянно спонсировал нашу организацию, но и принимал участие во многих мероприятиях. Он обеспечивал проведение партийных форумов, финансировал такую акцию, как «Общественный суд над КПУ». Мы с ним общались также на почве общих спортивных интересов - вместе тренировались в баскетбол. Так что мы даже приятелями слыли, но что они с Чайкой готовятся такой шаг сделать, я не знал.

- С вашей точки зрения, это был осмысленный шаг с его стороны или им кто-то умело манипулировал?

- Я не знаю таких людей, которые принимали бы решения исключительно из внутренних побуждений. Человек - существо общественное, на каждого оказывают влияние обстоятельства, другие люди.

- Но вы его спрашивали когда-либо: «Миша, а зачем тебе это, собственно, надо? Чего ты суешься в эти дела?»

- Между прочим, я с ним всегда общаюсь исключительно на украинском, благодаря чему он тоже порой на украинский переходит… Мы редко разговариваем на эти темы, но мне неизвестно, чтобы он еще какие-либо другие партии поддерживал. Он мне говорил, что ему нравится политическая позиция, заявленная Рухом, как в сфере экономики (особенно в отношении предпринимательства и частной собственности, децентрализации управления и расширения прав местного самоуправления), так и по вопросам национальной политики, прав национальных меньшинств. А также, что ему чрезвычайно не нравится существующий порядок вещей, с которым надо бороться. И если есть такая партия, которая готова бороться, он готов ее поддерживать.

- Итак, человеку, с которым он гоняет мяч на площадке, Бродский в доверительных беседах говорил то же самое, что и в официальных интервью?

- Я не видел разнобоя.

- А Виктора Чайку, человека, безусловно, «карьерного», номенклатурного, - его что вело в Рух?

- Не знаю, я с ним знаком гораздо меньше, хотя о Викторе мне также рассказывал Бойчишин, работавший с ним еще в те времена, когда Чайка был в аппарате у премьер-министра Кучмы. Имя я запомнил, но никогда не встречался, познакомил нас уже Бродский.

- И все же… У вас были довольно тесные контакты с Бродским и Чайкой в то время, когда их газета «Киевские ведомости», вела жесткую критику если не Президента, то его окружения. Между тем ваша партия в основном поддерживала Президента. Вы не ощущали дискомфорта?

- Ничуть. Ибо все партийные документы говорили: Рух является оппозиционной партией, в том числе в отношении к Президенту. И если наблюдалось расхождение между реальными шагами лидера партии и партийными документами, это еще не означало нарушения мною партийной дисциплины. Возможно, даже наоборот…

Вот слова из политического заявления, принятого съездом Руха в октябре 1997 года: «Экономические реформы в Украине лишь имитируются, в то время как продолжается расхищение государственного имущества между кланами… Непрерывно ухудшаются условия жизни народа… Возрастает социальная напряженность и неверие в способность государственной власти организовать решение общественных проблем… За сегодняшнее положение вещей полностью ответственна старая партноменклатура во главе с Президентом и новая партноменклатура, имитирующая борьбу со «старшими товарищами»… Сегодня, находясь в оппозиции к Президенту и Кабинету министров, мы начинаем новый этап борьбы со своими оппонентами за политическую структуризацию власти, за ведущие позиции Руха в будущей правящей коалиции». Мне кажется, что здесь не просматривается разночтения между моей личной позицией и линией, заявленной партией.

- Да, получается, что вся партия шагает не в ногу с собственными решениями, а в ногу идет лишь Александр Лавринович - за что, очевидно, и будет наказан партией столь жестко?

- Я не сказал бы, что речь следует вести о всей партии. Многие члены Руха и целые низовые организации занимают именно такую, отчетливо оппозиционную позицию. Я с этим встречался очень наглядно, бывая в областях. В то же время постоянно звучат вопросы: что происходит в «верхушке» Руха? Всем очевидны расхождения между декларациями и реальными шагами руководства партии, как и то, что точка зрения рядовых партийцев все меньше интересует руководство. И все меньше рядовые члены Руха могут влиять на формирование политической линии партии.

- Но куда все-таки идет Рух в условиях, когда расхождения между реалиями, среди которых живут низы партии, и определенной догматичностью «партийных» верхов все более обостряются?

- Здесь - большая проблема. В любом обществе есть сила, которая руководит общественными отношениями, движением материальных ценностей - и сила, лишенная возможности влиять на эти процессы, но имеющая свои представления, какими они должны быть. То есть - оппозиция. Она может быть разной. У нас в Украине Наталья Витренко, Александр Мороз, Олег Витович совершенно по-разному видят общественные проблемы и пути их разрешения. И есть Рух - со своей точкой зрения. Он тоже хочет, чтобы в обществе было иначе, чем складывается сейчас, но и не так, как представляют это себе «прогрессивные социалисты», Соцпартия Мороза или УНА. Однако и не так, как хочет власть! Рух должен определиться как четкая оппозиционная сила, но действующая не слева, а справа. А если он, вместо того, чтобы противостоять власти, будет воевать с оппозицией «другого цвета» - тогда все. Это уже не оппозиция, а орудие власти в борьбе с оппозицией.