UA / RU
Поддержать ZN.ua

РАССКАЗЫ О ПОДРЫВНИКАХ КАК ЭТО БЫЛО НА САМОМ ДЕЛЕ

«Ну, действительно, чуть все не сыграли в!.. И тут подрывники суетятся!.. Заложили килограмм по пятьсот тола и тротила… его знает!..

Автор: Юрий Бутусов

«Ну, действительно, чуть все не сыграли в!.. И тут подрывники суетятся!.. Заложили килограмм по пятьсот тола и тротила… его знает! Провода у них длинные!.. И тут надо было дернуть за!.. Всплыл — тротил или тол, вся в проводах, никто и не знает, они ж специалисты. Цепляемся, как!.. Если б не тот пацан, все б!.. Я — начальнику: «Что ты орешь! Ты молись! Ты этого пацана, ты должен поцеловать в!.. Это ж был бы полный!.. Ты б свою Дуську!..» Вот такая … приключилась.

М.Жванецкий «Рассказ подрывника»

Завтра может быть поздно!

Прежде чем перейти к описанию причин трагедии в Новобогдановке, в качестве информации к размышлению мы даем список крупнейших украинских складов боеприпасов, размещенных в густонаселенных районах страны. Десятки менее крупных складов представляют собой отнюдь не меньшую опасность. Не дай Бог, если с ними что-то произойдет. Чтобы уровень опасности был понятен, отметим, что на базе в Новобогдановке хранилось примерно 90 тысяч тонн боеприпасов.

Славута — в 1км от населенного пункта и 27 км от Хмельницкой атомной электростанции, хранится 70 тысяч тонн боеприпасов. Стенам станции взрыв не страшен, однако линии электропередач и мирные жители защитой, конечно, не обеспечены. Президент Л.Кучма распорядился перевезти склады, однако работы практически не ведутся. Для отселения арсенала, по оценкам Министерства обороны, требуется 8 лет и 116 млн. гривен, выделение которых бюджетом не предусмотрено.

Балаклея — самый большой арсенал — около 250 тысяч тонн боеприпасов. Расположен в 3 км от населенного пункта. Последствия возможной катастрофы эксперты боятся оценивать.

Калиновка — 2 км от населенного пункта, 188 тысяч тонн боеприпасов. На базе хранятся ракеты к системам залпового огня типа «Смерч» и «Ураган», с возможной дальностью разлета до 70 км. В 10 км — база хранения высокотоксичного ракетного топлива меланжа. Недалеко — город Винница.

Харьков — в 4 км от города, 25 тысяч тонн боеприпасов. Вблизи жилого массива Шевченково — хранилище высокотоксичного ракетного топлива меланжа.

Днепропетровск — в 1 км от города. 27 тысяч тонн боеприпасов.

Брюховичи — в 7 км от этого населенного пункта, вблизи Львова, 35 тысяч тонн боеприпасов. На базе хранятся ракеты к системам залпового огня типа «Смерч» и «Ураган», с возможной дальностью разлета до 70 км. Условия хранения боеприпасов на данном объекте вызывают крайнее беспокойство в Министерстве обороны.

Полтава — в южных и восточных окрестностях города расположены сразу три арсенала. В 1,5 км хранится 65 тысяч тонн боеприпасов, в 3 км от города — еще 49 тысяч тонн.

На ряде украинских арсеналов хранятся противотанковые снаряды с сердечником из обедненного урана. По данным экспертов ООН, попадание таких боеприпасов в открытый грунт приводит к длительному заражению территории и тяжким последствиям для организма человека. Снаряды этого типа невозможно полностью утилизировать путем подрыва, поскольку именно в этом случае они наносят наиболее тяжелый ущерб.

Конец «Вороньей слободки»

Вторую неделю по факту взрывов в Новобогдановке идет служебное расследование Министерства обороны. И хотя пишут его не столь саркастические люди, как Жванецкий, материал — богатый.

Прежде всего — «неудовлетворительное» состояние безопасности 275-й базы было официально отмечено еще в январе 2001 года — более трех лет назад. С тех пор Президент Л.Кучма, премьер-министры В.Ющенко, А.Кинах и В.Янукович, три министра обороны и куча чиновников рангом пониже были в курсе ситуации и таки не смогли обезопасить арсенал. Теперь, правда, склады абсолютно безопасны, но что с того пяти погибшим, десяткам раненых, тысячам людей, которые понесли моральный и материальный ущерб. Еще на заре независимости было известно, что на базе отсутствует сигнализация и нет даже внутреннего телефона для оповещения личного состава. Президенту докладывали: «На
275-й базе созданы предпосылки для возникновения чрезвычайных ситуаций».

В 2003 году государственный бюджет выделил 4,3 млн. грн. на финансирование работ по повышению безопасности армейских складов. В 2004-м на те же цели запланировано 32 млн. грн. В то же время Министерство обороны запрашивало для реализации Программы обеспечения живучести и пожарной безопасности арсеналов почти миллиард гривен, из которых только на усиление охраны объектов требовалось 167 миллионов.

Одна из самых больших загадок следствия — кто и как управляет военным ведомством? Оказывается, 17 ноября 2003 года, после взрыва в Артемовске, министр обороны Е.Марчук приказал немедленно прекратить разборку боеприпасов до полного удаления с территории арсеналов остатков снарядов и ракет, разобранных в предыдущие годы. Оказывается, многие склады, в том числе новобогдановский, превратились в свалки компонентов такой разборки. Боеприпасы разбирают для последующей передачи на утилизацию. Печальная закономерность существует в этом процессе. В первую очередь на утилизацию попадают высоколиквидные «запчасти» — латунные гильзы, тротиловая взрывчатка и блоки управления, содержащие ценные металлы. И нередко остальные «отходы производства» — боевые части, порох, детонаторы, взрывчатые вещества типа гексогена — «забываются» на территории склада, где проходила разборка. Возгорание этого мусора является вероятной причиной катастрофы. Как утверждают следователи, разборка боеприпасов продолжалась до последнего момента.

Анекдот: незадолго до взрыва на склад было направлено пополнение призывников, чтобы быстрее провести работы по утилизации. Работа, так сказать, выполнена… Но возникает масса вопросов. Почему не был выполнен приказ Марчука? Почему министр не проконтролировал выполнение своего приказа? Меньше чем за год Евгений Кириллович уволил 62 генерала, и, похоже, сейчас к вылету на пенсию готовится новая группа «лампасников», в том числе, вероятно, сразу четыре генерал-полковника. Массированная чистка неизбежна. Иначе под политический удар подставится сам Марчук, заявивший журналистам: «Разгонял и разгонять буду!» Следствие отметило, что разборка боеприпасов проходила без соблюдения элементарных правил техники безопасности. Почему к работам на арсенале не было привлечено достаточное количество квалифицированных специалистов? Марчук и высшее командование армии должны выступать, как минимум, свидетелями в суде, куда скоро попадут командир базы и двое сопливых мальчишек, которые якобы во всем виноваты. И было бы неплохо вызвать хотя бы для допроса пяток украинских премьеров, игнорировавших требования безопасности арсеналов, и даже Самого…

На командира части подполковника Л. уже навесили всевозможные грехи — вдруг после взрыва обнаружилось, что он еще якобы и расхищал военное имущество. Следователи говорят, будто бы он после возгорания складов первым делом спасал личную технику — два легковых автомобиля, один из них марки «вольво». А казенный транспорт так и сгорел. Думается, если бы следователи проверили, чем владеют те, кто был обязан контролировать подполковника, они бы нашли не только «вольво».

Кстати, о транспорте. Один из военных специалистов заметил, что объявлять заранее причиной возгорания пороха окурок нельзя. Пороховая пыль может загореться от малейшей искры. Так, в советское время пороховой завод взорвался от искры двигателя старого автомобиля. Версия умышленного поджога также имеет место быть. Однако ряд экспертов уверены, что умысел вряд ли доказуем. Прежде всего потому, что скрывать возможные хищения боеприпасов со склада таким образом нет нужды. Как уже писало «ЗН», в арсеналах отсутствует система учета и инвентаризация, а потому командование базы может списать куда угодно хоть вагон снарядов — выявить данный факт можно будет только случайно.

Что произошло на складе, когда загорелся порох? Поначалу взрывов не было. Порох горел с шипением, создавая высокую температуру. Солдаты никого предупредить не успели — внутренней связи на объекте нет. Командиров поставил в известность сотрудник ВОХР на вышке. Через 13 минут после доклада приехали пожарные расчеты, но, немного подумав, почти сразу уехали обратно. Трудно обвинять пожарных, что они отказались соваться в горящий склад боеприпасов, но стоит отметить, что в этом огне остались люди.

Как обычно, героизм и идиотизм в нашей армии сплелись воедино. Воды на площадке хранения пороха, вопреки нормативным требованиям, не было. А порох водой загасить можно было бы мгновенно. У людей на базе оставался один шанс спасти ситуацию. И они попытались его использовать. Танк Т-55, переоборудованный в пожарную машину с пеногасителями, мог бы безопасно проехать и затушить очаг возгорания. Однако дежурные солдаты на танке не могли его завести — оказывается, с машины в тот момент был снят аккумулятор для запуска двигателя! Шли драгоценные секунды, но расчет не сумел запустить танк с помощью сжатого воздуха, поскольку… в учебном центре этих бойцов обучали вождению другой модели танка — Т-62! Аккумулятор нашли, но… клеммы подключения оказались неисправны! Огонь подобрался к ящикам со снарядами, уехали пожарные, пламя раздувалось все шире, база могла рвануть в любой момент, а танк стоял. Наконец, к нему прибежал опытный прапорщик, который спустя полчаса после сигнала тревоги завел-таки танк с помощью воздушного компрессора. Расчет беспрекословно въехал в зону возгорания, хотя там уже начали рваться снаряды и безопасней было бы просто уехать. Бронемашина пошла вперед — в сплошную пелену дыма. Рядом с ней последовала целая серия мощных разрывов. Все оптические приборы наблюдения оказались сорваны, танк получил серьезные повреждения и заглох. Завести его вновь без аккумулятора было невозможно, поэтому экипаж покинул танк и просто чудом спасся.

О «пользе» взрыва

Катастрофа показала еще раз липовый уровень боеспособности нашей армии и крайне приземленный боевой дух солдатиков. После взрыва восемь солдат-«срочников» сбежало в родные города, где их потом опять пришлось отрывать со слезами от родных мам.

Еще один военнослужащий погиб в ходе ликвидации последствий взрыва, и его смерть стала особо показательной в этом деле. Элитные части быстрого реагирования были посланы в оцепление, чтобы не допустить воровства имущества граждан и установить порядок в специальной зоне. Как известно, некоторые солдаты «установили порядок» в тех домах, которые они должны были охранять. Теперь прокуратура расследует еще и факты мародерства. Так вот, одну из дорог в зоне перекрывал пикет из двух бойцов-«срочников». Ночью пост был проверен их командиром. После отъезда начальства, ребята нашли «где-то» бутыль самогона. Один лег спать на посту, а другой решил прогуляться на соседний пост — к своим друзьям. Что произошло — неизвестно, но утром обнаружилось, что «гуляка» попал под гусеницу специальной техники. Нелепая смерть, которая не удивляет никого, кто знаком с нынешней украинской армией.

Взрыв вскрыл язвы и пороки Министерства обороны, которые 12 лет, по высшим политическим соображениям, замалчивались и затушевывались. Эту армию надо сокращать и делать безопасной. Потому что ее уже не контролируют ни прямые приказы, ни жестокие санкции, ни вера присяге, Родине, собственному народу, боевым товарищам. Армию надо строить заново. Тот народ, который не хочет кормить свою армию, будет кормить иностранных спасателей, ликвидирующих последствия катастроф.

Как это ни цинично, есть люди в военном руководстве, которые говорят о… пользе взрыва склада. Как заметил анонимный собеседник, близкий к расследованию причин взрыва арсеналов: «Нарыв прорвало, и его уже не скроешь никакими секретными грифами. Бюджет нам бы все равно не выделил средств на утилизацию. Погибло пять человек, а могло — гораздо больше. Техногенные катастрофы в Украине — регулярное явление. Никто же не критикует транспортников, когда в авариях гибнут десятки людей. Ущерб в 2,5 миллиарда — фикция. Нет никакой методики оценки ущерба, и непонятно, кто эту цифру и каким образом определил. На самом деле взрыв позволил дешево ликвидировать дорогостоящую проблему. Быть может, после этого взрыва и по случаю выборов армии дадут чуть больше денег. Теперь надо разминировать территорию, рекультивировать землю, выплатить из резервного фонда Кабмина относительно небольшую компенсацию жертвам и пострадавшим. По плану, мы в этом году должны были утилизировать 46 тысяч тонн боеприпасов, а тут утилизировали 90. Если государство не решит наши армейские проблемы, значит, взрывы нужны и взрывы будут».