UA / RU
Поддержать ZN.ua

КОРЕЯ: КАК «НАШИ» СПАСАЛИ ПРЕЗИДЕНТА

Республика Корея стала восьмой страной мира, в которой президенту объявили импичмент. Однако вирт...

Автор: Иван Сагайдачный

Республика Корея стала восьмой страной мира, в которой президенту объявили импичмент. Однако виртуозности, быстроте и легкости могут позавидовать многие государства (например, Литва), для которых процесс отстранения от власти президента давно превратился в сагу. Впрочем корейский случай едва ли станет примером для подражания в других странах в силу ряда специфически корейских условий. И все же первый урок из импичмента корейскому президенту Но Му Хёну состоит в том, что когда «сильный» парламент перехватывает инициативу у «слабого» главы государства, результат далеко не всегда, во-первых, оказывается ожидаемым, а во-вторых, ведет к упрочению норм демократического правления.

Но Му Хёна — нынешнего президента Южной Кореи — за минувший год как только не называли: «президент-недоразумение», «случайный» глава государства, даже «виртуальный президент» (его предвыборная кампания была наиболее успешной в Интернете). Если судить по лидерским качествам, то он существенно проигрывал своим предшественникам, которые вошли в историю страны как кровавые диктаторы или как реформаторы. Но Му Хён — белая ворона в среде связанной тесными узами политической номенклатуры. Однако у него было несомненно уникальное качество (и именно оно во многом определило его победу в ходе выборов в феврале 2003 года) — он народный президент, так сказать «от сохи». Забравшийся на политический Олимп своей страны сын фермера, юрист, совмещавший учебу с работой на стройке, за первый год своего президентства растерял практически всю свою харизму народника (его рейтинг популярности упал с 80 до 40%), однако, похоже, теперь обрел своеобразный и весьма необычный для лидера этой страны ореол президента-мученика.

Он еще прошлой осенью откровенно пожаловался согражданам, что его утомляют заботы на посту главы государства, и уже в декабре 2003 года он якобы даже намеревался провести общенациональный референдум о доверии себе самому. Дабы народ Кореи решил, нужен ли ему такой уставший от забот президент еще на четыре года или лучше уж уйти сейчас. Референдум так и не провели, и президент продолжал тяготиться своими обязанностями вплоть до 11 марта нынешнего года.

Ясно, что политик, продемонстрировавший свою слабость, как правило, становится легкой добычей своих политических оппонентов. Однако похоже, Му Хён — это тот редкий случай, когда слабость превращается в силу.

В первую неделю своего президентства он был обвинен в получении незаконных субсидий от крупных корейских фирм на проведение своей избирательной кампании. (Кстати, практика таких подношений политикам от бизнесменов — дело вполне обычное в современной Корее, хотя до Но Му Хёна обсуждать этот вопрос на публике считалось плохим тоном, ведь и так все знают, что политики — взяточники, но от кого, кому и сколько — это уже другой вопрос.) Однако Но Му Хён, не долго думая, сыграл ва-банк. Он объявил, что хоть его доверенные лица и брали деньги, но суммы были по крайней мере в десять раз меньше тех, которые получили, например, руководители крупнейшей Великой национальной партии — «Ханнара». Прокуратура страны начала расследования взяточничества как в кругах, близких к президенту (в декабре он лишился трех помощников), так и в отношении боссов ВНП. За последний год некоторые из них даже отсидели сроки за решеткой. Сам президент отделался испугом, так как лично против него улик не было. Тем не менее в начале марта он нашел в себе силы публично извиниться перед корейским народом за нечестных своих подручных и родственников. Он также упомянул людей, которые давали или пытались дать взятки. Один из них — бывший директор Daewoo Construction and Engineering Co, — услышав слова президента, спрыгнул с моста в реку Ханган. Его тело ищут до сих пор. Президента могли обвинить в доведении до самоубийства, однако на этой же пресс-конференции Но Му Хён дал своим политическим оппонентам еще более весомый повод для нападок. Он весьма недвусмысленно высказался в поддержку одной из партий — меньшинства в составе нынешнего корейского парламената, которое впрочем поддерживает нынешнего президента. Партия «Ёллин Ури» (что можно перевести как «Наша новая партия») имеет 47 депутатских мандатов из 273. Однако «наши» в Корее имеют все шансы победить на парламентских выборах, которые состоятся уже 15 апреля. И тут «президент-недоразумение» поступил вполне разумно, заявив, что голоса избирателей, отданные на парламентских выборах за «Ёллин Ури» (а их поддерживают почти 40% избирателей), он будет расценивать как вотум доверия собственной персоне. А если они победят на выборах, то Но Му Хён даже подумает над тем, не встать ли ему самому в стройные ряды этой организации.

Инициаторы импичмента говорят, что именно это заявление и стало последней каплей, переполнившей чашу терпения. Представители Великой национальной партии и Демократической партии нового тысячелетия потребовали, чтобы Но Му Хён извинился еще раз, но президент проявил небывалую твердость и отказался. Тогда они обратились в Центризбирком за разъяснением, нарушил ли президент закон, вмешавшись в ход предвыборной кампании. Комиссия признала, что был нарушен принцип нейтралитета главы государства, однако в заключении ЦИК нет слов, что глава государства нарушил закон о выборах в такой степени, что это должно повлечь санкции. Впрочем, этого вывода оказалось достаточно, чтобы уже 9 марта на обсуждение депутатов был вынесен вопрос об импичменте президента — первый раз в истории Республики Кореи.

Вот тут-то депутаты из «Ёллин Ури» и показали бойцовские качества. Они заблокировали трибуну президиума парламента и трое суток денно и нощно держали в своих руках кресло спикера. Ведь по регламенту спикер Пак Кван Йон может объявить открытие сессии только находясь в своем кресле. (Это ценное правило стоило бы взять на заметку и нашим депутатам, чтобы не голосовать стоя в углу зала.) Вопрос об импичменте должны были проголосовать 12 марта, и по закону необходимо, чтобы его поддержало абсолютное большинство. Голосов депутатов ВНП и ДПНТ, а также примкнувших к ним «либералов» хватало с лихвой. Однако что же делать с непокорным меньшинством, блокирующим зал? Спикер имеет право вызвать полицию для наведения порядка, однако попытка силового воздействия переросла в потасовку с использованием различных видов восточных единоборств между самими депутатами, которая длилась 20 минут и транслировалась в прямом эфире. Завершилась драка победой конституционного большинства, которые все же усадили в кресло спикера. Проигравшие ретировались из зала, заявив, что досрочно слагают с себя полномочия народных избранников. Тем временем в зале голосуют… и 192 — за импичмент Но Му Хёну, против — лишь 2.

Президент не удивился этому решению и лишь пожелал, чтобы конфликт удалось уладить миром. В это же время здание парламента попытался таранить на своей машине сторонник Но Му Хёна с криком «я убью вас всех», чуть позже другой противник импичмента поджег себя у стен парламента. В минувшие выходные акции протеста переросли в массовые действа с участием десятков и сотен тысяч человек. Корейцы против импичмента Но Му Хёну, потому что его организовали политики, которые таким образом хотят повысить свой собственный рейтинг накануне выборов. (После коррупционных скандалов ВНП имеет сейчас самый низкий рейтинг популярности.) По данным опросов, 70% граждан страны поддерживают «президента-мученика» и даже требуют его возвращения. А он по-прежнему живет в своем «Голубом доме», но лишился всех своих полномочий, как, кстати, и забот, которыми тяготился.

По конституции Республики Кореи, исполняющим обязанности главы государства стал премьер-министр Ко Гон, опытный политик, который сказал, что своей главной задачей видит стабилизацию обстановки в стране. Он запретил стихийные уличные протесты сторонников Но Му Хёна, полагая, что ими могут воспользоваться силы, которые вообще не заинтересованы, чтобы страна шла по пути пусть такой «несовершенной», но все же демократии, намекая, что еще нынешнее поколение корейцев помнит, как страной правили военные. Он также высказался за возвращение к «нормальным» отношениям между Сеулом и Вашингтоном, которые охладели после того, как Но Му Хён начал заигрывать с Пхеньяном. Кстати, северные корейцы уже обвинили США в том, что это они инсценировали импичмент в надежде получить очередного лояльного ставленника. Но это уж слишком… Скорее, Но Му Хён оказался не то что слабым, а слишком демократичным и отчасти наивным президентом.

Что же дальше? Постановление парламента об импичменте с 18 марта рассматривает Конституционный суд страны. У него есть 180 дней, чтобы окончательно решить судьбу нынешнего президента. Сторонники Но Му Хёна надеются, что ключевую роль в деле оправдания незаслуженно наказанного президента сыграют выводы центризбиркома, в которых не сказано прямо, что президент нарушил закон. А раз так — импичмент был объявлен необоснованно. В противном случае Но Му Хён будет все же вынужден уйти в отставку.

Впрочем, даже завершившись столь бесславно, его кратковременное правление, очевидно, разрушит некоторые устоявшиеся традиции функционирования корейской политической системы, где взяточничество и кулуарные договоренности в среде правящей элиты до сих пор являлись более весомым механизмом принятия государственных решений, чем глас народа.