UA / RU
Поддержать ZN.ua

Цугцванг Януковича-3: разбор полетов

К новому витку кризиса (точнее, к затяжной стагнации или спаду конъюнктуры мирового рынка) Украина подошла еще менее подготовленной на фундаментальном уровне, чем к первому удару 2008 года.

Автор: Владимир Дубровский

Похоже, даже правительство, хотя и пытается делать хорошую мину при плохой игре, молча признало, что на экономический рост в этом году рассчитывать не приходится, разве что в пределах погрешности. Неизбежность грядущей девальвации тоже давно ни для кого не секрет - остается надеяться, что она не будет катастрофической. И даже собираемость налогов, которой всегда гордилась нынешняя власть, упала, так что и фискальный кризис не за горами. Президент и правительство загнали себя в цугцванг. Как же мы дошли до такой жизни?

В прошлый раз мы закончили на том, что с учетом давно предсказанной «второй волны» из кризиса 2008-2009 годов следовало бы сделать три основных вывода: отпустить в свободное плаванье гривню, стабилизировать бюджет за счет его сокращения (навести порядок с госзакупками и льготами) и, главное, радикально улучшить условия ведения бизнеса в стране не только для избранных. Однако нынешняя власть ставила перед собой совсем другие цели - прежде всего, консолидацию «ограниченного доступа», которые были в корне несовместимы с последней из этих задач и косвенно мешали решению первых двух. Как же она справилась с этими задачами?

Собственно макроэкономическую политику последних лет можно было бы даже считать успешной - удалось отчасти стабилизировать бюджет, а инфляцию практически свести к нулю. В результате, если сейчас отпустить курс, то гривня упадет не так уж сильно, вряд ли цена доллара поднимется выше 9 грн. (конечно, если все делать по уму, а не раздувать панику запретами с целью нажиться на скачке). Но это, увы, только небольшая часть проблем.

Улучшать условия для бизнеса начало еще предыдущее правительство, хотя и слишком поздно. Нынешнее на словах выступило за еще более радикальные упрощения. Но на деле послабления коснулись не самых актуальных препятствий вроде регистрации и количества налоговых платежей, зато резко увеличилось налоговое и коррупционное давление, а проверки стали настоящим кошмаром, особенно для «несговорчивых». В результате втрое выросло количество руководителей предприятий, признающих, что успех их бизнеса зависит от лично «начальника» налоговой и прочих контролирующих ведомств, что и требовалось власти, наученной уроками Майдана. Однако, что самое главное, в стране подорван самый базовый институт рыночной экономики - права собственности. Об этом красноречиво свидетельствуют международные рейтинги. Из-за этого кредитование сосредоточилось внутри финансово-промышленных групп. И именно это, а вовсе не вступление в ВТО, сделало экономику еще более уязвимой к колебаниям международной конъюнктуры. В частности, не уменьшилась доля сырьевых товаров и полуфабрикатов в экспорте.

Отпускать валютный курс не хотел и не хочет никто из-за страха перед спекуляциями и девальвацией, которая может потянуть за собой проблемы с обслуживанием госдолга в иностранной валюте, а то и банковский кризис. Однако это как раз тот случай, когда чем сильнее натянулась резинка, тем больнее она ударит. На самом деле свободное плаванье ничем особо не угрожало бы, если бы капитализация страны росла или хотя бы восстановилась после кризиса. Но нет защиты прав собственности - нет и капитала: продолжается свободное падение капитализации, отражением чего служит фондовый рынок. Впрочем, об этом знают только специалисты, а вот валютный курс у нас с давних пор служит неофициальным мерилом возведенной в культ стабильности.

Дефицит бюджета, разумеется, сократился по сравнению с кризисными годами, но не за счет уменьшения перераспределения, как обещал президент, а совсем наоборот. Хотя рост поступлений не отменил «непопулярных мер» в отношении простых людей. Зато разворовывание и специально ради него затеваемые бесполезные капиталовложения, как и роскошь президентских дворцов, били все рекорды. Понятно, что при этом, да еще и с учетом непопулярности правящей группы, которая никогда не имела поддержки большинства населения (юридические манипуляции с коалицией в Раде никакого отношения к воле граждан не имеют!), «затянуть пояса» возможно только в полностью авторитарной стране. Правда, дорогой ценой, о которой много мог бы рассказать Чаушеску.

Вероятно, стратегия правительства основывалась на принципе, который отлично проиллюстрирован в известном анекдоте «купи козу - продай козу». Сначала - наступление по всему фронту (сокращение бюджетного дефицита; ограничительная денежная политика, чтобы сдержать инфляцию, хотя и за счет сокращения кредитования реального сектора; плюс обрезание всяческих льгот населению), потом, ближе к выборам, - осторожное отпускание вожжей. Причем строго избирательное: расширение рефинансирования - через «свои» банки, снижение налогового бремени - через льготы для «своих», социальная помощь - как средство агитации за себя, любимых… В части сосредоточения ресурсов в одних руках такая политика сработала. Патерналистский электорат «повелся» исправно. Некоторые макроэкономические показатели, такие, как инфляция, тоже выглядят красиво. Но в сочетании с окончательным подрывом институциональной базы, накоплением долгов в иностранной валюте (или с привязкой к ней) и сохранением жесткой привязки гривни к доллару правительство, похоже, загнало себя в ловушку.

Расчет, очевидно, был на быстрое восстановление мировой экономики после кризиса и эффект от футбольного чемпионата. Но конъюнктура восстановилась не так, чтобы совсем, и совсем ненадолго: как и предсказывали более глубоко мыслящие экономисты, «охлаждение» мировой экономики - это не внезапный заморозок, а полноценная зима, если не ледниковый период. Это означает, что провалилась и основанная на совковом мышлении ставка на «базовые отрасли», «крупную промышленность», в более современном варианте - на крупный бизнес и монополии. А остальной бизнес тем временем загонялся в тень, уничтожался и захватывался связанными с властью рейдерами. Поскольку крупные игроки, к сожалению, доминируют в нашей экономике, эффект от такой политики некоторое время не был особо заметен - все перекрывал некоторый рост гигантов. Но над мировыми трендами не властны и они.

Точно так же кейнсианские представления о том, что, якобы, любые государственные расходы благотворны для экономики, были в очередной раз наглядно опровергнуты судьбой Евро-2012. Да, конечно, в период, пока объекты строились, ВВП номинально рос (см. «ЕВРОэффект», ZN.UA №11 от 23 марта 2012 года). Но прибыли-то они, за редчайшим исключением, не дают. Даже сам чемпионат, как и прогнозировали эксперты, не принес сколько-нибудь заметных доходов - как бизнес-проект он провалился. А значит, деньги, выплаченные за строительство, не подкреплены соответствующим предложением товаров и услуг на рынке. Что это означает, большинству читателей известно на примере инвестиций советского периода, которые привели к подавленной инфляции, а она закончилась тотальным дефицитом и обвалом после вынужденной либерализации цен. В наших условиях эти деньги пошли на увеличение закупки импортных товаров и иностранной валюты, поскольку отечественные производители далеко не во всем конкурентоспособны, а национальной валюте народ доверяет не больше, чем правительству, то есть очень мало. Поскольку курс был по-прежнему «зажат», дело свелось к потере части резервов. Но строительство объектов Евро-2012 финансировалось в долг, который теперь приходится отдавать с процентами, а это рост отнюдь не ускоряет.

В довершение картины имеем почти неотвратимый спад в сельском хозяйстве. Конечно, прошлогодний рекорд побить нелегко, тем более что погода подкачала. Но стоит вспомнить и те палки, которые вставляло и продолжает вставлять в колеса зернового рынка правительство, - вот сейчас-то они и аукнулись.

Таким образом, к новому витку кризиса (точнее, к затяжной стагнации или спаду конъюнктуры мирового рынка) Украина подошла еще менее подготовленной на фундаментальном уровне, чем к первому удару 2008 года. Разрушены и без того слабые рыночные институты. Экономика еще более монополизирована, доверие к правительству и органам государственной власти еще меньше, а механизмы обратной связи, необходимые для адаптации, намеренно разрушены. Исчерпан запас прочности в части повышения налогового пресса и увеличения государственного долга. То, что власть «монолитна», скорее плохо, чем хорошо, да и не совсем правда; в любом случае простора для маневра это ей не добавляет. Золотовалютные резервы НБУ меньше, чем были на конец 2008 года, уже после девальвации и попыток ее сдержать.

Вот, кажется, самое время обвинить во всем плохую власть, как это принято у нас. Но проблема гораздо глубже и страшнее. Ведь эта власть всего лишь реализует общественный запрос на консолидацию «ограниченного доступа». И то же самое, хотя и по-своему, делали бы ее главные конкуренты, проигравшие на президентских выборах. Никто тогда народ не «нагибал»: люди сами, как показывали опросы, испугавшись трудностей перехода, вместо того, чтобы быстрее и смелее идти вперед, захотели «сильной руки», «порядка». То есть возврата назад, в привычный и понятный мир «ограниченного доступа». Что посеяли, то и пожинаем…