UA / RU
Поддержать ZN.ua

Последняя пядь

Беды «5 канала», ставшие на этой неделе критическими, неудивительны, стандартны и, я бы даже сказал, ожидаемы...

Автор: Егор Соболев

Беды «5 канала», ставшие на этой неделе критическими, неудивительны, стандартны и, я бы даже сказал, ожидаемы. Потому что телевидение сейчас это не профессия, не бизнес и тем более не глаза общества. Это главная сила на выборах, которой власть уделяет такое же внимание, как Кащей иголке в яйце.

Уже до голосования можно смело говорить, что телевидение сыграло на этих выборах выдающуюся роль. Я не хочу оправдывать проблемы оппозиционных кандидатов, в первую очередь Виктора Ющенко, исключительно манипуляциями их врагов центральными телеканалами. Выборы 2002 года показали, что соответствие настроениям и ожиданиям людей, которое тогда удалось оппозиции, побеждает контроль над кнопками. Что бы смогли сделать Игорь Шувалов с Сергеем Васильевым, если бы Ющенко твердил о том, как он уменьшит налогообложение фонда заработной платы, какие лицензии и ограничения для бизнеса отменит, за счет чего возрастут пенсии и каким способом будут устанавливаться справедливые закупочные цены на селе?

Максимум, что они могли бы, — замалчивать идеи фаворита. Для контрударов, которые демонстрировали недостатки идей Ющенко, им понадобился бы Билл Клинтон, а не Виктор Янукович. Кандидат от власти не выглядит политиком, знающим, как провести результативную налоговую реформу, что дает либерализация бизнеса и что такое дальновидная бюджетная политика. Его заявления регулярно вселяют опасения: он даже не знает, что это нужно знать. На поле дискуссии о том, что нужно сделать в стране, Янукович проиграл бы Ющенко с треском.

И в такой борьбе роль телевизионных цензоров невозможно переоценить. Если Янукович выиграет выборы, будет честным установить перед администрацией памятник телевизору. Благодаря контролю его команды над телепространством большая часть Украины так и не узнает, как при губернаторе Януковиче в Донецкой области проводили выборы, делали деньги и относились к свободе слова. Для людей останется неясным, кто и почему поддержал кандидатуру Януковича на этих выборах. И совсем уж ничтожное число избирателей сможет адекватно размышлять о том, какими последствиями обернется административное удержание цен и непосильное для бюджета повышение пенсий.

При всех ошибках Ющенко давайте зададимся вопросом, каким был бы рейтинг Януковича при равном отношении телевидения к успехам и неудачам кандидатов от власти и оппозиции. Согласен, что вопрос этот абстрактный. Но именно в этой кампании он во многом решает, кто получит власть над страной.

«5 канал» никогда не был самой большой проблемой Януковича. По данным компании GFK-USM, в последние дни сентября доля зрителей «5 канала» в общем количестве смотрящих телевизор колебалась вокруг отметки 1%. Пик был зафиксирован 30 сентября, когда канал смотрели 1,33% телезрителей. «1+1» и «Интер» в этот день удерживали 45% телеаудитории.

Проблема «5 канала» не в том, что он разрушает ложь крупных собратьев, а в том, что он — последнее средство узнать, что это ложь. Это — последний из могикан, которого белые хотят убить, чтобы индейцев не было вообще. В большинстве своем журналисты и редактора «5-го» неплохо знают, что такое хорошо, и хорошо знают, что такое плохо. Пусть даже если не все из них всегда придерживаются этих правил. Один донецкий политик убеждал меня неделю назад, что все СМИ на этих выборах заслужили дурную репутацию. В доказательство он сказал: «Моя жена перестала смотреть даже «5 канал». Это «даже» — точная оценка того, во что превратилась самая влиятельная часть нашей журналистики — телевизионная, и где место «пятого» в иерархии профессионального позора.

По данным последнего мониторинга «Академии украинской прессы», в сентябре 90% информационных сообщений восьми крупнейших каналов о политике представляли только одну точку зрения. Лучшим из худших был показатель «5 канала»: 56% сообщений с одной точкой зрения против 44%, где были показаны альтернативные позиции. У «1+1» и УТ-1 было 96% односторонних репортажей и 4% сбалансированных. В эфире «Интера» соотношение составляло 91% против 9%. Показатель второго по объективности СТБ был равен 88% сообщений с одной точкой зрения против 12% с несколькими.

На этом фоне беды «5-го» были неотвратимы. До иска Владимира Сивковича канал за полтора года пережил разрыв договоров восемью операторами кабельного телевидения в Донецкой, Днепропетровской и Закарпатской областях. Четыре оператора донецкого и полтавского регионов не транслируют его вопреки условиям своих лицензий. Два оператора в Днепропетровской области перевели «5 канал» в дорогие пакеты. В Кировограде резали кабель. Во Львове ломали передатчик и систему энергоснабжения. Ганна Герман и Алена Громницкая отказываются включать репортеров «5 канала» в пулы журналистов, летающих с премьер-министром и с Президентом.

Самый чувствительный удар по «5 каналу» нанесли люди из окружения Януковича. На прошлой неделе Киевский апелляционный хозяйственный суд признал недействительным конкурс, на основании которого «5 канал» владел лицензией на вещание в Киеве. За иском «Телестудии «Служба информации» стоит Эдуард Прутник. Один из самых приближенных к Януковичу людей с 2002 года занимается строительством мощного телевизионного проекта, призванного поддерживать донецкую группу после президентских выборов.

Происходящее ставит вопросы к журналистам других СМИ. Если «5 канал» будет закрыт, то создание «министерства правды» в телепространстве фактически завершится. Это сделают для политика и благодаря ему — тому, который не получил бы шансов занять президентский пост, если бы СМИ были свободными. Что будет дальше? Распространение технологии на печатную прессу, радио и информационные агентства?

Это не риторические вопросы и не призывы записываться в лагерь Ющенко. В его окружении также есть люди, для которых свобода прессы — пустой звук. Вопрос стоит по-другому: не находится ли такая журналистика в лагере Януковича? Дистанцируясь от откровенно грязной работы, убирая свое имя с однобоких сюжетов или закрывая глаза на нечестную работу коллег, журналисты в большинстве случаев сохраняют самоуважение.

Но как быть с интересами обычных людей, которые предоставили нам право освещать этот мир в обмен на обязательство быть честными? Так, как врачам доверяют право резать людей в обмен на обязательство не навредить. Ход кампании ясно показывает, что мы не выполняем условия договора. Наше согласие работать нечестно, наполовину честно или просто рядом с нечестными людьми искажает выбор страны, где мы живем.

Это хороший повод задуматься о будущем. Каким оно будет, если мы уже видим, к чему приводит наш непрофессионализм в настоящем? Каким оно будет для нас самих?

Те, кто надеется, что ситуация изменится к лучшему, стоит объяснить, благодаря чему. При такой позиции журналистов власть всегда будет формироваться бесчестно, а собственники всегда будут делать с нашей профессией все, что захотят.

Тем, кто уже ни на что не надеется, стоит ответить на вопрос, зачем они здесь работают. Цензура и спрос на сговорчивых журналистов успели подорвать рост цен на профессионализм. Рекламный рынок бурно расширяется уже несколько лет. Но доходы журналистов растут только в деловой прессе, притом намного меньшими темпами. В остальных сегментах зарплаты либо стагнируют, либо снижаются.

Все просто. Это бизнес. Зачем «1+1» держать армию ярких репортеров, если львиную часть сюжетов начитывает один человек? Зачем «Интеру» охотиться за талантами, если их работа заключается в выполнении бездарных идей специально приставленного цензора?

Если мы не найдем ответа на эти вопросы, наши дальнейшие беды будут неудивительны, стандартны и ожидаемы.