UA / RU
Поддержать ZN.ua

ПОХОРОНЫ БРЕЖНЕВОЙ

Эта смерть, как, впрочем, и эта жизнь, прошли почти незамеченными для средств массовой информации. Виктория Брежнева, по правде сказать, не была «первой леди» Советского Союза...

Автор: Виталий Москвин

Эта смерть, как, впрочем, и эта жизнь, прошли почти незамеченными для средств массовой информации. Виктория Брежнева, по правде сказать, не была «первой леди» Советского Союза. «Первой леди», как ни странно, была ее предшественница Нина Петровна Хрущева-Кухарчук: ее знали по имени-отчеству, она то и дело появлялась в газетах рядом с высокопоставленным супругом, уже после смещения Никиты Сергеевича из его мемуаров и воспоминаний его детей мы узнали о Нине Петровне, пожалуй, даже слишком много. И «первой леди», конечно, была Раиса Горбачева, сделавшая все возможное, чтобы статус жены президента в СССР приобрел особо энергичный оттенок, предвосхитившая «саму» Хиллари Клинтон... А в годы правления Леонида Ильича Брежнева случайное его появление рядом с женой, тем более на фотографиях, уже было настоящей сенсацией. Только в годы расцвета смешного брежневского культа, когда стало модно докапываться до подробностей его биографии и от имени Леонида Ильича были выпущены отмеченные Ленинской премией воспоминания, мы узнали, что жену зовут Виктория Петровна — это уже была информация...

«Отношения Леонида Ильича и Виктории Петровны можно без преувеличения назвать нежными, по нынешнему времени и нынешним нравам — старомодными. Однако, когда дело касалось работы, он был жестким, неумолимым... — пишет в своих воспоминаниях охранник Брежнева генерал Владимир Медведев. — Ты — жена, домашняя хозяйка, мать семейства, в том весь круг твоих обязанностей. Такую линию он проводил беспрекословно. Но Виктория Петровна ни на что и не претендовала. Так и жили: она не вмешивалась в политику и государственные дела, он — в домашние. Весь быт, уклад дома были на ней», — вспоминает Медведев, по книге которого легко можно составить представление о последних годах совместной жизни двух тяжело больных стариков, один из которых непонятно по какой причине еще и руководил государством. Эти годы вряд ли были для «первой леди» радостными, особенно если вспомнить о романе уже больного, впадавшего в маразм Брежнева с некоей медсестрой. Но супруга Брежнева, кажется, никогда не роптала на судьбу — и практически сразу же исчезла с экранов, да и из нашей памяти, в последний раз появившись в программе «Время» во время похорон Леонид Ильича. Фотографию семьи Брежнева тогда опубликовали одни лишь «Московские новости», издававшиеся на английском языке — для иностранного пользования...

После смерти Брежнева Виктория Петровна прожила еще целых тринадцать лет — и умирала, всеми забытая, в старой брежневской квартире (новую, как известно, занял профессор Хасбулатов). О смерти этой простой и ни в чем перед нами не провинившейся женщины, с которой, так или иначе, а связано несколько десятилетий в истории бывшей страны, сообщили разве что «Московский комсомолец» да программа Евгения Киселева «Итоги» — хоронить мы не научились даже отставных политиков, что там «первых леди»... Впрочем, сами Брежневы были весьма раздражены даже и не очень большим журналистским вниманием к похоронам, тем более, что они еще раз продемонстрировали неблагополучие этой большой семьи: Галина Брежнева, скандально известная дочь генсека, не пришла на панихиду, зато появился бывший зять и бывший заместитель министра внутренних дел Юрий Чурбанов, недавно освобожденный из заключения. Сын Брежнева Юрий Леонидович показался присутствовавшим убитым горем, а внуки Леонид и Андрей разговаривали с прессой с плохо скрываемым презрением... Впрочем, любимой внучкой Леонида Ильича и Виктории Петровны была дочь Галины Леонидовны, названная Викой в честь бабушки.

Виктория Петровна прожила рядом с Брежневым почти шесть десятилетий и еще 13 лет — без него. С ней не простились официально, но она о том вряд ли задумывалась перед смертью. Только когда ее лишили дачи, на которой она жила вместе с Брежневым, редко выбираясь в Москву, она произнесла неожиданные для нее саркастические слова: «Так мне и надо. Я ведь виновница войны в Афганистане»...

Таков удел.