UA / RU
Поддержать ZN.ua

Борьба несовместимостей

В Гонконге продолжаются массовые акции протеста

Автор: Наталия Бутырская

В Гонконге не прекращаются беспрецедентные по своей продолжительности массовые демонстрации.

За три с половиной месяца мирные протесты против принятия властью региона закона об экстрадиции в Китай и Тайвань подозреваемых лиц, скрывающихся от правосудия, переросли в жестокие стычки между митингующими и полицией. События в Гонконге уже охарактеризовали как самый глубокий с 1997 г. политический кризис, к сожалению, пока что не имеющий признаков его быстрого урегулирования.

Демонстрации в регионе не исключительное явление. Другое дело, что требования протестующих часто оставались без внимания власти. Так, в 2014 г. "революции зонтиков" так и не удалось добиться права на прямые выборы представителей Законодательного совета и руководителя Специального административного региона (САР), а организаторов этих выступлений даже подвергли заключению. На этот раз гонконгцы вышли на улицы, понимая, что их требований опять не услышат и за свои права придется сразиться. Дров в огонь подбросила сама глава администрации Кэрри Лэм, проигнорировав всеобщее неприятие обществом противоречивого закона и многомиллионные протестные акции против его принятия, что привело к радикализации демонстрантов и мощному социальному взрыву.

Администрация региона, потеряв шанс погасить конфликт на начальном этапе из-за своего нежелания идти на какие-либо уступки митингующим, теперь вынуждена действовать вдогонку ситуации. Кэрри Лэм объявила, что закон умер (точнее, его отложили на неопределенное время), только после того, как протестующие прибегли к захвату Законодательного совета, чтобы помешать рассмотрению законодательного акта во втором чтении. Лишь 4 сентября, когда город уже погрузился в протестный хаос, закон все же отозвали, но общество расценило это как слишком запоздалый шаг. К тому же список требований к руководству региона увеличился уже до пяти пунктов: кроме отмены закона об экстрадиции, от власти требуют создать независимую комиссию для расследования действий полиции; амнистировать арестованных (их уже более 1500 человек); не квалифицировать протесты как бунты и массовые волнения; ввести прямые выборы руководителя и парламента автономии.

Требование создать комиссию для расследования действий полиции стало реакцией на беспрецедентную для Гонконга жестокость силовиков при разгоне митингов и их нереагирование на атаки людей в белых футболках на сторонников продемократического движения. Во время одного из таких нападений в июле возле станции метро были ранены почти полсотни человек. Людей в белых футболках идентифицировали как представителей бандитских триад Гонконга. Позже очевидцы сфотографировали одного из прокитайски настроенных парламентариев в компании нападающих, что дало повод обвинить пропекинские силы в намеренном нагнетании ситуации.

Правда, протесты уже тоже перестали быть мирными: митингующие все чаще забрасывают полицейских "коктейлем Молотова", устраивают погромы в торговых центрах, крушат станции железнодорожного транспорта и метро. В конце августа они даже заблокировали международный аэропорт Гонконга ― важный воздушный хаб Юго-Восточной Азии, вклад которого в общий ВВП региона составляет 5%. Вынужденная отмена рейсов на протяжении двух дней стоила аэропорту не только репутационных, но и финансовых убытков в сумме 76 млн долл.

Несмотря на то, что участие в "бунтах" и "массовых волнениях" (так нынешние протесты классифицирует официальная власть) считается тяжким преступлением и наказывается лишением свободы сроком до десяти лет, гонконгцы и далее массово выходят на улицы, маскируя лица от камер уличного видеонаблюдения и переодетых полицейских (которые, по их убеждению, находятся среди протестующих).

Нынешние протесты не имеют единого центра влияния. На фоне общей борьбы за свои права, максимальную автономию региона от Китая и сохранение собственной самоидентичности выразительно проступают социально-экономические проблемы, накопившиеся более чем за 20 лет. Так, в 1997 г. ВВП Гонконга составлял 20% от ВВП Китая, а на сегодняшний день его ВВП отстает не только от Шанхая, но и от Пекина и Шэньчженя. По объему грузоперевозок он уже уступает китайскому субпровинциальному городу Нинбо и постепенно уменьшает долю во внешней торговле Китая. Однако весьма жгучим явлением для гонконгцев стало еще и все большее неравенство доходов населения внутри региона.

Так, в 2018 г. коэффициент Джини (индекс неравенства доходов) в Гонконге составлял 0,539. Оказалось, что средний доход 10% богатейших его жителей в 44 раза выше, чем средний доход самых бедных. Социальное неравенство больше всего затронуло молодежь, которая и составляет ныне основу участников протеста. Она не только не чувствует на себе преимуществ экономического развития города, но и страдает от недоступности жилья (недвижимость в Гонконге одна из самых дорогих в мире) и огромной конкуренции со стороны и местных жителей, и приезжих с материка в получении рабочих мест.

Наряду с социально-экономическим, имеет место и политический разрыв. В отличие от политической элиты, интегрированной в деловое отношение с материком, многие местные жители имеют двойное гражданство Великобритании или других стран Содружества, считая за лучшее иметь более близкую связь с "колониальным прошлым", чем с "коммунистическим будущим".

Однако сейчас Гонконг - не только наделенная "высшей степенью" автономия КНР, сосуществующая с материком по формуле "Одна страна - две системы", но и территория, тесно привязанная к китайской экономике. Для КНР Гонконг является четвертым партнером по объему торговли и первым по иностранным инвестициям - благодаря тому, что превратился в самую большую офшорную зону для китайского бизнеса. Потенциал мирового финансового центра играет роль "окна в мир для Китая и окна мира в Китай", который сейчас не готов терять эту опцию. Этим можно объяснить то, что официальный Китай воздерживается от открытого вмешательства в нынешнюю ситуацию и предоставляет возможность администрации региона урегулировать ее самостоятельно, несмотря на периодические слухи о том, что Китай готовится ввести войска для усмирения протестантов.

Опасения возникли небезосновательно, ведь официальный Китай неоднократно подчеркивал, что жестко будет реагировать на угрозу территориальной целостности страны. Правда, Пекин, если захочет, может вполне законно применить силу. Ведь на территории Гонконга еще с 1997 г. дислоцируется десятитысячный гарнизон Китайской народной армии. Согласно закону о гарнизоне, принятом при получении Китаем территорий, КНР не имеет права вмешиваться во внутренние дела Гонконга, но военные могут быть использованы "для установления общественного порядка" по просьбе его правительства.

Очевидно, что китайское правительство понимает риски от применения силы в непокорном регионе, но вместе с тем резко отметает предостережения иностранных государств относительно событий в Гонконге, считая это вмешательством в свои внутренние дела. По убеждению правительства, события в автономии спровоцированы и подогреваются внешними силами (под которыми, конечно же, понимают США). По информации, распространенной для внутренней китайской аудитории, Соединенные Штаты стараются подтолкнуть официальный Китай к силовому подавлению митингов в Гонконге, чтобы ввести санкции и настроить против него мировое сообщество.

Однако если реальных доказательств наличия "американского следа" нет, то попытку США давить на КНР торговой войной ради защиты автономии от более глубокого китайского влияния вполне можно предположить. Тем более что Дональд Трамп в своем Твиттере указал: если бы не торговая война, ситуация в Гонконге была бы намного разрушительнее. Американский президент пока что воздерживается от приостановления закона о политике взаимодействия США и Гонконга с 1992 г., предоставляющего Гонконгу широкие торговые преференции, однако на этой неделе активисты антипекинских митингов Джошуа Вон, Денис Хо и Санни Чжен выступили перед американским Конгрессом и членами Палаты представителей с призывом пересмотреть особый статус Гонконга, поскольку "Китай получает от этого выгоду, не выполняя данных миру обещаний".

Правда, потеря регионом особых преференций, которые делают его привлекательным международным финансовым центром, лишь ускорит процесс поглощения его Китаем из-за отсутствия конкурентных преимуществ над другими материковыми городами. Нынешняя борьба гонконгцев - это не только борьба за права, предоставленные автономии 20 лет назад, но и за их сохранение после 2047 г. И даже если в краткосрочной перспективе Китай, возможно, и позволит администрации САР пойти на отдельные уступки митингующим, чтобы успокоить восставший регион, будущее Гонконга в глазах КНР недавно очертили Китайский государственный совет и Президиум ЦК Компартии КНР в амбициозном "плане для Шэньчженя" (города, расположенного на границе с Гонконгом).

Этот план предусматривает трансформацию Шэньчженя в глобальный ориентир инноваций, конкуренции и развития, пилотный регион для демонстрации "социализма с китайскими чертами" и интеграцию вокруг него Специальных административных регионов Макао и Гонконг с девятью другими муниципалитетами провинции Гуанчжоу в общую Инициативу региона Большого залива. В нынешней ситуации, когда администрация региона не способна своими силами решить социально-экономические проблемы Гонконга, вполне очевидно, что Китай это сделает за нее. Постепенно. С присущим ему терпением и упрямством. Ведь демократический Гонконг не совсем вписывается в общекитайскую систему координат.

А пока что "две системы одной страны" в напряжении ожидают 1 октября, когда КНР будет отмечать 70-ю годовщину своего образования. Официальный Пекин готовится к военному параду и значительно усиливает меры безопасности, а Гонконг живет слухами о вмешательстве правительственных сил и разгоне митингов под дату "икс", дабы не омрачить общенациональный праздник…